Твоя теплота не спасёт меня

- С первым днём весны       Соня ещё не до конца проснулась, но уже сквозь пелену уходящего сна слышала голос своей любимой. Лениво приоткрыв глаза, она улыбнулась, глядя как Альбина сидит, облокотившись на подушку и листает какую-то книгу. Судя по обложке это одна из немногих книг, что обитают на практически пустых полках Сони. Собрание множества различных мифов и легенд античного времени, сопровождающиеся тусклыми иллюстрациями никому неизвестных художников. Сама девушка не любила книги подобного формата, они отталкивали, а некоторые даже вызывали лёгкое отвращение, припоминая Соне уроки истории в старших классах, а вместе и с ними противный голос придирчивой учительницы. Но похоже, Альбине книга пришлась по вкусу, иначе бы она не дошла почти до самой середины. - Ну и праздник, – с усмешкой, хрипло отозвалась Соня, старательно жмуря глаза, чтобы избавиться от полу туманного состояния. Альбина только улыбнулась, протянув руку к волосам девушки и легонько поглаживая их, пока сама Соня неохотно потягивалась, пытаясь получше устроиться на кровати. – Чем займемся? - Ммм... – призадумавшись, Альбина закусила нижнюю губу. Закрыв глаза, она продолжала одной рукой крепко держать книгу, а второй тормошить волосы Сони, которая пыталась скрыть получаемое от этого удовольствие, лишь сладко зевая и глядя на возлюбленную исподлобья. Только в такие моменты она видела всю красоту Альбины. Это была не та красота, что бросается сразу в глаза, выставляя напоказ все достоинства. Она не сражала наповал с первого взгляда и уж точно не могла запасть в душу настолько сильно, что при одной короткой мысли всё внутри начинало дребезжать, колотиться и бунтовать. Это было что-то неуловимое для остальных, лишь то, что было видно одной только Соне. Тот уют и простоту, которую она так ценит в Альбине. И сейчас Альбина выглядела великолепна, со всеми своими изъянами, которые органично вплетались в ряд её достоинств. – Сейчас, давай посмотрю, – отложив книгу в сторону, девушка поднялась с кровати, слыша только разочарованный выдох любимой, которая осталась без должного внимания. Пара шагов и Альбина стоит возле шкафа, активно перебирая содержимое своей больничной сумки, в которой осталось не так много вещей, оставленные там на всякий случай. - О, твой списочек, – поднявшись на кровати, Соня вальяжно развалилась на подушке, взглядом следя за плавно бродящей вокруг фигурой. – Давно я его не видела. - Всего-то пару дней прошло, – садясь на край кровати, Альбина стала листать блокнот в поисках нужной записи, пока Соня с интересом наблюдала за ней. Найдя нужные ей строчки, девушка собиралась озвучить их, но приступ кашля опередил её, разразившись в комнате будто небывалый гром. Выронив блокнот, Альбина согнулась пополам, отчаянно хвататься за горло и грудь, будто это могло хоть как-то помочь. – Не надо, всё в порядке, – откашлявшись, она резко отстранила от себя Соню, которая сидела перед ней на корточках, держа телефон и собираясь набрать две знакомые цифры.       Быстро поднявшись с кровати, Альбина поспешила как можно скорее удалиться из комнаты, чтобы Соня не увидела главного ужаса, который так мучает Альбину. Но ей не удалось. Соня успела увидеть те два багровых пятна, что предательски виднелись на изгибах ладони, стекая вниз по кисти бледной руки.       Пока Соня продолжала стоять на коленях возле кровати, с коридора стали доносится приглушенные всхлипы и кашель. Жгучее желание побежать вслед за Альбиной всё сильнее и сильнее стало разгораться внутри. Соня так хотела прижать это дрожащее тело к себе, гладить вздрагивающие плечи и спину, целовать влажное от слёз исхудалое лицо и шептать, шептать, шептать всё, что придёт ей на ум. Она хотела успокоить, приласкать, утешить Альбину, сделать всё, чтобы она не плакала, чтобы она не чувствовала эту боль. Но Соня понимала, что сейчас Альбина хочет быть одна, не хочет, чтобы её видели такой слабой и беспомощной.       Из мыслей Соню вывел телефон, что уже как с минуту вибрировал в её руке, а она заметила это только сейчас. Скрипя зубами, она ответила на вызов, раздраженно разговаривая с тем, кто находится по ту сторону линии. - Тебе лучше? – отложив телефон, Соня резко поднялась на ноги быстро направившись к Альбине, что вытирала мокрое лицо махровым полотенцем. Её усталые глаза не желали смотреть на Соню, упираясь куда-то в угол, изучая полупустые полки. - Немного, – отстраняясь, Альбина положила полотенце на край кровати, присаживаясь рядом с ним. Изнеможённая, казалось, что она может упасть в любой момент. Похожая на самый хрупкий цветок - одно дуновение ветра и всё, её яркие лепестки улетят во все стороны, подхваченные проворными потоками ветра. Соня не могла допустить этого, но и сделать что-то против такого “зла” она не могла. - Мне звонил Олег, – не решаясь присесть рядом, Соня стояла на месте, переминаясь и пытаясь хоть как-то развеять напряженную атмосферу. Ведь ещё пару минут назад всё было прекрасно, и