When The Sunlight Dies

Предупреждения для главы: панические атаки, пренебрежение личной безопасностью ради кого-то другого. Сапнап сидит у реки. Он был спокоен и счастлив, его ноги были опущены в воду, руки сложены за головой. Недалеко он слышал спокойный голос отца и беззаботный смех Джорджа. Он думал, что Алиса и Каллаган были где-то рядом, пусть он и не мог слышать их. И Сэм вероятнее всего прятался вместе с Понком от Бэда. Он чувствовал, как Дрим сидел возле него. Он не мог видеть его — глаза были закрыты. Одно ощущение, присутствия Дрима, заставляло Сапнапа чувствовать себя в безопасности. — Как всё проходит? — спросил Дрим. Из-за его голоса у Сапнапа навернулись слёзы на глазах. — Отвратительно, — честно ответил он. — Я скучаю по тебе. — Я тоже скучаю, — Дрим подобрался ближе. Сапнап почувствовал это, пусть он и не коснулся его. — Когда ты вернёшься? — Сапнап не мог не задать этот вопрос. Дрим не ответил. Сапнап попытался открыть глаза, но веки были тяжелы как горы. Он не стал повторять своих попыток открыть глаза. — Я не справляюсь в одиночку. Как мне защитить Джорджа, Дрим? Это твоя работа. Он прислушивался только к тебе. — Ты прекрасно справляешься, Пандас, — отозвался Дрим, со свойственной ему улыбкой в голосе. — Не так, как справлялся бы ты! — Ты не я. Но и я не ты. — Мы должны быть командой. Как ты мог просто уйти? Где ты? — Проснись, Сапнап! — внезапно закричал Дрим и Сапнап даже не успел разозлиться, как уже открыл глаза, разбуженный голосами у костра. Один из них был Джордж. Когда он повернул голову, то заметил пушистые каштановые волосы, торчащие из-под безвкусно расписанного плаща. Глянув за него, он замечает Квакити. Он и Джордж, соединив лбы, уткнулись в книгу, вероятнее всего принадлежащую Карлу. — Вы, два идиота, что обсуждаете? — грубо спросил он, садясь на землю. Боль была не такой сильной, как за пару часов до рассвета, когда его адреналин полностью иссяк, и он был вынужден разбудить Карла себе на замену. Тогда Сапнап лёг подле Джорджа и мгновенно отключился. Несмотря на горькое послевкусие сна, он чувствовал себя гораздо лучше. Он отдохнул физически, а не ментально. — Читаем о Багровом лесе, — ответил за обоих Джордж, не отрываясь от книги, но Квакити всё равно обернулся в его сторону. В утреннем свете Сапнап наконец-то смог полностью оценить его: он был примерно их с Джорджем возраста, и выглядел он крайне аккуратно. Аккуратно в том смысле, что будь Сапнап на тренировке королевских стражей, он не позволил бы расслабиться тому ни на секунду. Сейчас же, его это не сильно беспокоило. Как бы то не раздражало, но теперь Сапнап отвечал за всех них. И ему не хотелось, чтобы кто-то из них пострадал, только потому что они выбрали плохого человека, владеющего мечом, не способного их защитить на опасных территориях. — А ты выглядишь не таким старым и ворчливым днём, — ухмыльнулся Квакити, перебирая в пальцах очередную сигарету, дымящуюся над книгой. Сапнап покраснел и нахмурился. — Заткнись. — Да, заткнись, — Джордж наконец-то оторвался от книги, пихнув Квакити локтем. — Он постоянно выглядит старым и ворчливым, так что не пытайся подлизаться к нему. — Эй! Квакити дрогнул, пытаясь сдержать свой пыхтящий смех. Сапнап раздражённо закатил глаза и отошёл, чтобы приготовить завтрак. Квакити разбудил Карла, пока Сапнап перебирал их запасы. Ситуация оставлял желать лучшего. Даже если у Квакити и Карла была своя еда, она всё равно закончится очень быстро. Через неделю или две они будут вынуждены остановиться для пополнения запасов еды. Сапнапу это не нравилось, вспоминая, как легко Карл вычислил их вчера. В любом случае, пока волноваться было не о чем. Сейчас же, он достал еды ровно на пять порций. Карл проснулся, сонно тыча палкой в неправильную часть костра. — О, Прайм, — произнёс Сапнап себе под нос, и, выхватив палку из слабой хватки Карла, сам поправил огонь. — Может мне и еду тебе разжевать? — О, а ты бы смог? — Карл указал на свой рот. — Покорми меня, мама-птичка. — Фу, — скривил лицо Джордж. — Это отвратительно, Карл, какого хрена? — Что? — пожал плечами Карл. — Я считаю, что нужно брать все от жизни. Сапнап ощутил, как на мгновение его мозг начал закипать. Чёрт возьми. — Просто ешь, — он вложил яблоко в руку Карла и повернулся к Квакити, чтобы сделать то же самое. Он бросил окурок сигареты в огонь и взял яблоко из рук Сапнапа. Квакити задумчиво посмотрел на яблоко, а после перевёл взгляд на Сапнапа. — Я думаю, что если ты будешь разжёвывать еду Карлу, то должен сделать это же и для меня, чтобы все было по-честному. — Кью! — драматически выдохнул Карл. — Ты собираешься отнять мою маму-птицу? — Я буквально насажу вас обоих на свой меч и оставлю умирать, — произнёс Сапнап серьёзным голосом, и оба замолкли. Джордж начал есть своё яблоко, чтобы скрыть улыбку, но Сапнап увидел её сквозь красную кожуру его фрукта. Чтобы отвлечься от нарастающего раздражения, и он начал жевать свою порцию настолько громко, насколько это возможно. Вскоре после этого компания разбрелась, Сапнап и Джордж убирали палатку и кровати, пока Квакити тушил костёр, а Карл что-то писал в своём блокноте. Сапнап оставил пятую порцию: маленькое яблоко и кусочек вяленого мяса со специями — последнее, что они успели унести из замка. Карл с любопытством наблюдал за ним, а затем и Квакити тоже начал пялиться на Сапнапа. — Подношение? — предположил Карл. — Нет, — отрезал Сапнап. — Не спрашивай об этом, — вмешался Джордж. — Давайте просто продолжим идти, хорошо? Куда мы направляемся? Мы решили в Бедлендс, верно? Карл оторвал взгляд от оставленной провизии, рассеянно кивнув. — Хм, Бедлендс. Мы должны двигаться прямо на юг. — Назад к столице? — Сапнап нахмурился. — Я не думаю, что… — И да, и нет, — Карл протянул руку вперёд и Квакити передал ему книгу, которую он изучал вместе с Джорджем. Карл открыл её и положил у себя на коленях, доедая яблоко и небрежно перелистывал страницы, до того момента как… — Вот оно. Да, мы направимся к столице, но свернем на юго-западе и сделаем большую дугу. Мы можем держаться горного перевала, чтобы не выходить на главные дороги. Мы приблизимся к Бедлендс с запада, а не будем проходить напрямую, так мы быстрее пройдём Багровый лес. — А вы, ребята, уверены, что справитесь с этим болотом? — критически осмотрел их Сапнап. — Там много скелетов-иссушителей, хоглинов, пиглинов… — Уверены, — сказал Квакити, потрепав Карла за волосы. — Выбор одежды у него конечно отвратительный, но он на многое способен! — Спасибо, дорогой, — отозвался Карл, похлопав Квакити по руке, которая лежала на его голове. Он не заметил закатывающихся в ответ глаз. — Не называй меня так, — высокомерно задрал нос Квакити. — Я хочу, чтобы моё имя произносили с уважением. — Да, конечно, — фыркнул Карл. — Как пожелаешь Большой Кью. Ничего кроме уважения моему верному помощнику! — Благодарю, — Квакити встряхнул волосами, хотя на его голове была всё ещё надета шапка, поэтому ничего не произошло. Сапнап запретил себе посмеяться над этим. — В любом случае, — Карл закрыл свою книгу. — Если всё пойдёт по плану, мы доберёмся до Бедлендс менее чем за три недели. — Это очень большое «если», — закатил Сапнап глаза. — Ой, да ладно, это не так! Поверь мне, — Карл похлопал своими выразительными глазами, и Сапнап поспешил отвернуться, чтобы не видеть как в солнечном свете тёмно-серые глаза стали нежно-голубыми. — Абсолютно нет. Квакити громко засвистел, и Джордж, наконец, захихикал, Сапнап знал, что он сдерживался всё утро. Трое против одного. Сапнапу больше никогда не выиграть в словесных дискуссиях. — Это какой-то кошмар, — громко сказал он.

