V. Знакомство
2 марта 2022 г., 23:00
Примечания:
ПБ открыта, заранее прошу прощения, было мало свободного времени на проверку
Честно говоря, Изуку по-прежнему не мог поверить в тот факт, что всё происходящее в данный момент, здесь и сейчас, и впрямь реально, и впрямь настоящее, без капли выдумки или же фантазии самого Мидории: его на полном серьёзе собирались фактически отдать в качестве супруга королю Яги.
Напоминало ли это сон? Напоминало ли это просто-напросто игру неожиданно разбушевавшегося воображения Изуку после, предположим, очередной прочитанной книги? Ах, несомненно, как казалось самому принцу, во всём была как минимум крошечная капля сюрреалистичности.
Ведь всего неделю-две ранее он просто-напросто жил тихой, мирной, спокойной и максимально размеренной жизнью, сравнимой с морской гладью без единой ряби, без единого колыхания или даже намёка на него, прежде чем… Существует выражение, что перед бурей обычно следует затишье.
Именно той самой фразой Мидория, вспоминая произошедшие с ним за время путешествия и первые дни пребывания в королевстве своего будущего супруга события, мог описать собственную жизнь, говоря максимально откровенно.
Если ранее она была крайне однообразной, ограниченной прочтением книг, изучением наук и некоторыми другими мало впечатляющими вещами — сравнивая с тем, чего Изуку действительно хотелось; сейчас же всё казалось иным, совершенно иным, обрушиваясь на юношу калейдоскопом мыслей, воспоминаний и раздумий.
Даже поездка до другого королевства — вероятнее всего, нечто обыденное для многих других, для почти всех остальных людей, вызвала у Мидории целый шквал эмоций, начиная от волнения и смущения, а заканчивая некоторым предвкушением и невероятным интересом.
И хотя в тот вечер он по-настоящему сильно устал… и, не чувствуя своих ног — в буквальном, конечно же, смысле, умудрился заблудиться в совершенно незнакомом ему месте и каким-то непонятным тогда способом добраться до королевского сада; уже на следующий день Изуку мог с лёгкостью заявить, что этот замок его поразил.
Домашняя обстановка — то, к чему Мидория уже привык и навряд ли способен отказаться от подобного полностью; увы, оставалась домашней лишь в королевстве Изуку, его родителей. Однако здесь же, пусть и не хватало чего-то «своего», было не менее прекрасно.
Большая и ухоженная территория внутреннего двора, попросту усеянная зеленью, самыми разнообразными и диковинными растениями, некоторая часть которых была известна Мидории; в равной степени замечательная территория за пределами замка: живописная, красочная, сочная, яркая.
Что касается самого замка… ах, замок — как замок, на самом же деле, не считая того, что он был всё-таки больше замка, в котором родился и жил Изуку — не такое уж и богатое, не такое уж и красочное, не такое уж и яркое место — как может показаться кому-то на первый взгляд, но всё-таки.
Или же, что не менее вероятно, Мидория всего лишь не привык к подобному — к другой, отличной от его привычной, территории, из-за чего всё остальное, будь то поездка или же замок Всесильного, казалось Изуку чем-то даже странным, невероятно далёким от привычного.
И, как уже было сказано ранее, это вызывало у юноши определённые эмоции, наполняя его жизнь новыми впечатлениями, тем самым одновременно со всем остальным даруя возможность научиться чему-то новому, набраться опыта в различных ситуациях, проблемах и вопросах.
Стоит ли тогда говорить о том, какое же впечатление на него произвело знакомство с новыми людьми, включая знакомство с такой достаточно известной личностью, как король Яги? И учитывая то, какие условия поставили для объединения двух враждующих ранее королевств…
Жизнь Мидория без преувеличения напоминала сейчас затишье перед бурей, перед чем-то грандиозным, способным взволновать Изуку окончательно, накаляя его и без того возбуждённые нервы до предела. А именно: перед «знакомством» — то, что уже вызывало целый вихрь мыслей в вечно беспокоящейся зелёной макушке.
