When The Sunlight Dies

Сапнап шёл по следу из сломанных веток и помятой травы почти час — следовало идти медленно и тихо, чтобы не выдать себя. Не для того, чтобы получить преимущество, не то чтобы… скорее, Сапнап просто не любил привлекать к себе внимание, без веской на то причины. В конце концов, он, прежде всего охотник, а уж потом рыцарь. Охота давалась ему легко с самого детства. Он вдруг вспомнил о прошлом, о том ребёнке, которым когда то был… воспоминания, от которых, казалось, он почти избавился, вдруг встали горьким комом в его горле. Воспоминания о том, с кем он рос и учился… долой эти мысли! Не думать о нём. Он должен был продолжать идти. Он наконец-то нашёл их! Не было никаких сомнений, это он. Об этом говорил знакомый небесно-голубой плащ, который виднелся среди травы на опушке леса. Они с Джорджем пробирались через этот лес последние несколько дней. Необходимо было остановиться, передохнуть хоть немного, но Джордж, не пропуская ни одного грёбаного дня, решил погулять в одиночку, и, конечно же, попал в руки снующих по лесу наёмников. Это плохая новость, но была и хорошая. За опушкой раскинулось большое поле, а другой лес виднелся лишь, где то на горизонте. Похитители вряд ли станут выходить на открытую местность, боясь быть обнаруженными, им придётся вернуться обратно в чащу. Туда, где их уже ждал Сапнап. Яркий цвет плаща Джорджа с потрохами выдавал позиции его похитителей. Очевидно, они остановились немного отдохнуть и обсудить свои дальнейшие действия. Никогда ещё, отправленная по их душу банда наёмников, не заходила так далеко: Джордж сидел в траве, а запястья и локти ему, очевидно, перевязали верёвкой. Сапнап насчитал четверых похитителей. В два раза меньше, чем в прошлый раз. Это было как то неправильно — слишком мало. Посылать для захвата их обоих всего четыре человека было не просто глупо, а даже как то оскорбительно. Без сомнения, это был лишь разведывательный отряд, к которому его друг-идиот сам вышел прямо в руки. Многое указывало на то, что их лагерь стоял уже не один день. Возможно, они специально поджидали их здесь, а может это была не более чем случайность. В любом случае сейчас местность играла на руку именно наёмникам. Редеющие у опушки деревья, не позволяли Сапнапу подкрасться ближе незамеченным. Но рано или поздно им придётся покинуть лагерь и отправиться обратно в столицу через лес. Тогда то и наступит время его выхода. Выигрывал тот, кто анализировал, а не тот, кто бездумно бежал махать мечом. И, может быть, этот случай наконец-то вобьёт Джорджу в голову, что нельзя уходить с поста, когда его очередь дежурить. Сейчас же, Сапнап будет ждать столько, сколько нужно. Пока не представится удобный момент, или пока ситуация не накалится так, что он будет вынужден вмешаться. Не успел он устроиться поудобней, как ситуация действительно начала накаляться. Причиной тому послужил его громкий избалованный друг. — Мне больно! — вдруг закричал Джордж. Его голос прозвучал властно, по-королевски, хотя сам он, после месяцев тяжёлого путешествия и скудной еды, выглядел едва ли лучше попрошайки. Приглядевшись, Сапнап вдруг осознал, как сильно Джордж исхудал за всё то время, что они были в бегах. — Хотя бы ослабьте верёвки! Я не сбегу, вы же сразу меня подстрелите, если попытаюсь! — Заткнись, — наёмник пнул землю, рядом с Джорджем, запустив комья грязи и травы ему в лицо. — Держи свой рот на замке. — Но вы связали слишком туго! Я уже не чувствую рук… Что если их придётся ампутировать?! Я не хочу терять руки! — Ещё хоть слово и ты потеряешь свои зубы, князёк, — другой наёмник пнул Джорджа в спину, повалив лицом в траву. На спину с силой надавили подошвой сапога, вдавливая грудь Джорджа в мягкую почву. Он закричал от боли. — Или, ты можешь рассказать нам, где прячется твой рыцарь. У нас нет времени искать его самим, но мы знаем, что он где-то близко! Сапнап прикоснулся к луку, который, они с Джорджем делили на двоих, медленно снял его с плеча, нащупал за спиной стрелы в колчане. Обычно стрелял Джордж, сам он, предпочитал ближний бой, поэтому большая часть стрел осталась в лагере. В колчане их было не так много, но ему хватит. — Я не знаю о ком вы говорите! Наёмник надавил на спину Джорджа сильнее. Тот вновь закричал, начав ёрзать по земле, пытаясь вывернуться из-под тяжёлой ноги. Внезапно, давление прекратилось. Наёмник схватил Джорджа за горло и легко, словно зверька, поднял вверх. Крики оборвались сдавленным вздохом. — Тогда ты идиот, — сплюнул мужчина. — Все вы, князьки, одинаковы. Высокомерные придурки, гуляете здесь, словно у себя в саду. Думаешь, ты лучше нас, думаешь, тебя спасёт твой тупой рыцарь?! Наёмник отпустил шею Джорджа. Тот громко шлёпнулся на землю и закашлялся, отплёвываясь от травы и грязи, попавшей ему в рот. Страдания Джорджа заняли всё внимание его похитителей. Это дало Сапнапу возможность подобраться поближе. Спрятавшись за ближайшим кустом, он остановился и опустился на колено, готовясь к выстрелу. — А ты, похоже, завидуешь… — Джордж выплюнул землю изо рта. Сапнап с тихим вздохом достал стрелу из колчана, натянул тетиву, аккуратно прицелился. — Следи за своим языком, князёк, — наёмник, вероятно, лидер отряда, надменно оскалился, обнажая свои грязные сломанные зубы. — У нас есть приказ доставить тебя живым, но там ничего не сказано про то, чтобы доставить тебя целым. Если я сейчас вырву тебе язык, то всё равно получу за тебя кругленькую сумму, — он наклонился к Джорджу и схватил его за подбородок. — Я спрошу в последний раз, пока ты ещё можешь мне ответить: где… Сапнап не мог видеть лица Джорджа, но он отчётливо услышал мерзкий звук, который значил, что он плюнул наёмнику в лицо. Это подтвердилось и тем, что он отступил от Джорджа, рыча от ярости и Сапнап выпустил стрелу, пока мужчина вытирал свои глаза. Существовало всего несколько звуков, таких же противных, как чьё-то харкание. И один из тех немногих звуков — это звук человека захлёбывающейся собственной кровью. Когда стрела пронзила шею наёмника, Сапнап не обратил на то внимания. У него были более серьёзные проблемы, о которых стоило беспокоиться, как например, кровь, попавшая Джорджу на лицо или другие наемники, растерявшиеся в хаосе. Им не потребовалось много времени, дабы понять откуда прилетела стрела, но Сапнап, уже перепрятался за следующее дерево, а затем и следующее, используя высокую траву в качестве прикрытия. Он не был самым лучшим лучником, от чего следующие две стрелы не попали в цели, прежде чем третья вонзилась в человека, не держащего Джорджа, когда тот оказался достаточно близко для начала ближнего боя. Мужчина упал на землю с торчащей стрелой из глаза. Сапнап вынул Кошмар из ножен и встретился с третьим наёмником в ближнем бою. Хватило двух жестоких взмахов мечом, чтобы победить соперника — первым он выбил меч из рук наёмника, вторым — нанёс смертельный удар в живот. Его противник упал на землю, задыхаясь от глубокой раны на животе. Сапнап перешагнул через него. Последний наёмник, который держал Джорджа прижатым к земле, достал свой меч и пнул Джорджа в сторону. Самый крупный и широкоплечий, Сапнап предположил, что именно он и был мускулами данной группы. Когда мужчина издал яростный рык, Сапнап невольно признал, что тому было самое место на поле боя с таким рыком. Но это не было полем боя, это была могильная яма, которую Сапнапу только предстояло вырыть. И он не испугается случайного наёмника, не сегодня. Он поднял Кошмар. — Не меня ли ты искал? — нагло спросил он. — Ты! — закричал обезумевший от ярости наёмник, кинувшись вперёд на Сапнапа. Сапнап злобно улыбнулся. Он легко уклонился от неуклюжей атаки наёмника; гневом противника было легко воспользоваться. Сапнап тоже был зол, но за его спиной были месяцы тренировок и учений, чтобы обуздать собственный гнев. Для него гнев не было тупым оружием, а искусной защитой. От гнева наёмника смердело страхом. Возможно, это просто был запах его демонической крови, но он был уверен, что чувствовал страх. Сапнап отпрыгнул в сторону и вонзил Кошмар в спину мужчины, роняя его на мёртвого товарища. Он не смотрел на его падение, много чести. — Ради всего, блять, святого, Джордж! — он опустился возле друга, помогая ему подняться с земли. — Ты в порядке? — Просто замечательно! — прокашлял Джордж. — Сапнап, у меня грязь на зубах! Это отвратительно! Пожалуйста, дай нож. Сапнап достал небольшой нож из своего пояса и попытался дотянуться до верёвок, только для того, чтобы ловкие пальцы Джорджа выхватили нож, чтобы он сам смог развязать себя. Джордж попытался удобнее перехватить нож, но Сапнап не позволил ему. Он знал, что друг лишь навредит себе этим. — Просто дай мне… — строго сказал Сапнап, когда