—

Карл и Квакити влились в компанию к Сапнапу и Джорджу довольно легко. Ему это не нравилось, он не хотел этого признавать, но он видел их проницательность. Когда Джордж спотыкался о камень, а Квакити тратил десять минут, но не шёл дальше, пока не убеждался, что он был в порядке. Но Сапнапу не нравилось, когда Квакити пытался подойти к нему с подобными намерениями. К счастью, чтобы отпугнуть его Сапнапу достаточно было одного взгляда, и тот тут же прятался за спиной Карла на весь следующий час. В целом шли они достаточно бодро. Карл останавливается каждый пару часов только чтобы свериться с картой, посмотреть на положение солнца и убедиться в правильности их направления по компасу, который он хранил в одном из многочисленных карманов своего плаща. Иногда он указывал Сапнапу нужное направление, позволяя задать темп путешествия. Сапнап пытался не вырываться вперёд, ведь он не мог знать точно, с какой скоростью им было комфортно ходить. Но Квакити пожаловался лишь один раз на скорость их ходьбы, и то когда местность начала становиться каменистой. Ему было сложнее сохранять равновесие из-за ухудшенного зрения. — Прости, — услышал Сапнап, как Квакити обратился к Карлу, когда тот помогал спуститься ему с невысокого выступа. — Ты хотел пройти эту местность до наступления темноты, но я слишком, блять, медленный… — Квакити, — так же негромко ответил Карл. — У тебя прекрасный темп ходьбы. Мы без того двигаемся достаточно быстро. И я просто рад, что нас больше не гоняют как каких-то рыцарей. — Прекрати говорить всякое милое дерьмо только, чтобы я чувствовал себя лучше, — Квакити с тихим вздохом приземлился около Карла. — Тогда зачем мне вообще говорить тебе «милое дерьмо»? — тихо, словно Сапнап не должен был этого слышать, посмеялся Карл. — Ты это сейчас серьёзно? — Я хочу, чтобы ты всегда чувствовал себя хорошо, Большой Кью. — Прекращай флиртовать, а то упадёшь. — Упаду к твоим ногам? — Карл артистично вскинул брови, и это заставило Квакити смеяться, рассеивая мрачное настроение, которое начинало сгущаться каждый раз, когда Сапнап проходил мимо. Сапнап не обернулся, но через десять минут он объявил небольшой перерыв, жалуясь на, якобы, камень в сапоге. Он решил подождать, пока Квакити не отдохнёт достаточно, чтобы продолжить путь. И никто не должен был догадаться о его намерениях, но Джордж всем своим видом показывал, что всё понял. — Камень, да? — Джордж пристроился сбоку от Сапнапа, когда они вновь продолжили путь. — Не поверишь, но такое случается, — без энтузиазма ответил Сапнап. — Не лезь не в своё дело. — Хорошо, Пандас, хорошо, — громко и весело посмеялся Джордж. И Сапнап вспомнил свой сон, этот знакомый смех перенёс его назад в прошлое. Он был готов смириться со всем передразниванием, лишь бы вернуть то время. Джордж не смеялся так с тех самых пор как… С тех самых пор. Джордж уже отпустил эту ситуацию. Этой же ночью он поймал на себе задумчивый взгляд Карла, яркие глаза блестели в свете костра. На этот взгляд он просто пожал плечами. Так же ни Карл, ни Квакити не спрашивали о пятой порции, которую он как обычно оставил. Квакити заснул прямо во время еды, да и Джордж был не лучше. Хотя второй вообще мог заснуть где угодно и когда угодно, как по взмаху волшебной палочки. Но Джордж, по крайней мере, сумел добраться до кровати. Квакити же просто медленно погрузился в сон, а Карл только и успел, что подставить ему плечо под опускающуюся голову. — Он может занять мою койку, — предложил Сапнап, зная, что это предложение было довольно бесполезным. — Хорошо, — кивнул Карл, не двинувшись с места. Квакити продолжил спать на его плече. Сапнап поймал себя на мысли, что не в первый раз поражался тому, как молодо выглядел он, и как быстро бодрость и беспокойство покидали его. Во сне, даже его шрам ощущался как его неотъемлемая часть — не искажал улыбку, не мешал видеть. Это был самый обычный молодой человек. Сапнап ощутил резкую тяжесть в груди, пытаясь перебороть желание выпустить Кошмар из рук. Далёким эхом раздался голос человека, который, как он думал, всегда будет прикрывать его спину, он почти ощутил прикосновение его рук. Будь осторожен, бдителен и твёрд. Ты должен быть готовым ко всему, особенно сейчас, когда нас не трое. Они с Карлом сидели в уютной тишине. Сапнап собирался первым стоять на стрёме, и он знал, что Карл был готов стать вторым. Он надеялся, что третьим будет Квакити, чтобы у Джорджа не было возможности сбежать в очередной раз. Но пока ночь полностью не наступила, он мог ненадолго и расслабиться. Не полностью. Кошмар всё так же лежал в его руке, и он сам не мог просто облокотиться на ближайшее дерево, неспешно пожёвывая кусок твёрдого хлеба. — Мы проделали хороший путь за сегодня, — наконец-то нарушил молчание Карл. — Мы пойдём завтра медленнее, — кивнул Сапнап, отвечая на не озвученную просьбу. — В этом нет необходимости, — улыбнулся Карл, и Сапнап едва заметно улыбнулся ему ответ. Всё-таки они пойдут медленнее. — Ты довольно милый, особенно для старого ворчуна. Сапнап резко перестал улыбаться, от чего Карл едва успел закрыть рот рукой, чтобы не разбудить всех своим смехом. Лежащий на его плече Квакити что-то недовольно пробубнил сквозь сон, и Карл с нескрываемой усмешкой посмотрел на него. — Я не ворчун, тем более не старый, — попытался твёрдо ответить Сапнап, но больше это прозвучало так, словно он был обиженным ребёнком. — Только если самую малость, — мужчина положил свою голову на голову Квакити. — Всё в порядке. Мне нравятся милые и вежливые мужчины. — Эм, ладно? — Просто, чтобы ты знал, — подмигнул ему Карл. И по какой-то причине его щёки налились румянцем. — Иди спать, Карл, — сказал Сапнап, пытаясь остановить это, или, что вероятнее, избавиться от компании в лице Карла. — Тебе вставать через пару часов. — Уже укладываешь спать? Да так мне ничего с рук не сойдёт! Сапнап намеренно не ответил и не посмотрел на него. Он слышал весёлый смех Карла, слышал, как Квакити был разбужен парой тихих слов, и как они, спотыкаясь, подошли к его кровати и заползли под плащ Карла, как они обычно делали. — Ночи, Сапнап, — пробормотал Квакити из-под импровизированного одеяла. — Спокойной ночи, — эхом отозвался он. От этого Карл опять засмеялся, и из-за этого Сапнап понял, что был абсолютно растерян. Когда ночная мгла полностью скрыла последний свет в небе, Сапнап в очередной раз поймал себя на мысли, что не мог перестать думать о Квакити, который так аккуратно, как снежинка, лёг Карлу на плечо, или о том, как Карл, впервые за этот день, затих, чтобы не беспокоить его.