Фактически, если так подумать, то юноша был знаком со Всесильным, говоря как в буквальном смысле, так и в прямом, поскольку впервые Мидория «познакомился» с ним благодаря различным слухам и историям, что, конечно же, не всегда правдиво, но при всём этом способно создавать ложные впечатления и ожидания.
Затем Изуку познакомился с королём, когда только-только приехал сюда и, пытаясь собраться до предоставленной ему комнаты, случайным образом добрёл до прекраснейшего сада, где и встретил там своего будущего супруга, сам того не подозревая. Как он вообще мог предугадать это?..
В третий же раз Мидория познакомился с ним на собрании, но, на самом деле, нельзя сказать, что этого времени было достаточно для полноценного знакомства, да и на собрании Яги показывал себя не столько как личность, сколько опытный правитель, знающий дело, которым он занимается.
Именно по всем перечисленным выше причинам Изуку был, вероятно, практически впервые настолько взволнованным предстоящим очередным «знакомством» — на сей раз оно будет настоящим, без посторонних людей и чего-либо подобного. Теперь Мидория и Всесильный будут общаться один на один.
Разочаруется ли король поведением Изуку, его привычками вроде извечного бормотания или же «витания в облаках»? Понравится ли Мидория ему, или же нет? Как вообще нужно вести себя? Что конкретно можно говорить, а что нельзя? К слову, в голове у юноши накопилось действительно много вопросов.
Но, к сожалению, достойных и понятных ему самому ответов было мало. Единственное, что сказала Инко — просто вести себя так же, как и обычно, так же, как и всегда, быть настоящим, и одновременно… не говорить пока всё. Несколько запутано, не правда ли?
Не то чтобы Изуку не понимал, предположим, всех возможных рисков: что, если он действительно взболтнёт что-то не то? Расскажет то, что в целом не стоило никому рассказывать? И тем более тому человеку, которого пока вы не знаете от слова «совсем», несмотря на предыдущие встречи.
В то же время Мидория осмеливался предположить, что и Всесильный, в свою очередь, конечно же, не будет при практически первом настоящем знакомстве рассказывать ему всё, говорить обо всём на свете, даже если через полтора месяца уже нужно было сыграть свадьбу, что казалось Изуку… настоящей бурей, ураганом в спокойной ранее жизни.
За это откровенно небольшое — с учётом того, что король Яги наверняка занятый человек и не сможет уделять Мидории каждую минуту, каждую секунду; время, им нужно будет хотя бы минимально узнать друг друга, так или иначе довериться друг другу, понять друг друга.
Однако сейчас, когда Изуку откровенно не понимал того, о чём говорить со Всесильным на предстоящей сегодня встрече, подобное казалось ему чем-то сюрреалистичным. Или, что вполне вероятно, основная проблема заключалась именно в том, что Мидория очень редко знакомился с новыми людьми.
Точно не во времена почти постоянных войн, во всяком случае, потому что сказать, что Изуку берегли, означает ничего не сказать: как единственным ребёнком и единственным наследником, им дорожили по-настоящему сильно, что порой даже, возможно, доходило до гиперопеки.
Поэтому можно было заранее предположить, что встреча окажется максимально неловкой и не в меньшей степени смущающей, поскольку у Мидории действительно крайне малый опыт общения с людьми. В конце концов, книги разительно отличались от реальности.
Но даже несмотря на последнее утверждение, реальность Изуку не мог считать той самой реальностью: слишком… странно? Пугающе? Поразительно? И, конечно же, волнительно, ведь до встречи со своим будущим супругом Мидории оставалось всего ничего.
