полюби во всей красе

      — паршивец, эмин, да я тебя голыми руками задушу, клянусь.       хуа чэн большим быстрым шагом приближался к эмину. вся его аура так и старалась показать, что юноша скоро, вероятнее всего, помрет от рук брата. а бежать было некуда, хотя, если эмин сможет пролезть через тот узкий проход между двумя лавочками, то вполне сможет убежать. чего медлить?       эмин тут же сорвался на бег, как только эта мысль посетила его голову. жить еще хочется, калекой быть он не особо горит желанием, значит вариант только один - бежать. снова вспомнились уроки брата, какое же счастье, что хуа чэн так дрессировал его. ловко обегая людей, юноша юркнул в этот узенький проход и, как говорится, был таков.       — эмин, блять! ты куда побежал? - разъярённые крики брата слышали все проходящие мимо люди, перешептываясь между собой: все ли нормально, или мальчику нужна помощь? — ты правда думаешь, что тебя это спасет? как далеко ты собрался бежать?       — сань лан, ну что ты так с ребенком.., - се лянь осторожно положил руку на плечо юноши, заставляя обратить на себя внимание. — это мы виноваты, что так задержались, а эмину было скучно, видимо. да и он вроде был с твоими друзьями? это же хорошо, разве нет? - мягко улыбнувшись, хуа чэн невольно улыбается в ответ и, кажется, остывает.       — наверное ты прав, гэгэ. но это не значит, что после эмин не получит по самое число, - недовольно фыркнув, хуа чэн складывает руки на груди, осматривая находящиеся рядом лавочки. — тут много алкоголя.       — ой, а-чэн, ладно тебе! мы же себе, а не эмину покупали, - цинсюань тут же подает голос, улыбаясь во всю, что не скажешь о хэ сюане, который снова «набрал в рот воды». — хэ сюн, ну скажи ты ему! ты только посмотри в эти наглые глаза, сколько в них недоверия, ужас! постыдился бы, а-чэн!       — это правда, - негромко говорит хэ сюань, поправляя браслеты на руке цинсюаня, которые залезли на часы. — я покупал ему только коктейль. он был безалкогольный.       — м-м, понятно, - хуа чэн переводит взгляд на своего милого гэгэ, тут же улыбается и осторожно берет за руку, выводя его вперед. — как бы мне этого ни хотелось, мне надо познакомить гэгэ с вами. гэгэ, смотри, парень, который улыбается как дурак и ярко одет - это ши цинсюань, а второй, во всем темном и с вечно недовольной миной - хэ сюань, ты быстро их запомнишь, они совсем не меняются.       — как грубо, - фыркнул цинсюань, накручивая локон волос на палец. — не слушай его, э-э..       — се лянь, - учитель приветливо улыбнулся и протянул руку для пожатия. — рад знакомству с вами.       — ох, и я, а-лянь! я тоже очень рад знакомству с тобой, - ши цинсюань взял обе руки гэгэ в свои и слегка сжал их, радостно улыбаясь. — ты такая лапочка! милашка!       — а-лянь? - хуа чэн недовольно приподнял бровь, руки все еще были сложены на груди. иногда эта манера общения цинсюаня бесила неимоверно, зачем он липнет ко всем, как банный лист? и почему он не может быть, как его парень? с молчаливым ртом он был бы куда очаровательнее. — цинсюань, гэгэ старше тебя, прояви уважение.       — старше? м, тогда я тоже буду звать тебя гэгэ, ладно? - юноша довольно вертится на месте, осматривая се ляня с ног до головы.       — нет. по имени, цинсюань, - и почему хуа чэн должен объяснять все взглядами в такой ситуации, как же все раздражает.       — все нормально, сань лан, я не против «гэгэ», - се лянь поднял взгляд на юношу, что стоял настолько близко и касался своим бедром его. — ведь ты первый начал меня так звать.       — я начал, я и закончу, гэгэ, - хуа чэн состроил недовольную моську, смотря на своего маленького и милого гэгэ. и почему он должен его делить с кем то, первый то с ним познакомился он! — или гэгэ настолько все равно, кто его так зовет?       — ах, сань лан, что ты! это вовсе не так! просто.. я же не могу отказать цинсюаню, он такой милашка, - се лянь смеется, а с ним и цинсюань, что начинает тискать его сильнее. смешно, кажется, только им, потому что рядом с ними стоят просто две скалы, что буравят их взглядом.       — ла-адно, думаю, пора начать искать эмина! а то этот озорник так быстро убежал, что я и не заметил куда!       — ты не заметил, потому что миловался с сюанем в этот момент, - хуа чэн спокойно берет под руку гэгэ, уводя подальше, а в след слышит громких смех и возмущения.       — сань лан, ты такой шутник, - се лянь обнимает его за руку и идет в сторону лавочек, куда недавно ускакал эмин. — ты потрясающе воспитал эмина, он такой ловкий и юркий! ему однозначно повезло, что его братом являешься именно ты.       — ну что ты, гэгэ. твои слова смущают меня. я лишь тренировал брата, чтобы тот смог постоять за себя в трудный момент. рядом меня может не быть, а делать что-то нужно, вот я и тренирую его.       — но ты все равно молодец, сань лан. не каждый брат или родитель так сможет, я горжусь тобой. - на макушку юноши ложится теплая рука учителя, что слегка зарылась в его волосы и мягко поглаживала. будь он котом, тут же начал бы мурлыкать ему серенаду.       — я очень тронут, гэгэ, спасибо, - приятное теплое чувство разливается по всей груди, заставляя хуа чэна встать в ступор. что это такое? он не может припомнить таких ярких эмоций и чувств. хотя чему удивляться, рядом с се лянем юноша познает мир заново.       хуа чэн за этот день понял точно, что се лянь его человек. других таких просто нет и не будет, только он один на весь мир. се лянь заставляет чувствовать себя рядом с ним настолько комфортно, что тяжело поверить, что такие люди вообще есть. се лянь манит. он самый настоящий магнит, без него невозможно.        а ведь подумать только, они знакомы два дня, а что же будет дальше..

