Мой друг-лис

-У меня есть план. -Господи,нет…. -Что нет?Лучше бы спросил какой. -Знаю я какой. Безрассудный, бестолковый, дурацкий, нелепый, опасный… Я долго так могу. Все твои идеи такие. Лицо Сигмы исказило свойственное ему беспокойство. -Хотя бы выслушай. Жалостливо попросил Коля. -Я всегда тебя слушаю, рассказывай. -Я придумал как раскусить отца. -Блять. -Предположим, Фёдор Достоевский-демон, и это правда, то как любая нечисть он должен мастерски скрывать свою сущность от людей, в том числе и от меня, не думаю, что он мне хоть что-то расскажет. Но я знаю, как заставить его самого раскрыться. Мне нужно создать такую ситуацию, в которой он будет вынужден применить свои чертовские силы. В какой ситуации, он решится на это? В безвыходной! Я сбираюсь стать приманкой. То есть мне нужно попасть в такую передрягу, где мне будет угрожать смертельная опасность, и ему придётся применить свое колдовство, чтобы спасти меня. Все это он объяснял товарищу, расхаживая по комнате с довольным лицом мол посмотрите на него какой он умный, придумал такой классный план. Но товарищ совсем так не считал, его руки схватились за голову, а на лице читалось «пиздец». -Перейду к конкретике: я задолжаю местным бандитам денег и намеренно не буду их отдавать… -Так все я не буду это слушать! Гениального стратега нагло перебили. Ты себя вообще слышишь? Что ты несёшь? Какие бандиты? -Опасные! -Коля! А ты прикинь, вот попадёшься ты им, а твой отец даже не узнает куда ты пропал, потому что он обычный человек, а даже если не обычный, это аморально так с отцом поступать, кем бы он не был. Всегда тебя тянет в какой-нибудь пиздец. -Я уверен, он узнает, он все знает…Ладно все с тобой понятно, я сам. -Что сам? Колечка, ну не делай глупостей, а. Обещай! -Ладно, обещаю. Он улыбнулся другу во всю ширь. Оба знали, что его обещания ни черта не стоят.

***

О банде он заговорил неспроста. У Николая были знакомые из мира беззакония. -Ты все же решился? Не боишься? Огури Муситаро ехидно улыбнулся и затянулся. -А чего мне боятся? Николай ответил отказом на протянутую сигарету. -Одного у нас недавно в реанимацию отправили. Украл часть денег за товар. Еще одного мусора упаковали. Не думаю, что ты из тех, кто попадётся, а вот за честность твою не отвечаю. Огури облокотился на какой-то выступ в стене, и задрав голову, выпустил пар. -В любом случае это не твои заботы. Я готов. -По дружески просто предупреждаю. Замотанный взгляд упал на белобрысую шпану. Кинешь заказчиков и небось что тебе отрежут, если вообще в живых оставят, и не посмотрят на твой возраст, в общем, ты меня понял. Короче, завтра напишу откуда и куда доставить товар, сумму знаешь. -Понял я. -С чего вдруг надумал? Не похож на того, у кого проблемы с деньгами. -Появилась временная необходимость. -Не хочешь – не говори.