Джордж обернулся к нему, издав испуганный крик. — Сап! Позади! — он оттолкнул Сапнапа в последний момент, чтобы спасти его от удара в спину. Сапнап вскочил на ноги, развернулся и едва успел перехватить Кошмар, блокируя следующий удар железного лезвия. Удар был достаточно сильным, чтобы Сапнап по инерции отступил назад, и случайно споткнулся об Джорджа, лежащего позади него. Он надеялся, что Джордж не поранится ножом, пока Сапнап будет отвлечён (это происходило раньше). Лезвия Кошмара и меча наёмника скользнули друг по другу, и сошлись у рукоятей. И Сапнап и наёмник сильно напряглись, но они продолжали держать свои позиции. — Когда ты сдохнешь, — прошипел наёмник, плюясь Сапнапу в лицо, пока он пытался противостоять навалившемуся на него весу. — Я так повеселюсь с твоим князьком за то, что ты сделал с моими друзьями. — Мужик, — проворчал Сапнап, краем глаза заметив Джорджа, без ножевых ранений и задающий немой вопрос чем он мог помочь. — У тебя изо рта воняет. Сапнап резко повернулся, и меч наёмника отлетел от Кошмара в воздух, и по сигналу Джордж бросил ему нож. Он поймал его и вонзил его в бедро наёмника, чувствуя, как острое лезвие разрезало плоть словно пирог. Над собой он услышал рёв неистовой боли, оборвавшийся через мгновение. Кошмар пронзил плоть быстрее ножа, войдя в грудь по самую рукоять за секунду. Тёплая кровь потекла по его рукам, впитываясь в рубашку. Чёрт, надо будет избавиться от неё, прежде чем она засохнет. Он заставит Джорджа заняться стиркой в качестве наказания. Мужчина наклонился вперёд и на Сапнапа обрушился весь вес мёртвого тела. С немалым усилием, но он спихнул с себя тело, и с тихим булькающим звуком вынул Кошмар из его груди, и Джордж слегка позеленел. Он проигнорировал звуки, которые издавал умирающий и повернулся к Джорджу. Для человека, который только что был в заложниках, он выглядел просто расстроенным. Хмурое выражение лица сменилось детской раздражённостью, когда он протянул Сапнапу свои связанные запястья. — Что? — спросил Сапнап. — Почему ты так смотришь на меня? Волновался, что я просто брошу твою жалкую задницу? — Не-а, — ответил Джордж. — Я знал, что ты придёшь. Он сказал это так легко, словно это был неоспоримый факт, и оба знали, что так оно и было, пусть злоба, которую он подавлял, чтобы убедиться в порядке ли Джордж, вновь начала бурлить в его груди. — И, чёрт возьми, хорошо, что я пришёл, — проворчал Сапнап, пока наёмник продолжал издавать предсмертные вздохи у его ног. Он взял свой нож, срезал верёвки и помог Джорджу подняться на ноги, прежде чем тот начал ныть. Этот бессмысленный акт помощи был бы смешнее, не играя Сапнап рыцаря в сияющих доспехах. — В прошлый раз, когда меня поймали, хотя бы накормили, — негромко пожаловался Джордж, растирая покрасневшие запястья. — Они — не королевская стража, — сказал Сапнап, больше не способный сдерживать своего гнева. — Срать они хотели на то кто ты такой. Их заботят только деньги, и они навредят тебе если до того дойдёт. Ты знаешь это. — Сапнап, я в порядке, — закатил глаза Джордж, но тут же вздрогнул, когда Сапнап взял его за запястье. Он держал его аккуратно, осматривая повреждения со всех сторон, и оценивая, насколько серьёзными были они. Кроме нескольких царапин, он не увидел ничего серьёзного. Джордж позволил осмотреть себя, демонстрируя только своё ошеломлённое выражение лица. — Или ты всё же не в порядке, — сказал Сапнап сквозь стиснутые зубы, подавив в себе желание, хорошенько встряхнуть Джорджа, чтобы в нём проснулась хоть капля здравого смысла. — Я же говорил тебе оставаться в лагере! — Я не ребёнок, я могу позаботиться о себе… — Говорит человек, которого поймали опять. — Я знал, что ты найдёшь меня! — настоял на своём Джордж, пока Сапнап перебарывал желание раздражённо потереть себе переносицу. — Что — Сапнап с трудом сдержал свой голос, чтобы не сорваться на крик. — Было настольно важным, что ты решил уйти один, когда вся страна разрывается, пытаясь найти тебя? Без меня? На мгновение воцарилась тишина. Было слишком тихо. Тут должна была быть какая-нибудь шутка, рука, которая обняла бы его за плечи или обняла бы Джорджа. Что-нибудь лишь бы эта тишина прервалась. Что угодно. Но лес остался тих. Джордж не ответил, лишь отвёл взгляд от Сапнапа, и этого было достаточно для ответа. Сапнап с разочарованным вздохом отпустил запястья своего друга. Ярость, бурлившая в его груди начала утихать, и он протёр лицо рукой. Он не смотрел на Джорджа, делая глубокий вдох, и пытаясь заполнить пустоту в своём сердце. Это было только напоминание, что неотъемлемая часть их жизни отсутствовала, исчезла, возможно, навсегда, и это было ещё ужаснее, чем Джордж, пренебрегающий своей безопасностью. Сапнап опустился на землю и принялся очищать Кошмар от крови. Он так и не смог привыкнуть к весу меча; он был выкован для абсолютно другого человека. Сапнап протирал лезвие методично, как полагалось солдату и так же с заботой о своём горе. Он был рад, что Джордж отошёл, чтобы начать осмотр сумки наёмников, иначе он увидел бы как дёрнулись плечи Сапнапа. Как он обычно делал, он избавлялся от этих мыслей, пряча их глубоко в своей душе. Он просто отказывался чувствовать это, даже с совершенным мечом в его руке, мечом, который превосходил любое другое оружие, которое он когда-либо держал в руках. Когда Сапнап отложил меч в сторону, он почувствовал себя немного лучше. — Нашёл что-нибудь полезное? — с пересохшим горлом спросил он. — Немного еды, обычное оружие, которое нам не пригодится. Ничего необычного, — пожал плечами Джордж. — Еда всегда нам в плюс, — сказал Сапнап, поморщившись от собственного тона. Ему не нравилось злиться на Джорджа. Не нравилось расстраиваться подобно родителю, чей ребёнок снова ушёл без спроса. Но, чёрт побери, именно таким родителем он и чувствовал себя большую часть времени. Это трудно, жить в стране, где в любую грёбаную минуту Джорджа могли отнять у него, и возможно в следующий раз навсегда. У этого человека навыков самосохранения было столько же, сколько у особо тупой утки. — Бери, что есть и пошли. Не будем сидеть здесь и ждать, пока ещё больше этих ублюдков не пришло. Джордж не ответил ему, он поднял сумку и начал перебирать еду, которая им пригодится, он складывал в сумку и выбрасывал в сторону то, всё то, что они никак не смогут использовать. Сапнап воспользовался возможностью осмотреть равнину. Она была не такой уж большой, скорее это было поле, чем равнина — там не было привычных шуршащих звуков маленьких зверьков, живущих там. Он также не заметил и следов животных, так что возможно наёмники всех распугали, разбив здесь лагерь несколько дней назад, или на этой местности действительно никто не обитал. В любом случае это всё было бесполезно для них. Они должны были продолжить путь, и он надеялся, что им по дороге встретится река, чтобы помыться. Вся его рубашка была в крови, и Джордж скоро начнёт жаловаться на засыхающие капли на его лице и просить о ванне. — Держи, — Джордж нашёл его у одного из тел, пока Сапнап пытался проверить, найти хотя бы намёк на то, кто конкретно их послал или из какой фракции они были. Сапнап поднял голову и увидел четыре стрелы протянутые ему. Две были испачканы в крови. Только одна не подлежала восстановлению. Вечером он попросит Джорджа пополнить запасы кремня и перьев, пока он будет разбивать лагерь. Стрелы стали небольшим знаком примирения. Сапнап молча взял их и встал. Он отломил головку сломанной стрелы — её можно будет использовать повторно — а сломанное основание выкинул. Джордж ждал его уже с полностью набитой сумкой. Оба были измазаны кровью. Сапнап уже начал выбираться из омута страха-злости-адреналина, в котором он тонул уже около часа, подпитываясь энергией. Сейчас же он начал ощущать мучительную усталость, в последнее время всё чаще проявляющаяся после каждого нового боя. Раньше это ощущалось, что после каждой победы он мог бегать ещё часами, что одна новая победа лишала его потребности в еде и воде на целый день. Сейчас же, каждая новая победа — это рутина, которую он был обязан выполнять, чтобы выжить. Ещё неделя или две, и возможно у них появится возможность засесть в безопасном месте и Сапнапу удастся просто отдохнуть до тех пор, пока он не наберётся сил, не позаботится о том, чтобы Джордж не голодал и был в безопасности. Он поклялся что вернётся, но даже полудемону требовался отдых, прежде чем прыгать в гущу событий вновь. В любом случае, впереди была целая неделя как минимум. А это была третья группа наёмников за последние десять дней. Это было бы не такой большой проблемой, если бы не внезапная страсть Джорджа к сольным приключениям. Последние две недели стали самым настоящим адом для