Кровавый пепел

Будь хоть малейший шанс повернуть время вспять, он бы непременно им воспользовался. Затянутое свинцовыми тучами мрачное полотнище неба вот-вот было готово разразиться сильным дождем, будто оплакивая свою несчастную судьбу. Или, быть может, не столько свою, сколько иную, чьим невольным свидетелем оно оказалось. Спертый пеплом и гарью воздух сдавливал глотку, не давая вдохнуть полной грудью. Глаза застелила мутная пелена, сквозь которую виднелись лишь бурые пятна. Звон в ушах и железный привкус во рту казался сейчас не больше, чем мелким дискомфортом. Боль не угасала, противными бутонами агонии расцветая по всему телу, не давая двинуться лишний раз. Но сейчас это было неважно. Сейчас его волновало лишь ощущение чужого веса на собственных окровавленных руках.

***

— Мы закрываемся. Вот-вот дотянувшаяся до заветной бутыли «Полуденной смерти» лишь на мгновение дрогнула, притормаживая на полпути к цели. Но этого хватило, чтобы чужие длинные пальцы успели ловко перехватить ее, отставляя слишком далеко для того, чтобы можно было вернуть ее на прежнее место. — Насколько я знаю, у меня есть еще около получаса, — вскинув брови, Кэйя бросил возмущенный взгляд в сторону владельца заведения. Он не был настолько пьян, чтобы излагать бессвязные речи, творить всевозможные бесчинства и, в крайнем случае, просто выглядеть меньше подобающего. Вино хоть и ударило в голову, но привнесло, разве что, легкий дурман. Мысли не стали светлее, а язык — развязнее. Наоборот, внезапно навалившаяся тоска сбила весь пыл ко всем начинаниям очередной ссоры. Однажды Альбериху поведали, что слова могут ранить куда сильнее острейшего клинка и тогда он был готов почти согласился. Сейчас же это не более, чем единственный способ общения: с Дилюком либо так, либо никак. Вспороть старые раны, задеть за живое и, в конечном итоге, раздавить то светлое, что осталось в памяти друг о друге, стало делом обыденным и давно устоявшимся. Чувствовал ли капитан себя виноватым во всем случившемся? Возможно, но не полностью. Лишь на ту часть, в которой он принимал непосредственную инициативу, стараясь распалить огонь сильнее. «Один из немногих пьянчуг-постояльцев» — мелькнуло в голове Альбериха, от чего тот непроизвольно скривился. Именно так о нем думает Дилюк. Не больше, не меньше. А ведь привычка захаживать в «Долю Ангелов» появилась как раз таки из-за него. Некогда былое желание возобновить отношения, пусть даже они и не будут зваться, как прежде, братьями, померкло толком не зародившись. Но тот никак не отреагировал, разве продолжал в привычной для себе манере заниматься всем, чем только можно, но никак не уделяя своему единственному на данный момент посетителю и толику внимания. — У меня слишком много дел, чтобы такое время держать здесь тебя одного, — холодно выплюнул молодой человек поворачиваясь боком, а по-новому начиная расставлять бутылки со спиртными напитками под столешницей. Что-то в душе категорически отказывалось прогонять взашей капитана кавалерии, от чего уже становилось попросту невыносимо. К черту и его холеную рожу, и треклятое присутствие тет а тет, лишь бы оставил одного. — Если хочешь нажраться, то, будь добр, сделай это в другом месте, не доставляя мне лишних хлопот. — Дилюк. Собственное имя, брошенное серьезным тоном стороннего голоса прозвучало столь неожиданно, что Рагнвиндр против воли вскочил обратно, чуть не ударяясь затылком об массивный стол. Но больше слов не последовало. Кэйа, опершись руками об гладкую столешницу, приблизился, нечитаемым взором одного единственного глаза впившись в лицо напротив. Хотелось сказать многое. Тишина напряженно окутала обоих, но нарушать ее никто так и не осмелился. Жалобный скрип стула резанул по ушам. Удаляющийся стук сапог оказался последним отголоском, прежде чем таверна вновь погрузилась в молчание. Тонкое стекло бокала, нервно зажатого бледнеющими пальцами, с едва слышным звоном треснуло.