***

Этот безумец все же удумал воплотить эту гнилую затею. Николай решил нарочно кинуть заказчиков, прекрасно осознавая какие последствия это за собой повлечёт. Хоть Сигма и предупреждал, что все может обернутся не так как он вообразил, но он был стойко уверен в том, что Фёдор так или иначе придёт к нему. Товар доставил. Деньги получил. Осталось их не возвращать и ждать.  Ждать пока придут по его душу долго не пришлось. Его встретили трое мужчин в безлюдном переулке, в который он пришёл сам, вполне осознанно, зная, что здесь его поджидают.  Он взглянул на парней, что были старше него лет на десять и выглядели они крайне неопрятно и отталкивающе. Три неслабо накаченных парня медленно подходили, глядя строго из подлобья. Николай не чувствовал страха, ведь убедил себя, что все пройдёт так, как он и задумал. Но и тревога не оставляла, в глубине души здравый смысл шептал, что нужно бежать пока есть время. Но желание узнать правду было сильнее и заставила остаться и испытать судьбу. -Ну что кидала, пора расплачиваться. Самый крупный и уродливый из них схватил мальчишку за шиворот и грубо швырнул обратно на землю. А вот сейчас настало время для паники. Кажется, уже наступил подходящий момент, когда папочка должен прийти за своим нерадивым отпрыском. -Сука, будешь знать, как чужое пиздить, щенок. Оставшиеся двое долго не тянули и начали наносить удары ногами в живот. От чего у лежачего пошли искры из глаз. После каждого следующего удара у мальчика стала идти кровь изо рта. Грязная рука схватила белоснежный затылок, позволяя мерзавцам плюнуть в и без того мокрые разноцветные глаза. Нападавшие продолжали выплёвывать различные грязные, полные ненависти, высказывания, но несчастный Колечка их уже их не слышал и постепенно начал терять сознание. Нет, ему все еще не было страшно или обидно. На деле больше всего его сейчас мучил стыд. Стыд перед отцом. За то, что так глупо подверг свою жизнь опасности. Самое страшное в этой ситуации было то, как переживёт не он сам, а родитель. Он не переживёт. Последние нескольких ударов пришлись по голове жертвы после чего она окончательно потеряла сознание. А как жаль, он ведь так и не увидит того, ради чего пошёл на все это.

***

Пока три здоровых, но безмозглых лба расправлялись с маленьким беспомощным существом вокруг них начала сгущаться беспросветная мгла. Абсолютно черный туман постепенно начал заполнять всё пространство в округе. Горе-палачи опомнились только тогда, когда перестали видеть свою цель. -Что за чертовщина происходит?! Парни, я ни хрена не вижу. Из-за полной потери видимости паника охватила уже самих наемников. В момент полного смятения, пока новые жертвы ситуации были отвлечены, маленькое бездыханное тело осторожно утаскивала тьма в глубь себя. В кромешной мгле явился аметистовый кошачий, полный абсолютной ненависти, ярости и отвращения взгляд, что был устремлён на гадких омерзительных тварей. Им не миновать лёгкой смерти. Туман отвердел и в миг схватил всех троих за их тонкие шеи и туго сжал. Те даже вскрикнуть не успели. Тёмная материя начала лишать мерзких животных конечностей. С начала на землю упали кисти и ступни. За ними плечи и голень. А за этим и все остальное. От грязных ублюдков не осталось ничего. Нечистая сила расправилась с ними довольно быстро, ведь тратить время необходимо было не на пролитие крови, а на ее остановку.

***

Все было не так плохо, как решил демон: ребёнок начал приходить в себя раньше, чем оказался дома. Но сообразить или запомнить что-либо он точно был не в состоянии. Веки слегка приоткрывали поплывший красный взгляд. С губ рекой текла кровь, а тело было вдоль и поперёк покрыто огромными синяками.  Тонкие ручки то и дело норовились совершить безнадёжные попытки подняться. Не смотря на то, как каждое незначительное движение приносило нестерпимую боль, избитому туловищу все-таки удалось слегка приподняться на локтях, но крепкая рука нежно надавила на спину, дабы тот лёг обратно. Это было последнее, что он помнил в этот отвратительный день. Пока Коля толи спал, толи был отключке, заботливые руки вытирали с его лица драгоценную кровь и осторожно бинтовали раны. Длинные пальцы с такими же длинными, но аккуратными ногтями ощупали оголённую грудь и живот, разукрашенные сине-лиловыми красками. Пару рёбер точно были сломаны. Страшное чудовище склонило голову и его лицо вместе со всеми эмоциями скрыли тёмные пряди. Ладони крепко обхватили руку подростка. Пациент не мог этого заметить, но руки, обладавшие невероятной демонической силой, предательски тряслись. Дыхание Николаю давалось крайне тяжело, он то и дело всхлипывал и стонал сквозь сон. Но еще тяжелее давалось чёрту усмирить свои слёзы.