Сапнапа, когда Джордж пользовался любым случаем, когда рыцарь отворачивался от него. Сапнап хотел потереть переносицу, но вовремя заметил ещё не засохшую кровь на своих ладонях. Он едва удержался, чтобы не размазать это всё по своему лицу. — Они паникуют, — размышлял вслух Сапнап. — Они знают, что мы близки к границе. Он не говорил, что сам паниковал не меньше. Паника порождала усталость и всё, чего он сейчас хотел, это отдохнуть, он, чёрт возьми, спал меньше двух часов. У него болели руки. Кошмар не принадлежал ему, ему не нравилось, когда им пользовался кто-то другой, а не настоящий хозяин, поэтому он сильно тянул ему бедро, в качестве наказания. — Не будет ли лучше сойти с дороги? — Джордж вынул из сумки спелое яблоко и протянул его Сапнапу. — Быть более скрытными. — Я не настолько хорошо знаю эти леса, чтобы сходить с главной дороги, — Сапнапу было неприятно признавать это, но врать Джорджу было бессмысленно. Это же просто Джордж. О Сапнапе он знал гораздо хуже, чем с территорией восточной границы Киноко. Сапнапу следовало купить карту, когда они в последний раз были в городе. Но тогда ему не хотелось рисковать и искать картографа готового продать им карту. — Может нам удастся найти гида? — Джордж настойчивее предложил яблоко, и Сапнап неохотно взял его. Он откусил мягкий, хрустящий кусок и внезапно Сапнап осознал, насколько же он был голоден. Он съел всё до самой середины, ещё и капли сока, оставшиеся на пальцах, слизал. Когда он поднял взгляд, его уже ждал кусок сушёного мяса. Он съел и его пока они убирали лагерь. Сапнап не ответил Джорджу на его вопрос. У него просто не было ответа. Гид действительно помог бы, да и Джордж плохо знал людей в этой местности. Возможно, стоило рискнуть. — Мы позаботимся об этом позже, — сказал Сапнап, когда они убрали лагерь и перетащили тела в незаметное место. — Сейчас давай вернёмся в наш лагерь, заберём все вещи и затем направимся через лес на восток. — Всё ещё в Сноучестер? — Всё ещё в Сноучестер, — подтвердил Сапнап и забрал сумку у Джорджа, закинув себе на плечо. Джордж забрал лук и оставшиеся стрелы, одну из которых начал крутить в своих костлявых пальцах. Обратный путь в их лагерь прошёл в полной тишине. Путь занял всего полчаса. Собрали вещи они быстро, уже привыкнув к этой рутине. Палатку они закинули в эндерчест, который носили на сипе, подобно рюкзаку. Недалеко от лагеря Джордж спустился к реке, где накануне вечером он поймал им рыбы на ужин, сейчас же, они воспользовались возможностью, чтобы смыть всю кровь. К тому времени, когда Джордж начал жаловаться на то, что у него болели пальцы после продолжительного оттирания крови грубой щёткой от одежды их обоих — это и стало его наказанием за побег — Сапнап был уже полностью спокоен. Он заметил, как улыбка поползла по его лицу, пока он слушал жалобы Джорджа. Это напомнило ему о том времени, когда они были только подростками, Джордж был самым высоким и самым старшим, а его отец находил их за делами, которыми они не должны были заниматься. Бэд никогда не рассказывал Принцу-консорту и тем более Королеве, что он заставлял всех троих стирать до тех пор, пока их руки не опухали из-за воды. Он как следует очистил Кошмар, пока Джордж был занят одеждой. Промасленной тряпкой, он аккуратно провёл по самому острию лезвия. Время от времени он мог чувствовать редкие пульсирующие волны, бегающие по мечу; он пытался понять, кто его держал. Его собственный незеритовый меч давно согрелся бы в его руках, когда узнал бы своего хозяина. Но Кошмар оставался холодным, отказываясь впитывать тепло человеческой кожи. В какой-то мере упрямство этого проклятого меча успокаивало Сапнапа. Три месяца и несколько сраных недель (сто шестнадцать дней, если быть точным) он без остановки боролся с этим мечом, но Кошмар так и не признал нового владельца. Сапнап знал, что в день, когда меч согреется в его руке, его, и без того слабая, надежда умрёт навсегда. Но сегодня не тот день, и завтра он вряд ли наступит. Поэтому, он заставил себя не думать об этом. Один раз в день. Может быть два. Сапнап чувствовал себя игриво, так, как он не чувствовал себя уже довольно долго. — Иди сюда, — сказал Сапнап, наконец-то отложив Кошмар в сторону, беря тряпки и выжимая их в мягко текущей воде. Джордж, по сравнению с предыдущим нытьём, хранил молчание, подходя к Сапнапу у реки и опускаясь около. Сапнап отжал тряпку и начал нежно вытирать кровь с лица Джорджа. Джордж вздрогнул от первого прикосновения, по-видимому, забыв, что на его коже запеклась кровь вперемешку с грязью. — Спасибо, — не громко и хрипло сказал Джордж, пока Сапнап опускал в воду грязную тряпку. — Не за что, — ответил Сапнап, и он мог представить, что Джордж благодарил его за всё остальное тоже. Скоро они закончили. Рубашка Сапнапа высохла сверхъестественно быстро, когда она прилегла к его коже и даже немного задымилась. Джорджу так не повезло. Сапнап же не предложил ему помощи в данной ситуации, это всё ещё была часть его наказания. Да, Сапнап всё ещё осуждал его. В конце концов, Джордж скоро забудет о своём дискомфорте и начнёт вновь творить всё, что ему заблагорассудится, но сейчас, по крайней мере, Сапнап смог насладиться своей маленькой местью. Обиженный взгляд Джорджа говорил о том, что он всё прекрасно понимал, и от этого только приятнее. Они продолжили свой путь. Через час поле осталось позади. Они держались в стороне от главной дороги, ведь Сапнап всё ещё боялся заблудиться. По дороге, они играли игры, чтобы скоротать время. Эти игры успели приесться после первой же недели, но ничего нового они не смогли придумать. Джордж начинал игру, называя слово на букву «А», Сапнап затем называл слово на букву «Б», и Джордж продолжал. Когда игра доходила до «Я», они начинали с самого начала алфавита. Если кто-то из них думал над ответом слишком долго (что прекратилось ещё три месяца назад), тот должен был готовить ужин в тот день. Когда эта игра надоедала, они начинали сочинять песни. Сапнап смеялся до слёз, в то время как Джордж самодовольно произносил грязную песню, услышанную в городской таверне, словно та была королевской речью. Это было уморительно настолько, насколько было скучно в дороге. Но если ему придётся всю жизнь прожить в бегах, он был рад, что будет рядом с лучшим другом. Они прекратили идти, и разбили лагерь на ночь, когда солнце почти село. Разбивка лагеря стала для них своеобразной наукой: Сапнап ставил палатку, пока Джордж разводил костёр и расставлял факелы по периметру их лагеря, чтобы защитить их от ночной нечисти. После наёмников у них осталось достаточно еды, чтобы не идти на охоту в незнакомом лесу. Сапнап поручил Джорджу разложить их спальные места, а сам достал три яблока и три куска вяленой говядины. Он положил это всё в миски наполненные водой и оставил их над костром. Они сели у костра, и Джордж посмотрел на третью порцию. Сапнап собирался оставить её. К утру какой-нибудь падальщик всё равно стащит всё (или, возможно, по счастливой случайности, каким-то чудом, это будет…) и ничего не останется. Часть Сапнапа хотела, чтобы Джордж признал это. Хотелось спросить его об этом, хотелось увидеть, как он расстроится, разозлится или понимающе кивнёт или потребует, чтобы Сапнап смирился с этим так же, как уже смирился он. Каждую ночь эта часть Сапнапа умоляла, чтобы Джордж спросил о дополнительных порциях, чтобы начал задавать вопросы. Другая его часть была против — ему не хотелось поднимать эту тему. От одной только мысли его грудь начинала болеть так сильно, что он вряд ли мог продолжать диалог. Сапнап съел своё яблоко. Джордж так же съел своё, но ничего не спросил о третьей порции. — Я буду дежурить первым, — предложил Джордж, когда они закончили с ужином. Прямо за огненной стеной слышались отдаленные стоны зомби и шуршание пауков. Раньше Сапнап долго не мог уснуть, боясь, что однажды они подберутся достаточно близко и бесшумно, чтобы убить их, пока Сапнап спал. Сейчас же он продолжал спать чутко, просыпаясь от малейшего шороха. За исключением громкого Джорджа, который мог в одиночку зачитать целую пьесу, пока Сапнап спал. — Я спал прошлой ночью, — отказался Сапнап. — Лучше ты отдохни. У тебя тяжело начался день. — У тебя тоже, Сап, — настоял Джордж. — Поспи. Ты не можешь назвать свои пять часов сна за три дня нормальным отдыхом. — Я в порядке. Правда. — Сапнап, — Джордж указал на их кровати. — Поспи. Обещаю, я никуда не уйду. Я буду первым, кого ты увидишь, когда проснёшься. Сапнап помедлил. Обычно, он настоял бы на своём, ударил бы Джорджа по рукам заставляя лечь спать. Но… — Просто не убегай опять, — сказал Сапнап, но его голос исказился зевком. Он, правда, устал. Он уснул так же быстро, как задували свечи.