—

Каменистая местность в течение следующих двух дней стала более труднопроходимой. Сапнап и Джордж привлекли к своим дорожным играм Карла и Квакити. В игре с алфавитом Карл проявил себя безумно хорошо, в то время как Квакити проигрывал из раза в раз. Поэтому пару дней он готовил не только ужин, но и обед. Сапнап заметил, что каждый раз, когда он оставлял пятую порцию, эта маленькая его часть… не оставалась незамеченной. Джордж будто так и не собирался признавать этого, но рано или поздно ему придётся. Так же ни он сам, ни Карл не беспокоились об этой потере, пусть от ближайшего города их отделяла небольшая гора. — По моим расчётам, это может занять ещё два дня, — задумчиво произнёс Карл, листая свою книгу. Они остановились у подножья той самой горы. Она оказалась достаточно высокой, хотя ей было не сравниться с горами, которые Сапнапу доводилось не только видеть, но и взбираться на них. — Быть может и меньше, при выборе удобной тропы и пройденного пути за день. — Мы можем пройти достаточно, — сказал Сапнап. — Мы тоже, — согласился Карл, затем его взгляд метнулся к Квакити, а потом назад к Сапнапу, и он понимающе кивнул. Квакити не ходил медленно, он просто быстро уставал. Если к этому моменту он успел привыкнуть к их путешествиям, то на скалистой местности будет сложнее. Карл, будучи собой, явно будет идти одинаковым с Квакити темпом. Им всем нужно будет двигаться в удобном для Квакити темпе. — Эй! — прокричал Квакити. — Джордж, это не честно! Я помог тебе! Помоги мне тоже! — Во имя Прайма… — пробубнил Сапнап, прежде чем обернулся. Честное слово, эти двое вели себя, как самое нестабильное зелье, стоит отвернуться хоть на мгновение — оно взорвётся. Он обернулся и увидел, как Джордж помогал Квакити забраться на скалу, которая была раза в три выше самого Сапнапа. Единственным способом взобраться туда, было подсадить одного из них, и он помог бы второму подтянуться сверху. — Нет, нет и ещё раз нет, — тут же сказал Сапнап, идя к ним. — Немедленно, блять, спускайтесь! — Сапнап, не надо! — отозвался Джордж сверху. — Отсюда видно весь лес, через который мы шли! — Да, замечательно, теперь спускайтесь! — Большой Кью, ты в порядке? — Карл встал около Сапнапа. — Старина Джорджи? — Мы в порядке! — Квакити махнул им рукой, и Карл посмеявшись, махнул в ответ. Сапнапу казалось, что любая мигрень была бы терпимее. — Если вы упадёте, я смогу понести только одного, — предупредил их Сапнап с легким беспокойством в животе. — Всё с ними будет в порядке, — Карл положил руку на его плечо. — На самом деле, я оттуда мог бы в полной мере оценить будущую погоду. Подсадишь меня? — Нет! — Сапнап скинул его руку. — Это слишком опасно! Я хочу, чтобы они спустились, а не чтобы ты поднялся. — Но мне нужно посмотреть погоду, — начал рассуждение Карл. — Так я буду знать, если погода будет плохой, и это не станет для нас неприятным сюрпризом в дороге. Разве ради этого не стоит рискнуть? — Карл, — грозно проговорил Сапнап, но Карл просто невинно улыбнулся в ответ. Пользуясь этой паузой, Карл воспользовался рукой Сапнапа в качестве опоры, а сверху его поймали Квакити и Джордж. Сапнап остался внизу один, и если он хотел подняться к ним, ему придётся забираться по скале самостоятельно. С одной стороны ему действительно хотелось присоединиться к ним, но с другой, кто-то, но должен был помочь им всем спуститься. — Видишь?! — крикнул Карл, добравшись до вершины. — Я как знал! Я вижу дождевые облака! — Чёрт, — Сапнап раздражённо потёр свою переносицу. — Как далеко они?! — Думаю, дождь начнётся завтра утром. За сегодня нам нужно будет преодолеть большую часть пути, и найти место для лагеря на время дождя. Когда он кончится, мы сразу направимся в город за припасами. — Звучит как план, — Джордж встал на самом краю скалы. — Сап, если бы ты только видел этот вид! — Проживу и без этого вида, — ответил Сапнап, хотя ему всё-таки было жаль, что он не посмотрел. — Теперь-то вы спуститесь? Вот Дрим поднялся бы с ними. В то время и Сапнап сделал бы так же. Но сейчас были другие времена и ему не хотелось думать о прошлом. — Ну, ты и кайфолом! Ладно, — Джордж в последний раз посмотрел на лес, оставленный позади, а потом перевёл взгляд на Сапнапа. На его лице появилась та самая улыбка, которая значила, что он вот-вот совершит какую-то глупость. Сапнап напрягся. — Сап, лови меня! — Что? — Сапнап отступил, качая головой. — Нет, нет, спускайся по-человечески! — Не представляется возможности! Тебе придётся поймать меня! — Джордж выставил одну ногу вперёд лишая её опоры, и сохраняя последнее равновесие только раскрытыми руками. Он не был так уж и высоко, Сапнап мог просто… — Джордж, нет! — Даже не думай нарочно дать мне упасть! — предупредил Джордж и прыгнул. Сапнап едва не споткнулся, кинувшись вперёд настолько быстро, насколько он только мог. Он протянул руки вперёд, в тот самый момент, когда Джордж всем своим весом обрушился на него. Ему удалось поймать друга, но не устоять на ногах. Джордж дико хохотал, в то время как Сапнап раздражённо стонал, потирая свой копчик на который и пришёлся удар. — Какая же ты сука, — выругался он. — Не могу поверить, что ты действительно прыгнул! — А ты, идиот, поймал меня! — Нужно было позволить тебе упасть. — Но, в конце концов, ты не позволил, — Джордж ущипнул его за щёку. — Да ладно тебе, улыбнись! Меня скоро вырвет от твоей вечно недовольной физиономии. — Это последняя ситуация, в которой я буду улыбаться, — проворчал Сапнап, пусть он не смог сдержать свою улыбку, глядя на широкую улыбку Джорджа, застывшую прямо перед его глазами. — Отпусти меня, — сказал Джордж, напоминая, что Сапнап, всё ещё держал его за ноги. Сапнап немедленно столкнул его на землю с себя. — Эй! Придурок. — Даже не начинай, иначе я утоплю тебя в первом попавшемся нам озере, — Сапнап встал, отряхиваясь от пыли. Карл и Квакити смеются, всё ещё сидя на скале. — Ваша очередь, Траляля и Труляля. Вниз, оба. — А меня