он мысленно готовилась к тому, что и этот день станет ярким воспоминанием, отпечатавшись в альбоме, что был спрятан в укромном месте. – Там был не только он, но и ещё некоторые наши друзья. Они хотят с тобой увидеться. - А я нет, – даже не подумав, быстро ответила Альбина. - Вообще ни с кем? - Нет. Я... – тяжело выдохнув, девушка уткнулась лицом в ладони, устало потирая его. – Я всё же хочу побыть одна, – Соня поддалась вперед, уже собравшись приобнять любимую, но Альбина резко оттолкнула её от себя. – Не трогай меня, пожалуйста, – сохраняя спокойствие, попросила она, но в её просьбе слышалась жалобность. - Альбин… - Просто уйди, – прикрыв глаза, сказала Альбина, не желая даже взглянуть на Соню, которая шокировано смотрела на неё, не зная, как и реагировать. – Оставь меня, погуляй где-нибудь. - Ты серьёзно? Хочешь, чтобы я ушла? – спокойным голосом переспросила Соня, понимая, что ей сейчас нельзя злиться или хоть как-то высказывать своё недовольство, что было вызвано сильнейшим приступом беспокойства и лёгкой паники. Глубоко вдохнув, Соня вытащила из шкафа одежду, быстро натягивая её на себя. Пару минут и она уже стояла в уличной одежде, боязливо поглядывая на возлюбленную, которая даже и не взглянула на неё за всё это время. – Ладно, только будь на связи, прошу.       Но и на это Соня не получила хоть какой-то реакции. Молча, она взяла телефон и вышла из квартиры. Прохладный воздух, пропитанный вонючей краской, которой окрасили лестничные стены, слегка взбодрил девушку. Часы на телефоне показывали ровно час дня. С тяжелым выдохом, Соня стала топтаться на месте, запуская пальцы в волосы и потягивая их. Чуть успокоившись, она огляделась вокруг. Этаж как и всегда был пуст, соседи в это время на работе, так что никто не видит её нервных бзиков. Смирившись со своим положением, девушка кряхтя села возле двери своей квартиры, поджав ноги и подперев стену затылком. «Надеюсь, у неё там всё хорошо... не хочу, чтобы она так мучалась» – прикрыв глаза, Соня стала приводить мысли в порядок, налаживая их поток в привычное русло. Так прошёл целый час, а Соня продолжала сидеть у двери, качая головой в такт музыки и изредка проверяя телефон на наличие уведомлений. Хоть она и включила вибрацию на этот случай, лёгкое чувство паники никуда не ушло.       Неожиданно, телефон завибрировал, отчего Соня испуганно подскочила, ударившись затылком о стену. Потирая ушибленное место, она судорожно разблокировала телефон. «Прости меня, можешь вернуться?»       Без раздумий, Соня поспешно достала ключи и как можно скорее зашла в квартиру. Скинув с себя куртку и сняв кроссовки, она прошла в комнату. Альбина сидела у стены, уткнувшись лицом в колени. Соня неуверенно опустилась рядом с ней, поджав ноги и едва касаясь плеча возлюбленной.       Альбина подняла голову. Её заплаканное лицо выглядело ещё хуже, чем когда ей стало плохо. Раскрасневшееся и худое, с карими глазами, что скрыты за стеной слёз, набухшие капилляры, что придавали глазам неестественный и отталкивающий вид. Но это была Альбина, та девушка, которую Соня любила до безумия, сама боясь такой нездоровой тяги.       Альбина ринулась вперед, утыкаясь в кофту Сони, прижимаясь к ней, ожидая от неё скорейшей поддержки, которая не заставила себя долго ждать. Эта переменчивость пугала Соню, ведь только утром всё было хорошо, они веселились и строили планы, а сейчас они сидят в обнимку, не зная, чего ожидать дальше. Это пугало также сильно, как и мысли о том, что этого лучика может вскоре не стать.       Горячий чай с ромашкой, пара капель пустырника и хорошие объятья на ряду со словами поддержки – верный рецепт того, как правильно успокоить человека, ну, или хотя бы снизить уровень его паники и грусти. Соня закончила мыть чашки после чая, мысленно благодаря судьбу за то, что всё прекратилось и сейчас Альбина чувствует себя получше. Зайдя в комнату, Соня обнаружила сидящую на стуле Альбину, что прикрыв глаза ловит тёплые солнечные лучи. Пыльные шторы раскрыты настежь, совершенно не препятствуя проворным солнечны зайчикам, усеивающих стены и кровать комнаты. - Наслаждаешься солнцем, солнце? – с этими словами Соня неспешно подошла позади Альбины, аккуратно положив свои руки ей на плечи, приобнимая любимую. Казалось, что если она сделает лишнее движение, то сразу же спугнет то умиротворённое состояние, в котором находится их квартира. Последние дни выдались тяжёлыми. Да что тут скрывать, они были полнейшим беспросветным дерьмом, в котором была одна лишь боль, непонимание и обида. - Да, – щуря глаза, почти незаметно кивнула Альбина, после чего вновь замолчала, но уже повернула голову к Соне. – У тебя балкон на кухне и это ужасно. Туда почти не доходят лучи, – с каким-тот упреком произнесла она, возвращаясь к тёплым лучам, согревающим лицо. - Можем пойти погулять. Хочешь? – присев на корточки, Соня аккуратно взяла Альбину за руки, поглаживая костяшки и пальцы, иногда прерываясь и едва касаясь их губами. Альбина отрицательно