—

Было темно. Вдалеке эхом раздавались панические крики, но все были искажены до неузнаваемости. Сапнап шёл по знакомым с детства коридорам, от чего его грудь болезненно покалывала, а рёбра сжимали сердце словно тиски. Он знал это место, так же хорошо, как знал себя. Но он потерялся. Крики стали громче. Скрежет металла о каменные плиты, разбитые вазы, разорванные гобелены. Погоня продолжалась. Сапнап не знал, преследовал ли он кого-то или преследовали его. Позади него раздался оглушительный грохот. Когда Сапнап обернулся, он увидел тёмный силуэт за упавшими доспехами. — Они… — отозвался неизвестный. — Они убьют меня, если найдут. Я не хочу умирать, прошу, помоги. Умоляю! Он долго не думал. Ноги Сапнапа сами развернулись в сторону силуэта. Он подбежал к дверному проёму слева, тайный путь для слуг, который он обнаружил за годы жизни в этом месте. — Сюда, быстро! Они не догадаются проверить это место! Его тёплый меч легко лёг в руку хозяина. Силуэт подбежал ближе; он был в одежде слуги, может быть какого-то советника, синий галстук болтался на его шее словно петля. Лицо было в синяках и в крови. Было слишком много крови. Только Сапнап закрыл за ними дверь, как коридор наполнился какофонией лязга металла и криков. Он не знал, были ли это рыцари, что растили его, или революционеры, пытающиеся захватить власть. Его рука плотно прижалась ко рту неизвестного, которого он спас. Он чувствовал, как безжалостно билось сердце в его груди, зовущего его в бой. Запах страха был таким сильным, что он вряд ли сможет забыть его. Незнакомец вздрагивал в беззвучном рыдании. Рука Сапнапа чувствовала тяжёлое дыхание, кончики пальцев ощущали раны. Здесь граница его воспоминаний и фантазий начала размываться, цветные пятна туманили взор. Уверенность, что эта дверь укрыла их, быстро таяла. Незнакомец, даже с закрытым ртом начал лепетать. — Слишком поздно, слишком поздно. Они видели меня, ты позволишь им убить меня, блять, слишком поздно… — Нет, — попытался произнести Сапнап. — Я спас тебя. Спрятал тебя. Но ни слова не слетело с его губ. Сапнап не мог приказать незнакомцу замолчать. Он пытался избавиться от собственного страха, мешающего говорить, но всё произнесённое незнакомцем было правдой. Всегда было, есть и будет поздно, и ничего не изменит этого. Голос незнакомца оборвался, когда меч прошёл сквозь деревянные доски, как сквозь масло. Не способные издать ни звука мужчины упали на пол, дверь исчезла, будто бы её никогда там не было. Их лишили тонких остатков защиты. Сапнап посмотрел на испуганное, заплаканное лицо прежде, чем оно исчезло. В этой версии сна, он не отдал незнакомцу свой меч, но всё равно понял, что оказался обезоруженным. — Ты уже опоздал! — прорычал безликий рыцарь. — Ты никогда не успеешь вовремя! Сапнап не стал утруждать себя ответом, он продолжал бежать. Он должен был успеть. Он не мог подвести их. Только не снова. Его сердце гулко стучало. Это последнее нарушенное им обещание, и он уже знал, что было слишком поздно. Он пытался бежать быстрее, но никогда не успевал добраться до них вовремя. Он никогда не успевал. Двери в тронный зал распахнулись от малейшего движения рук, и пред глазами предстала до ужаса знакомая картина. Она преследовала его каждый день, каждую ночь на протяжении месяцев. Сапнап опоздал. Не успел вовремя. Чтобы он не делал, он всегда подводил двух людей, которые полагались на него больше, чем кто-либо. Ему хотелось кричать. Горе и боль сжали его горло мёртвой хваткой. Они давили на его грудь ещё сильнее, когда ему удалось сорваться на отчаянный, беспомощный крик. — ДЖОРДЖ! ПРОШУ, ДЖОРДЖ, ГДЕ ОН, ГДЕ… Сапнап вскочил с именем, застывшим на языке. Его рука была поднята вверх, направлена туда, куда тянул её во сне. Он опустил её, нащупав Кошмар, лежавший возле него меч. Он мгновенно охладел, когда чужая рука прикоснулась к его рукояти. Снаружи он услышал крики перепуганных птиц, улетающих в ночное безлунное небо. Он задыхался, пытался осознать произошедшее. Сапнап чувствовал себя так, будто пробежал целую милю, непрерывно крича целый час. Быть может, так оно и было. Дрожащими руками мужчина опёрся о Кошмар. Он помнил, что где-то слышал о том, что лица во снах не могут быть просто выдуманы, это все те, кого люди встречали прежде. Поэтому, кошмары Сапнапа не могли показать ему чего-то нового, чего он не знал. Он подвёл их обоих, и всё, что у него осталось, это лучший друг, с которым он не мог нормально поговорить, и меч, отвергающий его. — Какое же это глупое имя, — тихо произнёс Сапнап, его грудь болела от того, что он не слышал ответа. Не было привычного как скажешь, Пандас. Он тяжело вздохнул и поднял голову, чтобы посмотреть на Джорджа. Он не знал, что сказать. Его кошмары стали обыденной вещью, но был ли готов Джордж беседовать с ним на эту тему — другой вопрос. Скорее всего, он пожалуется на мигрень и оставит этот вопрос открытым на следующие три месяца. Каждая попытка начать разговор заканчивалась одним и тем же ответом Джорджа: не обращай на это внимание, Сап. Произносил он это таким голосом, что никому бы не захотелось начинать ругаться с ним из-за этого. Сапнап моргнул. Затем ещё раз. Его сердце, только успокоившееся после кошмара вновь начало сильно биться. Мужчина выскочил из палатки прежде, чем сам успел понять, что делал. Джорджа не было. Опять. — Грёбаный… Джордж! — закричал Сапнап в сторону тёмного леса. — Джордж! Где ты?! Он слышал ночную нечисть, кого-то ближе, чем остальных. Шипение пауков, тяжкие стоны зомби, звуки сражающихся скелетов. Хуже всех были криперы, таящиеся среди деревьев. И тьма леса окружающая его. Факела вокруг их лагеря едва ли освещали и фут территории. Огонь был слабым, осмелевшая нечисть уже подобралась достаточно близко. Он предположил, что их никто не поджигал уже целый час. Мог ли Джордж… Паника охватила его тело, он был готов броситься на поиски в лес прямо сейчас. Сапнап подавил это желание, паника переросла в адреналин, который и отрезвил его разум после недавнего кошмара. И это сработало — он обнаружил след в виде помятой сырой травы, а так же заметил, что меч Джорджа также отсутствовал. Он должен был медленно и осторожно проследовать по этому пути. Но так было и в прошлый раз — он помедлил, и из-за этого не успел помочь. У него не было больше сил сражаться со своими страхами, и он бросился в лес. По дороге он схватил факел, позабыв о безопасности лагеря. — Джордж, сукин ты сын, — громко прошипел он и вновь повторил имя друга. — Джордж! Тропа уходила всё дальше в заросли, и задыхающийся от бега и собственного дыма Сапнап припал к земле, чтобы проверить. Была только одна пара следов, ничего похожего на борьбу или наличие кого-то помимо его слабоумного друга. За исключением… За исключением того, что в шаге от него лежал алмазный меч Джорджа, оставленный среди мха и травы. Даже несмотря на всю свою глупость, Джордж должен был знать, что нельзя оставлять своё оружие ни в коем случае. Или может быть, было слишком поздно… Его взгляд задержался на мече, всего на мгновение и этого было достаточно, чтобы пульс в его висках усилился, заглушая все мысли. Он пытался прийти в себя, но ни руки, ни ноги его не слушались. Сапнап не мог продолжать идти. Он просто не мог. Его сердце громко билось о рёбра, словно грозилось вот-вот выпрыгнуть. Он дышал прерывисто, почти задыхался. Если он сейчас же не встанет, то его друга убьют. Прошло не больше, чем несколько секунд, но для Сапнапа они тянулись целую вечность, пока он восстанавливал своё дыхание и… Холодное железо коснулось его горла. — Забавно, — произнёс неизвестный голос. — Мне никогда не удавалось застать охотника врасплох. Мужик, хочешь совет? Тебе нужно получше следить за своими вещами или ты потеряешь их. Прежде чем незнакомец успел сказать ещё хоть слово, игнорируя лёгкий порез, оставленный мечом на его шее, он