***

      — гэгэ, позволь вызвать тебе такси, уже так поздно, я боюсь отправлять тебя одного на автобусе, - время давно перекатилось за одиннадцать. после встречи с цинсюанем и хэ сюанем, хуа чэн уговорил учителя погулять еще немного, и это немного случайно затянулось на полтора часа. — как только я найду эмина, то сразу же позвоню тебе, обещаю.       — ох, но мне так неловко, сань лан.. ты уверен, что я не смогу тебе помочь найти его? - се лянь неловко переступает с ноги на ногу, смотря на юношу, что совсем не отводит взгляд.       — гэгэ, я прошу тебя поехать домой не потому, что ты не сможешь мне помочь, а потому, что уже действительно поздно и тебе пора домой. конечно же, я уверен, что ты сможешь найти эмина быстрей меня! но тебе нужно отдохнуть, - рука осторожно касается щеки учителя, поглаживая. — завтра рано вставать на работу, я бы хотел, чтобы гэгэ выспался как следует, хотя, если честно, мне совсем не хочется отпускать гэгэ.       учитель заливается пунцовым румянцем на ушах и шее, тихо посмеиваясь. какой же он очаровательный, хуа чэн не перестанет думать об этом. се лянь весь такой чистый и идеальный, что страшно запачкать такого ангела своими грязными руками.       — гэгэ, позволь мне.., - юноша осторожно наклоняется к се ляню, ожидая реакции и ответа. сердце тарабанит где-то в ушах, руки вспотели.       се лянь удивленно ахает, но старается быстро взять себя в руки: привстает на мысочки, зажмуривается и выпячивает губы. он так взволнован, из рук можно выжимать целое ведро пота. уже ожидая почувствовать эти губы на своих, се лянь в шоке распахивает глаза, когда ощущает легкий поцелуй в щеку, а после в нос.       — спасибо за этот потрясающий вечер, гэгэ. я очень счастлив, что ты провел его сегодня со мной.. и эмином, - теперь се лянь может посостязаться с вареным раком, кто же окажется краснее? — это первая и, надеюсь, не последняя наша встреча. - хуа чэн осторожно прижимает се ляня к себе, крепко обнимая. хочется запомнить его целиком, пропитаться его ароматом, запомнить навсегда.       — д-да, сань лан, я тоже очень счастлив! большое спасибо вам с эмином за этот день, - се лянь быстро старается выкинуть все плохие мысли из головы, быстро тараторя. — я бы очень хотел еще увидеться!       — мгм, я тоже, гэгэ. твоя машина приехала, идем, я провожу.

***

      эмин сидел на скамейке рядом с лавочкой мягких игрушек, продавец не спеша складывал товары, поглядывая на юношу.       — эй, парень, ты потерялся? - уже второй раз ему задают этот вопрос за сегодняшний вечер, это немного раздражает. какое дело посторонним людям до него? сидит и сидит, никому не мешает.       — нет, - сухо отвечает эмин, отворачиваясь от продавца, открыто показывая, что диалог дальше продолжать не хочет.       — далеко же ты убежал, - у эмина сердце в пятки уходит от этого голоса. он резко вскакивает, оборачивается на брата и виновато опускает голову, видя, какой тот злой.       оно и понятно, кому понравится, если их ребенок уйдет и ничего не скажет? конечно же, все перепугаются и побегут его искать, но.. эмин не хочет, чтобы его ругали. сегодня был такой потрясающий день, он был так счастлив, да и брат тоже. неужели тот не сможет его простить?       — я искал тебя по всему парку около часа. не забывай, какой он огромный, - с каждым новым словом голос становится все холоднее и злее. эмин зажмуривается, желая снова убежать, но на этот раз куда дальше. — у тебя совсем мозгов нет? ты маленькая девочка, которая так любит привлекать к себе внимание? - эмин молча слушает ругань брата, пока не встает в ступор от следующих слов. — ты позоришь меня. снова.       позорит? снова? но эмин ничего не сделал плохого! конечно, он убежал два раза, но это же не настолько смертельно, чтобы говорить, что он позорит брата. обида закрадывается в самое сердце, подступают жгучие слезы, отчего глаза начинает щипать. он привык к грубым словам брата, знал, что очень часто тот говорит на эмоциях, ведь он знал что брат любит его, или уже.. нет? сердце перестает так звонко биться, злость моментально уходит, остается лишь пустота и осознание того, что он полностью один. позорище.