покачала головой, подняв лицо на встречу лучам. – Почему? - Я устала, – резко переменившись в лице, с тяжелым выдохом сказала Альбина, закрыв глаза и облокотившись на спинку стула. – У меня ломит тело, особенно спину, – приглушенным и хриплым от кашля голосом произнесла она. - Можем достать тебе коляску. - Я не хочу… – надломившимся голосом, кое-как прошептала Альбина, начав тяжело дышать и всхлипывать, поспешно вытирая подступившие слёзы. – Просто не хочу… - Тише-тише… – испугавшись, что утренняя история повториться, Соня подскочила обнимая Альбину, шепча ей на ухо. – Прости, я не подумала. Всё будет в порядке, мы справимся. - Всё так болит, – крепко впиваясь в спину Сони, девушка чуть ли не взвыла, громко шмыгая носом. – Я и движения не могу сделать без того, чтобы мышцы не ныли. Плечи, ноги, спина, – уже более спокойным голосом, стала перечислять девушка, продолжая шмыгать носом. – Я так устала… - Я вижу, милая, я вижу… – отстранившись, Соня аккуратно вытерла лицо возлюбленной от слёз, оставив на их месте несколько поцелуев. – Ты выпила свои лекарства? – Альбина только кивнула. – Хочешь я схожу в магазин за твоими любимыми конфетами? Я могу взять ещё чего-нибудь вкусного, – не дождавшись ответа, Соня поднялась, направляясь к шкафу. – Я сейчас быстренько схожу, – сказала она на пути в коридор. – Тебе помочь пересесть на кровать? - Я сама смогу, – мягко улыбнувшись, Альбина покачала головой и повернулась обратно к окну, щуря глаза от яркого света.       Только ради этой девушки, Соня была готова на своё самое ненавистное занятие – бег. Правда, сейчас это не бег, а скорее быстрая ходьба, которая ещё немного, да перерастёт в бег. В магазине она также спешила, скидывая продукты прямо с полок в свою корзину, как можно скорее переходя из одного отдела в другой. Ходить в магазин без Альбины не так интересно. Ты просто смотришь на продукты и думаешь, что из этого взять, но когда рядом Альбина, то начинаются целые эпопеи о том, какие продукты взять, что и как приготовить, и почему лучше взять булочки с творогом, а не с кремом. - Солнышко, я вернулась! – радостно крикнула Соня, шурша пакетом полным продуктов. – Я взяла тебе печенье с глазурью, а ещё булочки с творогом, – быстро осматривая содержимое пакета, Соня уде предвкушала реакцию Альбины на все лакомства, которые она принесла.       Но Альбина не ответила ей. В квартире стояла томная мрачная тишина, которую только усугублял тихий гул холодильника. Оставив пакет на пороге, Соня, не разуваясь, прошла в комнату, бегая глазами в поисках знакомого лица. Везде было пусто. На этом моменте сердце девушки пропустило несколько ударов, а к глазам незаметно подступили слёзы. Помотав головой, Соня напряженно направилась в сторону ванны.       Вода тонкой струйкой текла в сток раковины, смывая вместе с собой багровую кровь, что сгустками красовалась на белоснежной раковине и кафеле, отпечатками руки покрывая всё вокруг. - Твою ж... – только и смогла выдавить из себя Соня, бездумно упав на колени и вцепившись в плечи Альбины. На миг весь мир рухнул, а в голове Соне были только мысли о том, насколько она отвратительна, поскольку оставила свою возлюбленную одну. Раздался хриплый вдох, который таким облегчением осел в ушах Сони, но сразу после него последовал громкий кашель и всхлипы. – Я рядом, слышишь? – но Альбина не могла сказать хоть слово, жадно хватая ртом воздух, бездумно уставившись куда-то вверх. Приподняв Альбину за плечи, Соня прижала её к себе, стараясь не причинять девушке боль или дискомфорт. – Солнце? Солнце? – прижимая дрожащее тело Альбины, Соня безумным взглядом смотрела на задыхающееся лицо любимой. Беспомощно глядела, как в уголках губ уже засохли сгустки крови. – Альбина, посмотри на меня, – сумев поймать её лицо, Соня пристально посмотрела в глаза любимой, судорожно пытаясь нащупать телефон в кармане, попутно стараясь удержать на себе Альбину, чьё тело стало сводить от судороги. – Я тут, я никуда не ушла, – говоря это дрожащим голосом, Соня и не заметила как слёзы стали течь вниз, бесконтрольно падая на окровавленную кофту Альбины. – Я держу тебя, не беспокойся. Просто старайся успокоится и делать ровные вдохи. Я понимаю, что это трудно для тебя, но тебе нужно это сделать до приезда скорой, – прижимая к себе Альбину, Соня стала покачиваться в стороны, осторожно поглаживая дрожащую спину, чувствуя, как вздымается грудь Альбины от каждого вдоха, что отзывался невыносимой болью. – Я с тобой, не бойся... – шептала девушка, дожидаясь заветного воя сирены и звонка в дверь.       И вновь знакомые холодные больничные стены коридора, что вызывали уже тошноту, а не привычный дискомфорт. Окно палаты было зашторено, и только через приоткрытую дверь можно было видеть койку, обставленную аппаратурой, что пищала и тихо гудела, заполняя неприятную тишину комнаты. Сквозь персиковые жалюзи пробивались лучи весеннего солнца, что опускалось к горизонту, предзнаменуя приближающийся вечер. Кудрявые облака заслоняли его, а ветер тихо выл, заламывая тонкие ветви деревьев. Но всё это было снаружи, там, где Альбине не предстояло оказаться в ближайшее время. А может, она и вовсе не окажется там до конца своей жизни.       