перекатился по земле, схватил оставленный Джорджем меч свободной рукой, и поднял оба лезвия вверх, скрестив их дугой. Мгновение спустя незнакомец стоял перед ним с широко раскрытыми от страха глазами и двумя мечами у горла. Не дожидаясь указаний, он выбросил свой меч вслед за каплями крови, стекающих по шее Сапнапа. Кровь вновь попала на рубашку, и он уже думал о том, как заставит Джорджа снова отмывать её, только теперь через несколько дней, когда кровь полностью высохнет и впитается. Тогда он и посмотрит, кому будет смешно. — Где он? — прорычал Сапнап. — Скажи, и я сделаю это быстро. — Воу-воу, остынь, я мирный! — Тебе стоило сказать это прежде, чем красть его и пытаться перерезать мне горло. — Во-первых, ты сам виноват в порезе. Во-вторых, мы никого не крали, а нашли его… — Мы? Кадык нападавшего проскользнул в опасной близости с мечами, когда он сглотнул. Сапнап наклонился достаточно близко, чтобы разглядеть его лицо даже в темноте. Он был моложе, чем ожидал Сапнап, на голове была надета шапка, из-под которой вились длинные чёрные волосы, по правой половине лица тянулся длинный шрам, проходящий через глаз, делая его мутно-голубым, тянувшийся через всю щёку, и заканчивающийся на губах, рассекая и их. Он был ниже Сапнапа. Широкоплечий, но достаточно худой и жилистый, что говорило о том, что он больше скрытный, нежели сильный. Поэтому у него и получилось подкрасться к Сапнапу. И это значило, что он ещё не потерял своей хватки. Напряжение в воздухе накалялось. Его противник открыл рот, готовый огрызнуться или начать объясняться, может быть, готовый придумать способ сбежать. Прежде чем он успел произнести хоть слово, его взгляд скользнул за плечо Сапнапа и незнакомец замер с испуганным выражением лица. Сапнап ненавидел, когда подобное происходило. Мужчина произнёс что-то невнятное, указывая на что-то позади, но всё, что дошло до ушей Сапнапа это до ужаса узнаваемое шипение. Он не раздумывая, выпустил Кошмар и алмазный меч из рук, кинувшись вперёд и прижав незнакомца к сырой траве. После шипение усилилось, и позади них раздался взрыв. Его физиологические особенности обеспечили им небольшую защиту от взрыва — по крайней мере, тепло от него было поглощено кожей Сапнапа, но сила ударной волны откинула их в сторону. Незнакомец вцепился в Сапнапа, не переставая громко кричать. Сапнап выронил факел. Свет потух и этот взрыв, скорее всего, привлёк ещё больше подобных существ. — Пресвятой Прайм, — произнёс мужчина дрожащим голосом, случайно прижатый к земле Сапнапом. — С-слезь с меня. — Прости, — не задумываясь, произнёс Сапнап. Вообще-то он не должен был, блять, извиняться перед кем-то, кто похитил его лучшего друга, но это была лишь привычка, последствие светского воспитания. Сапнап слез с незнакомца и всмотрелся во тьму леса. Кошмар пульсировал фиолетовым свечением, и оно отблёскивало на алмазном лезвии другого. Оба меча лежали на земле, взрыв их не повредил. Среди кустов начали появляться ядовито-зелёные пятна, которые было видно даже через ночной мрак. Шипение раздалось с нескольких сторон одновременно. Сапнап быстро поднялся на дрожащие ноги. Незнакомец тоже встал и Сапнап резко упал, схватившись за этого человека (предположительно). Рыцарю повезло, что длинноволосый на ногах стоял ровно, иначе они бы оба упали бы снова. — Мы должны бежать, — сказал мужчина, пальцы плотно обхватывают руку Сапнапа. — К-криперы… — Мне нужен мой меч, — Сапнап попытался вырвать свою руку из сильной хватки незнакомца. — Отпусти, я должен забрать его! — Но… Сапнап заметил, как зелёное существо подобралось ближе и уже начало пульсировать и светиться. — Блять! — выругался Сапнап, притянув незнакомца ближе, в попытке схватить Кошмар. Мужчина снова закричал и начал сопротивляться действиям Сапнапа. Им удалось избежать ударной волны нового взрыва, и у Сапнапа получилось схватить заветный меч. Пальцы незнакомца сильнее сжали его руку. — Отпусти! — яростно прошипел Сапнап, пытаясь избавиться от этой мёртвой хватки. — Да что бы тебя… грх… — Блядские криперы, блять… — Отпусти мою руку, я не могу сражаться! Новый крипер выскочил из-за кустов, уже готовый взорваться. Его чёрные, пустые глаза пронзили Сапнапа, и раздался новый взрыв. Он едва успел прижать к себе кричащую пиявку, чтобы защитить его от жара. В его ушах звенело. — Ты должен меня отпустить, чтобы я мог сражаться! — сердито приказал Сапнап. Ему казалось, что приближалось ещё больше нечисти. — Если я отпущу тебя, ты убьёшь меня! — закричал в ответ незнакомец, и Сапнап мог его понять. Но тот держал его за рабочую руку, а сражаться, не используя её, он не мог. — Я убью тебя, если, ты не отпустишь! — Просто убей сначала их! Сапнап выкрикивал самые грязные ругательства, которые ему доводилось слышать в королевских казармах. Он неловко перехватил Кошмар, отмахиваясь от нового крипера. Кое-как, но ему удалось нанести удар, прежде чем он взорвался, и зелёное существо тут же обратилось в пыль. — Я пытаюсь! Но если ты не отпустишь, мы оба сдохнем, грёбаный ты… Блять! — Сапнап пошатнулся, когда мужчина зацепился за его спину. Рыцарь вновь взмахнул мечом, стараясь игнорировать чужое дерганье, каждый раз, когда меч оказывался в опасной близости с лицом незнакомца. — Эй, острожное! Мне хватает одного шрама! Сапнап подумал, что фраза тогда слезь с моей спины, придурок! могла бы помочь. Но он был слишком занят тем, что спасал их обоих от нового взрыва. Волна из комьев грязи и листьев ударила ему в лицо, и они оба упали на землю. Его новая ноша издала болезненный хрип, когда Сапнап снова неловко приземлился на него сверху. Если бы под ним не было шевелящегося, протестующего, скорее всего, человека, Сапнап смог бы развернуться быстрее. Он уже слышал приближение другой толпы, и новое искажённое шипение, а ещё звон в ушах. Только на этот раз он знал, что ему не удастся сбежать. Даже сквозь звон в ушах он расслышал звук выпущенной стрелы так же ясно, как звон колокола. Когда крипер исчез, превратившись в ничто, из него вырвалось облако пороха, который рассыпался у их ног. — Слава Прайму. Человек под ним наконец-то ослабил хватку и обмяк на земле. Сапнап медленно открыл глаза и посмотрел вверх. Джордж был бледен, лицо сморщено, так бывало, когда у него начиналась одна из его головных болей, но его глаза были сосредоточены, когда он опускал лук. Рядом с ним стояла ещё одна незнакомая фигура. Сапнапу потребовалось мгновение, чтобы сосредоточиться на них. И сначала он подумал, что из-за близости взрыва у него начало двоиться в глазах, прежде чем он понял, что это был другой человек, новый незнакомец, одетый в откровенно броскую, безвкусно подобранную одежду, светящуюся в свете факела. Кто, блять, эти люди? Реальность обрушилась на него, когда он вскочил на ноги и подбежал к Джорджу, игнорируя стон человека под собой, когда он снова толкнул его локтем. — Ты в порядке? — спросил Сапнап. — Они навредили тебе? — Я в порядке, я в порядке, я в порядке, — повторил несколько раз Джордж, пока лицо его выравнивалось. — Только посмотри, и кого же нужно было спасать на этот раз, а? Сапнап ударил его в плечо. — Ай! — Джордж бросил на него обиженный взгляд. — Я только что спас твою тупую рожу, и это твоя благодарность? — Меня не нужно было бы спасать, останься ты в лагере! — парировал Сапнап, дым начал клубиться у его плеч. Он мог бы заплакать от смеси разочарования и облегчения прямо сейчас. — Сап, — нахмурился Джордж, но Сапнап ещё не закончил. — Тебя уже похищали сегодня, и, по-видимому, ты пытаешься самоубиться, блуждая по лесу среди ночи один! Мне нужно защищать тебя, но как я могу это делать, если ты продолжаешь подвергать себя опасности?! — Я был в порядке... — А мог и не быть! Сапнап сделал глубокий вдох, сжимая и разжимая руки в кулаки. Металл Кошмара источал прохладу, и этот холод отрезвлял, принося ему достаточно