И чем больше Изуку смотрел на настенные часы, тем сильнее волновался, в который раз за день гадая, как пройдёт сегодняшнее знакомство, и не подведёт ли он тем самым других людей, не усугубит ли и без того не самую лучшую ситуацию…
***
Тот факт, что встреча пройдёт в королевском саду, Мидорию ни капли не удивил: начать хотя бы с того, что то место настолько тихое, настолько прекрасное и спокойное, что идеально подходит для разговоров любой важности. Кроме того, всеми фибрами собственной души Изуку был благодарен королю. Сад, конечно же, не мог повысить Мидории его навыки его общения или же придать уверенности, так или иначе успокоить юношу, однако можно сказать, что Изуку всё-таки хоть немного, но расслабился. Знакомая обстановка играла свою роль. И хотя юноша по-прежнему напоминал нечто крайне нервное, крайне беспокойное и явно не желающее просто так сидеть, стоять на месте; мысль о том, что знакомство с Яги пройдёт не где-нибудь в холодных стенах кабинета, а в том прекраснейшем саду, вселяла в душу Мидории крошечную капельку облегчения. Быть может, всё пройдёт не так плохо, как кажется самому Изуку на данный момент, пока он добирается до места встречи? К тому же, Всесильный относился к Мидории, по всей видимости, достаточно мягко, осторожно — судя по предыдущим встречам. Впрочем, это порождало новые опасения. Теперь Изуку боялся… разочаровать своего будущего супруга? Упасть в его глазах? Сделать что-то не то и не так? Ах, честно говоря, Мидории было трудно объяснить собственные мысли и чувства. Но выглядеть в глазах короля Яги глупо или же как-либо ещё ему не хотелось. Не сочтёт ли Всесильным его слишком, предположим, маленьким, ребяческим? Или даже, возможно, в некоторой степени бесполезным — то, что Изуку отчаянно не мог выкинуть из головы, невольно прикусывая губу почти до крови, до крошечных ранок. Сможет ли Мидория представить себя и свою семью, своё королевство, достойно? Что, если король передумает и решит расторгнуть договор, расторгнуть союз и отменить свадьбу именно из-за Изуку? На этот раз от него многое зависело, поэтому малейшая ошибка может стоить жизни и благополучия многих людей. В то же время это всего лишь мысли и переживания самого юноши. В действительности же навряд ли Яги сделает так, поскольку всё уже тщательно обговорено, иначе время и силы, израсходованные на собрания и на многое другое, были бы потрачены впустую, верно? По крайней мере, Мидория надеялся на это, стоило ему наконец-то подойти к нужному месту — к саду, куда его и привели слуги, прежде чем… оставить здесь одного. Почти одного, не считая Всесильного, стоявшего совсем рядом с беседкой и приветливо улыбающегося Изуку. Не было похоже на то, что принца здесь никто не ждал. Точнее было сказать, что Мидорию, по всей видимости, очень и очень сильно ждали, ожидали с ним встретиться, судя по тому, что находилось в беседке, а также учитывая и то, во что одет будущий супруг Изуку. И в то время как на столе стояли заранее приготовленные чашки для чая, чайник, да и в целом — всё необходимое для небольшого чаепития в расслабленной и неформальной обстановке, сам же Яги, хоть его одежда и не была роскошной или излишне вычурной, выглядел прелестно. Нечто простое, нежное и лёгкое, что не сочеталось с тем, что эту одежду носил король, поскольку Мидория не привык к подобному, но одновременно — те вещи идеально подходили Всесильному сейчас, в том числе и к его благородному образу в целом: приятные, в некоторой степени блёклые цвета и их оттенки, контрастирующие на фоне ярко-зелёной сочной листвы, травы. А также… ах, кажется, Изуку слишком сильно отвлёкся от происходящего — то, что он замечает лишь тогда, когда его будущий супруг издаёт еле слышное хихиканье, которое можно было обозвать и ласковым, и смущённым — будто Мидория сказал что-то не то. И как никогда ранее он молился о том, чтобы не бормотал в тот