Альбина смиренно лежала на подушке, пустым взглядом смотря на стоящую в коридоре Соню, которая лишь изредка поглядывала в её сторону, беседуя о чём-то с врачом, который явно устал от всех вопросов, коими усыпала его Соня. - Могу я стань донором? – приглушенно спросила Соня, глядя на беспомощное тело своей возлюбленной, чья кровь всё ещё была на её одежде. Та, чью кровь она отчаянно пыталась смыть в раковине больничного туалета, стараясь вновь не разреветься, как это было в машине скорой помощи, когда она перестала чувствовать хоть какую-то хватку Альбины. Даже сейчас она прилагала множества усилий, чтобы в носу перестало щипать. - Извините, что? – недоверчиво переспросил мужчина, без каких-либо смущений глядя прямиком на Соню, будто она сумасшедшая, что недавно сбежала из психушки. - Если мы будем совместимы, то смогу ли я пожертвовать своё легкое ей? – без эмоционально вновь спросила Соня, не отрывая глаз от Альбины, изучая гудящие машины вокруг неё. - Вы, конечно, простите, но ваши слова звучат очень абсурдно, – с нервной усмешкой сказал врач, сделав несколько шагов ближе к девушке. – Вы уверенны, что хотите лишиться лёгкого? – всё с той же недоверчивостью спросил он. - Вы сказали, что единственный способ ей помочь, это полностью удалить правое лёгкое и частично левое, – отойдя от двери, Соня повернулась лицом к мужчине, равнодушно продолжая говорить, будто для неё это обыденное дело. – но без должных медицинских аппаратов, она не сможет прожить долгую жизнь, максимум полгода. И вы говорили про донорство, что теперь Альбина стоит на учете, – замолчав, она ещё раз взглянула на изнеможённое тело Альбины. В голове опять всплыл сегодняшний день. – Вот я, готовая отдать одно из своих здоровых лёгких. Я не курю, занимаюсь спортом, могу только выпить. У меня нет никаких физических отклонений или заболеваний. Могу я стать для неё донором? - Вы звучите безумно, но… Я не могу вам ничего обещать, – с каким-то сожалением сказал он, сочувственно пожимая плечами. – Даже если вы окажетесь совместимы, то придется пройти долгий путь с документацией. - Я спросила вас не о том, что меня ждёт, а том, смогу ли я стать донором? – более раздражено, продолжая настаивать на своём, спросила девушка, злобно глядя на бедного врача. - Возможно, – коротко ответил тот, не решаясь перечить Соне.       Голова слегка кружилась, а в груди невыносимо жгло. Но жгло не лёгкие, а мышцы, будто бы болели сами кости, а не органы. Вдохи стали равномерными и не столь раздирающими, как будто изнутри их смазали чем-то прохладным. Лямки маски всё также давили, возвращая девушку в привычное состояние, от которого она отвыкла за последние пару месяцев. Соня продолжала выяснять что-то с врачом, изредка прижимая ладонь ко рту, растирая глаза и лицо, запуская руки в волосы, хватаясь за стену и пытаясь удержать себя на ногах. Иногда взгляд её глаз падал на Альбину, которая и без очков видела их изумрудный отблеск, полный разочарования и сожаления. Того безмолвного отчаяния, которое было видно даже в самые радостные моменты их совместной жизни. Не важно, что именно происходило: готовили ли они ужин, танцуя под музыку из радио, либо же выбирались куда-то за город, наслаждаясь природой, да даже просто лёжа рядом с друг другом после бурного времяпрепровождения, что всегда оканчивалось обоюдным получением удовольствия – не важно, что именно, всегда был тот еле уловимый проблеск, который не давал покоя, преследуя их обеих по пятам.       Через пару минут Соня приоткрыла дверь, чуть пошатываясь, направилась к Альбине. Её руки дрожали, а сама она не в силах произнести то, что было у неё на уме последние пару часов. Без сил, она опустилась на колени, положив руки на койку и водрузив на них голову. Солнечные лучи играли в её растрёпанных волосах, окрашивая их в огненно-рыжий. Её прерывистое дыхание сопровождалось тихими всхлипами и невнятным бормотанием, из которого можно было различить обрывки извинений. - Всё будет хорошо, мы справимся...       Глухой и осипший голос Альбины заставил Соню поднять голову. Рука, обвитая трубками от капельниц, неуверенно прикоснулась к лицу Сони, вытирая горячие слёзы, пока на лице Альбины промелькнула слабая улыбка, скрытая плотно сидевшей маской.       Эти слова звучали так фальшиво, что Соне стало тошно от них настолько, что казалось ещё чуток и её желудок реально вывернет наружу весь сегодняшний завтрак. Это предложение. Оно пропитано ложью. Оно не внушает никакой надежды, только незримую боль, что потихоньку накапливалась внутри. А ведь она всегда говорила эти слова Альбине, она ведь надеялась и не думала, что всё обернётся так. - Прости меня... – сглатывая слюни, сказала Соня, утыкаясь лицом в ладонь Альбины, пускаясь в отчаянный плач, уже не желая сдерживать свои рыдания.