ясности, чтобы он не начал бессознательно поджигать всё вокруг себя, как это происходило в детстве. — Тебя могли убить или взять в плен, и я бы никогда, блять, не узнал бы этого! Или, что ещё хуже, я мог умереть, и ты застрял бы здесь один! Ты об этом подумал? Ты хоть размышлял о том, что из-за тебя нас обоих могут убить? Я не могу потерять и тебя, Джордж, я не могу, чёрт возьми, только не снова... — Я пытался помочь! — крикнул в ответ Джордж, вскинув руки. — Ты думаешь, я не видел, как ты устал? Что ты дежуришь почти каждую ночь, потому что не можешь доверить мне заботу о нас двоих? Верь или нет, я знаю, что это моя вина, что за нами гоняются люди, и я знаю, что я не боец, а также я знаю, что это моя вина, когда они дышат нам в спину, потому что я не могу дать отпор, как ты! Джордж всегда был немного плаксивым. Он плакал из-за ушибленных коленей, пропущенных десертов и внеплановых командировок. Сапнап тоже был немного плаксивым, но обычно его слёзы превращались в пар, прежде чем они успевали скатиться по его щекам. Когда Джордж яростно вытер глаза рукавом, Сапнап почувствовал жар по всему своему телу, как он закипал и содрогался изнутри, с уголков его глаз на секунду поднялся пар, пока он пытался успокоиться. Раньше их слёзы вытирал кто-то другой. Но сейчас их осталось только двое, всё продолжая ввязываться в глупые драки, в которых некому было их судить. Пока он и Джордж не оказались здесь, крича друг на друга перед двумя незнакомцами в тусклом свете факела, среди кратеров и темноты. Сапнап чувствовал себя так, словно потерял конечность и кто-то вырвал его сердце из груди, и он просто... был измотан. Он слишком сильно устал. — Мне показалось, что я заметил нечто в лесу, — сказал Джордж, когда они оба немного успокоились. — И собирался разобраться с этим, пока ты спал. Ты не должен был встать до моего возвращения. — Эй, Гоги, — вырвалось его детское прозвище; он все ещё злился, месяцы нарастающего напряжения, к сожалению, не могли разрешиться криками и слезами, но, в конце концов, Джордж всё равно оставался его лучшим другом. Он единственный, кто остался у Сапнапа. Требовалось всего мгновение раздумий, чтобы он обнял Джорджа, положив подбородок ему на макушку, как они делали в детстве. Они были в безопасности и они были живы. Это всё, что сейчас имело значение. — Прости, — сказал Джордж хриплым голосом. — Прости, Сапнап, я не хотел заставлять тебя волноваться. — Всё в порядке, — сказал Сапнап, пытаясь заставить себя поверить в это. — Всё в порядке. Это ты прости меня за то, что накричал, просто… не уходи вот так снова. Хорошо? — Я сделаю всё, что в моих силах, — голос Джорджа был приглушен, так как тот уткнулся лицом Сапнапу в грудь, но он, по крайней мере, выглядел искренним, когда отстранился и встретился взглядом с другом. Сапнап ненавидел то, что тот ему не верил. Позади них раздалось неловкое покашливание. Нападавшему на Сапнапа помог встать второй незнакомец, держа его за плечо, пока он смахивал грязь и остатки криперов со своей одежды. У Сапнапа при себе был Кошмар, а у Джорджа — лук и колчан со стрелами, так что он не переживал из-за парочки незнакомцев. Однако он был зол и ему нужны были ответы. — Прежде чем кто-нибудь сделает что-то опрометчивое, — начал незнакомец. — Мы можем просто поговорить? — О чём? — произнёс Сапнап сквозь стиснутые зубы. — Насчёт твоего очевидного статуса приманки для криперов. Прайма ради, я никогда не видел их так много в одном месте! Что ты сделал? Устроил вечеринку для зеленых уродцев или что-то в этом роде... — Кью… — Что, Карл?! Ты видел все это?! С каких это пор криперы путешествуют в ебаных стаях?! — Мы просто хотели помочь Джорджу вернуться в ваш лагерь. — Карл, по-видимому, решил проигнорировать ворчание Кью и просто ответить Сапнапу. — Он наткнулся на нас, и мы не могли просто оставить его здесь. — Он сказал, что ты будешь настороже, но не поведал мне, что ты попытаешься перерезать себе горло! Спасибо за предупреждение, Джордж. — Ты что?! — испуганно произнёс Джордж. — Не беспокойся об этом, — Сапнап отмахнулся. — Что вы двое делали, гуляя ночью по лесу? Это опасно. Этот даже драться не умеет! — Вот почему я здесь, — Карл похлопал себя по груди со скромной улыбкой. — Теперь, когда ты упомянул об этом, нам, наверное, следовало послать меня найти тебя, чтобы защищать Квакити с Джорджем, а? О, так он был тем ещё засранцем. Сапнап не терял бдительности, но решил, что для него и Джорджа будет безопаснее убраться подальше от этих идиотов, прежде чем они убьют их. Кстати, что за чертово имя такое Квакити? Сапнапу не хотелось умирать, и меньше всего из-за какого-то придурка с именем Квакити. — Хорошо, — принял решение Сапнап. — Что ж, спасибо, что привели его обратно. Мы уходим. Сейчас же. — Разве? — Джордж повесил лук на плечо. — Но... — Мы уходим, — повторил Сапнап тоном, который, как он надеялся, не вызовет возражений. Конечно, это никогда не срабатывало, но он продолжил пытаться. — Но сейчас темно, а у них только один факел, — вполне разумно сказал Джордж. — Им нужно пойти с нами в лагерь. Сапнап бросил подозрительный взгляд на двух незнакомцев. Карл наблюдал за ними с широко раскрытыми глазами. Он был выше Квакити, его волосы были кудрявыми и безумно пушистыми, каштанового цвета, в свете факелов его глаза казались серо-стальными. И что-то было в его глазах, что-то такое, от чего Сапнапу стало не по себе, как будто они видели его насквозь. Квакити потирал плечо, неприятно морщась. Они выглядели безобидно. Сапнап не доверял ни одному из них достаточно сильно, чтобы просто бросить их (хотя он, вероятно, мог бы швырнуть их обоих очень далеко). Он притянул Джорджа ближе и понизил голос. — Они незнакомцы, а мы в стране, где каждый пытается убить нас. — Но они не убили нас, когда могли это сделать, не так ли? — Громкое заявление. — Сапнап, — Джордж похлопал его по плечу. — Они идут с нами в лагерь, потому что нам нужен их факел, а им — безопасное место для ночлега. Это беспроигрышный вариант. — Мне это не нравится. — У тебя есть Кошмар, — сказал Джордж. — Мы в безопасности. Сапнап не хотел соглашаться. Он хотел упереться ногами в землю и не двигаться с места, пока эти двое уродов не свалят обратно в тёмный лес, из которого они пришли. Но вместо этого он неохотно кивнул. Стоны нечисти становились всё ближе, и никто не знал, сколько другой твари ещё бродило вокруг, только и выжидая момент, чтобы напасть. Здесь было небезопасно, и чем дольше они стояли и разговаривали, тем больше подвергали себя бессмысленной опасности. — Ладно, — сказал он достаточно громко, чтобы другие тоже услышали. — Вы можете пойти с нами в лагерь. Но я хочу, чтобы ваше оружие было на виду, и факел несу я. Карл и Квакити обменялись быстрыми взглядами, а затем Квакити кивнул. — Звучит справедливо, здоровяк. Карл протянул факел, и Сапнап сделал шаг вперед, чтобы выхватить его. — Оружие, — твердо произнёс он, и Квакити огляделся в поисках своего брошенного меча. — Было у меня одно... — сказал он, когда заметил его. Взрыв крипера уничтожил его; лезвие изогнулось от жара и треснуло, рукоятка почти расплавилась. — У меня только это, — Карл задрал рубашку, чтобы продемонстрировать несколько мелких кинжалов на бедре. — На самом деле я не то, чтобы боец, если ты понимаешь, что я имею в виду. — Вы двое шляетесь ночью по лесу с шестью кинжалами и одним железным мечом? — Сапнап моргнул, оглядывая их вновь. Да, они сумасшедшие. Просто безумцы. — Ну, я имею в виду, — начал оправдываться Квакити. — У нас не было никаких проблем, пока вы двое не появились. Мы обходились своей хитростью. Сапнапу хотелось сказать что-то в ответ, но он промолчал и вместо этого просто начал идти назад. Ему было всё равно. Все последовали за ним, Джордж шёл рядом, а незнакомцы позади них. Он крепко сжимал рукоять Кошмара всю обратную дорогу.

