Дьявол Байрона

Michele Morrone - Hard For Me

Словно поломанная игрушка, Виктория зависла на несколько секунд, не в силах обрабатывать входящую в неё информацию. Тронный зал замер и лишь сопение огромного чудовища за спиной у Люцифера сотрясало тишину. Дьявол, не мигая, жадно оглядывал Викторию взглядом, не в силах больше стоять на месте, делая пару уверенных шагов в её сторону. Девушка машинально вытянула одну руку вперед, приказывая ему остановиться. Он лишь довольно усмехнулся, заставляя королеву забыть как дышать. Двадцать лет, семь тысяч суток и каждые проведенные в череде адских страданий по тому, кто сейчас так непринужденно насвистывает себе под нос. Словно ничего и не было. Не было всех тех бессонных ночей, слёз, боли. Не было его предательства, перед которым он даже не попрощался. Словно он на пару дней отлучился на курорт, а теперь, ещё прекраснее прежнего, вернулся, чтобы сказать: «Привет, скучала?». Виктория с концами потеряла дар речи, когда Люцифер вновь заговорил, заставляя её раствориться в его бархатном баритоне, который она не слышала уже так давно. — Куда его? — лениво кивая в сторону Минотавра, уточнил мужчина. Гилберт, не веря своему счастью, ещё немного поломавшись рядом с Викторией, стремительно преодолел расстояние между троном и дьяволом, замерев. — Не может быть… Люцифер был искренне рад видеть своего старого слугу, хлопая его по плечу. — Рад тебя увидеть. И хотя внешне Люцифер и правда выглядел слишком уж по люциферски, в фирменном черном костюме, с идеальной укладкой и отдохнувшей физиономией, украшенной хитрым прищуром пары алых глаз, сам бы он никогда не признался, что жутко нервничал. В разлуке с Викторией, судя по своим биометрическим данным, он провёл всего пару часов, а вот она, судя по её перекошенному в ужасе лицу, потратила куда больше времени. — Но… как ты вернулся? — сжавшись под тяжестью тяжелой руки Люцифера, крякнул Гилберт, все ещё пребывающий в состоянии транса от увиденного. — Я… Не успел Люцифер и рот открыть, как Виктория поспешно вскочила с трона. — Довольно. — Она сама не узнала свой хриплый голос, который на последних двух буквах предательски дрогнул. Никто вокруг, кроме Гилберта, конечно, ровным счетом не понимал, что сейчас происходит. Всех волновал лишь первый Правитель Ада в натуральную величину. До этого момента многие из присутствующих всерьез полагали, что Люцифер — лишь вымысел. Детская страшилка детям перед сном. Тихий шепот окончательно выбил дьяволицу из колеи. — Заткнулись. Все ещё парализованная происходящими событиями, девушка нехотя скользнула по лицу Люцифера, наконец встречаясь с ним взглядом. Если бы можно было подобрать одно словно к тому, что произошло в её душе, то это слово было бы — взрыв. Взрыв, который сначала разрушает тебя до основания, зацикливается, причиняя перманентную боль, а затем вдруг пеплом оседает на твоей могиле. Люцифер не отводил взгляд, плавно очерчивая глазами её новую прическу, уставшее лицо и полупрозрачный халат, который позволял отметить то, как сильно она похудела. — Виктория… На негнущихся ногах девушка сделала несколько шагов навстречу, сама не осознавая то, что собирается сделать, пока их с Люцифером не стала разделять всего лишь пара сантиметров, а его хвойный парфюм впился ей в ноздри. Он молчал. В глазах испарились демонята, которые плясали с бубном у него в зрачках всего пять минут назад. Дьявол с сожалением поджал губы, а когда протянул руку вперед, в надежде притянуть Викторию к себе, она резко отскочила в сторону и, не веря силе собственной ненависти, которая смогла возобладать над этой тянущей в душе болью разлуки, ринулась прочь из тронного зала. — Ваше Высочество! — окликнул один из советников. — Что нам теперь делать? — Бросьте его в темницу, — визгнула она напоследок, а затем громко хлопнула дверью, спиной ловя бархатистый смех Люцифера, от которого все тело покрылось нехорошими мурашками. Она забыла добавить, кого конкретно хотела увидеть в темнице, но почему-то была уверена, что Гилберт уловил ход её мыслей. Минотавр уж точно не поместился бы в камере.

