Последний школьный год

Новая рабочая неделя была просто прекрасной. У Эдриана будто второе дыхание открылось: его тренировки стали дольше, он стал лучше высыпаться, и даже принял участие в школьной благотворительной ярмарке. Его мамы были приятно удивлены таким энтузиазмом сына. Они и не думали, что их эксперимент пройдёт с таким успехом. Даже несколько раз спрашивали его, о том, что же произошло. Но Эдриан всегда отвечал одним и тем же: — Всё прекрасно. Всё просто замечательно. Говорил он это совсем без сарказма, только правда. Эдриан и не вспоминал о своих мрачных думах об ориентации: просто-напросто забыл о них. Школьную ярмарку встретила прекрасная осенняя погода. Тёплые лучи солнца грели жителей города. Листва на деревьях ещё не спала, лишь окрасилась в яркие цвета, которые всех радовали. Многие думают, что осень — очень депрессивное время года. И вправду: её приход означал начало учёбы для большинства. Это трудное, наполненное стрессом время кажется таковым, возможно, всем, но только не Эдриану. Он всегда любил это время года и немного выделялся на фоне остальных за его красоту и особую атмосферу. Также, Эдриан считал, что осень — это ещё и начало перемен, которые всегда очень волновали и радовали каждого. Но он и подумать не мог, что именно эти самые ожидаемые перемены так сильно удивят его. Эта ярмарка оказалась довольно скучной для многих. Только представление фокусника всех немного развеселило. Некоторые подростки пришли сюда от скуки, некоторые — за обещанную оценку, а остальные, в качестве наказания. Эдриан занимался организацией всего мероприятия: расстановка шатров, слежка за порядком и так далее. Он пригласил своих друзей, даже Джейсона с Тео, с которыми он был лишь знаком, но пришли только Мёрфи и Андрея. Остальные ссылались на такие важные дела, как тренировка, ужин с родителями и запланированный поход в торговый центр за сезонными скидками. Но Эдриан не расстроился из-за этого: школьная ярмарка с таким скудным бюджетом никого не сможет привлечь. Он старался изо всех сил сделать что-то опрятное, и это практически получилось. Все остались довольны. Был разгар представления и Андрея с Мёрфи как раз пришли к нему. Эдриан очень тепло их встретил. Он поцеловал любимую девушку, которая подарила ему столько новых ощущений, и крепко обнял своего друга. Сначала двое друзей были немного удивлены такому поведению Эдриана, но им даже понравилось это. — Я вижу, ты прямо светишься от счастья. — с доброй усмешкой сказал Мёрфи, — Интересно, почему? Последнее предложение прозвучало многозначно, скрывая тот факт, что все знает. Но он не даже не догадывался, что произошло еще. — Сам не знаю, — попытался отмазаться Эдриан, — разве нужен повод для хорошего настроения? Светлая улыбка Андреи озарила ее спутника. А затем и легкий поцелуй в щеку порадовал его. Она была невероятно рада, что Эдриан, наконец, по-настоящему рад. В этом счастье не было никакого притворства, только искренность и любовь. Мёрфи немного напрягла эта чересчур сладкая атмосфера и предложил. — Так, пора веселиться уже нормально. Поэтому зову вас в клуб к Аиде. Отпразднуем. А что именно праздновать будем, придумаем на месте. Все втроём весело засмеялись, но затем Эдриан немного напрягся: он, конечно бывал в клубе его мамы, но никогда в жизни не пил. Одно дело бокал шампанского за здоровье родственника или партнёра по бизнесу Аиды, но вот так с друзьями — никогда. Вечер уже приближался, а ярмарка заканчивалась. Ребята ждали заката, чтобы вместе на него посмотреть. На этом настояли Андрея с Эдрианом, понятное дело, ведь Мёрфи бы никогда не предложил такое сам. Но он не стал портить остальным настроения и они вместе досмотрели закат. Эдриану нужно было ещё и проследить, чтобы все палатки были убраны, а его друзья в этом помогли. После уборки, троица направилась в то самое заведение, дизайном которого занимался Мёрфи. Он выбрал тему интерьера под