самым момент вслух. Тогда реакция короля была бы предельно ясной и понятной. Впрочем, кажется, что уже всё равно поздно изменить что-либо, вовремя одёрнуть себя от извечной привычки в виде бормотания… или же, как ещё один вариант, попытаться всеми возможными способами хоть как-то оправдаться. Ведь Изуку, похоже, не помогли никакие мольбы о помощи у всевышних сил. — Думаю, — улыбается Яги, окидывая принца насмешливо-ласковым взглядом и не переставая улыбаться, — я возьму это на заметку, юный Мидория, раз ты считаешь, что мне действительно идёт подобная одежда. Но прежде всего: не хотел бы ты составить мне компанию за чашечкой ароматного чая? Мог ли Изуку отказаться от подобного предложения? Помимо того, что отступать уже, очевидно, было некуда, поскольку всё решено… а также сам юноша дал согласие на свадьбу; после того, насколько нежно и тепло это сказал король, Мидория сомневался, что сможет отказаться, практически сразу же кивая в ответ, прежде чем озвучить вслух хоть что-то: — Благодарю Вас! Если сказать, что от слов юноши улыбка Всесильного абсолютно точно не стала шире, не стала ярче и лучистее, чем это возможно тогда, когда она уже и без того невероятно ласковая, невероятно солнечная — прямо как сегодняшний день; означало бы полнейшую ложь. По всей видимости, такой ответ удовлетворил Яги, жестом приглашающего Изуку присоединиться к чаепитию. Кивнув — на сей раз уже самому себе, Мидория, смотря под ноги, поспешно следует к беседке, мысленно подмечая совершенно ненужный здесь и сейчас факт: королевский сад и впрямь ухоженный, включая каждую дорожку, включая каждую тропинку, и… ах, как бы Изуку ни старался игнорировать собственное смущение, оно всё равно было заметно. Впрочем, Всесильный никак не прокомментировал нервное и явно взволнованное состояние Мидории, терпеливо дожидаясь принца и самостоятельно направляясь к беседке, а точнее — неспешно присаживаясь за стол, не желая торопить события, не желая торопить Изуку — как он осмеливался предположить. Возможно, что Яги в целом был неторопливым, рассудительным, склонным к длительным размышлениями и к не менее длительному принятию решений. Однако в глубине души Мидории же хотелось верить в то, что будущий супруг относится так бережно только к нему, дабы, предположим, не пугать и без того ошарашенного Изуку. По крайней мере, такая мысль хоть немного успокаивала юношу в данной ситуации, фактически вынуждая снять с плеч невидимые камни и расслабиться настолько, насколько это возможно сейчас. Тем не менее, у Мидории всё ещё оставались в голове кое-какие определённые и откровенно донимающие его мысли. Почему бы не спросить то, что так волнует? — Прошу прощения, — спустя некоторое время подаёт голос Изуку, оказываясь на противоположной от Всесильного стороне беседки и присаживаясь практически на самый край лавки, — король Яги, а… Прежде чем Мидория скажет хоть что-то или же попытается озвучить собственные мысли вслух, задать тот вопрос, который не давал ему покоя уже какое-то определённое количество времени, Изуку внезапно перебивают, выставляя ладонь вперёд в качестве знака «подождать»: — Тошинори. Когда мы наедине, ты можешь звать меня именно так, юный Мидория. Всё в порядке, я был бы рад, если бы ты просто чувствовал себя расслабленно со мной. Не переживай ни о чём. Признаться честно, Изуку не ожидал услышать это, особенно сейчас — при «первом» знакомстве. Однако нельзя сказать, что он чем-то расстроен или же недоволен в данный момент. Просто непривычно, просто внезапно — что выражается в том, что щёки Мидории, судя по ощущениям, попросту горят. — Х-хорошо, — всё также взволнованно соглашается Изуку, потирая собственное лицо, пока Всесильный разливает по чашкам зелёный — если Мидория не ошибался, чай. — Т-тошинори. Я… п-понял В… Несмотря на то, что перебивать других людей, пока те говорят — не самая приличная манера для