***

      И вновь дни пошли на счёт. Вещи заполонили шкаф и тумбу. Больничная еда вернулась в рацион Альбины, хоть Соня и приходила к неё абсолютно каждый день, не пропуская и минуту с начала приёмных часов, она не могла скрасить поедание безвкусной комковатой массы по утрам. Но она приносила какие-то вкусности, которые были разрешены Альбине и вот это уже перебивало манную кашу и пресную рыбу.       По большей части они сидели рядом, смотря фильмы или сериалы, обсуждая их, пытаясь обходить неприятную для них обеих тему. Они понимали, что рано или поздно им придётся говорить об этом, но никто из них не хотел этого делать.       Дни Альбины скрашивали и её друзья, приходящие с какой-то периодичностью, передавая небольшие подарки друг от друга и каждый раз удивляясь тому, что Соня присутствовала в палате. Олег тоже приходил, принося с собой цветы, но уже просто по-дружески, а не в надежде на что-то большее. Правда, никто из всех знакомых даже и не догадывался о том, что связывает Альбину и Соню. Что-то большее, нежели дружба. Но признаваться в этом им не хотелось, пусть всё остаётся так, как и раньше.       Остро заточенный карандаш делал быстрые чирки на бумаге скетчбука, ловко двигаясь в руках Сони, которая молча наблюдала за тем, как Альбина тихо беседует со своей мамой, которая подписывает документы. Ловя на себе взгляд Альбины, девушка только мягко улыбалась, продолжая вырисовывать профиль любимой. - Зачем ты меня рисуешь? – с негромким смешком спросила Альбина, поправляя косынку на голове. – Я же страшная.       Усмехнувшись, Соня ненадолго перевела взгляд на поникшую подругу, с теплотой глядя на неё, но вскоре вновь послышалось приглушённое шкрябонье грифеля по слегка шершавой дешёвой бумаге. - Для меня ты всегда будешь самой красивой, – очень тихо произнесла девушка, так, чтобы Альбина не услышала этого. Но кажется это услышала её мама, которая многозначительно взглянула на Соню. Она улыбнулась и с каким-то большим энтузиазмом вернулась к подписыванию документов.

***

      Альбина всегда чего-то ждала. Сначала она ждала результатов анализа, потом ждала того, как её заселят в палату, потом с надеждой ждала выздоровления, потом ждала свою смерть, после которой надежда вновь вернулась, и она стала ждать операции. Но всё вернулось к тому, с чего начиналось и теперь она ждёт своей смерти. Она видела свои результаты анализов, она слышала, что говорит ей врач, она чувствовала, как её организм медленно подводит её. И он напоминал об этом внезапными приступами кашля, что разрыва лёгкие, болью во всем теле, судорогами и ноющими мышцами. Тошнота и головокружение стали неотъемлемой частью её каждодневной рутины. - Меня к тебе не пускают, – по телефону голос Сони звучал как-то незнакомо, словно это не она, а дешёвая подделка под неё. – Как ты себя чувствуешь? С тобой всё хорошо? – но вот привычное беспокойство выдавало её, делая той Соней, к которой так привыкла Альбина. Новый приступ был сильнее предыдущих, и девушке потребовалось пара дней, чтобы оклематься от него. - Да, просто стало хуже, – непринужденно ответила Альбина, потирая затёкшую шею. Сидеть на одном месте несколько часов даётся уже не так спокойно и расслабленно. – Теперь всё в порядке, не волнуйся. - Уф, солнышко… – глубокий выдох раздался прямо в динамике, пройдясь мурашками по коже. – Прошу, оставайся на связи так долго, как можешь. Хех, ещё немного и я словлю инфаркт, – с грустью усмехнулась Соня. - Теперь меня пугаешь ты. - Прости, – тихо рассмеявшись, поспешно извинилась девушка. – Можешь выглянуть в окно? - Что? – не поняв, Альбина ожидала дальнейших объяснений, но не дождалась их, поэтому всё, что ей осталось сделать, так это встать с кровати и настороженно подойти к окну. – Соня? – поправив очки, Альбина с улыбкой помахала возлюбленной, которая стояла прямо под её окнами, размахивая холстом. - О! Стой и смотри, – в телефоне послышался шорох, а сама Соня поудобнее ухватилась за край холста, возвышая его над собой. – Хорошо видно? – запыхавшись, спросила она. – Солнце? - Боже… – прикрыв ладонью рот, Альбина рассматривала своё же изображение на полотне. Яркие краски так и бросались в глаза. Она стояла там, окутываемая солнечными лучами, пока в её руках кружила пластинка с большой неказистой царапиной, а сама она улыбалась во весь рот, демонстрируя блистающие карие глаза. – Это я? - Не думаю, что с такого расстояния всё хорошо видно, но мне очень хотелось, чтобы ты увидела себя с моих глаз. Это то, как я вижу тебя, – опуская картину вниз, Соня осторожно поставила её возле себя на асфальт, пристально вглядываясь в окно палаты. – Ты прекрасна, просто знай об этом, – томно сказала она, а после рассмеялась, махая руками и посылая воздушные поцелуи.       Больничные стены палаты были пусты. На них ничего нельзя было вешать, даже маленькие картинки. Возле стены стояла пустая коробка, служившая подставкой для картины, которая была будто не из этого мира. Каждый раз, заходя в палату, она бросалась в глаза Альбины, иногда девушка даже специально поворачивала голову в её сторону, чтобы полюбоваться ею. Это может показаться эгоистично, может даже нарцистично, но Альбине было плевать, она хотела продолжать рассматривать полотно, касаться его, изучать мазки, из которых составлена вся картина.       