поймаешь, Сапнап? — как наглый кот улыбнулся Карл. — Я вешу меньше, чем Джордж. — Нет, — твёрдо отрезал он. — Даже не думай кидаться с этой ебаной скалы, Карл, Праймом клянусь… — Я понял, понял, — Карл перевёл взгляд на Квакити. — Поможешь мне? Я помогу тебе спуститься снизу, хорошо? Квакити просто пожал плечами. Сапнап наблюдал за тем, как Квакити помогал Карлу аккуратно спуститься, держа его за руки. Он уже стоял у подножья скалы, готовый принять Карла снизу. — Ты можешь отпустить, — сказал он Квакити и тот отпустил. Сапнап поймал Карла, обхватив того за бёдра и тут же поставив на землю. — Спасибо, — Карл нежно обнял его за плечи. — Я б себе все ноги сломал, пока спускался бы. — Я тебе сейчас шею сломаю, — пригрозил Сапнап, однако не оттолкнул его. Он поднял голову и посмотрел на Квакити. Из-за солнца, он не мог полностью разглядеть его лица. Он мрачной тенью навис над ними. Сапнап понял, что он выглядел крайне одиноко, сидя там, на скале. Надо было поскорее помочь ему спуститься. — Хорошо, Кью, — немного неуверенно сказал он. — Ты как? Готов спуститься? Квакити поменял местоположение и Сапнап вновь мог видеть его лицо. На его губах играла нервная улыбка. — Я как-то не подумал об этом наперёд. — Как и каждый из вас, — согласился Сапнап, — Но я в любом случае помогу. Просто сделай то же самое, что сделал Джордж, только не так резко и безумно. Аккуратно соскользнул по скале, и я поймаю тебя. — Ну… — Квакити неспешно перевёл взгляд с Сапнапа на Карла. — Я даже не знаю. —Ты можешь попытаться слезть сам, — предложил Карл, указав на трещину, которую он использовал, чтобы подняться. — Но тогда прыгать тебе придётся выше. — Так что просто сползай. Ты ведь видишь меня, не так ли? Даже если ты сорвёшься, то упадёшь прямо на меня. — Тогда пострадаешь ты, — отмахнулся Квакити, — Я упаду на тебя и ты сломаешь ногу или ещё что-то в этом роде. А потом мы потратим целый месяц, чтобы твоя нога полностью восстановилась, а потом ты надерёшь мне задницу за то, что я сломал тебе ногу. Всё так и закончится. — Единственное что ты сможешь сломать мне, это руку, — аккуратно произнёс Сапнап. — Но уж точно не ногу. — Что он имел в виду, — нахмурился Карл, толкая его локтем в бок. — Ты ничего не сломаешь. Наш Сапнап твёрд, как скала, не так ли? Ты видел, как он только что поймал Джорджа, — Карл пару раз хлопнул ему по груди. — Он хоть с десяток людей готов поймать! — Ага, — поддакнул Сапнап. — Ты уверен, Сапнап? — спросил Квакити, пытаясь успокоить трясущиеся от смеха плечи. — Абсолютно, — он переместился прямо на место, куда Квакити должен был прыгнуть. — Я готов поймать тебя. — Какой же он заспанный, — вздохнул Карл. Сапнап хотел было ударить его, но тогда ему пришлось бы отвести руки, поэтому, он просто пнул того ногой в голень. Карл с негромким скулением отскочил от него, в это же время Квакити аккуратно начал соскальзывать с края скалы. Он был ниже Карла, поэтому ему придётся отпустить скалу, прежде чем дотянется он до рук Сапнапа. — Ох, блять! —Сапнап услышал громкое восклицание. — Ты в безопасности, Кью, — крикнул Карл. — Сапнап здесь, и я тоже. Мы поймаем тебя. Просто отпусти. — Да что б я хоть ещё раз последовал куда-либо за Джорджем! — Эй! В этом нет моей вины! И если это так, то Сапнап тем более поймает тебя, — подал голос Джордж. — Главное не прыгай на меня как полоумный ребёнок, — огрызнулся Сапнап, обратившись больше к Джорджу, чем к Квакити. — Кью, серьёзно, я здесь. Чувствуешь мои пальцы? — он встал на носочки, с трудом дотянувшись до его лодыжки. — Д-да, чувствую, — спокойнее ответил Квакити. — Хорошо, я готов. — Раз… — начал отсчёт Сапнап. — Два… Три! Квакити соскользнул со скалы. Он начал кричать, но Сапнап тут же схватил его за ноги, остановив падение. Его руки скользнули к его бедрам, аккуратно опустив его на землю и вернув его к их небольшой компании. — Ох, — Квакити растерянно поморгал. — Ты поймал меня. — Ага, — отозвался Сапнап. Его руки продолжали лежать на бёдрах. Двое находились крайне близко друг к другу. Сапнап учуял запах табака исходящего от него, запах хвои после леса и запах тушёных грибов, которые он не так давно приготовил им на обед. — Спасибо, — Квакити снова моргнул, только на этот раз, смотря прямо Сапнапу в глаза. Его карий глаз широко раскрыт и блестел от непроизвольных слез, выступивших во время падения, а туманно-голубой никак не изменился. До этого момента он и не осознавал, что Квакити всегда старался избегать зрительного контакта. Его руки непроизвольно сжались вокруг его бёдер. — Всегда пожалуйста. — Твои руки… они становятся горячее, — неловко сказал Квакити, пытаясь отстраниться от Сапнапа. Сам Сапнап тут же отпустил его, отходя как ото льда. — Прости, прости! Я обжёг тебя? Ты в порядке? — Я в порядке, — Квакити отряхнул рубашку. — Ты просто горячий. Ну, в смысле, ты ещё та горячая штучка. — О, горячая штучка. Он горячий, потому что огненный демон. Ха, мне нравится! — усмехнулся Карл, подняв руку, чтобы дать Квакити пять. Тот с удовольствием ответил ему взаимной пятёркой. — Чёрт возьми, да! — Следовало оставить вас двоих на это проклятой скале, — сожалеюще произнёс Сапнап, обернувшись, чтобы найти Джорджа. Он не успел отойти очень далеко, чтобы Сапнап начал беспокоится, но он остановился у небольшой расщелины, что уже и заставило Сапнапа побеспокоиться. — Иди, блять, сюда! Ты начал это дерьмо, а потом просто ушёл смотреть на случайные дыры в земле, пока я помогал всем спускаться. Придурок. — Ну, ты выглядел очень увлечённым этим занятием, — с лёгкой ухмылкой ответил Джордж, подходя к Карлу. — Давай, Карл, вперёд. Вверх, по нужной тропинке, и всё такое. Карл самодовольно посмеялся и подмигнул Сапнапу, прежде чем продолжить путь рядом с Джорджем. Квакити вёл себя тише обычного, однако он одарил Сапнапа лёгкой улыбкой, когда тот обернулся проверить, был ли он в порядке. Из-за этого, Сапнапу пришлось подавить собственную улыбку. Блять.

