Единственный для меня

      После того разговора в гостиной дома Ванов, ни Цзяэр, ни Ибо практически не виделись с Чжанем и Исином. А если и виделись, то всегда мельком. Чжань только здоровался, бегло пробегая взглядом по ребятам, и быстро отводил глаза, Исин же старался хоть немного поговорить, однако никогда не задерживался больше, чем на несколько фраз. Неловкость было уже не убрать, поэтому на приглашение потусить вместе Чжань стал отвечать постоянными отказами и ссылаться на занятость, Исин же если и соглашался, то всегда приходил один.       Цзяэр сильно скучал по друзьям и даже понимал причину такого тотального игнора. Он всегда приходил с младшим братом, который сейчас для парочки был персоной нон грата. А без младшего он прийти не мог к ним хотя бы потому, что тогда и без того раздраженный Ибо съест весь его мозг своим нытьем, или же если оставить его одного, то обязательно вляпается во что-нибудь. Воистину, шило в его заднице было рождено раньше его самого.       — Ну что, А-Бо, ты доволен? — спросил Цзяэр в один из вечеров, когда Чжань и Исин в очередной раз отклонили приглашение совместного вечера и Цзяэр с Ибо остались одни.              — Я же говорил, что извинился перед Чжань-гэ! Я потом даже домой к нему ходил и все объяснил! – крикнул молодой альфа и добавил уже менее уверенно, — И он простил меня. Вроде. Ну он точно сказал тогда, что простил. Даже улыбнулся.       — Очевидно же, что нет! И Чжань все время улыбается. Улыбался, пока твой длинный язык все не испортил. — рявкнул на него Цзяэр, пытаясь дозвониться хоть до одного из друзей, но телефоны обоих выключены. — Теперь еще и звонки игнорят и телефоны вырубили! Иди сюда, мелкий, и я откручу твою чертову голову!       Они еще немного подурачились и разошлись каждый в свою комнату. Цзяэр почти сразу уснул, а вот Ибо, лежа в кровати и гипнотизируя потолок, вспоминал тот раз, когда он нормально мог говорить с Чжань-гэ. Он вспоминал его теплую улыбку, ласковый взгляд и нежные руки, которыми старший часто до него касался, то хлопая по плечу, то ероша волосы на голове. Сейчас уже и сам Ибо не понимал, почему же он тогда так сильно разозлился. Ведь Чжань-гэ не принадлежит ему, он старше и сам вправе выбирать того, с кем строить отношения. Так почему же?       Ибо решил, что обязательно еще раз зайдет к Чжаню и будет хоть на коленях просить того простить и его, и его длинный язык. Но планам не суждено было исполниться.       Дома никого не было. Он решил зайти к Чжан Исину, благо тот жил рядом. «И прямо как сама судьба сводит их вместе» – подумал Ибо. Исин был дома, но на вопрос о том, где находится сам Сяо Чжань, он не ответил. Только сказал, что Ибо и так уже наговорил много всего и что ЕГО омега сейчас отдыхает, не желая ни с кем разговаривать.       Ибо снова разозлился и посоветовал «не затрахать его до смерти» и прийти к ним или хотя бы ответить на звонки его брата, потому что Цзяэр волнуется за них. А потом развернулся и ушел.       И кто же знал, что омега и правда не желает ни с кем разговаривать. Вообще ни с кем. Сяо Чжань начал закрываться в себе, прячась, как улитка, в свою раковину. Когда он оставался один, ему не хотелось ничем заниматься, он просто сидел на кровати, смотря в одну точку.       Если рядом с ним был его альфа, то настроение омеги прыгало от «плохого» до «ужасного» по нескольку раз за вечер. Сяо Чжань часто впадал в уныние и его папа пытался хоть как-то развеселить и подбодрить сына. Но работа не оставляла ему много свободного времени, так что Чжань все больше и больше времени проводил в одиночестве.       Раньше омега любил петь, рисовал прекрасные пейзажи и часто и много улыбался. Сейчас он больше походил на пустую оболочку самого себя. Под глазами появились синяки от постоянного недосыпа в связи с нарушением сна, точнее, почти полным его отсутствием, кожа приобрела неестественно тусклый оттенок, щеки впали, а само тело стало еще тоньше. Так как Сяо Чжань никогда и не был пухлым, но питался регулярно, то он был стройный. Сейчас же он просто почти вообще не ел, и Исину приходилось чуть ли кормить его с ложечки, чтобы омега хоть что-то ел. Получалось плохо и Исин сам уже начал терять уверенность, что поступает правильно.       Когда папу Чжаня отправили в командировку на полгода в Шанхай, Исин переехал к ним, чтобы приглядывать за Чжанем. Он каждый день говорил, что Чжань самый красивый, говорил, как сильно любит его и как скучает по его улыбке. Каждую ночь Исин крепко прижимал к себе болезненно худое тело и ласкал его руками, окутывал своим ароматом и успокаивал, дарил тепло и чувство защищенности. И мало-помалу Чжань начал возвращаться.       Через три месяца непрерывной и неустанной заботы Исина Сяо Чжань, проснувшись утром в кольце его рук, слабо улыбнулся. Исин был так счастлив, что зацеловал омегу, прижимая к себе.       Исин истосковался по нему, поэтому не удивительно, что когда он увидел легкую улыбку на любимых губах, то позабыл об осторожности и прижал только что проснувшегося омегу к своему телу и возбужденному паху. Тот на мгновение замер, но тем не менее не сопротивлялся. И как только Исин немного отстранился, чтобы удалиться в ванну и справиться, как обычно самому, Чжань положил ладонь на его возбужденный член и начал неуверенно гладить поверх белья.       