В один из таких моментов Альбину застали врасплох. Это была Соня, которая пришла немного позже обычного. Но на это у неё был причины, и весьма убедительные. Поставив пакет на кровать, она достала оттуда немного сладостей и напитков, аккуратно поставив их на прикроватную тумбу. Конфет было немного, поэтому они с лёгкостью поместились на неё. - А вот и твоя книга, – достав томик с кожаной красной обложкой, чьи листы были покрашены золотистой краской, Соня демонстративно повертела его в руках, горделиво отдавая его Альбине. – Знала бы ты сколько магазинов я объехала, чтобы найти её. - Ты могла бы заказать её через интернет, – покачав головой, Альбина забрала книгу, присев на кровать и перелистывая матовые упругие страницы. - Я и заказала, но там опять всё напутали и мне пришлось ездить по разным пунктам выдачи в её поисках, – оперевшись руками о бортик койки, Соня наклонилась вниз надув губы. – Я жду своей награды, – Альбина закатила глаза и подхватила девушку за подбородок, развернув к себе щекой, где оставила быстрый поцелуй. – И это всё? – разочарованно спросила Соня, потирая щёку. - Да, не хочу разбаловать тебя, – рассмеявшись, Альбина не заметила, как Соня подошла к ней и присев на корточки ухватила за подбородок, притягивая к себе. Через мгновение та жадно впилась в губы Альбины, делая частые, но не долгие поцелуи, чтобы у Альбины была возможность вздохнуть. Книга оказалась в стороне, в то время, пока руки Альбины обвили шею Соню, впиваясь пальцами ей в затылок. Соня, не останавливаясь, повалила любимую на кровать, осматривая её, будто трофей. - Вот я и получила свою награду, – с ехидной усмешкой сказала Соня и быстро чмокнула Альбину в нос. Отстраняясь назад, она смотрела, как Альбина меняется в лице и уже собирается кинуть в неё подушку, а то и ещё похлеще, новую книгу, которой она наверняка сможет оставить на девушке синяк. – Полегче! Убьёшь же! – с хохотом, она медленной поступью стала приближаться к Альбине, которая разгневанно смотрела на неё.       Но Альбина не злилась, она сама старалась сдержать смех, который всё же вырвался наружу, заставляя Соню смеяться ещё больше.       Время приближалось к полночи. Небо давно потемнело, украсив себя множеством звёзд, что при должном рассмотрении складывались в знакомые для многих фигуры. Соня кое-как умудрилась договориться о том, чтобы остаться на ночь. Сладости уже кончились, и только тёплые объятья Сони и её умиротворенное дыхание могли доставить такое же наслаждение. Фильм подошёл к концу и в темноте сиял экран ноутбука, по которому шли титры. Альбина вывернулась из объятий любимой и потянулась к ноутбуку, закрывая окно с фильмом. - Тупой фильм, мне не понравилось, – отставляя ноутбук в сторону, она громко провозгласила своё мнение. - Полностью солидарна с тобой. Главные герои слишком тупые. Они же могли вдвоём спастись, но нет, парню нужно было пожертвовать собой и теперь им очень вкусно полакомились зомби! – со смехом закончила говорить Соня, после чего замолчала, наблюдая за едва двигающейся фигурой в темноте. - Ты... ты бы смогла отдать свою жизнь за меня? – неожиданно спросила Альбина, но поспешно замотала головой и руками, чтобы Соня даже не думала над ответом. – Ладно, забудь, очень тупой вопрос. - Я пыталась стать твоим донором, – совершенно спокойно сказала Соня, будто это вопрос о работе. Повисла недолгая тишина, которую прервала Соня, пододвинувшись чуть ближе к любимой и пытаясь взять её за руку. – Хоть всю жизнь я бы не отдала, но хоть какую-то часть. Люди с одним лёгким живут ведь меньше, не так ли? - Ты хотела стать донором? – тихо пробубнила себе под нос девушка, после чего, резко развернулась, схватив Соню за плечи и слегка тряся её. – Соня! Что за тупые идеи посещают твою голову?! – разгневанно продолжала Альбина, но на её возмущения Соня лишь улыбалась, дожидаясь, когда её любимая успокоиться. – Я даже не понимаю, что испытываю. Я либо злюсь на тебя, либо понимаю, насколько сильно люблю тебя, – оставив Соню в покое, девушка отстранилась, тяжело выдыхая и потирая от сонливости глаза. - Хах, может всё одновременно? - Мне это не нравится… – уже более отстраненным и тихим тоном произнесла Альбина, обхватив себя руками. – Кажется, будто я стала зависеть от тебя, – наклонившись вниз, она уперлась лбом о плечо Сони, которая неспешно водрузила свою руку ей на спину, отчего Альбина вздрогнула, но была не против неспешных и плавных поглаживаний Сони. – Мне кажется, что если ты уйдешь, то я совсем загнусь... - Тогда я никуда не уйду, – спокойным тоном ответила девушка, продолжая гладить Альбину. – Буду тут, вместе с тобой. - Обещаешь? - Обещаю. До последнего вздоха, помнишь? – целуя её в щёку, напомнила об их обещании Соня. - Пфф… – усмехнувшись, Альбина подняла голову, чуть ближе пододвинувшись к Соне и смотря в её зелёные глаза, которые с интересом наблюдали за ней в ответ, – Да, до последнего вздоха. Как же это тупо звучит. - Знаю. Прямо как в пафосном романтичном фильме, который становится популярным лишь из-за того, что других новых фильмов нет. - В точку. Но я не против.       