—

— Не следовало нам доверять тебе, — недовольно произнёс Сапнап, на что Джордж закатил глаза. — Не драматизируй, это просто небольшой дождь, — сказал Джордж, на что Сапнап скептично усмехнулся. — Это я драматизирую? Небо буквально пытается утопить нас! Снаружи лил проливной дождь, отделявший их от внешнего мира. Четверо остановились в небольшой пещере. От их костра остались только тлеющие угли. Джордж натянул себе на плечи сразу два одеяла и всё равно продолжал жаловаться на то, что ему было холодно. Карл дрожал над своими книгами, боясь, что на них попадёт вода. А Квакити продолжал нервно стучать по стене, после того как Сапнап запретил ему курить в маленьком пространстве. Сапнап, по крайней мере, был рад, что в пещере было достаточно сухо. Поскольку он не думал, что смог бы вынести жалобы всех троих о том, как все они вымокли до нитки. Дождь начался раньше, чем предположил Карл и продолжил идти весь день. Началось всё с лёгкой мороси, из-за которой начал ныть Джордж, а после и вовсе перерос в ливень апокалиптических масштабов. Когда Квакити поскользнулся на камнях, и молния пролетела буквально над их головами, они решили наконец-то найти место на ночь, и на время дождя. Сапнап так же не упустил из виду то, как Джордж продолжал поглядывать в его сторону: дождь был не самой лучшей погодой, особенно для огненных демонов. Несмотря на желание поскорее добраться до Бедлендс, Сапнап на самом деле был рад, что им удалось найти укрытие, прежде чем его кожа начала испаряться, а руки и ноги дрожать. Так у него была возможность сделать хоть что-то, на тот случай, если бы на них напали. — Никто не может контролировать погоду, — справедливо сказал Джордж. — А теперь придвинься, мне холодно. Сапнап фыркнул, но всё равно отошёл от входа в пещеру и сел около друга. Джордж накинул ему на плечи одеяло, чтобы они оказались под ним вместе. — И это до чего я докатился? — риторически спросил Сапнап. — Обогреватель? — Ага! — прощебетал Джордж и Сапнап обессиленно выдохнул. Он закрыл глаза, пытаясь поднять температуру своего тела до комфортной для человеческого тела. Квакити перестал стучать по стене, и Сапнап открыл глаза, чтобы посмотреть что произошло. И Квакити, и Карл внимательно наблюдали за ними и за паром, который поднимался с пола у его ног. Первым заговорил Карл: — Мужик, это охриненно! Не каждый демон способен так управлять температурой своего тела! Ты умеешь что-то ещё? В глазах Карла играл неподдельный интерес, перспектива узнать что-то новое, но Сапнап недовольно прищурился. В юношеские годы обучения в замке он всегда избегал подобных вопросов, и сейчас не было исключением, даже если спрашивал кто-то вежливый, как Карл. — Не твоё дело, — сказал он и из его рта вырвался пар. Глаза Карла расширились, и он отполз чуть дальше. — Прости, я не хотел расстраивать тебя. — Ты не расстроил меня… — Мне просто стало интересно, но, если тебе неприятно, ты мог бы просто сказать мне заткнуться. Квакити постоянно так… — Карл, — сверкнул глазами Сапнап. — Заткнись. Карл тут же сомкнул губы и уставился в книгу, лежащую на его коленях. Несмотря на тепло и медленно согревающегося Джорджа, Сапнапу было зябко. Удары случайных капель воды снаружи заполняли неудобную тишину, последовавшую за этим. — Эй, Карлос, — нарушил молчание Квакити, скручивая новую сигарету, игнорируя запрет Сапнапа. — У тебя есть какая-нибудь история на сегодня? — Вспомнился мне один, из-за Бедлендс. История хорошая, — задумчиво протянул Карл. — Только не уверен, что в ней счастливый конец. — Это уже лучше, чем ничего, — произнёс Квакити, закуривая сигарету и оперившись о стену пещеры и закинув руки за голову. — Давай, книжный червь, рассказывай свою историю. — Я хороших историй целую вечность не слышал! — оживился Джордж. — Сапнап просто отвратительный рассказчик, он никогда ничего не запоминает подробно. — Потому что есть гораздо больше важных вещей, о которых нужно беспокоиться! — ответил в свою защиту Сапнап. — Например, о твоей безопасности. Не моя работа забивать тебе голову бессмысленными сказками! — Не каждая сказка бессмысленна, — нахмурился Карл. — Каждый написанный текст по-своему важен и заслуживает, чтобы его рассказывали. — Тогда начни уже, — нетерпеливо потребовал Квакити. — А то я усну сейчас. — И нам придётся иметь дело с его храпом, чего никто не хочет, — усмехнулся Сапнап, и Квакити бросил на него возмущенный взгляд. Сапнап почувствовал, как на его губах появилась улыбка. Напряжение начало покидать пещеру, но не самого Сапнапа. Его плечи всё ещё были напряжены, и пар активно поднимается к потолку. — Так вы хотите историю или нет? — спросил Карл, и Джордж пнул Сапнапа локтем, чтобы тот замолчал и расслабился. Возможно, из-за дождя он был чуть более нервным, чем обычно. Хорошая история не помешает. — Мы хотим, Карл, начинай! — сказал Джордж, прижавшись ближе к источнику тепла в лице Сапнапа. — Хорошо-хорошо, — посмеялся Карл. После определённого момента, Сапнап начал старательно игнорировать его объективно милый смех. — И так, эм… всё началось до начала начал. До появления этого мира, Нижнего Мира и даже Энда. Тогда существовала только Мать-Земля и её тень, кто очень любил её. Кто-то говорит она и есть Прайм, а другие говорят, она существовала задолго до него. Но что знают все, так это то, что она искренне и до бесконечности любила каждую свою вещь. И из-за её любви, её тень хотел всё, что было у неё, и она отдавала каждую вещь ему. Нигде не пишут точно, кем был тень: героем, отцом, братом, мужем, сыном, врагом, а может быть, даже всем одновременно. Но он безмерно любил только её. Поэтому, он и хотел каждую её вещь, что любила она — он хотел этой любви для себя, далёкого голоса пустоты, которую могла заполнить только её любовь. — Звучит токсично, — не громко прокомментировал Джордж, раскрыв глаза шире. Сапнап заметил, как в этот момент Квакити резко поменялся в лице, резко выдохнул дым и спрятал лицо в воротнике плаща Карла, который Карл накинул на него немного ранее. — Т-с-с, слушай дальше. Любовь Матери была настолько сильной, что она больше не могла сдерживать её. Она закапала всю свою любовь в земли, и из этой любви вырос её рай, и выросло существо, самое прекрасное, чем всё, что было раньше. Её драгоценное дитя, совершенное творение. Все, кто видели его, начинали любить, ведь он и был любовью воплоти. Его любовь вылилась на землю, лилась пресной водой, распускалась спелыми плодами и сладкими ягодами. И когда пришло человечество, созданное Матерью-Землёй отличным от всего остального способа, её дитя полюбил их без причины или следствия. Сапнап не ожидал такого от Карла. Ладно, он знал, что он был библиотекарем, но ещё и таким замечательным рассказчиком? Все истории и рассказы, которые слышал Сапнап, читались монотонным и сухим голосом или были составлены по прихоти его отца, и были наполнены кучей морали и уроков, которые он обязан был усвоить. Это не было похоже ни на что другое; торжественность, с которой говорил Карл, то, как его голос поднимался и опускался, подобно морским волнам, когда он рисовал легенду в темной, крошечной пещере. Слушал даже Квакити, неспешно докуривая свою сигарету. Было видно, что он был на грани сна, но каждый раз он отдёргивал себя. — Но в конце, именно эта любовь и стала его погибелью, — продолжал Карл. — Мать-Земля продолжала любить, поэтому, когда её тень вопросил и к её ребёнку, она не могла отказать ему. Но