Исин застыл в нерешительности, ведь после той течки они не были вместе в интимном плане. Но, посмотрев сейчас на омегу и поводив носом по воздуху вокруг него, он понял, что течки нет. Именно Сяо Чжань сейчас ласкает его, Исина, а не омега внутри Чжаня хочет альфу рядом с собой. И Исин не стал медлить или останавливать любимого. Он откинулся на подушку, предоставляя омеге полную свободу действий, чем тот и воспользовался.       Сначала неуверенно, но потом уже смелее, он рукой надрачивал возбужденный член альфы рядом. Когда Исин тихонько застонал от удовольствия, рука Чжаня скользнула в боксеры и уже проводила свои манипуляции оттуда. Вначале омега провел по всей длине, зажимая плоть в кулаке, а после своими длинными пальцами размазал активно выделяющуюся смазку по всему члену и продолжил рукой водить вверх-вниз, а губами начал целовать лежащую перед ним грудь.       Исин застонал громче и, не выдержав, перевернул Чжаня, подминая того под себя и придавливая телом к кровати, прошептал ему на ухо:       — Милый, ты уверен?..       Чжань только более прерывисто задышал и кивнул головой в знак согласия. Он тоже завелся от альфы, который сейчас определенно доминировал, и ему нравилось это. «Неужели я и правда просто похотливая сучка, как и сказал тогда Ван Ибо?» Эта мысль промелькнула в его голове, но ее быстро вытеснили сильные руки, которые уже стянули с него белье и вовсю гладили вставший член ладонью по всей его длине, сжимали его мошонку и сминали ягодицы.       Исин был очень настойчив. Он не хотел больше ждать, да у него и сил на это уже не было. Три месяца он непрерывно и неустанно вытаскивал своего парня из того болота депрессии, в которую он загнал сам себя после слов Ибо. Исин не понимал тогда, почему слова какого-то пацана так сильно эмоционально повлияли на его омегу.       Да, Сяо Чжань был его омегой. Он сам согласился встречаться с ним, сам первый дотронулся до него сегодня и сам же не отвергает его, прогибаясь в пояснице под ним и притираясь пахом к его бедру. Исин не собирался упускать этот шанс точно также, как и в тот их первый раз. Пусть он вышел сумбурным и неловким, но не сейчас. Сейчас все будет по-другому.       Исин оторвался от сладких губ, которые распухли от его поцелуев, и, быстро смазав свои пальцы слюной, припал ртом к восхитительной шее, оставляя дорожку следов от влажных поцелуев, а спустившись чуть ниже, языком принялся ласкать выступающие ключицы. Сяо Чжань стонал под ним в голос, когда губы Исина засасывали кожу на его шее, а зубы немного прикусывали плоть. Язык ощущался как раскаленное железо, сильно распаляя омегу и заставляя хотеть большего. Не просто пальцев, которые его растягивали, ему хотелось, по-настоящему хотелось, чтобы Исин, этот сильный альфа, который сейчас навис над ним, трахнул его. Очень хотелось, чтобы все лишние мысли, а в идеале, чтобы вообще все мысли вылетели из головы. Сяо Чжань не хотел больше думать, только чувствовать. И он подавался вперед, сам насаживаясь на пальцы.       Исин прорычал что-то гортанное ему в шею, но Чжаню было плевать. Он притянул парня к себе, чтобы тот навалился на него всем телом, весом придавливая к кровати, развел ноги достаточно широко и сам поцеловал Исина, притянув того к своим губам. Терпеть альфа больше не мог, да и не хотел. Так что, быстро достав презерватив из прикроватной тумбочки, раскатал латекс по члену и провел несколько раз головкой по пульсирующей дырочке Сяо Чжаня. Он ждал его, он принимал. И это все, что пока что интересовало альфу. Поэтому, разведя руками ноги омеги еще шире, вошел в него одним резким движением сразу полностью, доставая до простаты, и не давая Сяо Чжаню ни секунды ни на то, чтобы привыкнуть, ни на то, чтобы перевести дыхание, сразу же начал трахать его, каждый раз выбирая угол, чтобы омега получил максимальное удовольствие.       И он получал. От первого резкого толчка, а затем и быстрых последующих, на глазах омеги выступили слезы, а с губ срывались стоны удовольствия. Он отпустил себя, позволяя вколачивать в кровать и брать так, как Исин этого хочет. Когда же горячая ладонь альфы легла на его возбужденный, подрагивающий в такт телу член, и когда рукой альфа начал доводить Чжаня до разрядки, омега долго не продержался и кончил спустя всего пару движений, а короткими ногтями царапал Исина по предплечьям от силы оргазма. Исин кончил почти следом за ним, не допуская того, чтобы разбухший узел на члене привел к сцепке. Хоть у Чжаня и не было течки, а у Исина не было гона, однако, не смотря на соблазн, альфа поборол его. После такого яркого до звезд перед глазами оргазма, Чжань притянул альфу к себе в объятия сам, прижал его голову к своей груди и задремал. Исин же еще долго лежал, слушая, как сердце его парня постепенно успокаивается, и с каждым его вздохом бьется медленнее и спокойнее в груди.       После этого Сяо Чжань на глазах начал понемногу расцветать. На его щеках вновь появился румянец, также появились и сами щеки, круги под глазами исчезли, и цвет лица стал более здоровым. Оказывается, омега чудесно готовил и стал баловать Исина своими кулинарными способностями. Альфа от такого разнообразия начал было набирать в весе, но все же быстрый метаболизм взял свое, а сам Исин только подкачался, чтобы не показывать никому начавший было появляться животик. Сильно подкачался. Теперь даже при взгляде на него было видно, что у него отличная фигура, а Чжань стал более стройным, с плавными линиями тела. Регулярный секс с альфой, вкусная еда и отсутствие родительского контроля сделали свое дело. Теперь ребята стали больше походить на пару.