Формула от смерти

      - Двигайтесь. Что прижались друг к другу, как влюблённая парочка? – Яна вклинивает стул между мною и Колей и садится.       Коля обнимает её за талию и прижимает к себе.       Отвожу взгляд.       - Что делаете? – она улыбается и указывает кивком головы на учебники, разложенные перед нами на столе.       - Вроде как к контрольной готовимся, – отвечает Коля, не сводя глаз с Яны.        Становится неловко. Вроде бы они мои друзья и с каждым из них по отдельности я могу чувствовать себя свободно. Но как только нас трое – я лишний.       - По истории что ли? А у нас её уже провели. Могу ответы дать.       Она всегда так делает. Яна в параллельном классе и так вышло, что почти все проверочные сначала проводят у неё, и она после отдает нам ответы или сфотографированные варианты.       - Наша спасительница... – Коля наклоняется и целует её.       Серьезно!? Они ведь знают, как мне неудобно находиться рядом, когда они целуются. Или я только думаю, что они об этом знают…       - Да, спасибо, Яна.        Они отрываются друг от друга, и смотрят на меня так, словно забыли про моё существование.       Она улыбается.       - Не за что.       Запихиваю вещи в рюкзак.       - Ты куда?       Серьезно, Коля? Ты что из вежливости спросил? Я же мешаю вам. Или мне тут остаться и смотреть, как вы ласкаетесь?       - Мне к трене готовиться надо…       - Да, точно.        Зачем делать вид, что я их интересую, если сейчас их заботят только они сами?       - Ян, потом дашь мне ответы?        - Оки, – она улыбается, но у меня такое ощущение, что она ждёт не дождётся, пока я свалю.       Когда же мне не будет стрёмно находится рядом с ними? Они же мои друзья.         И с чего я вдруг вспомнил именно этот момент?       Ночь кажется неимоверно долгой. Я просто лежу, переворачиваясь с одного бока на другой. А в голову лезут незванные воспоминания. На душе так пусто, что больно. И каждый раз, когда в голову приходят воспоминания о Коле, Яне и… Вальнаре, становится ещё больнее.       Почему я не могу просто на время выкинуть их из своей головы? Почему не могу забыть?         - Раз ты занимался боксом, тебе не сложно будет научиться фехтованию, – Вальнар передаёт мне меч.       Беру его. Тяжёлый.       И зачем мне это? Я думал, что меня будут учить колдовству, а не бою на мечах.       - При тебе не всегда будет щит, так что сначала научишься без него сражаться. Но, конечно, будет лучше, если ты найдёшь что-нибудь, что можно использовать, как щит.       И что? Сколько это будет продолжаться? Значит, пока у меня не проявится Дар, он не будет учить меня колдовству. А если он совсем не проявится? Мы так всю жизнь будим тренироваться?       - А что, в этом мире не изобрели ещё огнестрельное оружие?       Колдун усмехается.       - Насколько я знаю, нет. А теперь защищайся.       Не успеваю отреагировать на его слова, как он нападает. Парирую удар.       - Разве сначала не теорию разбирают?       - Не отвлекайся! – он продолжает наступать, а я кое-как парирую. – Теория не научит. В бою ты можешь положиться только на интуицию, – каждое предложение он сопровождает очередным ударом.       Наконец, меч вылетает из моих рук и, со звоном упав на пол, катится к стеллажу.       - И ты умер… – Вальнар упирает кончик лезвия мне в грудь. Он, нахмурившись, пристально смотрит на меня. – Руслан, если ты не будешь настроен на бой и не будешь практиковаться, то ты постоянно будешь проигрывать.       Опускает меч, продолжая пристально смотреть на меня, затем что-то быстро мелькает в его глазах.       Он перестаёт хмуриться.       - Настройся, Руслан, ты будешь фехтовать до тех пор, пока не победишь меня. Ученик должен превзойти своего учителя. А теперь бери меч и защищайся.         Не знаю, как Вальнару это удалось. Но вскоре мне начало нравиться фехтование. А после и стрельба из лука. Конечно, я был недоволен, что мы не учимся колдовству, но мне всё равно нравились тренировки с наставником.       Надо перестать о нем думать! Зачем бередить раны?       Но я не могу перестать.       Хватит уже! Так я вообще не усну! Завтра нам с Инарой ещё идти до… её страны. Никак не могу запомнить её название. Тезурия назвала его, когда показала Инаре на пятно вдоль горизонта, которое я ранее принял за тучу.       Не знаю, как мне перестать вспоминать Вальнара. Разве вообще возможно перестать думать?  

Гева

«Дневник для рассудка»

9 июля 1405 год (364 лет назад)

        Я всю ночь думала над словами Метрана, а утром он пришел ко мне. Его вид больше не пугал меня, он был спокоен и хладнокровен, как всегда. Он вошел в мои покои после короткого стука и, оглядев меня с ног до головы, ласково улыбнулся.       - Прости, не стоило взваливать на тебя все это так сразу, - произнес он и улыбнулся, рассеяв мои настороженность и напряженность, которые я почувствовала, как только увидела его.        Он подошел, и я дала ему прикоснуться к моему лицу. Он нежно прошелся подушечками пальцев по щеке и вниз по шее, дошел до плеча и крепко прижал меня к себе. Я и не думала отстраняться, я так соскучилась по нему – по тому, кто любил меня, по моему Метрану, что отбросила вчерашний страх и все подозрения и расслабилась…       Через некоторое время он прошептал мне на ухо:       - Я тебя люблю, Гева. И хочу, чтобы ты была со мной вечно…       Я уже было начала вспоминать вчерашний разговор и хотела от него отстраниться, но он отбил всякое желание спорить и возражать, добавив:        – Прошу, Гева, я не хочу оставаться один.       И все мои обиды растворились. Я почувствовала искренность его слов и впервые за долгое время его любовь ко мне. Я тоже почувствовала желание прожить с ним вечность.