Полный Пиздец, по фамилии Тотальный и прозвищу Лютый

Когда Итачи пожелал кардинально изменить свою жизнь после перерождения, он совсем не это имел в виду! Бедному шиноби даже под кайфом не пришло бы в голову, что он может стать утконосом… Утконосом, Карл! (да-да, тот самый неоплачиваемый помощник монограмма). Впрочем, его нынешняя жизнь не была настолько уж плоха, как могло показаться в начале. Во-первых, он больше не гениальный наследник великого клана, который должен всем что-то доказывать и чему соответствовать и вообще быть самым лучшим. Он домашнее животное, от которого требуется только то, что бы он был где-то рядом с хозяевами, подавал признаки жизни и проявлял симпатию, делая какие-нибудь простые вещи по типу урчания, засыпания рядом с хозяевами. Просто подойти, и подставиться под поглаживание и почёсывание было достаточно, чтобы доставить окружающим его людям приятные эмоции. И это очень радовало нашего бывшего бравого вояку, который чувствовал себя в этой новой семье намного безопаснее и спокойнее. Это действительно было лучшее, что могло с ним произойти, учитывая всё, что он натворил за свою прежнюю жизнь. Во-вторых, скучно ему не было от слова совсем. Эго семья — милая, странная, тёплая — была довольно-таки необычной: взрослые на своих космических волнах, подростки на своих. У детей вообще всё особенное. Финес и Ферб, а именно так звали его маленьких хозяев были самыми необычными детьми из всех, кого он только знал. А знал Итачи очень и очень много. Они могли воплотить в жизнь всё что угодно и при этом сделать это качественно, масштабно и безопасно. Потенциал этих детей действительно завораживал: прогуляться по интернету через нервную систему — запросто, слетать в космос — пожалуйста, вокруг света за несколько часов — да раз плюнуть. Как они умудряются это делать он не понимал, но уважал их и их талантливую гениальность. Кендис, их старшей сестре, бывший двойной агент также симпатизировал. Маленькая, милая влюблённая девочка, которая искренне переживает за безопасность своих братьев и пытается обратить на них внимание родителей, которые зачастую настолько слепы и нелепы, что прямо-таки страшновато за эту семейку. Впрочем, и эти люди довольно милые, ласковые и дружелюбны к детям и своим поведение создать обстановку безопасности и уюта, в такой среде действительно хочется творить, а не вытворять, как приходилось делать ему. Этот мир довольно странный, в первую очередь внимание уделяется человеку, его внутреннему миру, переживаниям. Именно поэтому потенциал Финеса и Ферба необходимо сохранить любой ценной. Сделать всё, чтобы об их творениях не стало известно тем, кто сможет их творческий потенциал подавить, испортить, превратить в нечто. Это нужно для того, что дети выросли полноценными личностями, которые сильно продвинут уровень технологий этого мира, они — прогресс, основной его двигатель. И честно говоря, защита будущего, уже ставшая такой привычной больше не тяготит нашего героя, потому что она стала… весёлой?.. интересной?.. до чего уж там. Бывший нукенин откровенно ловил кайф от новой жизни, когда до него наконец-то дошло, что в этом мире нет ни крови, ни боли, ни разрушенных судеб, по крайней мере в том количестве, к которому он привык. Исключением был лишь его «заклятый» «враг». Хайнц Фуфелшмерц уже несколько минут распинался перед ним на тему очередного «злодейского» плана по «порабощению» Триштатья. И это третья часть его жизни, которая делает её просто идеальной. Привычная работа: шпионаж, предотвращение катастрофы, которые в этой жизни не смотря на звериное тело, давалась ему достаточно легко. Начальство как всегда тупит, но хотя бы его можно не опасаться. А конкретный «злодей» на деле просто непонятый никем гений с тяжёлым… крайне тяжёлым детством, которое даже убийце клана в некоторых случаях кажется просто ужасным. Итачи прекрасно понимал, почему этот человек ведёт себя подобным образом. Бедный учёный хотел внимания и признания, как маленький Наруто, вот только стать Мером ему не суждено по многим конкретным причинам, основная из которых — патологический подсознательный страх «накосячить», который вечно воплощается в жизнь. По-другому объяснить себе наличие кнопки самоуничтожения на каждом инаторе просто не представлялось возможным. Между тем, одиночество этого человека настолько явственное и искреннее, что хочется просто подойти и сказать, «хей! Успокойся, ты не один, я всегда буду твоим другом, всё будет круто». Однако это просто невозможно. Хотя бы потому, что он утканос, а они не разговаривают. Единственное, что он может сделать для этого человека — подыгрывать, постоянно попадаясь в ловушки и терпеливо выслушивая монолог этого взрослого ребёнка, который так нуждается в одобрении. Одобрить его действия он не может, однако проявить тактичность и внимание обязан, просто из уважения к человеку, который несмотря на все свои неудачи, полной уверенностью в своём провале (кнопка уничтожения), продолжает творить и вытворять. Наверное уже просто для того, чтобы встретиться со своим «злейшим врагом» (единственным другом). Разумеется Итачи знает, что между злейшими врагами иногда может возникнуть симпатия. Просто потому, что они видят друг друга часто или думают друг о друге постоянно. В какой-то момент объект постоянных дум начинает казаться чем-то важным, ценным, дорогим и так рождается «запретная любовь»… «Твою мать, Джирая, вот нахуя, я твои книжки читал?! Чтоб тебе икалось старый хрен.» — Перри — утканос уметь ругаться матом? Этого я не ожидать… «Ну всё… приехали…»