даже дитя, полностью сделанное из любви Матери-Земли, не смогло заполнить пустоту тени. — Не повезло, — пробубнил Джордж, чтобы снять напряжение, появившееся в этой части истории. Сапнап немного улыбнулся, пусть он и понимал, что счастливого конца в этой истории не будет. Карл сделал долгую паузу, подкинув новые дрова к затухающему костру. — Тень начал проникать в умы и сердца людей, — ровным и мрачным голосом продолжил он. — Показал им войну и жадность. Они брали камни, которые лежали в реках создание ребёнком, делали их них топоры, рубили плодоносные деревья, убивали всех животных, когда-либо живших на этой земле. Они создавали оружие, доспехи, шли на войну. Бойня была настолько кровавой, что кожа дитя любви покрылась красными пятнами. Пресные реки иссушились, переполненные телами и железом. Сапнап поморщился и откинулся назад. Джордж был всецело поглощён историей Карла, и Сапнап сильнее сжал его руку. Он прекрасно понимал, что такое война, ведь его родина не раз была замешана во многих войнах. Если бы не Дрим и Джордж, кто знает, сколько бы сражений ему пришлось пройти. — Дитя любви кричало, когда его леса стирались в пыль под маршем сапог, под бессмысленной битвой. Но он был подарком Матери-Земли для её тени, и она не могла забрать его. Она оплакивала своё творение, и когда все умерли, её слёзы упали на места боёв. Они тушили пожары, смывали все последствия войны. Она плакала так долго, что земля превратилась в бесплодную пустыню, солёные слёзы пропитали её райское место, больше ничего не могло там расти. Но никакие слёзы не могли помочь безумному горю ребёнка о том, что он когда-то любил. Когда она пришла к нему, он лежал, окутанный всем тем, чем он когда-то был. И тень был там, нашёптывая истории о зверствах людей, которых он когда-то принял всей свой любовью, что у него была. Дитя было воплощаем любви, было создано из неё, взращено в ней. Но тень забрал эту любовь, превратил её в ярость и ненависть, пока прекрасное и чистое сердце, не было запятнано и испачкано как его земля, — Карл прокашлялся, проводя пальцем к последней строке книги, которую он читал. — И когда сгорел последний лист на его земле, сгорела дотла и вся любовь ребёнка ко всем своим творениям, ко всему человечеству. — И это всё? — после долгой паузы, Джордж резко сел, уперевшись локтём Сапнапу в живот. — Что было потом? — Не знаю, — пожал плечами Карл. — Конец был потерян во времени, если он вообще когда-либо существовал. Сейчас у нас преобладающая религия — Прайм. Многие другие историки сосредоточены на небесном пантеоне, сохраняя свои тексты своих легенд. Эта история почти полностью забыта. — Но что же дитя будет делать со своей местью? И сбежит ли он от тени? Если он является любовью буквально… — Джордж скорчил ту самую гримасу, с которой он решал математические задачи или сложные загадки. Он тревожно дёрнул руками, жест, от которого он не отучился с детства. — Сможет ли он вновь полюбить? — Думаю, всё теперь зависит от тебя, — ответил Карл. — Лучшие истории те, которые люди заканчивают сами. — Это слишком лениво, — сказал Квакити, потушив сигарету о каменный пол, с неоправданной силой. — Они не стали загружать себя тем, чтобы придумать концовку, поэтому это должны делать мы. И разве у историй не должно быть подтекста или смысла? Какой смысл в этом? Он заслуживает свободы от тени. — Иногда история — это просто история. Или это то, что ты думаешь о ней. В конце концов, не я написал её, а лишь рассказал. — Это грустно, — тихо проронил Джордж. — Он потерял всё, даже себя. — Джордж резко вздохнул и схватился руками за виски. — Опять мигрень? — обеспокоенно спросил Сапнап, и Джордж кивнул, неприятно сморщив лицо. — Небольшая, — ответил он. — Всё уже прошло, не волнуйся. — Знаете, — Карл убрал книгу в свою сумку. — Некоторые историки считают, что эта легенда объясняет появление гибридов в нашем мире. — Да? — поднял бровь Квакити. — Да. Как реакция на повреждение земли. Предположительно именно Бедлендс находятся на месте того побоища. Это обосновано большим количеством гибридов в тех местах, наличием долины песков душ на юге и само собой смертельным Багровым лесом. Именно там по сей день спит дитя любви. — О, так Сапнап у нас болотный монстр? Запомню, — Джордж высунул язык и тут же полетел с колен Сапнапа. — Всё, ты лишил себя привилегии на личную грелку, — сам того не осознавая, Сапнап придвинулся ближе к Карлу. Мужчина замер как вкопанный, когда Карл внезапно обнял его. — Эй, Сапнап, если я назову тебя самым редким, потрясающим и красивым существом из древних легенд, то получу привилегию на личную грелку? Сапнап был на грани того, чтобы сказать нет и отстраниться как можно дальше от него. Но растерянный Джордж всё ещё дулся, а Квакити смотрел на них обоих с непроницаемым выражением лица, которое находилось где-то между обидой и непонимание. И, это, несомненно, разозлит Джорджа. — С этого момента, ты единственный, кому можно греться об меня, — сказал Сапнап, натянув на лицо самую ехидную улыбку, которая только была у него. Он расправил плечи, чтобы Карлу было удобнее держаться за него. — Но прежде чем я полностью нагреюсь, мне нужны комплименты. — Что?! — опешил Джордж, но Квакити уже наклонился к ним. — О, милостивый Сапнап, бесстрашный защитник, величайший охотник... — Понадобиться чуть больше, чем это, — проговорил Сапнап, когда Карл повис у него на спине, подобно коале. — Самый талантливый боец, — продолжил Квакити, яростно жестикулируя, произнося свои слова. — Продолжай, продолжай… — Лучшая приманка для криперов… — И тут ты потерял весь свой прогресс. Молодец. — Тебе стоит постараться лучше, чем это, — приглушённо отозвался Карл. Сапнап никогда не был любителем объятий, это разрешалось только его друзьям, но он должен был признать, что это действительно было мило. Очень мило. Карлу каким-то образом удалось посадить Сапнапа между ног, его колени уперлись в ребра Сапнапу, подбородок лёг ему на плечо, руки надежно обхватили грудь, прижимаясь ближе друг к другу. — Ты сам только назвал его красивым, и уже взбираешься на него как на гору! — протестуя, воскликнул Квакити. Сапнап даже через тепло своего тела почувствовал, что Карл покраснел. — Как видишь, это сработало. — Никогда бы не подумал, что ты такой тщеславный, — как подобало дворцовому этикету, сморщил нос Джордж. — Это не тщеславие, если это правда, — сказал Сапнап и Квакити зашёлся в приступе громкого смеха, только и, успевая что смахивать выступающие слёзы на глазах. — Сапнап, — начал Джордж тем особым тоном, к которому он приберегал только для двух своих лучших друзей, и сейчас это вызывало у Квакити очередной приступ смеха. — Оу-у-у, Сапнап, — начал передразнивать его Квакити, высоким голосом и имитируя акцент Джорджа. — Меня зовут Джордж, мне грустно, потому что ты не разрешаешь обнять тебя. — Я не говорю так. — Оу-у-у, я не говорю так, меня зовут Джордж и я говорю абсолютно по-другому… — С меня хватит, — Джордж кинулся на Квакити, повалив его с ног. Они как дети начали толкать и бить друг друга, Квакити, визжал от восторга, а Джордж, просто кричал. — Он всегда ведёт себя так? — спросило Сапнап, уже зная ответ на свой вопрос. — Не знаю, а Джордж? — хихикнул Карл, уткнувшись носом в плечо Сапнапа. — Не в эти времена. Но я рад, что старый Джордж возвращается, — что-то в этих словах заставило сердце Сапнапа сжаться. — Да, я тоже, — совсем тихо, только Сапнапу, ответил Карл.

