Единственный для меня

      Затем Ибо и Ван Хаосюань вернулись обратно в Пекин. И Ван Ибо пообещал сам себе, глядя на синяки под глазами омеги утром, который только недавно уснул, что даже если он будет при смерти, обязательно будет хотя бы писать этому солнечному человечку.       Порой, когда альфа безумно уставал, только вспоминая улыбку омеги, он мог двигаться дальше с желанием эту самую улыбку сохранить. Но получалось как получалось, то есть очень плохо, что чем больше усилий он прилагал, тем больше неудобств и волнений приносил омеге. Почему все так сложно? Альфа не единожды спрашивал это у себя, но так и не смог дать ответ.       А через несколько дней началась учеба. Тут уже Сяо Чжаню было не до сообщений, потому что уже с первого курса количество предметов переваливало за все допустимые нормы, что уж говорить по всякие факультативы и дополнительные занятия. Также его папа договорился в фирме, где он работал, и Сяо Чжаня готовы были принять в качестве стажера, когда он немного привыкнет к нагрузке в университете. Поэтому писать Ибо он мог только или глубокой ночью, отправляя ему фотографии Орешек или свои селфи с тем, чем они в тот момент занимались, или по выходным. Но Ибо всегда отвечал. Да что уж говорить, после того, что случилось летом, он действительно писал, причем каждый день, рассказывая о произошедшем или просто кидая забавные картинки в чат.       Отец Исина, Чжан Ву, рассказал сыну, что у Вана-младшего все в порядке, владелец в нелегале не замечен и ни по каким делам не привлекался. Также у него открыт еще один полноценный бар в Шанхае, которым управляет некий Сун Цзиян, но и там тоже без криминала. Данную информацию Исин рассказал Цзяэру, и тот немного успокоился. С Сяо Чжанем ребята виделись относительно часто. Ну, как только удавалось схватить его после пар, так и виделись. И стали постоянными посетителями бара-ресторана «Светлая луна», так как дизайн был светлый, с подвесными светильниками в позолоте, сделанными под мрамор столешницами у отдельно стоящих столиков, и безумно мягкими креслами, из которых, расслабившись, очень не хотелось вставать. Сама обстановка была невероятно уютной и нежной.       А вот в Пекине располагалась «Темная луна», и так как дизайнер был один, конечно, Сун Цзиян, то оформление для своего парня он сделал преимущественно в темных тонах. Также были отдельные столики, со столешницами под древесину и не настолько удобными стульями. Но и работали в «Темной луне» в основном подростки, то есть днем, так что больше это напоминало кофейню. Однако за саму отделку Ван Хаосюань отдал просто баснословные деньги, ничуть не жалея ни одного юаня. Оба интерьера были под стать владельцам!       Вот и сегодня Сяо Чжань мило беседовал с Сун Цзияном, который окончил тот же университет, в котором сейчас учится Чжань. А сам Сяо Чжань договорился встретиться здесь с Исином и Цзяэром, но они просто немыслимо опаздывали. Цзиян, видя, что младший расстроен, решил присоединиться к нему, взяв перерыв и решив отвлечься от горы бумаг, в которых погряз его рабочий стол. Так что он, немного подумав, взял бутылку вина, пару бокалов и направился к младшему омеге в надежде скрасить его одиночество, а самому отвлечься от работы.       И как выяснил в процессе разговора омега, у его собеседника была такая же проблема с подавителями. Все таже дурацкая непереносимость. Сун Цзиян рассказал, что в школе и позднее в университете много чего натерпелся из-за этого. Только вот когда терпеть течки стало совершенно невозможно, а это было спустя четыре года после их начала, он не чурался и разовыми связями. Не сказать, чтобы и Чжань не думал об этом, но пока что моральная сторона перевешивала.       А ведь за тот период, когда они расстались с Исином, у омеги было пока только четыре течки без партнера и ощущения так себе. Постоянный плотоядный голод стал накрывать его почти в начале последней. Он тогда заперся дома и лежал, пытаясь помочь себе хоть как-то сбить тот жар тела, что сжигал его изнутри. Даже в секс шопе игрушки себе заказал. Не сильно помогало, но он старался. Немного помогли аромапалочки сандала, которыми в тот период пропахло, пожалуй, все в его доме. А еще помогли записи голоса Ибо. Ничего незаконного, просто Сяо Чжань просил того хоть иногда присылать голосовые сообщения, а не только смешных котов.       