И вновь в палате повисла томная тишина, прерываемая мирным дыханием. Альбина чуть приподнялась, чтобы достать до Сони. Обхватив её лицо руками, Альбина притянула его поближе, одаривая свою девушку поцелуем. Соня не растерялась и ответила взаимностью, всё более настырно притягивая к себе любимую, обвивая её талию руками. - Мы же в больнице, – ненадолго прервавшись, Соня боязливо и с опаской глянула в сторону двери. – Альбин, ты уверена? - Не знаю, я просто следую своим прихотям, – не восстановив дыхание должным образом, Альбина вновь прильнула к Соне, продолжая целовать её в губы. - Хах... У меня смутное дежавю, – сквозь череду нескончаемых поцелуев, выдавила из себя смешок Соня. - С кем не бывает. Можешь... – опустив свои руки с шеи Сони ей на плечи, Альбина смущенно отвела взгляд, переходя практически на шёпот. – Можешь назвать меня ещё раз так, как обычно зовёшь? – невинно попросила она. - Солнце? – томный голос Сони взбудоражил всё внутри, разжигая то пламенное возбуждение внизу живота, приятными покалываниями сводя бёдра. – Солнышко... – не унимаясь, Соня приблизилась к самому уху девушки, выдыхая горячий воздух, едва касаясь её мочки. – Милая... Глупое солнце, что наполняет мою жизнь, – будто бы дразня её, Соня ничего не делала, просто продолжая говорить приятные вещи на ухо Альбины, которая стала потихоньку ёрзать на месте, находясь в нервном ожидании дальнейшего.       Соня неспешно поддела край кофты Альбины, помогая ей снять её. Лёгкое движение и Альбина уже лежит на койке, мучаясь от ноющего возбуждения, а Соня даже и не думала о том, чтобы поспешить удовлетворить его. Её губы оказались возле шеи Альбины, осыпая её поцелуями. Сегодня она решила действовать без засосов, чтобы никто ничего не заподозрил. Хотя, она всё же оставит парочку, когда спуститься к бёдрам. Незаметно для Альбины, рубашка Сони оказалась где-то на полу, пока сама девушка возилась с лямками лифчика, которые никак не хотели поддаваться. - Протянешь руку помощи? – с усмешкой спросила она, садясь спиной к Альбине. Щелчок и лямки спустились вниз, пока Альбина, которая решила воспользоваться моментом, жадно впилась в шею Сони, оставляя за собой шлейф из поцелуев, засосов и редких укусов, от которых девушке хотелось простонать, но она сдерживала себя, чтобы не привлекать лишний персонал, который мог внезапно пройти мимо палаты.       Альбина легла обратно на подушку, потянув за собой Соню, которую тут же одарила лёгким поцелуем. С ехидной ухмылкой девушка стала опускаться вниз, попутно стягивая с Альбины широкие штаны на резинке, оставляя её в одном лишь нижнем белье. Последовал лёгкий шлепок по бедру, заставивший Альбину выругнуться, а Соню звонко посмеяться. Её извинением за этот опрометчивый поступок стали ласки живота, которые неспешно подходили к вздрагивающим бёдрам Альбины, которой уже хотелось взвыть от нетерпения. Так происходило каждый раз, когда Соня решала подразнить её, устроив слишком долгие предварительные ласки, отдавая всё внимания либо шее, либо груди, целуя и чуть кусая набухшие соски. Но сейчас это было ещё невыносимей, ведь Соня опустилась в самый низ, грубо схватив Альбину за бёдра и подняв их на нужный ей уровень. Альбина приподнялась на подушке, наблюдая как лицо её любимой то скрывалось за бёдрами, которые она целовала и покусывала, оставляя синеватые засосы, то выглядывала, смотря на раскрасневшееся лицо Альбины, что судорожно вздыхала каждый раз, когда Соня вновь скрывалась.       Эти пара минут ожиданий наконец оправдались, и пальцы Сони аккуратно стянули тонкую ткань трусов Альбины, заставив девушку вздрогнуть. Пару секунд Соня просто гладила её бёдра, будто бы наслаждаясь предоставленным ей видом, растягивая это удовольствие. Правда, она вновь скрылась из взора Альбина, с чьих губ тут же слетел тихий, но протяжный стон. Всё внутри встрепенулось, а покалывания внизу живота усилились. Альбине было плевать на всё, она слышала лишь стук собственного сердца и своё тяжелое дыхание, которое отзывалось лёгкой болью в лёгких.       Язык Сони двигался плавно, описывая полные круги и останавливаясь на клиторе, осторожно касаясь его, старательно затягивая момент. В этот момент её руки крепко сжимали дрожащие бёдра Альбины, которая, закусив губу, откинулась на подушку, сдерживая стоны. Ещё момент и язык Сони сделал резкий толчок, который отозвался всхлипом, и Альбина поспешно зажала рот рукой, сосредоточившись только на горячем языке, что так нагло вошёл в неё, и на руках Сони, которая не отдает себе отчёт и продолжает настырно мять бёдра, незаметно приближаясь к ягодицам Альбины.       