***

Едва Виктория успела открыть дверь своей спальни, чтобы сползти по стеночке, лихорадочно оценивая минувшие события, кто-то очень наглый перехватил её за запястье в коридоре, пытаясь развернуть к себе. Побелев от ужаса, понимая, что такое мог позволить себе только он, Виктория уже готовилась падать в обморок, лишь бы сейчас не быть заточенной в его гадкие объятия. — С тобой все в порядке? — насторожился голос, принадлежащий не тому мужчине, наблюдая за тем, как трясётся все тело девушки. Собрав утекающие остатки силы в кулак, Виктория наконец выпрямилась, вырываясь из захвата, покрепче прижимая руки к груди. — Чего тебе? От её холодного тона Деймон недовольно поморщился, но отступать был не намерен. — Ты вся дрожишь. Я хотел проверить, что все в порядке и извиниться за то, что назвал тебя ненормальной. Стражник нагло продолжал пялиться на королеву, у которой и без его непосредственного участия в голове был сплошной кавардак. Надо же подумать, только что она приказала страже бросить Люцифера в темницу. Люцифера в темницу! Нервно хихикнув, девушка тут же вернула себе недовольное выражение лица. — Не забывай, с кем ты говоришь. Ещё раз позволишь себе такое и прикажу отрезать тебе язык. Не восприняв буквально угрозы полуголой дрожащей женщины, Деймон лишь в очередной раз заинтересованно пробежался взглядом по её лицу и подмигнул. — Если что понадобится, я за дверью. Не дослушав мужчину до конца, Уокер уже захлопнула перед его носом дверь и без сил свалилась на кровать, не понимая, что ей, собственно делать: плакать или кричать. — «Этого не может быть. Как?!» — со всей силы врезаясь кулаками в подушку, закричала королева. — «Не может быть!». — «О, черт. Я приказала бросить его в темницу». — «Надеюсь он там и сдохнет. Ублюдок». — «Я ждала. Две тысячи семьсот тридцать пять дней. А когда на две тысячи семьсот тридцать шестой решила перестать — он вернулся?» — «Нет. Это определенно чья-то злая штука». — «Господи. Он схватил Минотавра?» — «Но как?» — «Каком кверху, Уокер. Он же создал все в этом дьявольском месте. Даже этого гребаного Минотавра. Даже тебя». — «Зачем он вернулся? Зачем пришёл ко мне?» — «Господи, сорвалась как безмозглая малолетка, которой в голову ударила моча, власть и бывший». В голове вновь всплыл его хищный взгляд, который ещё пару мгновений назад буравил в ней дыру. Взгляд, который она и не надеялась уже когда-то увидеть. Взгляд, которому так безумно хотело поддаться сердце, но который так жестоко отверг разум. Его лицо, запах, мимика, жесты, голос — все тяжелым грузом навалилось на девушку сверху. Обессиленная, растоптанная и униженная она не заметила, как провалилась в глубокий сон, который впервые за столько лет принял её в свои объятия долгожданной тишиной.

***

Последнюю неделю весь Ад и Небеса стояли вверх дном, но это ни в какое сравнение не шло с тем, какой сердечный приступ схватили члены Цитадели, когда к ним на порог, в натуральную величину, завалился сам, мать его, Бог. В последний раз Всевышнего видели в тот день, когда он сослал собственного сына в Ад. И вот теперь, спустя столько тысячелетий — он снова вернулся, прихватив своего сына, который как раз в этот самый момент, сидел в адской темнице, вслушиваясь в приближающийся цокот каблуков. Люцифер знал, что это не Виктория, но ему так сильно этого хотелось, что он почти поверил в это, не заметив, как чья-то сильная рука схватила его за предплечье, а в темноте блеснула пара глаз. — А я все гадал, когда ты ко мне придёшь, — довольно ухмыльнулся дьявол. — У тебя есть виски? — Нет, Денница. Зато у меня есть два ангельских кинжала и экспресс билет обратно в Небытие. Иисус хренов, — злобно выплюнула Мими, продолжая удерживать дьявола за край рубашки. Услышав о том, во что с трудом можно было поверить, первым делом девушка отправилась к Виктории. Драться со стражниками, которым королева приказала никого к ней не пускать — не было настроения, поэтому, подсунув подруге письмо под дверь, Мими тут же направилась в темницу. До последнего она не знала, что ждёт её в конце коридора. Поверить в чудесное воскрешение дьявольского ублюдка было сложнее, чем в пегасов и тем не менее, девушка пошла. И хотя первое, что она сказала старому лучшему другу по прошествии стольких лет, была куча угроз, в глубине души Мими облегченно вздохнула, не веря своему счастью. Она скучала. Очень скучала. Они столько сотен лет провели рука об руку, что, даже несмотря на то, что ей потребуется время, чтобы его простить, дьяволица была рада его возвращению. И вот он — Люцифер. Неотразим даже с небритой щетиной, грязными волосами и помятой рубашкой. Стоит и ухмыляется, как в старые добрые времена, словно ему не приходится уже целую неделю спать на полу и жрать черствый хлеб. Мими отпустила дьявола, протянув ему свою флягу. — К чему этот цирк с твоим заточением? Ты же можешь выйти отсюда в любую секунду. Люцифер проигнорировал её вопрос. — Как у тебя дела, Мими? — Он отпил из фляги, от удовольствия растягиваясь в довольной улыбке. — Ты бы знал, если бы как последний трус не сбежал от нас двадцать лет назад. Ты поступил как последний кусок дерьма. — Я знаю, Мимс. — Если ты думаешь, что ещё не поздно что-то исправить перед ней, то ты глубоко ошибаешься. — Я так часто ошибаюсь, что это уже вошло в привычку. Так что, мне не в первой.

