Единственный для меня

      Детство Сяо Чжаня нельзя описать только одним словом. У него было все: забота, внимание, счастье, любовь. Он рос в полной семье. У него был любящий, но в меру строгий отец-альфа, заботливый и очень мягкий папа-омега, которого и отец и сын любили настолько сильно, что помогали ему во всем. Тому даже просить ничего не нужно было, его окружали заботой по максимуму.       И в один из пасмурных дней, когда отец Сяо Чжаня, Сяо Су, решил приготовить очередной подарок для любимого омеги, попал в автомобильную аварию. Говорят, что не справился с управлением. Но разве мог человек, что за рулем провел больше пятнадцати лет жизни так просто не справиться с управлением? Вот и папа Сяо Чжаня, Сяо Цинся, тоже не поверил. Поэтому попросил знакомого детектива Чжан Ву проверить еще раз.       Результаты показали, что Сяо Су был пьян, поэтому и с машиной не справился. Алкоголь в крови превышал допустимые ноль целых две десятых промили в четыре раза. Но Сяо Цинся не мог в это поверить, ведь его муж не пил, не говоря уже о том, чтобы в нетрезвом состоянии сесть за руль.       Однако Чжан Ву больше ничего не сказал, только принес свои глубочайшие соболезнования и попросил держаться ради сына. А Сяо Чжаню на тот момент исполнилось девять.       Он был нескладным худым омегой с копной угольно черных волос на голове, внезапно оставшемся без одного из родителей. Сам Сяо Чжань был очень добрым, честным ребенком, любил помогать папе и старушкам-соседкам. А еще очень любил детей, а они отвечали ему взаимностью и широкими яркими улыбками.       И вот пока папа был на работе, Сяо Чжань развлекал малышей на детской площадке около дома своими песнями. Ведь голос у него был волшебный, очень чистый и невольно привлекал много внимания. И одними из тех, кто подошел послушать песню были такие же дети с разбитыми коленками. Двое оказались ровесниками Сяо Чжаня. Одного звали Чжан Исин, второго Ван Цзяэр, а также маленький мальчик четырех лет, младший брат Ван Цзяэра, Ван Ибо, который и привел их на звук этого чудесного голоса. Все трое оказались альфами.       Мальчики отлично танцевали и часто стали проводить время вместе. В парке они даже устраивали небольшие представления: один пел, а два других танцевали. Самый младший, Ван Ибо, неотрывно сидел около Сяо Чжаня, словно прилип к нему. Сяо Чжаню очень нравился этот ребенок, поэтому он не имел ничего против и с радостью проводил с ним время.              Но так как дети учились в разных школах, то лишь немного времени могли проводить вместе. Однако Сяо Чжань и Чжан Исин жили относительно рядом, всего-то в паре домов друг от друга, да еще и папа Чжаня и отец Исина были приятелями, в результате чего мальчики сблизились еще сильнее. Настолько, что родители даже шутили и уже решили поженить тех, когда они подрастут.       Альфа и омега, что выросли вместе разве не чудесно? Только вот сами дети так не считали. Им, конечно, было весело проводить дни, но о большем они и не думали. Пока не настал тот самый день.       Утром уже подросток Сяо Чжань проснулся от того, что все его тело было словно в огне. Папа его в тот день ушел на работу рано и должен был задержаться, какие-то проблемы с заказчиком в архитектурном проекте. Чжань не хотел беспокоить папу, поэтому позвонил Исину и попросил принести лекарств.       Как только Исин услышал голос друга, извинился перед Цзяэром и его младшим десятилетним братом Ван Ибо, ведь они как раз разучивали танец и поспешил к Чжаню. По пути он забежал в аптеку, назвал симптомы аптекарю и к его удивлению ему кроме лекарств дали также презервативы и таблетки от нежелательной беременности. Исин растерялся, потом вспомнил, что его друг омега и что у омег бывают течки. Он не думал, что ЭТО им пригодится, ведь гона у него еще не было. Но спорить не стал, очень уж волновался. Поэтому, быстро расплатившись, уже через десять минут звонил в дверь дома Чжаня.       Когда ему открыли дверь, то Исин почувствовал, как его легкие заполняются невероятно притягательным ароматом свежести, но в тоже время сладости. Фруктовый аромат Чжаня с ярко выраженной нотой сладости просто сводил с ума. И Исин, зайдя в дом, уже не мог думать ни о чем, кроме как о Чжане, причем далеко не в дружеском смысле.       