всех, включая короля, Всесильный неожиданно делает это, когда заканчивает разливать чай по кружкам, качая головой в знак возражения и поясняя свой жест и причину, по которой он перебил юношу: — Ты также можешь обращаться ко мне на «ты», пока мы общаемся один на один, пока мы наедине. Я полагаю, что так было бы всё же лучше и проще, чем постоянно обращаться друг к другу на «Вы», если ты не против этого. Я приму и учту любое твоё решение. Аккуратно пододвигая к Изуку вполне изящную и красивую чашку с каким-то, кажется, простым цветочным узором — то, на чём вместо собственного смущения попытался Мидория сосредоточиться в данный момент; Яги присаживается обратно, присаживается на своё место, ожидая какой-либо реакции от собеседника. И хотя в голове у Изуку сейчас уже все мысли просто-напросто спутаны, поскольку от смущения и неловкости от знакомства с другим человеком Мидория боится сделать или же сказать что-то не то, что-то не так; он всё-таки старается не затягивать с ответом, но для начала с благодарностью принимает чашку чая в свои руки. — Я… — с неуверенностью в голосе начинает принц, обдумывая, что сказать, прежде чем продолжить и вновь согласиться со Всесильным, — гм, тогда… всё действительно в порядке? Я имею в виду, что… д-да? И… Из-зуку. Так меня зовут. Не желая сморозить очередную глупость или же действительно показаться, предположим, слишком ребяческим, Мидория делает небольшой глоток чая, одновременно стараясь спрятать свой взгляд в практически кристально чистый напиток оливкового цвета, в котором отражалось смущённое лицо Изуку и нежно-розовый румянец на его щеках. Нельзя сказать, что разговор и самое первое настоящее знакомство с будущим супругом идёт гладко, без заминки. Впрочем, никто не считал это чем-то удивительным или ненормальным. Благо, на то, чтобы хоть немного привыкнуть друг к другу, у Мидории и Яги ещё было время до их свадьбы, верно? Поэтому особо торопиться куда-либо нет никакого смысла, на самом же деле. Подобное — ещё одна спешка, кроме самого брака, могла даже усугубить всю ситуацию, привести к не самым лучшим для всех сторон последствиям. И именно за это — за медленность и, можно сказать, плавность, ненастойчивость, Изуку особенно был благодарен Всесильному. — Всё действительно в порядке, — он убеждает Мидорию в нормальности происходящего, а в частности — того факта, что можно обращаться друг к другу на «ты». — В конце концов, я сам это тебе предложил, да? Поэтому не хотелось бы тебе вернуться к тому, ради чего мы здесь, Изуку? Юноша, слишком сильно погрузившись в собственные мысли и переживания, а также в смущение; не сразу понял, про что Тошинори имеет в виду. Что ж, Мидории не мешало бы собраться в кучу, даже если подобное было для него сейчас невыполнимым, когда, казалось бы, от волнения пропадал голос. Заметив состояние Изуку, с каждой секундой всё больше и больше, всё сильнее и сильнее превращающегося в комок напряжённых до предела нервов, Яги, следуя примеру юноши — делая небольшой глоток чая, прежде чем ненадолго прикрыть глаза, вскоре продолжает: — Мне хотелось бы поговорить с тобой… к примеру, о книгах. Насколько я понимаю, тебе очень нравится читать различные книги, не так ли? Мидория едва не выпускает от неожиданности чашку из своих рук. Потому что если Боги в мире существуют, то они наверняка решили подшутить над Изуку: он всеми возможными способами пытался забыть вечернее происшествие, связанное с книгой, но ему вновь невольно напомнили то, что так сильно смущало. Однако Всесильный, несмотря на то, что сам же принц пытался попросту провалиться в данный момент под землю; не выглядел так, словно упрекал Мидорию в чём-либо или же расстроен тем, что произошло в тот знаменательный вечер. Если быть точнее, то единственное, что сделал Тошинори — лишь одобрительно улыбнулся, тем самым побуждая Изуку не стесняться ответить на вопрос. Тяжело