стать себе: все было сделано в готическом оформлении с уклоном в преисподнюю. Чёрные, сделанные в том же стиле, массивные двери было трудно открыть, поэтому Аида наняла особого человека, он ещё выполнял роль вышибалы для неадекватных посетителей. Переоформление интерьера клуба, которое Эдриан еще не успел оценить, удивило его. В этом он увидел ту самую обитель порока и грехов — совсем как он представлял. Но парню ещё предстоит понять и, самое главное, попробовать все эти запретные плоды удовольствия. После того, как Мёрфи узнала охрана, ребята зашли в само заведение. Андрея не сразу, но почувствовала себя в своей тарелке, в отличие от Эдриана. Парня напрягала вся эта атмосфера, люди, и, особенно, запахи. Когда он посещал это место, оно было закрыто для особых деловых встреч, и Эдриан там не играл особой роли, лишь как показатель хорошей семьи: как это и делается в большом бизнесе. Музыка становилась громче, люди — веселей, а ребята уже сидели за барной стойкой. Мёрфи заказал себе стакан бурбона, за одно для дамы взял бокал мартини, а для друга — классический мохито. Конечно он скрыл, что только он из всех был совершеннолетним, но его никто не спрашивал, потому что был доверенным лицом. Алкоголь немного расслабил Эдриана, и начал завязываться разговор. — Ну, что скажете? — смеясь спросил Мёрфи. — Это потрясающе! — со странным энтузиазмом закричала Андрея. Она уже не в первый раз вела себя не свойственно себе, что очень удивляло её. — Эдриан, а тебе? Нравится? — Здорово, но очень необычно. — довольно спокойно ответил Эдриан. — Стоп, так не пойдет. А ну все быстро на танцпол. Они втроём вышли на огромную танцевальную зону. Андрея сразу пошла в центр, что очень удивило ее парня. Мёрфи поддержал подругу и, взяв Эдриана за руку, пробился к ней. Играла та самая мелодия Underworld. Ее бит бил в уши всех пришедших в это место. Эдриану было все это в новинку, но, как ни странно, нравилось. Со временем его неготовность ко всему этому дала о себе знать: голова стала трещать и кружиться, а живот — сильно болеть. Он предупредил об этом друзей, а Мёрфи быстро придумал решение проблемы. Он взял обоих ребят за руки и отвёл к широкому коридору. — Куда мы? — вдвоем спросили Андрея и Эдриан. — В конференц-зал. Там спокойнее и так же круто. И я хотел показать там переделку. Да и Аида с Корой уже ушли. — Стой, мне же надо их предупредить, что меня дома не будет, но что же придумать? — нервно спросил Эдриан. — Скажи, что ночуешь у меня. Не думаю, что они будут против. — Ладно. Короткое сообщение Эдриана, что он останется на ночь у Андреи, застало его мам врасплох. И Аида с Корой, смирившись, дали добро и шуточное напоминание предохраняться. Только зайдя в комнату, Андрея и Эндриан оценили её огромное пространство, большую часть которого занимали 2 больших чёрных кожаных дивана, стоящие друг напротив друга. Посреди них стоял стеклянный кофейный столик. Весь интерьер зала немного отличался от всего стиля клуба. Здесь не было ничего эксцентричного, как в общем холле. Все было сделано в чёрном и бордовом цветах. Большая люстра в таких же оттенках украшала потолок этой прекрасной комнаты, которая предназначалась для общих собраний. Но главная особенность этого зала — камин. Он был электронный, но все равно завораживал своим видом. На нём были выгравированы разные демонические создания: сатиры, дьяволы и даже сам Сатана. Вся эта обстановка поразила подростков, за исключением Мёрфи, которые еще не видели новый вид всего клуба. Они с интересом все разглядывали и присели на диван, а Мёрфи лишь ухмылялся и довольствовался тем, что всем понравилась его работа. — А почему ты не повёл нас в VIP комнату? — спросила Андрея. — Я хотел показать вам этот зал. Но не только поэтому. Я ведь знаю что твориться во всех этих VIP комнатах. Даже на диванах потом противно сидеть. Ребята решили заказать ещё по напитку и Мёрфи захотел копнуть глубже в