—

Незаметно пролетали дни, а дождь шёл не прекращаясь. Сапнап наблюдал за тем как лил дождь, и как таяли их запасы продовольствия. Он был вынужден прекратить откладывать пятую порцию, за что никак не мог себя простить. Хуже всего, что он всё ещё был заперт в пещере с Карлом и Квакити, и он невольно начал признавать, что они нравились ему. Ему нравилось, как Квакити мог уговорить Джорджа выполнить какие-либо обязанности, как они вели себя, словно знали друг друга годами и как они ходили глубже в пещеру, после того, как Сапнап проверял её на безопасность. Ему нравилось, голос Карла, как колыбельная убаюкивал их всех, за рассказом новой истории на ночь. Ему нравилось знать, как рассмешить их обоих, или знать, что сказать им, чтобы рассмешить Джорджа. Ему нравилось, что им было приятно общаться с ним, что Карл начал буквально бросаться ему на руки, чтобы привлечь внимание и что Квакити чувствовал себя гораздо комфортнее, садясь возле него у костра и придвигаясь к Сапнапу, если он начинал клевать носом. Днём Сапнап учил Квакити искусству владения мечом и пытался хоть чему-то научить Карла. Но он ненавидел себя за то, что ему это нравилось. Было неправильно чувствовать себя комфортно в компании незнакомцев, с которым познакомился неделю назад, неся в душе зияющую дыру. Неправильно было чувствовать себя хорошо, когда всё шло из рук вон плохо. Он продолжал оборачиваться, надеясь заговорить с тем, кого больше не было рядом. Если он не мог позволить себе оставлять еду, он оставлял хотя бы воду, чтобы хоть как-то заполнить пустоту. Он всё так же ежедневно чистил и точил Кошмар, готовый в один день вернуть его законному владельцу. Он продолжал запоминать маленькие, даже самые незначительные моменты, проведённые с двумя незнакомцами, чтобы однажды он мог обсудить это с тем, кого возможно никогда не услышит вновь. Может быть, это должно стать новым счастьем Сапнапа? Боль от вины, разрушалась под давлением хороших чувств и эмоций? Он бы смирился с этим, если бы не грызущее его нутро чувство, которое могло быть либо голодом, либо виной и горем. — Независимо от погоды, но мы обязаны продолжать путь, — сказал Сапнап Карлу на пятую ночь, когда Квакити и Джордж уснули. — Завтра у нас закончится последняя еда. Мы и так оголодали, пока пытались растянуть её. Мы могли бы продержаться ещё пару дней на воде, её-то у нас предостаточно. Но мне очень не хотелось бы спускаться с гор истощённым и слабым, что уж говорить про Джорджа, кто сам по себе не самый аккуратный человек. Даже до проблем с едой Джордж выглядел нервным. Сапнап беспокоился, что если они не уйдут в ближайшее время, Джордж мог сделать что-то больше, чем долгое наблюдение за дождём, пока Сапнап не видел. — Сапнап, я не так хорошо разбираюсь в биологии демонов, — осторожно ответил Карл. — И если ты не хочешь это обсуждать, то хорошо, но если погода не улучшится, я буду беспокоиться не об аккуратности Джорджа. — Я буду в порядке, — заверил его Сапнап. — Мне приходилось и не с таким сталкиваться. Обо мне беспокоиться не стоит. Карл положил свою руку на руку Сапнапу, неуверенно переступив с ноги на ногу. В последние несколько дней Сапнап начал привыкать к тому, насколько обидчивым бывал Карл, но он всё ещё удивляется каждый раз, когда эта энергия направлялась на него. Ладони Карла были грубее, чем можно было ожидать от библиотекаря, и Сапнап чувствовал каждый изгиб и мозоль, пульс, бьющийся под кожей. — Я всё равно беспокоился бы, — мягко сказал он. Сапнап не сразу убрал руку, дав ему ещё несколько мгновений. — Я буду в порядке, Карл. Небольшой дождь не убьёт меня, — сказал он, подходя к выходу из пещеры. — Иди лучше спать. Я дежурю первым, а вторым я сегодня разбужу Джорджа. Надеюсь, ты не против. Карл кивнул и покорно устроился рядом с другими. Сапнап сказал себе, что не завидовал Карлу и тому, с какой лёгкостью он обнимал Квакити, и как полусонный Квакити накрыл его плащом, достаточно широким и для третьего. Он смотрел сквозь дождь. Смотрел и надеялся.

—

На этот раз, Джордж хотя бы записку оставил. Я знаю, где достать еды. Не иди за мной, я скоро вернусь. Обещаю. Сапнап скомкал лист с запиской гневно расхаживая по пещере, пока двое других тревожно наблюдали за ним. — Этот уёбок, — низко прорычал он, опять поворачивая у стены. — Я должен был знать, что он опять это сделает! Какая же он мразь! — он ударил кулаком по стене с такой силой, что наверняка останется синяк. Несмотря на то, что Сапнап находился на другой стороне пещеры от Квакити, он увидел, как он вздрогнул от этого движения. Его пальцы машинально потянулись за сигаретой, но его запас табака иссяк накануне. Сапнап дал ему некоторые из трав, которые Джордж использовал для лечения своей мигрени, чтобы предотвратить ломку, но нервозность никуда не делась. Что-то скрутилось в его животе, хотя уже не осталось вещей, которые можно было испортить. — Я иду за ним, — Сапнап решительно повесил Кошмар себе на пояс и схватил свой плащ. — Ты не можешь! — тут же запротестовал Карл. — Ты просто потеряешься в шторме… Сапнап! — он схватил его за руку, не давая подойти к выходу из пещеры. — Он сказал, что вернётся. Тебе нужно довериться ему! — Не указывай мне что делать! — Сапнап грубо отдёрнул свою руку. — Я должен защищать Джорджа, и если шторм не остановит меня, то ты тем более! — Он взял свой лук, — подметил Квакити. — Он хороший стрелок и не так уж и туп, Сапнап. Я знаю, что он неуклюж, неаккуратен, его затеи не самые лучшие, он то и дело ноет из-за холода, но он не тупой. Он сказал, что ушёл за едой, что, скорее всего именно так. Зачем же ещё ему уходить, а? — Поэтому, —Сапнап махнул в сторону шторма, дождевой стены, которая превратит любую ходьбу в плаванье. — Я и должен идти за ним. Я не могу просто отпустить его одного! — Сапнап… — вновь начал Карл, но Сапнап, ни сказав ни слова, вышел прямо в шторм. Это всё равно, что нырнуть в ледяное озеро. Он промок насквозь за считанные секунды, а холод и влага проникли глубоко в его кости. Раздалось слабое шипение, которое становилось только громче по мере того, как температура его тела пыталась приспособиться к внезапному изменению. Но даже кровь полудемона не могла справиться с пронизывающим ветром и проливным дождем. Совсем скоро он шипел так же громко, как готовый вот-вот взорваться крипер. Пар был настолько густым, что он едва мог видеть, пытаясь прищуриться сквозь дождь, чтобы найти след, который подсказал бы ему, куда, чёрт возьми, мог забраться Джордж. И даже если он и оставил какие-либо следы, их уже смыло, или, мысль, возникшая в его голове и заставившая его сердце упасть, как камень, что его друг просто упал с края скалы. Они просидели в пещере так долго, что он едва помнил, был ли край всего в двух шагах или достаточно далеко, чтобы случайно оступиться. Его сотрясал порывистый ветер или это просто его колени напряглись от шторма? Его взор был затуманен, потому что ему было холодно, или потому что дождь продолжал попадать ему в глаза? Он смутно помнил тёплые дождливые дни со своим отцом, прогулки по лужам, когда Бэд упрекал его в том, что он промок и опустил температуру своего тела ниже дозволенного. Дождь, особенно холодный, сильно влиял на гибридов-демонов. Гораздо сильнее, это влияние проявляется только у гибридов энда. Они не были созданы для того, чтобы выдерживать такой холод и сырость, как сейчас, не тогда, когда погода была настолько суровой. Его пламя могло выгореть, как едва не случилось, когда он был ребёнком. В ушах звенело, но все, что он слышал, был гром и стук дождя по камню. Всё потерялось в шторме. Джордж нуждался в нём. Дрим доверил ему это дело. Какой-то дождь не сможет остановить его от своего долга. Сапнап сделал первый шаг, и его зрение прояснилось. Наступила головокружительная секунда, когда он моргнул и увидел скалы в сотнях