вздохнув — деваться и впрямь уже некуда, да и не то чтобы есть смысл так поступать, сбегать куда-либо или же прятаться от смущения, Мидория, стараясь не смотреть в глаза Яги, чтобы не смутиться ещё сильнее, решает рассказать Всесильному о своём увлечении. — Я… и в правду люблю читать книги в свободное время, — Изуку подтверждает предположение своего будущего супруга, нервно сглатывая: как после всего, включая это заявление, к нему станут относиться? — В-вы… т-то есть, т-ты… п-прав. Признаваясь в такой, казалось бы, мелочи, Мидория ожидает любой реакции, если признаться честно. Не то чтобы прочтение книг — нечто запрещённое, нет: скорее, образование наоборот поощрялось, высоко ценилось в том обществе, к которому Изуку привык. Тем не менее, многие считали принца несерьёзным. Когда он действительно хотел стать героем, настоящим и надёжным правителем, способным защитить свой народ от всех врагов; единственное, что оставалось делать Мидории — брать из библиотеки очередную книгу, по-прежнему продолжая мечтать о том, что кажется несбыточным на данный момент, учитывая то, насколько же сильно Изуку берегут родители. Родившийся хилым, слабым, с почти болезненной худобой и бледной кожей, Мидория словно подписал сам себе приговор. Ах, по крайней мере, если бы у Изуку был бы брат или же сестра, то всё могло сложиться несколько иным образом. В любом случае, принц стеснялся лишний раз кому-либо рассказывать об увлечении книгами. Но Тошинори, кажется, окидывая Мидорию любопытным взглядом — точно в принце есть что-то диковинное, придерживался совершенно другого мнения относительно того, стоит ли Изуку стесняться своего хобби. В конце концов, что в этом такого? — В таком случае, — говорит Всесильный, подпирая подбородок рукой и лукаво улыбаясь, — моя библиотека полностью в твоём распоряжении. От и до: от самых нижних и до самых верхних полок. Я буду только рад, если ты захочешь взять что-нибудь оттуда вновь. Кроме того, у нас с тобой есть кое-что общее… я тоже люблю читать книги. Ох. Судя по всему, опасения Мидории оказались и впрямь напрасными, да? Никто не отругал его за подобное или же не счёл несерьёзным, ребяческим. Точнее, всё ровным счётом наоборот, поэтому Изуку в глубине и на поверхности всей своей души был даже тронут и одновременно вдвойне сильнее смущён тем, что ему разрешили брать из королевской библиотеки всё, что только захочется. — П-правда? — переспрашивает Мидория, будто не может поверить в услышанное. Боже, он попросту вне себя от счастья, если всё правдиво, без хотя бы крошечной капли лжи. Однако… Глядя в глаза кристально чистые и ясные — точно небо сегодняшнего дня, глаза Яги, лучащиеся от ответной радости, лучащиеся от ответного счастья узнать о таком увлечении Изуку книгами, Мидория уверен, что король не лжёт, не пытается соврать для того, чтобы, например, просто-напросто поддержать принца. — Как ты думаешь, — задаёт риторический вопрос Всесильный и делает небольшую паузу — интригуя Изуку, — кто в детстве перечитал, вероятно, если не все книги из библиотеки, то почти все точно, а, юный Мидория? Я могу познакомить тебя с тем человеком: если интересно, он сидит прямо перед тобой. В тот момент Изуку не может не улыбнуться настолько широко и настолько радостно, насколько вообще возможно это сделать. Делать какие-то определённые выводы о человеке во время первой встречи — не самая лучшая идея, однако Мидория думает, что Тошинори ему уже нравится. — Знаешь, — решает добавить Яги одно уточнение, — в детстве я был не самым сильным, поэтому большую часть времени проводил в библиотеке. Честно говоря, в свободное от рутины время я занимаюсь тем же самым, я часто читаю что-либо… поэтому мне было бы приятно обсудить с кем-нибудь прочитанное. И самое последнее, чего Изуку ожидал увидеть — нежно-розовый и бледный, словно розовый лепесток прекрасного цветка, лепесток розы, румянец на