Сейчас, сидя на этих очаровательных стульях в «Светлой луне», стыд окрасил щеки Чжаня красным. Его собеседник догадался о причинах изменения его поведения и спросил только.       — Чжань-ди, пока тут нет твоих друзей, скажи, знают ли они о твоей проблеме с таблетками и течками?       — Конечно, нет. Я не могу рассказать им такое! Они сейчас вроде как вместе, ну, или скоро будут, причем Исин мой бывший, который предлагал мне метку, а я открещивался от этого так сильно, как только мог. — Сяо Чжань нахмурил брови так, что появилась складка между бровей, — Я не могу сказать им, Цзиян-гэ, у меня просто язык не повернется. Не хочу, чтобы они волновались. Я должен как-то справиться с этим сам.       — Тогда другой вопрос. У тебя есть пара или альфа, который поможет тебе? — тут уже он сам немного покраснел, — Не думай, что я лезу не в свое дело. Просто до того, как я встретил Хаосюаня каждая течка была для меня или катастрофой, или после жутким стыдом. И я бы не хотел, чтобы и ты через такое проходил. Пойми, таким, как мы таблетки вообще противопоказаны. Скажи мне, у тебя есть пара?       — Моя пара пока еще ахренеть какая юная и все еще несовершеннолетняя. Как по мне, это очень рано, чтобы тащить его в свой мир похоти и проблем. – Чжань роняет голову на стол, легко ударяясь лбом о столешницу. – А когда он вырастет, то вообще не факт, что захочет быть со мной. Мы итак с детства знакомы.       — Это Ван Ибо, да? Тот самый ребенок, с которым приезжал А-Сюань в прошлый раз? — Цзиян легко улыбнулся и погладил Сяо Чжаня по голове. — Хочешь, я напишу А-Сюаню и он присмотрит за ним, чтобы дел не натворил никаких?       — Не нужно. Я считаю, что каждый сам волен выбирать того, с кем ему быть. И истинность или что там еще не должны быть в этом главными. Я не хочу его принуждать. Никогда не хотел и не стану.       — А ты сильный. И это может пойти тебе как во благо, так и оказаться именно тем, что сломает тебя. Тебе может быть очень сложно. — но Сун Цзиян не стал и дальше продолжать эту тему, видя насколько решительный взгляд у его собеседника. — В таком случае, когда станет совсем невыносимо или захочешь просто выговориться, как сегодня, ты всегда можешь придти ко мне. Я помогу тебе всем, чем смогу. И А-Сюань тоже.       — Да, спасибо тебе, Цзиян-гэ.       Потом они немного помолчали, пока пили красное вино, что принес им Цзиян и в это время подошли Исин с Цзяэром. Оба были красные и вспотевшие. Как оказалось, они перепутали время, а потом, чтобы не стоять в пробках, решили пробежаться. Ну а сейчас они стояли около столика рядом с двумя омегами и пытались отдышаться. Так как они оба альфы, то выглядело это весьма забавно. Словно альфы забыли про своих милых омег, а вспомнив, бежали со всех ног. Но Цзиян, только поздоровавшись, быстро удалился, после чего попросил принести ребятам по стакану воды, также по паре бокалов на случай более крепких напитков и меню.       — Это все ты виноват! — видимо, явно не по первому кругу, начал Цзяэр. — Я тебе говорил, что нужно записать время или хотя бы в чате посмотреть. Но ты же самый умный!       — Слушай, ну перепутал. С кем не бывает?       — Со мной! Я терпеть не могу опаздывать и также тех, кто опаздывает сам!       — Я это запомню. Прости, Цзяэр, я буду внимательнее.       — В жопу твою внимательность! — потом Ван Цзяэр отвернулся от Исина, — Чжань-Чжань, этот полоумный затащил меня в книжный после пар. Представляешь, он забыл купить учебник по одному предмету и мне пришлось с ним делиться. А теперь он его весь разрисовал. Он, блядь, как из детского сада только что!       — А-Чжань, прости, ты долго ждешь? — последняя реплика от Цзяэра была успешно проигнорирована. — Я перепутал время, потому что кое-кто забил мне голову своим нытьем.       — Да все в порядке. — Сяо Чжань не хотел откровенно смеяться над ними, поэтому просто улыбался, понимая, что прошедшие годы никак не изменили его друзей. Ну разве что добавили несколько недомолвок от омеги и щепотку нежности между ними двумя. — Я тут как раз с Цзиян-гэ поговорил. Оказывается, он учился там же, где и я. Только он на дизайнера, а я на архитектора. И еще он рассказал мне многое о тех преподавателях, которые до сих пор работают. Так что не переживайте, я не скучал.       — Ну отлично! — Исин также проигнорировал посланный после этого взгляд в свою сторону, — Расскажи, как ты? Выглядишь измотанным, а у тебя праздник на носу. Все же не каждый день исполняется двадцать.       — Не напоминай, а? Хотя... Я же самый молодой из нас троих. — Чжань солнечно улыбнулся и продолжил, — И какого это, когда вам по двадцать, о мои престарелые друзья?       — Вот засранец! Он точно слишком много общается с моим мелким!       На этой фразе Сяо Чжань немного сник, а уголки его губ опустились, делая улыбку печальной. Ведь с Ибо они хоть и общаются, но только по переписке. Ни одного звонка за две недели. Но сейчас учеба в самом разгаре, а у альфы еще и подработка после. А когда не работает, то усердно занимается танцами. Так что Чжань старался не отвлекать того звонками. А альфа не сильно и противился этому.       Казалось, что его устраивает такой формат взаимодействия между ними. Только пустые, ничего не значащие слова, обезличенно написанные в сети, глупые картинки, когда даже эти самые слова заканчивались. Но Сяо Чжань очень старался не думать об этом и забивать свое свободное время учебой, выкладываясь на полную. Со временем боль таких пустых сообщений, а порой и вовсе отсутствие Ван Ибо в своей жизни переносить становилось легче. Пусть и на несколько мгновений, но даже они дарили невообразимое облегчение его израненной душе.       И вот наступил день рождения Сяо Чжаня, и он с ночи не выключал звук на телефоне в надежде получить хотя бы простую гифку или открытку от Ибо. Но чат с альфой упорно молчал. И за весь день так и не ожил. Про омегу просто забыли. И уже далеко не в первый раз. Но сегодня, именно сегодня Сяо Чжань очень надеялся на лучшее, которое так и не произошло.       «Ну да, а чего ты, собственно, удивляешься, Сяо Чжань? Ван Ибо подросток, альфа и у него наверняка много того, о чем нужно помнить. Видимо, ты в этот список не входишь. Пора уже одуматься и перестать мечтать, ведь это ни к чему хорошему не приведет» — такие мысли бродили под конец дня в голове омеги.       Так что перед тем, как выключить телефон, бессмысленно ожидая чего-то, он написал друзьям, что ждет их у себя и что сегодня алкоголь будет литься рекой и катись все остальное и остальные к черту. Благо, завтра выходные. Хотя, омега не уверен, что его остановило бы обратное.       Сяо Чжань не стал ждать друзей, а так как в доме спиртное он не хранил, то отправился в ближайший магазин. Скупив там, наверное, половину алкогольного отдела и с трудом разложив после оплаты это все по пакетам, он очень надеялся, что перестанет думать об одном мальчишке. В идеале вообще думать перестанет. А так как Исин и Цзяэр, и иногда даже Сун Цзиян постоянно его чем-то поили, то организм омеги стал более невосприимчив к алкоголю. Вот и отличная возможность проверить, насколько именно.       Дома он начал пить, стоило только одной ноге зайти в квартиру. Вот прямо с порога. Осушив первую банку, омега даже не заметил, когда это произошло, и удобно устроился на полу, включив фоном какое-то шоу. Танцевальное шоу. И вновь мысли свернули не в том направлении, представляя на месте одного из танцоров чертового Ван Ибо. Сяо Чжань взвыл от обиды и быстро переключил канал. Что угодно, все, что угодно будет лучше этого! Поэтому сейчас его взгляд зацепился за какую-то дораму и, судя по разговорам, определенно романтическую.       «И похер. Раз ее нет в жизни, так хоть тут посмотрю» — подумал Чжань. Но удача омеги сегодня определенно взяла выходной. Он попал на серию, в которой у главного героя было день рождения, а его подруга, которая была тайно в него влюблена, приготовила ему сюрприз. И страстный поцелуй стал ей в итоге наградой за старания.       «Ну да, мы же не в дораме. Какая ванильная хрень! Да и мы с Ибо не главные герои» — Сяо Чжань поразился своим мыслям. Опять, блядь, вспомнил про Ван Ибо. И осушил залпом еще одну банку. И вот после пятой или шестой его уже знатно повело, а в дверь позвонили.       Между тем, Исин, Цзяэр и еще один незнакомец пришли спустя минут сорок с его сообщения, а Сяо Чжань уже с трудом стоял на ногах. Омегу сильно шатало, когда он открывал дверь, но это совершенно не остановило его от того, чтобы забрать банку из пакета и начать пить прямо из горла. Орешек благоразумно лежала на своем излюбленном месте - подушке Чжаня и немигающим взглядом, полным осуждения смотрела на то, что творит ее хозяин.       Ребята втроем зашли в квартиру и устроились около столика, на котором уже красовалась целая гора пустых банок и упаковок от снеков. Определенно, Сяо Чжань не скучал тут в одиночестве.       — Чжань-Чжань, именинник ты наш проблемный, ты давно пьешь? — поинтересовался Цзяэр, когда тот, чуть не упав, в очередной раз, завалился на барную стойку в поисках опоры.       — Да! Все отлично! — потом он присмотрелся к вошедшей компании, — У меня или что-то совсем плохо с глазами, или вас правда трое?       — О, точно! — Исин хлопнул по плечу пришедшего с ними парня, – Это Даррен Ванг, он учится с нами, только на актерском отделении и занимается танцами для души. А сам приехал аж с Тайваня, а мы все уши прожужжали о тебе, наверное, всему универу. Так что он захотел пойти с нами и познакомиться с тобой. Ты же не против?       — Нееет! Почему я должен быть против? — Чжань солнечно и ярко улыбнулся, однако улыбка померкла так же быстро, как и появилась. И он обратился к пришедшему, — Только без подкатов! И без чертовых танцев! Сегодня никаких танцев!       — Не вопрос. — голос этого парня завораживал мягкостью тембра и был очень приятен для слуха. Сяо Чжань в два шага преодолел расстояние между ними и придвинулся к парню вплотную.       — У тебя красивый голос. Скажи еще что-нибудь! — и омега садиться к нему вплотную, прижимаясь к боку нового знакомого, — Просто расскажи о себе. Не, просто говори. Не важно что, просто хочу слушать.       Исин и Цзяэр переглянулись между собой. Они совершенно не ожидали такой реакции их друга на совершенно постороннего альфу. Он даже со всеми знакомыми всегда себя контролировал, а тут... Возможно, виной всему определенный переизбыток алкоголя в крови, тем не менее, поведение омеги настораживало. Глаза их определенно не обманывали, Чжань тянется к нему, как кот к миске молока. И насколько они успели узнать Даррена, он хороший парень. И у Цзяэра, видя эту картину, появилась тревога, которую он тут же озвучил Исину на ухо.       — Исин, я понимаю, что Даррен классный и все такое. Но может не стоило брать его с собой? Посмотри на них! — и он головой указывает направление на ребят, которые словно прилипли друг к другу. Точнее, это Чжань прилип к нему, а вот альфа просто не отодвигался, позволяя омеге делать все, что тому захочется. Даррен что-то тихо говорил, а Чжань слушал его и время от времени кивал. — А что, если Чжань запал на него? Я никогда не видел, чтобы он проявлял интерес хоть к кому-то. Тем более вот так. Что будет с мелким? Он же баран упертый и уверен, что А-Чжань никуда не денется, оставаясь один. Не удивлюсь, если у него в голове транспарант, типа «Истинность важнее всего!» Малой и правда сильно влюбился в нашего Чжань-Чжаня.       — Слушай, не в обиду твоему брату, но А-Чжаню хорошо будет найти себе того, кто будет с ним рядом постоянно. И желательно его же возраста. А не того, кто даже не удосужился написать или позвонить в его праздник. С чего думаешь наш друг так напился? — Исин серьезно посмотрел на Ван Цзяэра, как бы говоря, «Ибо еще слишком мал для отношений. А его поведение и поступки не достойны нашего друга» — Так что извини, но я бы хотел, чтобы у них все получилось.       И они синхронно посмотрели на Чжаня, который в руках сжимал выключенный телефон. Но никто не знал, что в этот самый момент решается судьба юного альфы.       Что же он выберет: быть рядом со своим омегой или же возможность творческого развития с перспективой безбедной жизни в будущем?