***

Дино нервно топтался под дверьми Виктории, пытаясь удержать в голове весь тот рой ос, который ему срочно требовалось выпустить на девушку. Деймон зловеще ухмылялся, наблюдая за блондином, который раздраженно расчесывал собственные ладони и теребил края рубахи. — Расслабься, — стражник протянул ангелу сигарету, но когда тот отказался, закурил сам. — Она скоро выйдет. — Кто ты вообще такой? — недовольно зыркнул ангел, рассматривая ехидную физиономию Деймона, который с каждой секундой забавлялся ещё больше нервному иканию Дино. — Бедняга Йорик. — Чего? Деймон закатил глаза, но прежде чем успел раскрыть рот, Дино добавил: — Я читал Гамлета. При чем тут придворный шут? — Значит читать научился, а шутить нет, — громыхнул демон, даваясь от хохоту с собственной шутки. Заметив, что Дино задыхается от возмущения, он все же добавил: — Расслабься. Кто я по твоему? Мне кажется то, что я топчусь тут круглые сутки делает из меня стражника, тебе так не кажется? Дино было хотел что-то добавить, а Деймон уже предвкушающе потирал руки, подпитываясь пассивной агрессией ангела, как дверь резко распахнулась, а Виктория во всей красе вышла наружу. Выглядела она совершенно не как женщина, которая провела неделю взаперти в собственной комнате, в одиночестве, с бутылкой виски. Она выглядела как женщина, только что сошедшая с обложек глянцевых журналов, облачившись в изумрудного цвета атласное мини на тонких бретелях, а на ноги нацепила самые шлюховские босоножки на десятисантиметровом каблуке. Волосам было позволено легкими волнами спадать с плеч, а вот губы оказалась в захвате у самой алой помады в арсенале брюнетки. Дино обомлел, а Деймон довольно присвистнул. — Роскошно выглядишь. За прошедшую неделю Виктория уже успела привыкнуть к этому нахальному обществу, которое периодически доставляло ей ужин. Да и нравоучать демона не было времени, поэтому, покрепче прижав стопку писем к груди, она уверенно направилась по коридору. — Вики, мы можем поговорить? — Да, Вики, поговори с ним. Он меня задрал, — подначивал Деймон, который, в силу своего долга, увязался за парочкой следом. — Прости, Дино, — холодно отрезала Виктория, на секунду разворачиваясь к ангелу. — У меня нет времени. Бог ждёт меня на аудиенцию.