И теперь уже феромоны Исина, а это были ярко выраженные древесные ноты, вырвались и смешались с феромонами омеги. Казалось, что смесь сбивала с ног, круша все на своем пути. И ребята не стали помехой, их также смыла эта волна желания. Кое-как добравшись до спальни Чжаня, Исин повалил его, сминая его губы своими, вылизывая рот и стягивая одежду. Он и сам не заметил, как впал в свой первый гон. Движения обоих были неумелыми, но очень настойчивыми.       Исин гладил тело Чжаня, лаская пальцами его длинную шею. Выступающие ключицы привлекли внимание не только его пальцев, но и губ. Чжань стонал и истекал под ним. Он был готов физически. Исин скользнул рукой от ключиц, проводя руками по вставшим соскам, стройным бокам и бедрам, после чего скользнул на давно уже стоящий возбужденный и истекающий смазкой член. Проведя по нему пару раз и распределяя смазку, он смотрел, как стонет и выгибается под ним Сяо Чжань, издавая просто невероятные звуки похоти, которые срывались с его губ.       Исин не ожидал, что его обычно такой спокойный друг будет вот так реагировать на прикосновения и это ненадолго вернуло ему трезвость ума. Он быстро слез с Чжаня и хотел даже уйти, но почувствовал, что его крепко держат за руку.       – Исин, прости... Давай... Я больше не могу, не уходи. – проговорил со слезами на глазах Чжань.              – Чжань, после этого все изменится, ты это понимаешь? – попытался вразумить друга Исин, хотя самому хотелось обладать Чжанем, чтобы он стонал его имя на пике страсти. Но Исин понимал, что они не истинные, ведь он не чувствовал тот особенный аромат, что выделял бы омегу среди многих, и от этого становилось немного грустно. – Чжань-Чжань, прости, я не могу.       – Исиин... Просто трахни меня или ты оставишь меня мучиться?.. – Чжань-Чжань... – Исин понимал, что однажды ему придется отпустить Чжаня, когда тот найдет свою половинку, ведь Исин влюбился в Чжаня с того самого момента, как впервые увидел его в том парке и как услышал, как он поет. Рушить все из-за похоти он не хотел, но и шанс тоже не хотел терять.              И Чжан Исин отбросил последние крупицы разума, одежды, и подхватив презервативы, завалился обратно, придавливая своим натренированным танцами телом Чжаня к постели.       Они отдавались страсти волнами, которая накатывала на них и чуть спадала после каждого оргазма. Исин контролировал, чтобы даже в презервативе не укусить Чжаня и не совершить сцепку. Тут бы ничего не помогло, а становиться отцом, тем более так рано и в таких обстоятельствам он не хотел. Когда Чжань немного успокоился и задремал, за окном было уже очень темно. Сил у Исина не осталось, но нужно было немного убрать за собой и обтереть потного Чжаня.       Что он и сделал, а так же проверил мигающий уведомлениями телефон. Цзяэр волновался за Чжаня и спрашивал как он. Исина снова начала мучить совесть, ведь его друг также был влюблен в Чжаня. Но он решил, что расскажет все как есть, потому что они договорились, что не будут рушить отношения друзей только потому, что хотят Чжаня только для себя. Так что они условились, что если что-то происходит, они сообщат об этом друг другу, ничего не скрывая и не утаивая. Хотя и боялись признаться Чжаню, чтобы не ставить того в неудобное положение и не заставлять выбирать между ними и оставили окончательный выбор за самим Чжанем. Им хотелось, чтобы он сам выбрал того, к кому потянется его сердце.       Да блин, в Чжаня все были влюблены! Он же само воплощение чистоты и нежности этого мира.       Ч.И. «Чжань сейчас в норме. У него была течка и мы провели ее вместе. Я не кусал его и мы предохранялись.» «Прости.»       Ответ так и не пришел. Исину было жаль своего друга, ведь ему сейчас было очень больно. Но сделанного не воротишь. И, в общем-то, он ни о чем сейчас не жалел. Поэтому, натянув трусы на себя и Чжаня, лег рядом с ним, укрывая одеялом, притянул омегу в свои объятия и заснул. А проснулись они одновременно. Исин кусал губы и не знал, что скажет Чжаню, который сейчас все также лежал к нему прижавшись и, кажется, даже не дышал. А потом они посмотрели друг другу в глаза.       