футов внизу, яркие и ясные в свете молнии, несущиеся ему навстречу. В последний момент, он почувствовал, как кто-то схватил его за руку, и кто-то другой за плащ. Они тянули его назад, назад во тьму пещеры. В его ушах всё ещё звенело, он едва мог разобрать слова за своей спиной. Сапнап тяжело опёрся на эти руки, чтобы удержаться в вертикальном положении, моргнул, чтобы его взгляд не затуманился ещё больше. Ему было холодно. Ему было очень холодно, не мог перестать дрожать. — Квакити, разведи огонь, он нужен ему… — Нужно снять с него плащ, но ему станет только холоднее… блять, блять, блять… Сапнап понял, что должен был вмешаться, должен был что-то сказать. Его зубы стучали так сильно, что он не смог выдавить и слова. Но он пытался. — Д-Джордж… — Не много помощи получит Джордж от тебя в таком состоянии, — мягко сказал Карл. — Давай, садись, мы позаботимся о тебе. Если бы не руки Карла, вцепившиеся ему в плечи, он бы уже рухнул на землю. Его ноги полностью онемели, и он не думал, что у него выйдет стоять самостоятельно. Его усадили у разгорающегося костра и накинули сухой плащ на плечи. Слишком яркий, чтобы на него можно было смотреть. — Разве я не говорил? — Карл сел рядом. — Это не просто летний шторм, через который ты можешь пройти. Это горный шторм! Из-за демонической физиологии, неподвластный тебе. Теперь, можно нам обнять тебя? — Че-чего? — сквозь стучащие зубы процедил Сапнап. — Тепло тел, кожа к коже помогает людям согреться, — объяснил Карл, убрав руки с плеч Сапнапа. Но ему хотелось, чтобы он продолжил держать его. — Но, я хочу сначала узнать, хочешь ты этого или нет. — Т-ты никогда… — из последних сил произнёс Сапнап. — Не спрашивал п-прежде… — Очевидно, тогда в случае отказа ты мог сбросить нас со скалы, — шутливо сказал Квакити, но Карл его тут же оборвал. — Что Квакити пытается сказать, так это то, что ты можешь спокойно прожить и без нашей помощи. Но прямо сейчас, тебе нужно принять её, — Карл посмотрел на дрожащие руки и ноги Сапнапа. И когда он взял ладони рыцаря, проводя большими пальцами по тыльной стороне, Сапнап не пытался отстраниться или убрать свои руки. Позади них Квакити неловко держал ещё и одеяла. — Поэтому я и спрашиваю. — Но мне нужно… — начал Сапнап. — Джордж… — Чем быстрее ты согреешься, тем быстрее пойдёшь искать его, если это единственное, чего ты так хочешь. Но мы пойдём с тобой, хочешь ты того или нет. Перед нами стоит задача в целости и сохранности добраться до Бедлендс. Тебя это тоже касается. — Джорджу не хотелось бы, чтобы ты так страдал из-за него, — непривычно тихо сказал Квакити. — Ты не понимаешь… — сказал Сапнап, не переставая сильно дрожать. — Я должен защищать его. Это не просто моя работа. Он нечто большее, чем просто мой друг. — Ты хочешь сказать, что вы… — широко раскрыл глаза Карл. — Во имя Прайма, нет, не в этом смысле! — в его груди появилось странное давящее чувство. — Он… Он —мой долг. Он — единственный кто у меня остался. Я не могу, Карл, я не могу, блять, потерять и его тоже. И сейчас он ощутил это, распространяющийся от живота к груди и конечностям жар, которого дождь лишил его за секунды. Он бурлил в нём, как горячая магма. Он заметил, как Карл с криком отдёрнул обожжённые руки. Он не мог дышать. Он не мог даже ясно думать. Он чувствовал, как горело его тело одновременно с тем, как холод пронзал его кожу, как сотни игл. Дым от огня попадал ему в глаза, заставив их слезиться. Но слёзы тут же испарились от соприкосновения с кожей. Весь его мир — это пар и дым, и Джорджа там не было. Он потерял отца, дом и лучших друзей. На его грудь словно сбросили наковальню, а сердце окружили терновым кустом. Осталось лишь одно ужасающие осознание того, что если он потеряет Джорджа, он потеряет всё. Кто он без Джорджа? Что у него останется? Просто ребёнок полудемон со светящимся мечом, который не принимал его, и миссией, которую он с треском провалил. Мужчина почувствовал, как на его щёки легли чьи-то руки. Он слышал, как Карл запаниковал: — Кью, не надо, ты обожжёшься! — Сапнап, тебе нужно дышать, — прозвучал тихий голос. Он проник в его сознание сквозь панику, как прохладная вода в жаркий день. — Вдох на семь, выдох на одиннадцать. Ты можешь чувствовать мои руки. Они настоящие. Ты настоящий, я настоящий. С тобой всё будет хорошо, просто дыши. — Один… — задыхаясь, выдавил Сапнап. — Он ушёл, он оставил меня. Они оба покинули меня, я не могу справиться с этим один, я один… — Ты не один, — мягко сказал Карл. — Ты не один, мы никуда не уйдём, — потом он зашипел на Квакити. — А ты отпусти! Ты только обожжёшь себе руки! — Я хочу помочь! — огрызнулся Квакити, и когда Сапнап снова начинал задыхаться, его голос стал тихим и успокаивающим. Будто он говорил с испуганным животным. — Сапнап, мы здесь, хорошо? Мы здесь и мы не оставим тебя. Дыши со мной. Считай со мной до семи. Он сделал глубокий вдох и задержал дыхание, ожидая Сапнапа. Обычно Сапнап ответил бы, что он не был ребёнком и не нуждался в подобной заботе, но сейчас был необычный случай. Его грудь сжалась, а лёгкие, как чёрная дыра начали всасывать воздух. Он досчитал до семи, а потом выдохнул, пытаясь сделать это так же ровно как Квакити, но вышло прерывисто. Карл снова обнял Сапнапа за плечи. Он сосредоточился на мозолистых руках на своей спине, на прохладных ладонях на его щеках. Мгновение спустя его лоб соприкоснулся с другим лбом, и большой палец массировал его между лопаток. Снаружи лил дождь, но Сапнап дышал. Он хватал воздух, словно тонул, отчаянно пытаясь набить грудь, которая болела так, так сильно, будто ему сломали все ребра сразу. Его горло болело, будто его душили. Его глаза болели от дыма и пара. Его трясло так сильно, что он больше не мог говорить. Всё, что он чувствовал, была боль. — Вот и всё, — сказал Квакити, когда Сапнап восстановил дыхание. Он всё ещё дрожал, но больше не задыхался. — Всё в порядке, Сап. Всё в порядке. Почему-то от этого прозвища у него на глазах навернулись слёзы, и ему пришлось проглотить ком в горле. — Простите, — изнеможённо произнёс Сапнап, открывая глаза и видя стоящего перед ним Квакити. — Простите, я… — Не извиняйся, — строго сказал Карл и Квакити кивнул. — Ты молодец, правда. Квакити опустил руки, и Сапнапа поразил укол ужаса, когда увидел красные ладони, обожжённые его кожей. — Квакити… — Всё в порядке, хорошо? — оборвал его Квакити, но Сапнап увидел красное пятно от ожога и на его лбу. От этого ему стало ещё хуже. — Я остужу всё под дождём. Заодно подожду возвращения нашего блудного сына. — Он вернется, — пробормотал Карл, когда Квакити направился к выходу из пещеры, как будто это он вырос с Джорджем, а не Сапнап. — Он сказал, что вернётся. Он обещал. Сапнапу ничего не хотелось, кроме как вновь выбежать из этой проклятой пещеры, затащить Джорджа обратно, где бы тот не находился. Ему хотелось выбежать, найти своего лучшего друга и накричать за то, что так заставил Сапнапа волноваться. Но руки Карла согревали его. Ноги похожи на пух, и немедленно уронят Сапнапа, если тот попытается встать. — Обещания, Карл, — убитым голосом произнёс Сапнап. — Не всегда выполняются. — Доверься ему. Ты знаешь его, Сапнап, он не оставит тебя. Карл ошибался, но Сапнап не мог озвучить почему. Вместо этого, он сконцентрировался на том, чтобы не обжечь Карла ещё сильнее. Он попытался разжечь своё доверие к Джорджу, но оно было всё таким же тусклым. В это время его тело медленно остывало. Это всё, что у него осталось. Он не мог позволить ему выгореть. Ровное сердцебиение Карла и образ Квакити, вытянувшего руки вперёд и смотрящего на непрекращающийся дождь, когда он высматривал Джорджа, составляли ему компанию. — Я скучаю по нему, — тихо сказал Сапнап. Но не достаточно тихо, чтобы Карл его не услышал. — Очень сильно. — Он вернётся, — повторил Карл. Но Сапнап говорил не о Джордже.