последние события. — Ну рассказывайте. Как все прошло? Повисло неловкое молчание. Эдриан недоуменно посмотрел на друга, совершенно не понимая что к чему. Андрея медленно отвернулась, не желая показывать своё смущение. Мёрфи пытал всех своим взглядом с поднятой бровью и похотливой ухмылкой. — Да чего вы? Это просто супер! Воскликнул Мёрфи и искренне обнял Эдриана и сел рядом, но тот до сих пор не понимал происходящего. Андрея не стала продолжать хранить молчание и призналась. — Ладно. Эдриан, это Мёрфи предложил сделать тебе приятное. Коленки парня нервно задрожали. Он сам не понимал, откуда такая реакция, но внутри ему было досадно, обидно, даже гневно. Как так? Его спутница сделала это из-под пошлых мыслей их непутёвого друга? Но Эдриан и не показал бы своего недовольства, если бы только не его ладонь, сжимавшая подлокотник дивана. Андрея сразу заметила эту деталь и стала успокаивать парня и просить прощения. — Пойми, я сделала это лишь из добрых намерений. Чтобы тебе стало легче. — То есть удовольствия ты не получила? — неуместно пошутил Мёрфи, за что получил гневный взгляд девушки. — Этот дебил дал только идею. Это был большой ответственный шаг, на который я решила пойти. После этих слов Эдриану стало ещё обидней: из-за нерешительности в интимных делах, его девушке пришлось делать этот шаг. Но это парень уже скрыл и обнял Андрею. Пока они стояли, зазвонил телефон в кармане девушки. Она подняла трубку. — Слушаю. — Андрея, родители решили нас навестить. Поезжай сюда. И быстрее! — Да хорошо, хорошо. — Неужели я что-то оборвал? — Том! Захлопнись! — Передавай привет Эдриану. Со смехом блондина послышались короткие гудки. Андрея объяснила ситуацию парням и удалилась из клуба. Мёрфи проводил ее до входа, оставив Эдриана одного в комнате. Он сидел и думал, почему ему стало так обидно: это ведь был просто дружеский совет. Хотя, зная своего друга, никакого совета тут не было. Все мысли Мёрфи были заняты лишь тем, о чём Эдриану не разрешалось и думать. Вскоре вернулся Мёрфи. В руках он держал 2 коктейля. Он поставил их на стол. — Что случилось? Тебя это как-то задело? — со странной озабоченностью спросил он. — Нет. — коротко отрезал Эдриан, — Всё нормально. — Мне-то хоть можешь не врать. Расскажи. Я тебя выслушаю. Крепкая ладонь парня легла на бедро Эдриана. В этом не было никакой пошлости, скорее показатель заботы и беспокойства. Тот редко видел Мёрфи таким: обычно он давал резкие, а порой странные советы, которые были сказаны с целью подбодрить и развеселить друга. Но в этом жесте было нечто иное. Что-то родное. Эдриан вспомнил все моменты из их детства, в котором мальчики всегда помогали и поддерживали друг друга. Никогда не предавали и дорожили каждой минутой. Эдриан почувствовал тоску по тому времени, когда они с Мёрфи были единым целым, а сейчас — врозь. Долгие секунды этой тишины напрягали обоих парней, и Мёрфи разочаровался: когда-то его друг делился с ним каждым переживанием, каждой тревожностью, но только не сейчас. Он встал и залпом выпил оба коктейля. — Понимаешь. Мы очень разные. — начал Эдриан. — У нас появились противоположные цели и ценности. Мне очень грустно от того, что ничего не может быть как раньше. Такие глубокие разговоры никогда не нравились Мёрфи, но ради друга, он был готов и на это. — Почему ты решил, что мы такие разные? Что наши цели не могут совпадать? Этот вопрос поставил в тупик Эдриана: он теперь даже не знал о своих целях, что он может сказать о целях друга? Тем более о ценностях, ведь они и у него же пошатнулись. — Я уже не знаю. Ты живешь лишь удовольствиями, а я — ожиданиями. — А зачем мне отказываться от удовольствий? Мне не нужно оправдывать чьи-либо ожидания. И тебе не стоит. Эдриан, послушай, этот груз рано или поздно раздавит тебя. Пора делать то, что ты хочешь. Я рад что Андрея смогла тебе помочь, но тебе нужно самостоятельно почувствовать этот вкус жизни. Мёрфи сидел на