Волчий хвостик

      Большинство студентов Хогвартса относилось к занятиям по прорицанию с насмешкой. И лишь немногим удавалось увидеть в хрустальном шаре будущее или хотя бы вчерашний день. Гадание на кофейной гуще было более действенным, однако во всем этом употребление горячего кофе было самым интересным и привлекательным даже для приверженцев чая. Одни студенты считали мух, ворон, пикси и прочих существ; кто-то спал под предлогом того, что во сне ему открываются иные миры, а сознание очищается для магических каналов. Словом, эти маги как раз и дурачат маглов: под видом прорицателя выманивают деньги у последних и смеются над ними.       Никто никогда не следил за тем, кто и как сидит, поэтому Сергей проворно и незаметно пробрался на самый верхний ярус кабинета, где сидела Зензи Олк. Зимний свет из окна устроился на ее светлой макушке и заставлял локоны светиться. Бледные губы искусаны. Ладони нежные. Девушка походила на кувшинку. Тихая, спокойная, сосредоточенная. Со всеми она вела себя мило. Рукава-фонарики ее серой блузки подчеркивали элегантность девушки. Разумовский осторожно сел рядом и, украдкой поглядывая на девушку, тихо заговорил:       — Доброе утро, Зензи.       Девушка встрепенулась. Она удивленно посмотрела на Сергея. Тот продолжал:       — Прости, что лезу не в свое дело, но мне лучше перейти к самой сути. Это касается последнего убийства…       — Что ты хочешь знать? — Зензи говорила быстро и четко. Она придвинулась к слизеринцу.       — Говорят, что это был студент Пуффендуя. Ты его знала?       — Он был парнем Венди, моей лучшей подруги, — она опустила взгляд, будто всматривалась в прошлое, когда все были счастливы. — Это был отличный товарищ. Всем помогал. В Квиддич играл отменно. Никогда не обижал Венди, всё для нее делал.       — Любовь до гроба?       Зензи укоризненно посмотрела на Сергея. Тот понял, что ляпнул и начал всячески извиняться.       — Ладно, — успокоила его девушка. — Ты не специально, я поняла. Все хорошо. А зачем ты спрашиваешь?       — Во-первых, — начал на ходу придумывать слизеринец. — Мне искренне жаль парня. И жаль всех тех, кто был с ним знаком.       — Я передам твои слова соболезнования.       — Спасибо. Во-вторых, все мы — люди, и объединяет нас любовь к сплетням. Сейчас столько всего говорят, что уже не понимаешь, где правда, а где — ложь. А хотелось бы знать новости, так сказать, из первых уст.       — Да, ты верно подметил, — Зензи улыбнулась.       Контакт налажен. Это хорошо.       — У нас тоже на факультете много что говорят, — здесь парень не соврал.       — И что же у вас говорят?       Этот вопрос загнал парня в угол. Говорить-то говорят, вот только Раумовский не особо прислушивался к сплетням. Пришлось вспоминать обрывки чужих разговоров.       — Ну, например, что жертвы были истерзаны, а перед убийством их мучали. В общем, кошмары всякие говорят, — он взмахнул рукой, показывая, что не придает этим разговорам никакого значения.       — Я видела труп, — зашептала девушка. — Он целый. То есть, все части тела на месте. Только вот крови нет и живот вспорот. Внутренности наружу.       Сергея чуть не стошнило. Подавив рвотные позывы, он состроил мину сожаления и искреннего удивления.       — Вот бедняга! А другие тоже в таком состоянии были?       — Не могу сказать. Кажется, с вашего факультета тоже кого-то убили. Попытайся прислушаться к сплетням. Иногда можно встретить что-то правдивое в речах студентов.       — А у вас что по этому поводу говорят? Есть же какие-то догадки?       — Тоже чушь. Но, опять же, если прислушаться, то можно узнать много интересного.       — И что же?       — В Запретном лесу завелся неведомый зверь, ранее там не обитавший. Откуда он пришел и как выглядит — никто не знает. Следователи все скрывают, потому что не хотят наводить панику. Они хотят замять это дело. То есть, не то чтобы замять. Скорее, не рассказывать об этом до окончания дела. А когда поймают преступника, то сразу же расскажут журналистам, но в подробности вдаваться не будут. Семьям погибших студентов велено молчать. Студентам же ничего не говорят, потому что боятся утечки информации. Но, как ты уже понял, слухов намного больше, чем официальной информации.       — А это не может быть делом рук волшебника?       — Судя по трупам — это дело рук зверя. Животного. Но очень опасного. Скорее всего, оно обладает разумом, как у нас с тобой.       — А если это волшебник-каннибал? Понимаю, идея глупая, но вдруг это какой-то сумасшедший? Таким даже палочка не нужна, чтобы чудить.       — В твоих словах есть доля разумного. В любом случае, если Министерство не поймает этого чудака, то в скором времени всех студентов отправят домой.       — Мне кажется, это будет хорошей идеей. Хватит жертв. Хватит убийств.       У Сергея при мысли о том, что закроют Хогвартс, сердце в пятки уходило. Они же с Олегом буквально на улице останутся.       — Тебе настолько жалко всех вокруг?       — Да, — Сергей замялся. — Понимаю, это слова ребенка, но такой уж я.       — Тебе и не надо быть другим, — улыбнулась девушка. — Будь собой и не скрывайся. Сейчас мало кого волнует судьба окружающих. Все думают только о себе. А ты — нет. У тебя большое сердце, — Зензи ткнула пальцем в грудную клетку парня и захихикала. Разумовский смутился.       Всё занятие они просидели вместе и занимались своими делами. К удивлению Сергея, Зензи тоже выбрала прорицания в этом году только для того, чтобы было время разобраться с заданиями по другим предметам. Зимние вечера просто не созданы для учебы. Поэтому девушка разбирала свитки и манускрипты, а Разумовский записывал все, что сказала ему девушка и пытался собрать шестеренки воедино. Информации крайне мало, однако даже такая крупица сейчас была необходима. Нужно было все рассказать Олегу. Или же не стоит? А вдруг эта, пусть даже непроверенная, маленькая, но все же информация пригодится отряду, который сотрудничает, неплотно, но сотрудничает со следователями? И пускай Олег злится, кричит, но ничего уже не поделаешь. Сергей взялся за это дело и теперь ничто его не остановит. Он хочет быть полезным.       Уходя с занятий, Зензи схватила Сергея за мантию. Он обернулся.       — У меня есть одна просьба, — сказала девушка и захлопала ресницами. — В следующий раз, если встретимся, сможешь и мне рассказать парочку сплетен с вашего факультета? Ты прав, сейчас все как на иголках сидят. Даже если слухи будут наполнены кровью, то все равно расскажи.       — Да, — Разумовский кивнул. — Конечно. Услуга за услугу?       — Именно.       Девушка подмигнула. Сергей, не скрывая улыбки, вышел из кабинета. Он уверенным шагом шел в лазарет раздавать звездочек Олегу. Волков чудесным образом (а другим образом в волшебном мире никак) умудрился заболеть. Теперь он лежал в лазарете. Когда Сергей зашел в помещение, сбив с ботинок снег, он увидел, что вокруг кровати Олега стояло трое студентов: двое с факультета Олега и один когтевранец. Они что-то объясняли Волкову, активно жестикулируя, а тот лежал и поддакивал, попутно о чем-то спрашивая. Завидев приближение Сергея, один из студентов замолчал и почтительно кивнул Олегу, а когтевранец крепко пожал Волкову руку на прощание. Все трое вскоре поспешили удалиться. Теперь же парочке никто не мешал. Ну, кроме сестер и некоторых больных на соседних койках. Разумовский взял соседний стул, развернул его к себе и сел. Олег был очень рад его видеть, хоть и выглядел взволнованным.       — Как ты… — начал Сергей, но его перебил Олег.       — Я в порядке, — он прокашлялся. — Все хорошо.       — Как ты посмел заболеть? — Разумовский выглядел недовольным. — Я именно это хотел просить.       — Да, ты меня раскусил, — посмеялся гриффиндорец. — Я это сделал специально!       — Олег!       — Да что с тобой такое? — он вопросительно поднял бровь. — Ну, скинул с себя мантию. Ну, побегал вдоль территории на холоде. Не я один такой.       — А заболел-то один.       — Не отчитывай меня.       — И не собирался.       — Но ты сейчас это и делаешь.       — Мне это не нужно.       Сергей демонстративно фыркнул и отвернулся. Олег посмеялся.       — Все равно я рад, что ты пришел.       — Поправляйся скорее.       Разумовский поправил одеяло. Олег дернул ногой, будто до него дотронулся дементор. Сергей немного опешил.       — Прости, — сказал Волков. — От зелья немного потрясывает. Зато скоро я буду здоров, обещаю.       — Ловлю на слове, — Сергей нежно коснулся ладони Олега. — Кстати, что этим парням было нужно от тебя?       Олег почесал затылок и поджал губы. У него забегали глазки.              — Ну, двое из них — мои товарищи. Мы обсуждали с ними новую систему тренировок в Квиддич для четвертого курса. А тот когтевранец — один из главных в нашем отряде добровольцев, пришел меня проведать. Неплохой парень. Я тебе о нем говорил как-то.       — Я не помню, — Сергей скрестил руки на груди.       Конечно, он помнил. Помнил каждого, кто проявлял внимание к Волкову. Ревность это, интерес или желание обезопасить Олега от нежелательных персон — Разумовский не особо понимал. Наверное, все сразу. Но в чем Сережа никогда никому не признается, даже самому себе, так это то, что он боялся, что Олег его оставит. Заменит новым окружением. Разлюбит, в конце концов. Ведь на третьем курсе слизеринец заметил, как вокруг Олега собралась небольшая компания других студентов, с которыми Волков неплохо так сдружился. Они частенько бегали по коридорам школы, вечно что-то обсуждали и смеялись. Вели себя, как заговорщики. Но что странно: Олег не говорил Сергею о новых знакомствах, а если тот и спрашивал о товарищах Волкова, то парень что-то мямлил и отводил взгляд в сторону. Разумовский не давил на Олега, но всё же чувствовал, как между ними возникает невидимый барьер. Волков улавливал это смятение и каждый раз ему удавалось убеждать любимого человека в обратном. Никто ему не заменит Сергея. Никто и никогда. Даже с сотней друзей Олег ставит и будет ставить Сергея на первое место. Потому что гриффиндорец без него не может. Никогда не мог.       Что же касается когтевранца, Сергей его и правда знал. Косвенно, но знал. Они пересекались в дуэльном клубе пару раз, но вот быть противниками друг друга им пока что не удалось.       Себастьян Андре — высокий стройный молодой человек, который всегда выглядел так, будто только что проснулся: растрепанные каштановые волосы, помятая рубашка, кое-как завязанный галстук. Мантия Когтеврана всегда небрежно падала с плеч. Из кармана брюк нагло блестела золотая оправа очков. В сущности, зрение у парня было хорошим, очки — всего лишь аксессуар. По внешнему виду нельзя было сказать, что Себастьян талантливый и собранный парень, но это было так. Просто он не особо заботился о складках на рубашке или о чистоте ботинок. Тот факт, что Андре был одним из главных среди студентов-добровольцев, лишь подтверждал мысль о том, что внешность — не главное. Общительность Себастьяна, открытость и заинтересованность в любом деле привлекали остальных и повышали уровень доверия к парню. Олег еще на третьем курсе познакомился с Андре, и с тех пор они хорошо ладили. А желание обоих стать мракоборцами только сблизило ребят. И, естественно, Волков и Андре в числе первых побежали вступать в отряд добровольцев. Себастьян предлагал Олегу возглавить одну из групп студентов, но тот отказался и вверил себя в руки когтевранца.       Что при этом чувствовал Сергей? Надлом в душе, из трещины которой медленно текли струйки ревности и обиды. Он понимал, что Олег вправе дружить с кем хочет, это его жизнь. Но, когда Разумовский видит Себастьяна рядом с Олегом, кровь в жилах парня закипает. Нет, когтевранец не оказывал Волкову особых знаков внимания. Только школьная дружба, локальные шутки, понятные лишь им двоим, и разговоры о будущем. Но Сергею было некомфортно видеть Олега в компании этого неотесанного парня. Причин для паники не было, но всё же на душе у Разумовского было неспокойно. Такое чувство, будто с каждым годом после знакомства Волкова с Андре первый отдалялся от Сережи. Бегал куда-то, оправдывался тренировками. А сам проводил время в компании когтевранца и еще пары-тройки других студентов. Будто они что-то скрывали ото всех. Будто они что-то замышляли.       Эти мысли бились внутри головы Сергея, пока тот наблюдал за снегопадом за окном. Олег кашлянул, и Разумовский очнулся от темной дремы и паники. Ладно. Не до ревности сейчас.       — У меня тут кое-что есть, — Сергей достал заветную тетрадь.       — Так, вот только не надо домашки! — испуганно произнес Олег и стал нервно шевелиться в постели. — Я не для того тут лежу, чтобы ты занимался со мной дополнительно!       — Нет, я не по этому делу пришел. Хотя, ты подкинул мне хорошую идею, — злобный смешок.       — Серый, не шути.       — Ладно, — он шлепнул тетрадью по своим коленям. — Дело, значит. Я тут кое-что откопал о пропаже студентов…       — Даже не думай этим заниматься! — Олег чуть было не перешел на грозный рык, но вместо этого раскашлялся.       — Но я этим уже занялся, так что деваться тебе некуда. Для всех же стараюсь.       — Помимо тебя здесь работают следователи.       — Которые намеренно скрывают происходящее?       — Откуда тебе знать?       — Пришлось поработать языком.       Взгляд Олега и скрещенные руки на груди сигнализировали о том, что шутка Сергея оказалась неудачной. Разумовский покраснел, словно малолетний школьник.       — И что ты накопал? — лицо Олега было каменным.       — Половина из этого, конечно, слухи. Но если все тщательно перебрать, то что-то может оказаться правдой.       — Это просто лотерея, Серый. Конкретно здесь вероятность того, что из сплетен что-то правда, крайне мала.       — Я проштудировал множество книг, откопал старые карты, перечитал все о Запретном лесе. А сегодня поговорил с Зензи Олк. Знаешь, что она сказала?       — Что?       — Что тело пуффендуйца было вспорото, а кровь высосана. Я сопоставил это с поведением флоры и фауны леса. Ни одно создание таким не занимается.       — То есть, в лес пробрался кто-то нездешний?       — Именно. Это даже Зензи сказала. Видишь? Слух оказался правдой.       Волков придвинулся ближе.       — Тогда у меня еще один вопрос. Если это зверь, то ему необходима пища. Правильно?       — Правильно.       — Значит, он испытывает голод с определенной частотой. Правильно?       — Возможно, — Сергей коснулся подбородка.       — Ты уверен, что среди обитателей Запретного леса нет таких тварей, которым нужен огромный кусок мяса, которого им бы хватало на месяц?       — Возможно, это огромные пауки. Тем более, что нам неизвестно место нахождения трупа. Хотя, пауки могли специально вынести тело наружу.       Мозг Сергея кипел, словно огромный медный котел. Он был уверен, что сможет разгадать тайну прямо здесь и сейчас. Но его затормозил Волков.       — А ты не рассматриваешь тот факт, что пауков много, а тело одно, причем на всех его точно не хватит. И вообще: сам факт того, что тело осталось, уже может говорить о том, что пауки тут не при чем. Либо все, либо ничего. А по слухам у последней жертвы нет крови, зато тело-то осталось. Пусть мы с тобой и видели его издалека и под простыней, но грудная клетка была цела, ноги и руки тоже. Кто-то просто кусок откусил.       — Согласен, — Разумовский откинулся на спинку стула и, тяжело вздохнув, посмотрел в потолок. — Пауки бы поступили с телом, как с мухой: закрутили в паутину и смаковали день за днем. Я уверен, что труп был свежим. Но это только мои догадки.       — Чтобы ты там ни думал, имей в виду: не заходи слишком далеко. Я прошу тебя: сиди на месте, рисуй в тетради и зачитывайся книгами, но не вздумай решать эту задачку. Это заведет тебя…       — … в Запретный лес?       Олег сдвинул брови и сверкнул глазами. Сергей попытался сгладить ситуацию, улыбнувшись и мотнув копной рыжих волос, но не получилось.       — Еще раз — и в глаз, — буркнул Волков.       — Больше не буду, Олег.       Пришла сестра и принесла лекарство. Олег еще немного пошевелил ногами, будто подавал кому-то знак. Сергей, погладив плечо друга и поправив одеяло, попрощался и ушел на занятия. Проводив взглядом Разумовского, гриффиндорец спокойно выдохнул и провел рукой по волосам.       — И долго ты будешь это скрывать? — мадам протянула микстуру.       — Когда-нибудь скажу, — Олег отпил немного и прокашлялся.       — Терпи, студент.       — Спасибо большое. И спасибо за то, что ничего не рассказываете.       — На здоровье. Всегда приятно быть хотя бы немного втянутой в школьные тайны.