Казалось, что Соня не может усугубить ситуацию ещё больше, но вот она вновь вернулась к клитору, уже более активно ублажая его, исподлобья смотря на Альбину, на чьём лицо появились блестящие испарины. - Аах-Аах... – не удержавшись, Альбина дала волю эмоциям, дрожа от накатившего удовольствия оргазма, что мурашками осел на коже, расплываясь приятной пеленой по всему телу. Быстрое дыхание переходило в тихие стоны и всхлипы. - Я и позабыла, что ты такая громкая, – язвительная улыбка Сони оказалась прямо перед Альбиной, пока её спадающие волосы щекотали кожу груди и шеи. – Так ведь нельзя, нужно быть потише, – после этих слов Соня наклонилась вниз, оставив на шее несколько поцелуев.       Альбина просто смиренно лежала, не представляя, будет ли что-то дальше. Но до её слуха донеслось шуршание и ей пришлось подняться, чтобы взглянуть на источник шума. Соня сидела на коленях, возясь с блестящей фиолетовой упаковкой. - Откуда они у тебя? – облизывая пересохшие губы, неуверенно спросила Альбина, не сводя глаз с полупрозрачного презерватива, который оказался в руках Сони. Та с усмешкой взглянула на неё, подползая ближе. - Помнишь одно из своих желаний? – натягивая тугой латекс на пальцы, Соня нависла над Альбиной, которая вновь потеряла бдительность, уставившись на оголенную грудь возлюбленной. – Под номером 25? Я всё ещё не выложила их из кармана, но как видишь не зря.       После этих слов Альбина выгнулась. Длинные пальцы Сони полностью вошли в неё, начав активно двигаться, ощупывая узкое пульсирующее пространство. Темп всё увеличивался, а Соня как на зло не давала Альбине издать и звука, затыкая её поцелуем каждый раз, когда та громко вздыхала, теряя над собой контроль. Это продлилось с минуту, и Соня стала опускаться вниз, свободно рукой гладя бледную кожу Альбины на животе, который она втягивала при каждом прикосновении. Соня резко остановилась, отчего последовал разочарованный стон, и Альбина перекатилась на бок, тяжело вздыхая. Но передышка была недолгой, и Соня перевернула Альбину обратно на спину, схватив её за запястья и подняв руки, прижимая их к изголовью койки.       Новый толчок, ещё более напористей чем прошлые. Вновь Альбине приходится сдерживать вырывающиеся наружу стоны, пока Соня будто бы пытается проникнуть ещё глубже, чуть ли не вдалбливая девушку в матрас. Но Альбина уже не может сдерживать себя, поэтому под её тихие стоны и частые всхлипы, Соня опустила её руки на уровень живота, но продолжала крепко держать их вместе. Не заметно для себя самой, Альбина стала двигать бёдрами, только сильнее насаживаясь на пальцы Сони, сжимая их внутри себя. Не сбавляя темпа, лицо Сони скрылось между ног Альбины, которая издала слишком громкий стон, начав мысленно ругать свою любимую. Язык – вот причина такой ругани, что происходит лишь в голове Альбины. Горячий язык, который пытался подстроиться под темп пальцев, оккупировал набухший и зудящий от нового потока вожделения клитор.       Пара минут и Альбина больше не выдерживает, изгибаясь и дрожа, пытаясь вырваться из крепкой хватки Сони, которая словно не собиралась останавливаться, всё активнее и активнее вдалбливая извивающуюся Альбину, чьё жалобное «Хватит» только сильнее раззадорило Соню. Кажется, очередной стон Альбины всё же смог заставить девушку остановиться, и она неохотно, но отпустила возлюбленную, давая ей передышку перед очередным “раундом”. - Я так устала... – без сил, Альбина лежала на кровати, перевернувшись на бок, ощущая, как горят её бёдра, словно руки Сони всё ещё там. Но нет, Соня лежит рядом с ней, на самом краю, мягко улыбаясь ей и поглаживая изнуренное лицо. – Ты ужасна, просто знай об этом, – с лёгкой обидой, она надула губы, и толкнула Соню в плечо, на что та лишь рассмеялась, притягивая её к себе. Жар, исходящий от полуобнаженного тела Сони, её сердцебиение, которое было громче, чем у самой Альбины, и её умиротворенное дыхание, доходящее лишь до макушки, прикрытой банданой – всё это ощущалось так по родному. Эта успокаивающая и манящая к себе атмосфера, что тянет в глубокий сладкий сон. - А мне показалось, что тебе понравилось, – злорадствуя, подметила девушка, опуская голову вниз, чтобы поцеловать возлюбленную. Но та уже спала, уткнувшись лицом в плечо Сони. – Спокойной ночи, милая. Оставайся со мной всегда, прошу тебя... – последовал лёгкий поцелуй в лоб и Соня отстранилась, плотнее прижимая к себе хрупкое тело Альбины, что так сильно изменилось с тех счастливых времен.       Она угасала с каждым днём. Это было заметно по всё большему количеству лекарств, которые она принимала, по тем пластиковым пакетам, что подключали к капельницам, по мед персоналу, что постоянно приходил к ней в палату. Она всё чаще стала уходить на процедуры, что хоть как-то унимали боль внутри неё. Она стала проводить больше времени с психологом, который как будто никак не помогал ей, хотя девушка уверяла в обратном. Это было видно по самой Альбине. Её глубокие карие глаза уже не пылали тем огоньком, который так обожала Соня, но даже так, она продолжала наслаждаться тем, что они так пристально и жадно смотрят на неё, не желая выпускать из виду. Хватка девушки становилась всё слабее, кожа была такой же бледной и сухой, но ощущалось это так, что из неё высасывают все краски. Голос слабел и звучал отчужденно. Он звучал всё реже с каждым днём.