острых скулах Тошинори после того, как он сказал последнюю фразу. Как человек, создающий впечатление абсолютной сдержанности и по большому счёту серьёзности, с румянцем Всесильный выглядел непривычно. Тем не менее, Мидория не отрицал, что это ему даже идёт, что это его даже украшает, когда Яги и без того выглядел потрясающе: светлый образ, приглушённые цвета, на фоне которых глаза казались ярким, но идеально вписывающимся сюда пятном — точно так же, как и простенькие ленты бирюзового цвета, которыми заплетены его волосы. Так Всесильный ещё сильнее воплощает благородие, изящество, аристократичность, элегантность и многое-многое другое, непременно завораживающее Изуку, заставляющее его сердце биться как минимум в два раза быстрее, чем когда-либо ещё, и одновременно — вынуждающее самого Мидорию фактически потеряться в собственном смущении. К счастью, не только Изуку напоминал сейчас нечто невероятно взволнованное, нервное и желающее провалиться от смущения под землю, на какое-то время исчезнуть с этой планеты. Почему-то такое безобидное заявление оказало на принца и его будущего супруга такое воздействие… Когда Мидория хочет хоть как-то нарушить внезапно воцарившуюся неловкую тишину, спросив что-нибудь у Тошинори — например, есть ли у него любимая книга; витающий ранее в собственных чувствах, эмоциях и мыслях, он запоздало замечает, что теперь в саду кроме них есть ещё один человек. Внезапное, но достаточно важное собрание, связанное с насущными проблемами вроде войны и проблемах в королевствах — то, что не особо удивляет Изуку, поскольку его маме тоже нередко приходилось неожиданно отлучаться, бросая некоторые свои дела, чтобы решить какие-либо проблемы. Однако факт, что беседу придётся прервать, по-настоящему сильно расстраивал Мидорию. — Ах, прошу прощения, — сожалеющим тоном извиняется Всесильный, поспешно вставая из-за стола и на мгновение переводя взгляд с Изуку на какого-то очень и очень высокого человека в строгой одежде и с жёлтыми глазами, являющимся, вероятно, помощником короля или же кем-то действительно важным, — мне придётся отлучиться на какое-то время. Мидория, стараясь не показать виду, что ему не хотелось бы расставаться сейчас с Тошинори, в то время как беседа только-только началась складываться, только-только началась зарождаться; просто кивает, сжимая в руках чашку почти остывшего, пусть и по-прежнему вкусного, чая. Увы, Яги уже уходит. — Но прежде я пожелал бы предложить тебе кое-что, — внезапно останавливается он, оборачиваясь в сторону Изуку и напоследок улыбаясь самыми уголками губ — всё также нежно, всё также ласково, — как ты относишься к тому, чтобы провести со мной через неделю некоторое время на конной прогулке? Я думаю, что это тоже помогло бы нам узнать друг друга лучше. …всё-таки, эта встреча не первая и не последняя, верно? У них будет ещё много встреч, ещё много проведённого вместе времени, поэтому Мидория расстраивался напрасно. К тому же, ему придётся пробыть здесь, в королевстве своего будущего супруга, до свадьбы. Естественно, что они увидятся вновь. Несмотря на то, что первое «официальное» и самое настоящее знакомство прошло не совсем гладко, не совсем легко и просто из-за смущения Изуку и Тошинори, юноша без всяких сомнений соглашается принять предложения короля. И впрямь хорошая возможность узнать друг друга получше, не правда ли?.. Единственное, о чём думает и мечтает Мидория на данный момент: он желает, чтобы неделя прошла как можно скорее, сгорая от любопытства и от предвкушения. Будни обещают быть интересными и разнообразными, отличающимися от того, к чему Изуку привык. И уже только это… а также отложившаяся в памяти улыбка Всесильного, его тёплый и приятный смех, его благородный облик и прекрасные голубые глаза, вынудили Мидорию кивнуть. Конная прогулка? Звучит вполне увлекательно, чтобы так просто отказаться от такой возможности.