—

Лагерь остался точно таким же, каким его и оставили, за исключением того, что вместо костра остались только тлеющие угли. Карл и Джордж собрали хворост вокруг лагеря, и Сапнап поджёг всё, непрерывно смотря на Квакити. — Спасибо за… — Квакити неуверенно осмотрелся, ловко закручивая табак в бумагу, и зажигая новую сигарету о разгорающийся огонь. — Ну, за то, что произошло в лесу. — Не за что, — сказал Сапнап, вместо ты едва не убил нас, мудак. Но, Квакити понял, что он на самом деле хотел сказать, от чего начал слащаво улыбаться. При более ярком свете его шрам стал более выраженным. Сапнап заметил, что шрам был не таким уж и старым. Довольно свежим, но исцелённым при помощи зелья. Сапнап всегда был за постепенное заживление, как изначально и было задумано природой. Шрам зловещей, тонкой линией рассекал и глаз и губу. Было похоже на ранение от меча. Сапнап отдёрнул себя, показательно закатив глаза. Ему не хотелось продолжать это исследование чужого шрама. Тишина прерывалась треском разгоревшегося костра. Джордж устроился у огня, пока Сапнап проверял факелы, расставленные по периметру их лагеря. Он так же проверил их палатку — она осталась полностью нетронутой. Карл и Квакити не ходили по лагерю, а так же пристроились у костра. Они расположились на плаще Карла, который он разложил на землю для них. Квакити достал из своей сумки два пайка, чтобы они могли перекусить. Сапнап заметил, как Карл предложил Джорджу свою долю, но тот отказался, качая головой. Квакити стряхнул пепел с сигареты. В голову к Сапнапу закралась мысль, что его кошмар наконец-то закончился. Сейчас они все поспят в эту ночь, а утром Сапнап и Джордж пойдут своей дорогой и эти двое— своей. Но Джордж опять всё испортил. — Так… куда вы двое идёте? — Ну, знаешь, — пожал плечами Карл. — То туда, то сюда. Моя работа заводит меня в разные места. После этого ответа Джордж заметно оживился. Он воодушевлённо посмотрел на Сапнапа, но этот взгляд рыцарь проигнорировал. — И кем же ты работаешь? — спросил Сапнап, ведь если Джордж хотел начать разговор, Сапнап мог узнать полезную информацию. — Библиотекарь. И коллекционер книг, — просто ответил Карл. Сапнап ждал, когда Карл расскажет больше, но он молчал. Поэтому он кивнул в сторону Квакити. — А этот? — Помощник библиотекаря, — ответил Карл, в тот момент, когда Квакити затушил сигарету. — Я гораздо больше, чем какой-то помощник библиотекаря. Я предприниматель. — Продолжай убеждать себя в этом, Квакити, — закатил глаза Карл, не меняя своего расслабленного тона. — Я предприниматель… — Неважно, — прервал их Сапнап. — Выходит, ты отправился в эту дорогу со своим помощником? Как, во имя Прайма, вы вообще выживали? Ты буквально зарабатываешь на жизнь на одних книгах! — Бля… — протянул Квакити, двигаясь ближе к Карлу. — Я не просто зарабатываю на книгах. Я начитанный человек всё, понял? Я самая настоящая энциклопедия! У меня в библиотеке огромная секция с картами, которые я изучил вдоль и поперёк! — резко ответил Карл, смотря прямо в глаза Сапнапу. Но он быстро отвёл взгляд, заметив, как его собеседник напрягся. — Я знаю чуть ли не каждую дорогу. — Сапнап… — Джордж взял друга за руку. — Я знаю, что ты спросишь, Джордж, мой ответ нет. — Сапнап! Ты сам вчера жаловался на то, что ты не знаешь эту местность, и ты боишься заблудиться. Это идеальная возможность! — Джордж притянул его ближе и сказал это достаточно громко, чтобы другие смогли его услышать. — Во-первых, я не потерялся. Я лишь говорил, что мы не можем свернуть с грёбаной дороги. Во-вторых, что более важно, я думаю, мы не можем доверять им. — Вот как? Да, мы определённо не можем доверять нашему чувству направления. Мы ведь не можем выбраться из этой страны, не наткнувшись по дороге на каждого человека проживающего в ней! Нам нужно… — Прошу прощения, — многозначительно прокашлялся Квакити, прерывая их перепалку, прежде чем она успела перерасти в спор. — Не могу не заметить, но вы так же идёте через границу, не так ли? Сапнап сердито глянул на Джорджа. Пусть он и был сильнее Джорджа в физическом плане, в словесной битве он явно проигрывал. — Да… — неохотно признался он. — Из-за политической неразберихи, не так ли? — сочувственно спросил Карл. — Да, — продолжил соглашаться Сапнап, не видя хорошего оправдания этой ситуации. — Я знаю много людей, которые пытаются незаметно скрыться из страны подобно вам, — от этих слов Карла, Сапнап потерял дар речи. — Что ты имеешь виду под незаметно? Мы не пытаемся быть незаметными. — Хорошо, — сказал Карл, всем своим видом показывая своё недоверие. — Я сказал, что мы не пытается быть незаметными! — Мужик, во-первых ты разбил лагерь в лесу, — Карл начал загибать пальцы. — Это при том, что в часе ходьбы отсюда есть город. Во-вторых, ты всё говоришь и говоришь о том, что вас преследуют, и ты чуть с ума не сошёл, думая, что твоего друга похитили, словно это обыденное дело! И ты, грёбаный параноик, прямо сейчас, относишься к нам с подозрением, хотя я физически слабее утки, а Квакити нам обоим в пупок дышит! — Эй! — Квакити обиженно толкнул Карла, но тот просто обхватил Квакити руками, обездвижив его странным, но действенным способом. Квакити недолго ругался и пытался вырваться, в то время как Карл так и не нарушил зрительного контакта. Это и пугало Сапнапа. — Мы… — Сапнап отступил на шаг назад, его рука по рефлексу сжала рукоять Кошмара. Блять. Неужели, это было настолько очевидно? Он почувствовал, как паника постепенно начала охватывать его. Неужели они выглядели как изгнанники? Как беженцы? Неужели этого было достаточно, чтобы простые люди доложили о них? Сапнапу казалось, что они выглядели как обычные путешественники. — Я неплохо разбираюсь в людях — работа вынуждает, — Карл пожал плечами и отпустил Квакити. Он заметно расслабился. — Мы не глупые. И, между прочим, я считаю, мы могли бы помочь друг другу. — И почему же, во имя Прайма, мы должны вам поверить? — огрызнулся Сапнап. — Это будет выгодно нам всем! Мне вот, не хотелось бы умереть от других криперов, особенно, когда мой меч бесполезен, — произнёс Квакити. — Мы не можем обеспечить себя новым железным мечом. Ты же, прекрасно владеешь своим, и Джордж неплохо стреляет из лука. — Ближе к делу, — приказал Сапнап, в то время пока Джордж смущался от комплимента в свой адрес. — Хорошо-хорошо, только остынь, мужик! — Квакити поднял руки. — Слушай, я не боец. Как и Карл. По крайней мере, он не смог бы отбиться от криперов так, как это сделал ты. Мы же, прекрасно ориентируемся на местности, с чем у вас явные проблемы. И мы уж точно найдём способ выбраться по-тихому из страны. Мы можем отвести вас в любое место, до тех пор, пока вы обеспечиваете нам защиту. Это, вспоминая то, как ты забеспокоился о нас, узнав какая ничтожная у нас защита. Звучит как беспроигрышная ситуация для всех нас. — У нас нет времени тащить за собой ещё двух людей! — отрезал Сапнап. — До границы со Сноучестером всего пара недель дороги, а вы двое только замедлите нас. И если нас опять атакуют, мне придётся защищать троих! — Не придётся! — Квакити шлёпнул Карла по спине, и тот подпрыгнул на месте от неожиданности. — В честном бою мы можем проявить себя! Ты не подумай, что мы настолько уж бесполезны. — Нет ничего честного в этом мире. Тем более бой, — сказал Сапнап, переводя взгляд на огонь. Его слова закончились горечью в голосе. Он не хотел думать об этом, но не мог. Он нервно потёр лицо рукой. — Если не о боях и драках, — продолжил Квакити, когда тишина задержалась на дольше, чем следовало. — Если вы действительно хотите выбраться отсюда без проблем, всё это время вы шли в неправильном направлении. — Почему? — спросил Джордж, прислонившись к Сапнапу. Это вывело его из оцепенения и заставило посмотреть на Квакити, смотрящего на него сквозь огонь. — У Сноучестера союз с Киноко, они скорее сдадут беженцев, чем защитят их. — Никто не говорил о беженцах, — начал Сапнап, но Квакити жестом оборвал его. — Без обид. Я имел в виду, ну, ты знаешь, всех людей в целом. Я слышал, как Джордж говорил что-то о людях преследующих вас и ты сам упомянул о риске нападения на вас. Не беженцы? Хорошо, но что дальше? В любом случае Королеву не устроит такое количество людей в её владениях, так что брось эту затею. Суть в том, что если вы действительно хотите убраться отсюда, не беспокоясь о каких-то наёмниках, рыцарях, рассерженных мужьях или о том, кто, чёрт возьми, вообще преследует вас, Бедлендс стал бы идеальным вариантом. Худшая часть в том, что Квакити не совсем-то ошибался. В Бедлендс было гораздо больше беззакония, чем в Киноко