Супер неловкий момент, когда ты просыпаешься с другом, которого знаешь шесть лет, после жаркого необузданного секса, вызванного твоей же природой.       Твою мать!       Исин решил, что начнет первым, он же был альфой и хотел, чтобы Чжань обратил на него внимание и не вовремя течки и взбушевавшихся гормонов.       – Чжань-Чжань... Эм... Я... Мы... – ну да, с разговором у него всегда была беда, а тут еще Чжань лежит и смотрит на него. Небеса, спасайте!       – Исин, не стоит переживать. – Чжань решил, что слов у него сейчас побольше, да и диалоги не сильная сторона его друга. Так что, легко улыбнувшись, он продолжил: – Прости, что заставил тебя вчера. Если я тебе противен после этого, то может так и сказать. Я не хотел принуждать тебя. Это...       – Перестань нести чушь! Сложно принудить альфу к чему-либо! И вообще, ты мне нравишься и без этого всего! – Исин резко захлопнул рот, потому что проболтался. И по выражению лица Чжаня понял, что тот даже не догадывался об этом.       – Эм... Исин...       – Погоди. Не говори ничего. Нет, говори. Ааа! – альфа попробовал справиться со своими эмоциями, которых было больше, чем слов. – Будешь со мной встречаться?       А вот теперь Исин замер от волнения. И на кровати стало на одну статую больше, а неловкость можно было черпать ложками. И именно в этот момент вошел папа Чжаня, Сяо Цинся.       – Утра, мальчики. – он почувствовал смешанные феромоны еще когда открыл дверь в дом. После быстро подошел к спальне сына и услышал их разговор с самого начала. И он правда не хотел мешать, но все же вошел в комнату до того, как понял это. – Не хотел вам мешать, выходите завтракать, как оденетесь.       – Господин Сяо! – Исин подорвался с кровати, но увидев понимающий смешок на свою реакцию, быстро прикрылся валявшейся на полу одеждой.       – Доброе утро. Простите за это.       – Все в порядке. Не торопитесь и выходите.       – Хорошо...       Как только дверь закрылась, из-под одеяла вылез красный как рак Чжань и прыснул от смеха, когда увидел такого же красного Исина.       – Исин, давай попробуем. Это мой ответ на твой вопрос.       Чжан Исин не ожидал, что его не пошлют. Собственно, кроме отказа он не думал, что ему ответят согласием. И снова совесть вперемешку со счастьем стали съедать его. Но он отбросил вещи, подошел к постели и поцеловал своего парня.       Не просто поцеловал, а страстно поцеловал, сминая губы, ероша волосы и лаская тело. И Чжань отвечал ему не менее страстно.       Чжан Исин все это время был его другом, его ровесником, что заговорил с ним, они знают друг друга с девяти лет и иногда ему казалось, что Исин заинтересован в нем. Но спросить не мог, стеснялся. И на разговоры родителей о том, чтобы поженить их, Исин реагировал не так, как если бы был против. Казалось, что он смакует эту мысль. Исин был красивым, очень красивым. Его голос было приятно слушать, его улыбка и глаза завораживали, а когда такой мягкий человек танцевал, то делал это достаточно агрессивно, показывая, что с ним не стоит связываться. Он нравился Чжаню и именно поэтому он решил, что стоит попробовать построить с ним отношения. Тем более родители Сяо Чжаня не были истинными, но очень сильно любили и оберегали друг друга.       За завтраком обстановка была очень расслабленной и непринужденной. Можно было даже подумать, что и не было того утреннего неловкого момента в спальне Чжаня.       – А-Чжань, ты уже решил, что ответишь Исину? – вдруг поинтересовался папа Чжаня. Сок, что только что хотел проглотить Исин, выплеснулся прямо на скатерть, а Чжань подавился яичницей, которую хотел проглотить. Но видя, как Исин бережно постукивает его сына по спине и ласково смотрит на него, помогая проглотить еду, Сяо Цинся и сам все понял.       – Хорошо, вижу, что вы все уладили. Только мальчики, пока без детей, я пока не готов становиться дедушкой. – он засмеялся и вышел, а ребята снова закашлялись и покраснели.