***

Цитадель встречала королеву Ада услужливыми кивками, но Виктория напрочь игнорировала все вокруг, даже не заметив Карлайла, который вышел ей навстречу. Она вообще не могла думать ни о чем другом, кроме того, что через пару минут ей придётся лицом к лицу столкнуться с Богом. Судя по всем тем манускриптам, что ей приходилось зазубривать все детство, ни одному правителю Ада не выпадала такая честь. Ладошки девушки неестественно взмокли, даже если на Небесах было жутко холодно. Она в очередной раз глянула на пару конвертов в своей руке. Первое было от Мими: «Уокер. Я все понимаю и не знаю, какие слова подобрать, но, так и знай, что в следующий раз, когда твой новый секси стражник не пустит меня к тебе, я выломаю дверь и затолкаю ручку от неё ему в зад. Целую, Мими. Дай знать, когда захочешь меня увидеть». Второе Уокер определенно повесит у себя на стену, чтобы показывать своим потенциальным будущим детям: «Прошу Вас составить мне компанию за ужином через два дня. С уважением, Бог». Покрутив последнее предложение на языке ещё пару секунд, Виктория расправила плечи и несколько раз постучалась в двери главного зала Цитадели. Дверь тут же распахнулась, а Виктория с удивлением оглядела совершенно незнакомую для себя комнату, где трибуны сменил массивный дубовый стол, за которым уже кто-то сидел. Недалеко от стола расположился огромный камин, который предусмотрительно топил во всю мощь, а за окном закат вдруг резко перекочевал в глубокую ночь. — Прошу, дитя, проходи и присаживайся, — раздался хриплый мужской голос, который тут же эфемерно растекся по всему помещению. Виктория тут же торопливо подошла к столу. — Добрый вечер. В глаза сразу бросилась смутно знакомая девушка, лицо которой украшала натянутая дружелюбная улыбка. Она была в белом костюме с аккуратно собранными в тугой хвост светлыми волосами. — Добрый вечер, — кивнув головой ответила она, а затем, бегло оценив новую гостью, тут же повернулась в сторону того, кто сидел во главе стола. Виктория проследила за её взглядом, уже нагло вцепившись взглядом в средних лет мужчину с, в отличие от блондинки, искренне добродушной улыбкой. — Мое почтение, Королева. — Мое почтение, Всевышний. От его проницательного взгляда стало неудобно, поэтому дьяволица плюхнулась за стол, поскорее пряча вспотевшие руки. — Мы ещё кого-то ждем? — Виктория посмотрела на четвертую пару столовых приборов поодаль с блондинкой напротив.