***

— Неужто сам Мастер Дилюк снизошел до бренных рыцарей Ордо Фавониус и готов оказать свою помощь? — вся почтительность, с которой были брошены слова, в миг была разоблачена, стоило лишь пересечься взглядом. Небрежная насмешка читалась на чужом лице не хуже детских сказок. — Милости просим. — Если Ордо Фавониус не в состоянии справиться с собственными обязанностями, то кому-то действительно стоит поиметь совесть и браться за дело самому, — удачно вернув колкость, обладатель Пиро Глаза Бога переключил все свое внимание на Джинн. Порою их словесные перепалки доходили до немыслимых пределов, но то было скрыто от посторонних. Все и без того ведали, насколько сильную неприязнь те испытывали друг другу, но вот вдаваться в подробности, докапываться до правды никто не собирался. Оно же прекрасно и сыграло на руку. Но с каждым днем приходящее осознание твердило, что это совершенно не то, что ему нужно. Это не тот исход, который они желали. Их небольшой лагерь должен расположиться недалеко от заброшенного храма, в котором не так давно разбушевался Орден Бездны. Ситуация начинала набирать воистину серьезные обороты, когда те сумели подобраться непозволительно близко к Мондштату. Действительно умелых рыцарей не хватало и, боги ведают, как Гуннхильдр умудрилась втянуть к ним винодела. Тот действовал исключительно один. Удивительно, как большинство мондштатцев еще не догадалось провести параллель между ним и Полуночным героем. Все было до смешного очевидного. Даже правдоподобное на первый взгляд алиби в реальности разоблачается быстрее взмаха крыла. Недальновидность порою сильно огорчала. Откинувшись на спинку стула, Кэйя искоса наблюдал за переговаривающимися, неосознанно постукивая пальцем по резному подлокотнику, что отдаленно напоминало некую мелодию. Ему не было смысла вслушиваться и уж тем более встревать в диалог. Его содержание он знает от и до. Присутствие здесь капитана обусловлено одним единственным фактом: разведывать храм будут только они вдвоем. Формально, им бы стоило в довесок разобрать последующие действия вместе, но не понаслышке ведая, насколько скептически к этому отнесётся Рагнвиндр, отмел затею тот час же. Для оного будет куда более удачное время. Обладатель Крио Глаза Бога, несмотря на все рвение отправиться на миссию без сопровождения, проиграл под напором действующего магистра. С одной стороны, она действительно была права. Никто не мог предугадать каждый дальнейший шаг вражеской стороны. Решение временно завербовать «не-Полуночного героя» объяснилось само собой: с Магами Безднами могли потягаться разве те, кому был дарован Глаз Бога. Таких то по миру было немного, что уж говорить про Ордо Фавониус. Вылазку договорились организовать ближе к восходу луны. Никаких проблем, по крайней мере это, доставить не должно.

***

— Выбор у нас с тобой, мягко скажем, не велик, — расхваживая из стороны в сторону, промолвил капитан кавалерии. — Либо мы теряем время, но прикрываем друг другу спины, либо расходимся сразу же и в таком случае рискуем. — Мы рискуем в любом случае, разница заключается в том, в какой степени, — сверяясь в который раз с пометками на карте, Дилюк передал ее вынужденному напарнику, — так что не вижу смысла терять время, которого у нас не сказать, что много. — Другого ответа я и не ожидал, — ухмылка мимолетной тенью проскользнула на лице. — Знаю, не мне тебе советовать, но подставленное в трудную минуту дружеское плечо никогда не станет лишним, сколько бы раз ты ни отказался. — Ты прав. Два слова были произнесены настолько легко, что сумели озадачить слишком сильно для того, чтобы увериться в их правдивости. — Не тебе мне советовать.