диване, жалобно смотря на друга, словно ждал какой-то реакции на его слова, но её не последовало. — Ты не понимаешь. — сказал Эдриан, направляя взгляд куда-то вдаль. — Очень трудно знать, чего бы ты не хотел от жизни, обязательства и ожидания будут напирать сзади, и никогда не получится ничего воплотить. — Так ты скажи мне, и вместе мы всё выполним. Тебе нужно лишь поделиться со мной. И если ты думаешь, что я пытаюсь помочь, потому что выпил, то ты глубоко ошибаешься. Пожалуйста, дай мне помочь тебе. С этими словами Мёрфи крепко обнял друга. Его руки закрепились на широких плечах капитана команды. Сначала Эдриан почувствовал ту самую теплоту, но затем его дыхание началось сбиваться. Странное ощущение внизу живота начало проявляться, и вдруг, в его джинсах стало тесно. Мёрфи не заметил этого, он продолжал обнимать без понимания происходящего. Эдриан, когда понял что это было за ощущение, немного засуетился и даже испугался: по отношению к другу такого желания никогда не было. Мёрфи разжал объятия и сел на впереди стоящий диван, а Эдриан, пытавшийся скрыть своё истинное желание, положил одну ногу на другую. Они сидели до того момента, как Мёрфи резко встал и вышел во дверь со словами: «Погоди». Эдриан посмотрел на бугор, выпирающий из его штанов, и прижал его руками, сгорая от стыда. Но так он делал только хуже: бугор становился больше. Парень почувствовал желание прикоснуться к другу, провести рукой по его телу, почувствовать его взгляд на себе. Но эти мысли рассеялись когда Мёрфи зашёл в комнату с двумя коктейлями. Один он выпил сразу, а второй поставил перед другом. Тот отказался от лонг-айленда, ссылаясь на то, что ему хватит. Мёрфи пожал плечами и выпил за него. Затем, он заметил странное состояние друга: сидел в странной позе, при этом пот стекал по его лбу и на лице была странная улыбка. Мёрфи решил спросить. — Всё в порядке? — Д-да, всё хорошо. — нервно проговорил Эдриан. — После этого разговора мне стало лучше. Давай пойдём домой? — Дай угадаю, тебе звонила Аида и вызывает домой? Эдриан решил соврать. — Ну да. Но и вправду пора. — Так стоп, что я тебе говорил минуту назад? Сейчас мы будем делать что ты хочешь по-настоящему. Просто скажи мне. — Н-не стоит… — Ты хочешь напиться вдребезги? Найти какую-нибудь девушку для одной ночи? Что? — Прекрати! — закричал Эдриан. Мёрфи сел на диван. Да, возможно, он перегнул палку, но хотел только помочь. Когда Эдриан закричал, он опустил руки, сжал их в кулаки и отвернулся. Тонкая слеза прокатилась по его щеке, оставляя за собой еле заметный след. Только сейчас Мёрфи понял, что творит. Он сел на диван, закрывая своё уставшее лицо руками. Обстановка в комнате накалялась с каждой секундой. Мёрфи продолжал сидеть и ждать, но не знал чего именно. Наверное, шаг, который сделает его друг. Шаг, который покажет главную суть всего беспокойства. Но Эдриан продолжал стоять. Он мог лишь думать: стоит ли открыться своему главному другу, человеку, который никогда не осуждал его. Эдриан понимал, что это будет честно по отношению к им обоим, но как же Андрея? Опуская руки, Мёрфи взглянул на Эдриана красными глазами. — Не хочешь — не говори. Я просто хочу помочь. — Меня к тебе тянет! — развернувшись, громко воскликнул Эдриан. Мёрфи не сразу понял значение сказанного и переспорил. — Что? — Я хочу видеть тебя, чувствовать, касаться — всё! Долгая пауза оглушила обоих парней. Мёрфи медленно встал и подошёл поближе. — Ты меня любишь? — Нет, не знаю, не думаю. — затараторил Эдриан. — Мимолётное желание? — Возможно. — А ты не будешь жалеть? — Не важно. — Неужели ты начал поддаваться своим желаниям. Я очень рад этому. С этими словами он поднёс руку к лицу парня и провёл пальцем по его губам. Эдриан завороженно смотрел ему в глаза и совсем не сопротивлялся. Затем Мёрфи тихо ему шепнул. — Скажи мне, что ты хочешь? — Тебя. — так же прошептал парень. — Значит придётся подчиниться. Вопросительными