Michele Morrone - Dark Room

На секунду, дьяволице показалось, что Бог хитро ухмыльнулся, а потом все резко встало на свои места, когда двери зала с грохотом и без предварительного уведомления распахнулись. Ещё не успев развернуться, она моментально ухватилась за аромат его парфюма, а затем с болью врезалась в его всепоглощающую энергию. Вся палитра эмоций отобразилась на лице Виктории, когда она наконец слегка наклонила голову, наблюдая за тем, как Люцифер стремительно сокращает между ними расстояние. Строгий черный костюм, небрежно уложенные волосы, гадкая самодовольная ухмылка и блеск алых глаз, которые смотрели только на неё и ни градусом в сторону. Хищный, опасный, элегантный, не созданный для неё ни в одном из трех измерений. Рука дьявола слегка коснулась обнаженного плеча Виктории, а губы невесомо мазнули каштановую макушку. — Привет, волчонок. Прекрасно выглядишь. Девушка застыла. Замерла. Окаменела под его голосом, фразой, прикосновением, которое тут же электрическим разрядом прожгло её насквозь. В присутствии Бога было некрасиво устраивать скандал. Она это знала, закусив губу. И он это знал, наслаждаясь непозволительным прикосновением к её плечу. — «Гад», — мысленно ругнулась брюнетка, а когда Люцифер наконец убрал от неё свою руку, с удивлением проследила взглядом за тем, как он церемонно перетаскивает тарелку с другого конца стола и нагло усаживается рядом. Лицо блондинки напротив налилось багрянцем, но она покорно смолчала, как и все остальные здесь, зная правила. — Где ты пропадал всю эту неделю, сын? — Бог как и прежде не переставал радушно улыбаться, к счастью Виктории, переключив все внимание на Люцифера, который, хоть больше и не касался девушки рукой, находился в такой непростительной близости, что у брюнетки вспотело лицо. — Королева посчитала, что мне следует немного подумать о своем поведении и заточила меня в темницу, — будничным тоном выдал дьявол. — Как ты сбежал? — не выдержала Виктория, с концами разворачиваясь в его сторону. От смеха Люцифера у девушки скрутило все внутренности, а когда взгляд столкнулся с ямочками на его щеках она и вовсе решила, что сейчас впадёт в кому. Хотелось ляснуть ему по лицу со всей дури, но вместо этого Виктория крепко сцепила руки под столом. — Волчонок, я же создал эту темницу. Глупо спрашивать у того, кто придумал сканворд, как он его решил. — Не называй меня так, — раздраженно шикнула дьяволица, стремительно отворачиваясь в другую сторону. — Если с приветственной речью окончено, предлагаю приступить к ужину. Напряженная тишина повисла в комнате. Только гулкое эхо посуды, в которую слуги накладывали свежие стейки, нарушало молчание, которое вот вот грозилось раздавить Викторию под своей тяжестью. Люцифер не отрывал от неё жадный взгляд, который скользил от точеного профиля к переплетенным под столом ногам. Каждый раз, когда он намеренно задерживался на нижней части тела, Викторию начинала бить лихорадка, но она продолжала невозмутимо смотреть перед собой, словно вихрь воспоминаний о Люцифере между её ног горячей лавиной не обрушился на неё. Ему не нужно было касаться её тела, чтобы заставлять её растаять на этом гребаном дубовом стуле. Слева от тебя — дьявол, справа — Бог, а напротив — какая-то незнакомая мадам, которая вместо того, чтобы молча смотреть себе в тарелку, прожигает в тебе дыру. Семейная идиллия. На секунду Виктория не удержалась и все же краем глаза посмотрела на Люцифера, который элегантно орудовал вилкой и ножом. Их взгляды встретились, заставляя мужчину улыбнуться, а девушку скорчить кислую мину. Бог видимо предпочитал есть в тишине, поэтому, когда со стейком было покончено, он грациозно смахнул салфеткой невидимые крошки с губ и с видом гордого отца посмотрел на сына, а затем на его соседку. — Я так много пропустил. Твой отец правил очень долго, не так ли? — Он был пятым правителем Ада. Правил около пятисот лет, — натянуто улыбнулась Виктория. Говорить о папаше совершенно не хотелось. И Люцифер это увидел в нервном жесте, в котором девушка смахнула волосы на обожженное плечо. — Он умер от болезни? — Верно. — Кто-то расследовал причину его смерти? — Не было времени. Ваш сын обманом заставил меня спуститься на Землю, а дальше, Вы вероятно в курсе. — А твоя мать? — Он убил её, — как можно безразличнее кинула Виктория, злостно втыкая вилку в брокколи на пару. Люцифер с трудом сдержал порыв сжать девушку за руку, чтобы хоть немного поддержать её в этом разговоре, но он понимал, что этим сделает только хуже. — Отец, если позволишь, давай лучше вернемся к нашему плану действий, — перетянул одеяло дьявол и Виктория облегченно выдохнула, уже представляя, как бы ей пришлось отвечать на вопрос, как именно Сатана убил Аннабель. — Что ж, ты прав сын. Я и впрямь позвал тебя не просто так, Виктория. Много тысяч лет назад я решил, что будет лучше, если я позволю детям самостоятельно выбирать свой путь. Но, последние события свидетельствуют о том, что мне все-таки пора вмешаться. В Аду начали сбегать стражники? — Только один, и он уже пойман. — Тем не менее, — Бог кашлянул в кулак, другой рукой разбалтывая бокал с вином. — Я прибыл сюда и намерен разобраться со всем происходящим. Поэтому отныне Люцифер станет моей правой рукой и проводником с делами Ада, а Мария будет помогать мне тут, в Цитадели. Вроде бы охреневать нужно было от того, что Люцифера поставили ей начальником, но нижняя челюсть девушки упала на стол вовсе не по этой причине. Она наконец в упор посмотрела на блондинку напротив, не веря своим ушам и глазам. — Мария? Вопрос прилетел в пустоту, но Люцифер знал, что он был адресован ему. Он не успел открыть рот, когда, наплевав на правила хорошего тона, Виктория стремительно выскочила из-за стола. Мария от радости того, что её наконец заметили, а ещё от того, что стала яблоком раздора, довольно ухмыльнулась. — Это уже перебор. Прошу прощения, но мне пора. — Развернувшись на сто восемьдесят градусов, затуманенными от боли и обиды глазами, Виктория устремилась к двери. Люцифер без раздумий подскочил следом. — Виктория, постой. Но она уже не слышала, лихорадочно оглядываясь в пустом коридоре. Холодный воздух тут же ударил ей в голову, на секунду прочищая мысли, а затем девушка почувствовала, как начинает падать на этих гребанных шпильках, которые зацепились за что-то в полу. Распростертые объятия Деймона пришлись очень кстати и Виктория без раздумий утонула в его руках. — Умоляю, отнеси меня домой. Стоя в коридоре Люцифер видел лишь удаляющуюся мужскую спину из-за которой торчали босые уокеровские лодыжки. Дьявол раздраженно сорвал собственный пиджак, кидая его на пол, зарываясь рукой в волосы. Времени оставалось не так много, а уокерская ненависть так не вовремя не знала границ. Ещё пару раз громко ругнувшись так, что у по стенке крадущейся уборщицы заложило уши, Люцифер достал пачку сигарет и закурил, бешеным взглядом высверливая дыру прямо в том месте, где только что стояла она.