или Сноучестере. Это помогло бы Джорджу скрыться от преследования. Просто какой-то человек в стране демонов и гибридов. С одной стороны, у Сапнапа были причины не возвращаться на свою родину в первую очередь. С другой стороны, он уже давно не ребёнок полудемон, который вторым хвостом бегал за отцом, когда тот носился по улицам с руками, полными важных политических документов и писем. В своих руках он носил сильное оружие и ясную голову на плечах. В первые недели их путешествия он даже не рассмотрел этот вариант; он не был на родине больше десяти лет, с тех самых пор как стал личным телохранителем Джорджа. Все те немногие места, сохранившиеся в его памяти, серьёзно охранялись, и чтобы попасть в маленькую страну, нужно было пройти по-настоящему адское место. Он просто не хотел разочаровывать ни себя, ни Джорджа, потому что это казалось невозможным. Хотя, он мог бы попробовать провести их. Или обратиться с помощью к своим родителям, если бы у тех не начались проблемы, ведь Бедлендс и Киноко никогда не состояли как в таковом союзе. Был бы у них проводник, способный показать безопасный маршрут до другой страны… Может быть, Бедлендс не были настолько уж плохой идеей. И его отец мог бы оказывать им поддержку гораздо проще, пусть для этого Сапнапу и пришлось бы скрывать свою личность в разы тщательнее, чем ему пришлось бы в Сноучестере. — Но отсюда — это месяцы дороги! — Сапнап всё равно продолжил настаивать на своём. — И разве Бедлендс не окружён тем безумный лесом? Я уверен, что многие люди умерли, пытаясь пройти его, — подхватил Джордж. Джордж знал, что это не так. Он уже бывал в Бедлендс. То, что Джордж прикидывался дурачком в этой ситуации, расслабило Сапнапа. В последние месяцы его друг перестал по-настоящему доверять Сапнапу, словно их общая потеря полностью истощила и изменила его. Джордж был достаточно умён, проницателен, добр и находчив. Когда они были моложе, Джордж мог часами водить Сапнапа кругами, не будучи пойманным, но сейчас Джордж… сейчас он просто существовал. Он потерял всё, что у него было, и Сапнап мог его понять. Сапнап хотел, чтобы его друг просто поговорил с ним, но Сапнап не мог заставить его говорить. Теперь же, когда Сапнап слышал, как Джордж общался с другими людьми: задавал вопросы и использовал разные политические хитрости, которые он был вынужден изучать с самого рождения. И этот факт почти заставил Сапнапа улыбнуться. — Не правда, — покачал головой Карл. — Да, Багровый лес не самое приятное место, но пройти его гораздо проще, чем вы думаете. Примерно три недели, или две, если знать, как вести себя там, — он улыбнулся озорной улыбкой, в свете костра его глаза заблестели ещё ярче. — И мы прекрасно знаем тонкости поведения в этом лесу, — Квакити лёг на плечи своего коллеги. — Говорят люди без меча и парой зубочисток на поясе, — пробормотал Сапнап. — Иногда перо сильнее любого меча, — задорно сказал Карл. — На крайний случай у меня с собой есть несколько книг в твёрдом переплёте. Сапнап закрыл лицо руками и издал сдавленный стон. — Повтори, какая для тебя выгода идти с ними? — спросил Джордж, и это было сказано особым тоном, выученным на торговых встречах и уроках, на которых Сапнапу запрещалось присутствовать. — Повторяю, — Карл постучал по своей сумке, создавая глухой звук, и Сапнап был вынужден признать, что удар этим добром по голове вполне мог бы стать летальным. — Я коллекционер. Собираю редкие книги, забытые людьми истории. В правильных кругах, можно заработать целое состояние на их продаже. И есть в Бедлендс один дилер, до которого мне хотелось бы добраться. И если я доберусь до него, не будучи ограбленным или убитым по дороге, было бы просто замечательно! — Получается, если я обеспечу вам защиту… — медленно произнёс Сапнап. Ему показалось, что это были не слова, а болотная жижа, которая вырвалась из его мыслей. — Вы проведёте нас в Бедлендс безопасным и… незаметным путём? — Ну было бы неплохо накинуть и несколько кусков золотом… — начал было Квакити, но Карл пихнул того локтем в бок. — Сначала мы доберёмся туда живыми, а потом и решим, — сказал Джордж, словно решение было уже принято. — Джордж… — прошипел Сапнап, взяв друга за руку. — Сапнап, они правы, — тише обычного произнёс Джордж. — Мне приходилось встречаться с Королевой Сноучестера, и ты это знаешь. В момент, когда она узнает, кто я — отправит назад в столицу. — Мы спрячем тебя. В безопасном… — Ты не сможешь прятать меня вечно, Сапнап, — проронил Джордж. — И ты знаешь меня. Я не смог остаться в милом, бессмысленном замке, так и не смогу остаться в безопасном доме. Мне не спокойно. В Бедлендс, напротив, меня вряд ли кто узнает, твоему отцу будет проще помогать нам. И сейчас это действительно наилучший вариант, если они могут провести нас в Бедлендс, не попадая на пограничников, то мы должны туда идти. — Мы не можем, — сказал Сапнап, бросив взгляд на двух незнакомцев через плечо. — Мы не можем доверять им, Джордж. — Нам и не нужно доверять им, — ответил Джордж. — Нам просто нужно пересечь границу и мы будем в безопасности. Вдали от наёмников, стражей, этого грёбаного Шлатта, в конце концов! Не доверяй им хоть всю дорогу, но сейчас они — наш единственный способ выбраться из страны. Сапнап долго не отвечал. Его интуиция так и кричала нет. Это так же напомнило ему о том, что их должно было быть трое — не двое или того хуже четверо. Интуиция продолжала кричать, что из-за этих двоих у них появится ещё больше проблем. Квакити с его острым языком, и Карл со своими яркими глазами заставили Сапнапа нервничать. Ему хотелось уже дойти до Сноучестера, остановиться в маленькой деревушке, построить дом, и позволить Джорджу прожить простую жизнь, пока он достаточно не окрепнет, чтобы полностью переосмыслить свою роль и значение. Ему хотелось, чтобы в этом тихом месте он смог набраться сил, а затем вернулся и голыми руками сравнять замок и всех грёбаных людей, начавших революцию, с землёй. Чтобы он сам разрушил этот проклятый трон. Ему хотелось… ему хотелось вновь увидеть своих отцов, ему хотелось вновь увидеть своих лучших друзей вместе. Но всё, чего хотел Сапнап, это не то, что у него было сейчас. Сапнап редко получал желаемое даже до всего этого. — Ладно, — негромко вздохнул Сапнап, а затем повторил громче. — Ладно. Вы наняты. — Блять, да! — воскликнул Квакити, торжественно поднимая кулаки вверх. — Спасибо! — сказал Карл. — Я честно не представляю, чтобы мы без вас делали. Особенно, чтобы сделал Квакити, если бы не наткнулся на тебя. — Взаимно, — неохотно признал Сапнап. — Не знаю, как бы Джордж выкручивался, пока вёл себя как идиот. — Эй! — обиженно крикнул Джордж. — Не вёл я себя как идиот! — Ага, конечно, — беззаботно парировал Сапнап, присаживаясь около друга. Карл и Квакити закончили свой перекус и Квакити начал зевать. Он выглядел уставшим, и каждый раз, когда моргал, он всё дольше не открывал глаз. Карл же выглядел бодрым как ромашка, но Сапнап заметил напряжение, застывшее в уголках его глаз. — Вы трое можете идти спать, — Сапнап поднялся с земли и Джордж чуть не упал на землю из-за неожиданного исчезновения опоры. Сапнап пересел на эндерчест и достал тряпку, которой обычно протирал Кошмар. Лезвие было достаточно заточено, поэтому он протирал тканью по лезвию до тех пор, пока то не начинало сиять. Это было его единственным способом снять напряжение за последние месяцы. — Сапнап… — начал Джордж, но Сапнап немедленно покачал головой. Он всё равно не сможет уснуть, даже если захочет. Боль никуда не ушла, а только усилилась. Да, утром лучше не станет, но сейчас у него была возможность расслабиться и забыться на какое-то время. — …я останусь с тобой, — предложил Карл по ту сторону костра. Он выглядел уверенно после своей относительной победы с того момента как они встретились. — Нет, иди спать, — приказал Сапнап. — Ты спас Джорджа и заслуживаешь ночь отдыха. Долго убеждать не пришлось. Они все достаточно устали за эту ночь, поэтому никто не стал спорить. Джордж вернул Сапнапу его плащ с тихим, хотя бы не мёрзни, идиот, прежде чем провалиться в сон. Квакити и Карл укрылись широким узорчатым плащом последнего. Сапнап слышал, как они шептались, и как их разговор прервался тихим хихиканьем. Он смотрел за тем, как плащ ещё недолго двигался, прежде чем эти двое полностью уснули. Совсем скоро, в лагере остались только звуки равномерных вдохов и выдохов. Сапнап тяжело вздохнул и, откинувшись назад, он поднял взгляд к чёрному небу. — Жизнь была бы проще, будь ты со мной, — горько вздохнул он, и его слова растворились во тьме подобно дыму от костра.