***

Как и любому родителю Фёдору было невыносимо тяжко смотреть на искалеченное тело своего драгоценного ребёнка. Все это время пока Коля был без сознания он просидел подле него и тихо ждал, когда тот придёт в себя. Коля начал морщить лицо. Видимо начал очухиваться, но головная боль давала о себе знать. Фёдор приложил к голове прохладную повязку и начал поглаживать тыльной стороной пальцев опухшие щёки.  Коля открыл глаза и взглянул на своего попечителя и залился слезами. Он ведь так и не понял, что произошло: спас ли его сам Фёдор или же нашёл, когда всё закончилось? Выходит, жертва была напрасна, ведь единственное, что он получил - это горечь отца и никаких ответов. -Прости меня… Прошептал слабый голос. Он подвёл его. Фёдор не стал ничего отвечать. Он лишь молча гладил его по голове и осторожно целовал места где не было ран. От этого снисхождения становилось еще больнее. Сплошное разочарование, а не ребёнок. Хотя нет, подождите, одна зацепка все же должна быть! -Как ты узнал? Как… мгхр… ты нашёл меня? Как Фёдор мог обнаружить его, не имея сверх сил? Он ведь не мог просто почувствовать опасность? Никто ведь не мог ему расска… -Твой друг сообщил мне. Наконец послышался бархатный голос. -Что? Кто? Зачем? Коля с небольшим удивлением взглянул на Достоевского и попытался сесть. В этом ему помог папа, он приподнял его за подмышки и аккуратно усадил на кровати. -Совсем сдурел?! Тут Николай резко отреагировал на голос появившегося из ниоткуда Сигмы. -Я до последнего надеялся, что это была тупая шутка! Но когда ты пропал и не отвечал ни на звонки, ни на сообщения я сразу побежал к тебе домой и… Сигма источал из себя сплошную обиду и беспокойство. Его и без того легко вывести из себя, а сейчас он совсем обозлился, но в тоже время сильно за него испугался, поэтому лучше лишний раз с ним не пререкаться. Так значит Сигма все ему доложил, следовательно, это ничего не доказывает. Он тяжело вздохнул и лёг обратно.

***

Руки отца прижимали его к себе. Они гладили его по голове и спине, с особой родительской нежностью. Пепельная макушка принимала пылкие, но лёгкие поцелуи, наслаждаясь лаской. Он прислонил его лицо к своей груди, как бы говоря «только здесь ты в безопасности». Он ощущал и осознавал ее, эту безопасность.  Мальчик обнимал отца в ответ, впитывая в себя всё то тепло, что он давал. Он давал достаточно много. Порой казалось, что мальчик может сгореть в этом тепле. В голове носились мысли сомнений. Он сомневался в том, что это был его родной отец, сомневался в его мотивах, в его сущности, как человека. В чьих крепких руках он сейчас находится? В детстве, каждый раз, боясь страшного монстра в темноте, страшной и злой собаки, боясь, что его не полюбят одноклассники, каждый раз, когда он боялся, он бежал к любимому папе с уверенностью, что тот освободит его от тревоги и страха, он нырял в эти чувственные объятия и наконец обретал спокойствие. Так и сейчас он почувствовал облегчение. Даже если он и был злым демон, он точно не тот, кто причинит ему зло. Не тот, кто намерен испортить жизнь. Он окунается в его объятия, не понимая, в чьих лапах находиться, но чем дольше он греется в них, тем больше ему становится плевать. Может он ему и не родной отец, но точно настоящий.  Пускай загадок меньше не стало, но в самом главном он больше не сомневался.