глазами Эдриан посмотрел на товарища. Но тот развернулся и сел на диван перед Эдрианом. — Нужно же тебя как то раскрепощать. Облизни палец. Не сразу поняв что делать, Эдриан неуверенно преподнёс ладонь к своим губам. Он положил палец в рот и провёл по нему языком. — Теперь 2. К одному пальцу добавился второй. Он даже не знал почему выполняет все, что скажет Мёрфи. Эдриан просто делал. Желал делать. — Хорошо. Сними рубашку. Руки потянулись к клетчатой зелёной рубашке. Они действовали уже вне разума. Он остался в чёрной водолазке, которая уже успела вспотеть. — Теперь и это. Пальцы потянули край водолазки и освободили разгоряченный торс. Эдриан почувствовал себя немного неуютно. Мёрфи сидел и разглядывал красивое тело, но приказы не переставали приходить. — Проведи рукой по своему телу. Никто из них уже и не думал: хочет ли Эдриан это делать, или нет. Рука накрыла плечо и начала медленно перемещаться на грудную клетку, не забывая попутно сжать мышцу. Она двигалась ниже, проводилась по прессу, растирая по телу попутные капельки пота. — Отлично. Теперь штаны. Эдриан не мог не подчиняться властному голосу Мёрфи. Ладонь легла на ремень и ловко расстегнула его. Чёрные джинсы сразу упали к ногам парня. Перешагнул и отбросил их в сторону. Стало некомфортно: стоишь в одном белье перед другом, который сидит перед тобой со стаканом крепкого алкоголя. — Какое же красивое у тебя тело. Я не могу. Повернись. Шаг в пол-оборота и у Мёрфи появилась возможность рассмотреть светило друга сзади. Упругие ягодицы выпирали из-под белья, будто просили, чтобы по ним хлопнули. — Сожми. Эдриан почему-то сразу понял, что нужно сделать. И в ту же секунду ладонь обхватила ягодицу. Это начало ему даже нравиться. — Отлично. Теперь и это можно снять. Это уже было труднее, но приказ есть приказ. Резинка трусов потянулась и оказалась на уровне колен, которые непроизвольно сомкнулись. — Не стесняйся и расслабься. Поддайся голосу искушений. Этот властный голос Мёрфи сводил с ума. Вся неуверенность и стеснительность куда-то ушла вместе с бельём. Эдриан вошёл во вкус и стал больше трогать себя. Везде. Его руки было везде, начиная и плеч, заканчивая ягодицами. Уже самостоятельно он повернулся и продолжал телесные ласки. Мёрфи смог насладить уже передней обнаженной частью. Эдриан не останавливался, даже когда рука достигла полового органа. Он ускорялся. Всхлипы удовольствия. И в один момент белая жидкость испачкала ковёр в комнате. Вроде бы это все, но нет. Хотелось большего и Эдриан встал, дожидаясь следующего указания. Мёрфи лишь молча наблюдал, но затем произнёс: — Прекрасно. Теперь встань на четвереньки и подходи сюда. Так и было сделано. Эдриан переместился на 4 конечности и подошёл. Взглядом Мёрфи указал на вставший орган, выпирающего из ткани брюк, тем самым давая беззвучное указание. Но Эдриан не выполнял его. Мёрфи это не устраивало, и тот взял руку друга и бесцеремонно начал водить ее по своей паховой области. Он настолько усердно растирал, что пальцы Эдриана самопроизвольно сжали орган. Когда Мёрфи понял, что Эдриан сам загорелся процессом, он опустил свою руку, давая возможность другу самому поиграться со своим телом. Эдриан подключил вторую руку, которая потянулась к застежке. С одной стороны это выглядело унизительно: молодой человек стоит на коленях прямо перед пахом своего друга детства, но это ещё больше заводило. С трудом справившись с застёжкой, Эдриан резко опустил одежду на пол. Набухший член ударил парня по лицу, что очень рассмешило Мёрфи. Но тот не растерялся и направил орган ко рту парня. И вот. Трудно сказать, что Эдриан был морально к этому готов, но закончить уже нельзя было, да и он не хотел. Мёрфи совсем не церемонился и хлопал членом по его щекам, словно дразня и призывая открыть рот. Эдриан открыл, сначала немного, но когда орган начал проникать в ротовую полость, пришлось раскрыть намного шире. Глаза могли выпасть