***

      — доброе утро, эмин, - учитель се тепло улыбнулся юноше и продолжил раскладывать тетрадки и учебники на столе. — вы вчера нормально добрались до дома? я совсем забыл вам написать, прости! как только приехал, сразу же уснул, - се лянь виновато трет затылок, тихо посмеиваясь.       — доброе утро, учитель се, - эмин стоит и долгое время гипнотизирует силуэт перед собой. — мы с братом.., - не договорив, юноша крепко обнимает учителя за талию, тот охает от неожиданности, а эмин прячет лицо в его теплой груди. — мы добрались нормально, спасибо, - уже тише отвечает темноволосый. совсем не хочется рассказывать правду, говорить о том, что вчера ночью эмин долго и горько плакал после слов брата, а утром специально встал раньше и быстро убежал в школу, чтобы не пересечься с ним. эмин все еще обижен и очень сильно. он не девчонка, которой нужно внимание, но он точно такой же ребёнок, который хочет хоть немного получать ласки и любви от близких.       — я очень рад, - се лянь одной рукой обнимает мальчика в ответ, второй гладит по непослушным густым волосам. — сегодня будет такая интересная тема! только послушай..       время идет неумолимо быстро. с момента их прогулки прошло уже больше недели. эмин все так же избегает брата, как бы тот не пытался с ним поговорить. но вот с се лянем эмин стал очень близок, бегал к нему каждую перемену, носил сладости и булочки из столовой, на что учитель всегда смущался и целовал его в лобик. к концу учебного дня юноша так же оставался в школе с се лянем и помогал с проверкой тетрадей или заполнением журнала. се лянь честно его пытался загнать первые дни домой, но потом смирился, потому что спорить с эмином практически невозможно. да и после учитель находил очень много плюсов: эмин отличный собеседник и слушатель, он приносит ему булочки из столовой, помогает с работой, хотя ему стыдно за это.       хуа чэн же не находил себе места. он очень хотел поговорить с братом, переживал, что тот резко перестал с ним говорить и начал его избегать вообще. была бы возможность, хуа чэн сорвался бы с работы в саму школу, забрал бы эмина, отвез в любимое кафе, купил бы любимый десерт и они бы нормально поговорили, но.. у хуа чэна завал на работе, он начинает работать в шесть утра, а заканчивает часам к двум ночи, времени совсем нет даже на себя. черт бы побрал эту работу.       эмин бежит по коридору, неся булочки с сыром и вишней, а в зубах клубничное молоко, что так сильно любит учитель се. сегодня он впервые получил пять по каллиграфии, если что, это его первая пятерка по этому предмету! счастья полные штаны.       ведь эта пятерка чистая заслуга се ляня, который сидел с эмином допоздна, помогая выводить буквы правильно, пока их не прогонял охранник.       на радостях эмин совсем не смотрел вперед, из-за чего врезался в человека, который тут же поймал юношу, чтобы тот не упал.       — эмин? куда ты так спешишь? - в голосе совсем не было злобы, лишь легкое веселье. подняв голову, эмин встретился с темными глазами директора, такими добрыми и нежными.       — директор цзюнь! - юноша тут же обнял директора с яркой улыбкой на устах. эмин очень любил цзюнь у, хоть и бывал часто у него в кабинете из-за драк. за что эмин полюбил директора, так это за его доброту, которая всегда проявлялась по отношению к нему. сколько бы юноша не сидел в его кабинете из-за драк, директор все так же будет нежно трепать его по голове, смотреть на него без упрека, мягко обнимать и гладить по спине. директор не поменяет свое мнение об эмине из-за его проступков, не то что.. кое-кто. — я иду к учителю се! я сегодня получил пять по каллиграфии, представляете! вот, иду это отмечать с учителем.       — ты большой молодец, я горжусь тобой, - от этих слов сердце трепещет, хочется прижаться так сильно и не отпускать. — я заметил, ты очень быстро сблизился с учителем се, это редкость для тебя, обычно ты строишь козни учителям, ха-ха.       — да-а, вы правы! но мы же ездили с учителем се и моим братом в прошлые выходные в парк аттракционов и там очень хорошо сблизились!       — ..учитель се был с хуа чэном? - в голосе резко пропала вся ласка, глаза сузились и строго смотрели на эмина. — что между ними? они любовники?       — о-ох, ну я не знаю точно, но весь вечер они ходили за ручки, миловались и обнимались. договорились еще о встречах в будущем. это плохо, директор цзюнь? - эмин нервно теребил обертку от булочки и смотрел на директора, который так резко переменился в лице. он стал как будто другим человеком, очень грубым, жестоким и жестким.       — ступай, куда шел, эмин, - резко развернувшись, цзюнь у быстро скрылся в толпе детей, оставляя эмина с непонятным осадком на душе. снова все из-за брата.