тихий уголок в шумном городе.

Дом, новый милый дом. На самом деле это вполне маленькая квартира, с обоями неизвестного цвета, серо-чёрный мир был слишком сложен для понимания реального цветового оттенка стен. Шум проезжающих машин, лай собак и какие-то тихие разговоры за стеной и невероятное одиночество. Вот, что хотелось услышать после долгой жизни с парнем в доме у родителей. Хорошо, что не шум посуды, которую бранили из-за своей дорогой цены и тонкости фарфора, если эта тарелка разбилась в руках главы семьи. Шумный город сменился нешумным, громкая обстановка - гробовой тишиной. Тишина так расслабляла, в такой обстановке хотелось спать. — Вэрни, ты где, котик мой? — девушка медленно прошлась по квартире и не обнаружив кота на своём любимом месте, устало присела на кровать. – гребанный кот.. опять где нибудь в шкафу спит. Хлоя - молодая девчонка. В ней смешались лёд и пламя, вода и камень, громкие стихи и тихая проза. Если бы у союза Ленского и Онегина была дочь, то выглядела она именно так. Она была одновременно вспыльчива и своенравна, также нежна и красноречива. Даже мат звучал из уст девушки как будто сам писатель описывал всю абсурдность ситуации и использовал маты для эмоциональности написанного стиха. Она была светлой и смешной днем и непроглядной тьмой и вьюгой в ночи. Она то разочаровалась в жизни и уже ничего не хотела, то вновь и вновь цеплялась за соломинку, крепка держась и ломая пальцы. Светловолосая девушка недавно рассталась с парнем, поняла, что жизнь чёрно-белая ей наскучила, а вечного ограничения в общении от парня терпеть не хотела. Длинная футболка помялась от долгого рабочего дня, то-ли серые, то-ли какого-то другого цвета джинсы внизу были грязными из-за многих луж на улице. Девушка потёрла уставшие глаза. Настроения никакого не было, не то что желания что-то делать.

На улице тихо, из-за закрытого окна, кричали детишки, иногда матерясь, от чего становилось смешнее от наблюдения за ними. Любовь к детям у Хлои появилась ещё в подростковом возрасте. Она тогда ещё подрабатывала то в кафе, то изредка следила за детьми миссис Чвени, которая растила детей с большой любовью и заботой, поощряя их вкусными конфетами и времяпровождением в парке аттракционов. И Хлою брали с собой, она была как вторая дочь. — фу, у тебя все штаны мокрые! — девочка стояла посреди тратуара, держа в руках листик с дерева, а в другой был уже полностью помятый лист бумаги с рисунком. — я в лужу у-упал! — мальчишка пустил слезу, вытирая её мокрой рукой. — тогда быстрее домой, Бен! А то замерзнешь! Хочешь заболеть? — не хочу. Пара детей убежала, Хлоя смотрела в окно. Позвонила бы она отцу, но тот слишком занят работой, не хотелось отвлекать. Но написать короткое сообщение "пап, не занят?" девушка решила, вдруг занятой отец ответит. Семья у Хлои была слегка специфична. Отец вечно на работе, воспитывала девушку няня. Аманда стала и учителем, и второй мамой, и репетитором по математике. Элайджа Камски - известный в этом городе с аристократичными корнями бизнесмен и его дочь точно не исключение. Дом был просто дворцом, в котором не было только парка аттракционов. А женская супружеская рука к этому дому почти не прикасалась, только Аманда иногда протирала пыль, с такой любовью, что казалось она жила тут целую вечность. Почему же Хлоя подрабатывала? Она просто копила себе на лучшую жизнь, пока в неё вкачивал деньги её опекун. Заработанное в банк, остальное - у неё на руках. В семь лет её отправили в частную школу. Там дела шли не очень, особенно с одноклассниками, которые несколько раз даже крали у девушки телефон, дорогие часы, браслеты. Но Хлоя молчала, говорила, что потеряла их на уроке физической культуры. А после окончания обучения в частном заведении, потомственной аристократке были открыты многие двери. Но единственную, которую она смогла открыть — это дверь в медицинское высшее учебное заведение. Отец так хотел чтобы дочь его стала хорошим врачом, работая и помогая людям, при этом получая хорошие деньги. Но выгнали её со второго курса и после девушка начала совсем другую жизнь, не стала идти на поводу отца и решила пойти учиться на педагога - учителя математики, которую ей так усердно объясняла Аманда Стерн. И вот теперь она здесь. Учительница первых классов, объясняет им основы математики, иногда пугая детей дискриминантом и теоремой Виета. Звонок от отца был неожиданный и приятный. Девушка взяла трубку, оттуда послышался тихий кашель – привет, моя дорогая. – Элайджа чуть прокашлялся. — привет, пап. Как дела? Как Рози? — Хлоя поудобней уселась на стуле, иногда всё таки ёрзая на нём. — мы... развелись. Но не думаю, что из этого надо строить драму века. — Камски что-то перекладывал, перелисттывал, из трубки слышался шорох страниц. — а как поживает моя милая Хлоя? — я? Хорошо, просто отлично. Дом-школа, школа-дом. Люблю детей, особенно добрых. — Хлоя коротко посмеялась. — милая, я не могу долго с тобой разговаривать, прости. Много работы, ты же знаешь... Бумажки сами себя не разберут, ещё и проблемы с журналюгами. — Элайджа тяжело выдохнул в конце фразы, дело не доброе. — ладно, тогда не буду тебе мешать. Работа ждёт... — Камски, вперёд! Пока пока, моё солнышко. — пока пока. — девушка скинула трубку. После звонка ещё одно неожиданное уведомление. Пришло из VK. "Ты меня наверное не так поймёшь, но я твой соулмейт. Ты сегодня проходила мимо кофейни Манфреда. Я сразу узнал твоё серое пальто на фотографии." Девушка немного удивилась, явно поменялась в лице. "эмм, чувак, может ты перепутал? Да я проходила мимо кофейни, но... это может быть кто другой." Ответ прилетел быстро. "нет, это точно ты. Я только на тебя посмотрел и... мир стал цветным. Я хотел бы с тобой встретиться. В кофейне Манфреда, в 18:30?" Девушка вспоминала нет ли у неё планов. В воскресенье даже у самого трудолюбивого учителя нет планов. "хорошо. Но если ты не мой соулмейт, то... то это будет странно. А сейчас я спать, спишемся завтра. Доброй ночи, мой соулмейт:))" "доброй ночи!)"