из обрит — настолько сильно они были вытаращены. Это было что-то совершенное иное: невероятно приятное и в то же время странное. Этот вкус нельзя было ни с чем сравнить, но возможно это было лишь первое впечатление и шок. На первых взгляд такие девственные губы казались совсем невинными, неготовыми ни к чему подобному. Этот язык не должен быть способен извиваться вокруг чьего-либо члена. Но с каждой секундой Эдриан рушил все эти стереотипы, которые он внушил самому себе. Губы все больше смыкались, язык становится извилистей, но все равно это было очень неумело, что забавляло Мёрфи. Однако он не подавал виду, только томно стонал своим сладостным басом. Все продвигалось медленно. Мёрфи специально поначалу не давил на партнера, но затем природная раскрепощённость взяла верх. Он обхватил затылок Эдриана широкой ладонью и начал прижимать к себе. Давление немного пугало его, но нравилось, до того как стало не хватать воздуха. Еще немного, и вся длина оказалась в его глотке. И следующим резким короткими движением это и произошло. Глаза выпучились больше, руки сжали диван, а легкие требовали воздуха. Слёзы покатились из глаз, но просить остановить он не смел. Рука разжалась и Эдриан мигом оторвался. Закашлялся и вытирал слёзы. — Очень неплохо, — сказал Мёрфи, расстегивая пуговицы на своей рубашке, — но практики явно не хватает. Еще раз. Та же рука снова потянулась к голове Эдриана, но тот уже сам полностью раскрыл рот и принимал. Мёрфи перестал что-либо делать, кроме того, как следить за парнем, получающего новое удовольствие. Но конец был близок, хоть Мёрфи ещё и не хотел заканчивать. Он засуетился, ведь Эдриан, через боль, так и не прекращал яростные оральные ласки. Опять захват за голову — прижал, и затем, расслабление руки. Глаза Эдриана зажмурились. Часть пришлось проглотить, а остальное — сплюнул. Белая жидкость потекла по губам, но Мёрфи заботливо вытер их большим пальцем и отряхнул руку. Она потянулась к карману брюк, лежащих на полу и достали оттуда презерватив, который всегда находится там «на всякий случай». Тот отдал его Эдриану. — Я думаю, ты сам захочешь его надеть на меня. — сказал Мёрфи с незлой насмешкой. Ловко распечатанный презерватив в руках Эдриана был словно ключ. Но куда, ему предстоит понять и почувствовать. Он раскатал защиту по органу, и в тот момент Мёрфи приказал: — Встань. Тот послушно встал. Действуя лишь под контролем страсти, он сидел на коленях прямо над пахом Мёрфи. Все тот же страх в глазах стал очень видимым. Но друг его успокаивал. — Не бойся, все будет медленно, поначалу… Последнее неаккуратное слово ещё больше напрягло Эдриана. Его руки упирались в спинку дивана, а руки Мёрфи сначала поглаживали спину, потом спустились на талию, а затем и на ягодицы. Сильно сжавшие пальцы заставили Эдриана несвойственно для него всхлипнуть. Мёрфи усмехнулся и решил продолжить играть с этой зоной. Сжатия перешли в поглаживания, а за тем и в шлёпки, которые оставляли за собой красные следы. Эти контрастные действия вызывает целую бурю эмоций у обоих парней. — Ай! — Громче. Еще шлёпок. — Ай! — Громче! После этого пошло чередование из шлепков, каждый из которого был сильнее предыдущего. И после каждого ягодицы Эдриана сильно сжимались, но когда они прекратились, он так сел на бёдра Мёрфи, что их половые органы стали касаться. Эдриан закрыл глаза, полностью доверившись умелым рукам друга, которые обхватили его член. Тонкая кожа стремительно натягиваясь и расслаблялась. Предрекая близкий конец, Мёрфи прекратил, и решил наконец приближать уже к самой кульминации. Он облизал сразу два своих пальца, приподнял Эдриана и медленно стал вводить их в него. Первая реакция — отторжение, но затем пошло расслабление и попытка получить удовольствие, которое получалось с трудом. Мёрфи старался, но аккуратный мягкий секс не был его стихией. Поэтому этими двумя пальцами он двигал уже сразу, как ввёл их полностью. Тело Эдриана стало очень мокрым от пота, возникшего из-за этого потока новых ощущений, и оно лишь вторило каждому действию пальцев. Эти ласки продлились уже недолго. Не в силах держать, Мёрфи схватил партнера за ягодицы и снова приподнял. Теперь Эдриан был в полном ожидании того, что произойдёт дальше, ведь он понятия не имеет какого это. У Мёрфи не было смазки, и ему пришлось обходиться слюной, хоть это и было не рекомендовано. Он раздвинул, чтобы пространства было побольше и начал вводить уже не пальцы. Это и было кульминацией. Эдриан тут же от боли сжал ягодицы, за что получил сильный шлепок. Пришлось расслабить, но это было слишком трудно, почти невозможно. Но через слёзы ему приходилось выполнить приказ. Мёрфи был максимально аккуратен насколько он мог, поэтому вводил постепенно. Когда головка вошла, он сразу вынул, давая возможность Эдриану порулить процессом. Томный, заигрывающий взгляд Мёрфи будто бросал вызов своему партнёру, но тот не боялся его принять. Уперевшись в грудную клетку друга, Эдриан стал медленно садиться. Каждый миллиметр казался непреодолимым расстоянием. Тихие всхлипы становились громкими стонами. Но нарастающая боль, граничившая с удовольствием, не давала Эдриану прекратить. Руки Мёрфи водили по всем изгибам тела друга, не пропуская ни одного места. Эти страстные прикосновения давали Эдриану новую мотивацию к движению. Уже на половине длины он хотел сдаться, но Мёрфи решил помочь и стал двигаться на встречу все теми же медленными движениями. Крик. Слёзы. Дрожь в ногах. Эдриану пришлось пройти все это перед тем, как Мёрфи полностью вошёл в него. Он даже подумать не мог, что это так больно, и в то же время невероятно приятно. Горячие ощущения внутри создавали ноющие порывы внизу живота. Шлёпок. И Эдриан начал двигаться вертикально. С каждым новым подъемом было все труднее и труднее. Но скорость лишь увеличивалась. По взгляду Мёрфи можно было увидеть, как тот себя сдерживает, чтобы не перехватить инициативу на себя, ведь тогда Эдриану было бы несладко. Но эти муки уже невозможно было держать в себе. Мёрфи буквально опрокинул друга на спину, схватил за горло, и начал вводить уже сразу, хоть и с той же осторожностью. Всё что мог сделать Эдриан, это схватиться за спинку дивана одной рукой и отдаться процессу. «Сладкие мучения» — вот как можно было назвать эти ощущения. Мир поплыл перед глазами, все стало таким неважным, по сравнению с чувствами, эмоциями, которые Эдриан испытывал. Все что он мог видеть — старательное лицо Мёрфи, который до сих пор сдерживался, чтобы не начаться двигаться неистово быстро. Мёрфи привстал и сказал низким от вздохов голосом: — Перевернись. Неуверенными движениями Эдриан сделал то, что сказал его партнёр. Теперь он лежит на животе. Времени уже не было и Мёрфи вошёл уже без всяких предварительных движений. Толчком за толчком он раздвигал его ноги на сколько сильно это было возможно. Теперь муки уже не казалась сладкими. Эдриан сжал зубами лежащую перед ним подушку, пока слёзы катились по его щекам. Но вдруг эти быстрее движения стали обрывистыми и имели долгие паузы. А затем пошёл и последний толчок, который сопровождался с громким низким стоном Мёрфи. Это был конец. Прошли все сладкие муки, но впечатления уже не пройдут никогда. Мёрфи сразу отошёл к урне выбросить использованную защиту, а Эдриан все ещё остался лежать на диване. Видимо, он уже уснул. Мёрфи в последний раз взглянул на красивое тело друга и натянул на себя одежду, которая свободно валялась на полу будто совершенно ненужная. Но оставлять Эдриана тут и в таком виде он не хотел. Поэтому Мёрфи достал одеяло из шкафа (он часто оставался ночевать на работе, и поэтому положил спальный комплект в шкаф) и накрыл его Эдриана, а затем и сам лёг спать, но уже в кресло. Никому из них уже ничего не снилось ничего особенного, лишь сладкие воспоминания о безумной ночи, полной страсти, желаний и удовольствий.