Я стану твоим домом

Все воспоминания будто стёрли разом из памяти. Сейчас он не уверен даже в том, кто он такой и что делает в этом ужасном клубе с громыхающей музыкой и ощутимой вонью. Не помнит от кого, а тем более, куда он бежит, гонимый страхом. Пошатываясь, ощущая, что силы покидают его тело с каждой минутой всё быстрее, он двигается по коридору, опираясь на стену, оставляя на ней кровавые следы. Ему необходимо найти выход отсюда. Поплутав пару минут, он нашёл заветную дверь, затем наконец оказавшись на улице, где в его лёгкие попадает свежий морозный воздух, он думает только об одном: «Нужно позвонить». В кармане лежит, на удивление, работающий телефон, который тот видит впервые, список контактов абсолютно пуст — устройство не принадлежит ему — он уверен — явно кто-то подкинул, но времени выяснять кто это сделал и зачем нет. Пальцы машинально набирают номер, который он помнит хорошо, в отличие от своего собственного имени. — А-ало? — произносит он неуверенно. На звонок отвечают почти сразу. — Чимин? О боже, Чимин, это правда ты? — раздаётся в динамике красивый мужской голос, полный волнения. — Я… Чимин? — от этих слов у Юнги сжимается сердце. Этот вопрос порождает миллион встречных, заставляя ощущать вязкую панику, давящую на грудь тяжёлым грузом. Однако переживать некогда, вот заберёт Чимина —можно будет. — Малыш, ты, главное, не бойся, — пытается он говорить мягче. — Скажи мне, где ты, и я за тобой приеду, — Юнги уже хватает куртку и ключи от машины. — Я-я не з-знаю… Это какой-то клуб… — оглядываясь, он все равно не может понять, где находится, глазу просто не за что зацепиться, но страх и чувство, что он от кого-то бежал, заставляют искать укрытие. Он обращает внимание на старую дверь без замка рядом с той, за которой он только что был. — Клуб? У него есть название, малыш? — Юнги уже спустился к машине и, достав второй телефон, открыл общий чат, но, передумав почти сразу, открыл другой — без менеджеров. — Н-нет, — на глаза наворачиваются слезы, младший спешит спрятаться. За дверью без замка был давно заброшенный склад, Чимин сел в углу, сжавшись в комочек. Ему холодно и страшно, только голос из динамика дарит необходимое сейчас спокойствие, пробираясь под кожу. — Тшшш, успокойся, не плачь, только не плачь, —звучит из телефона. — Я сейчас позвоню Намджуну, он отследит твой номер, и я приеду. Хорошо? — в их общем чате сейчас творится настоящая суматоха: вопросы от каждого льются нескончаемым потоком. Так что Юнги просто переходит в диалог с Намджуном и пишет ему лично. Можно было бы написать Чонгуку, он с компьютером «на ты», но сейчас макнэ явно не в состоянии, а вот у лидера найдутся толковые друзья, не задающие лишних вопросов. — Д-да… А как тебя зовут? — Чимин уже дрожит от холода, у него кружится голова, но он всё равно начеку и вздрагивает от каждого шороха. — Юнги. Меня зовут Мин Юнги, — это имя кажется Чимину до боли знакомым, но вспомнить хоть что-то не получается, как бы он ни старался, — Малыш, я уже еду. Я заберу тебя домой. Сразу после этой фразы Юнги получает сообщение с адресом, глаза наполняются слезами, когда он понимает, что происходящее – не сон. — Мне страшно, — как будто чувствуя слезы Юнги, Чимин начинает всхлипывать. — Малыш, мне нужно повесить трубку, чтобы приехать, — он не хочет оставлять младшего в одиночестве сейчас, но гнать по шоссе зимой лучше не отвлекаясь на разговоры, так будет быстрее и безопаснее. — Нет, нет, нет. Пожалуйста. Не бросай меня, не бросай, — у младшего явно начинается истерика, а Юнги плюёт на опасность и, переводя звонок на машину, выезжает с парковки. — Ладно, хорошо, не переживай, малыш. Я еду, слышишь? Я уже еду, — Юнги буквально мчит, превышая скорость, лишь бы побыстрее оказаться рядом. Чимин старается сосредоточиться на словах, что Юнги всё продолжает повторять. Нужно лишь немного подождать, и его заберут Домой… Так ведь Юнги сказал? *** Юнги пытается успокоить Чимина, не задавая ни единого вопроса, чтобы не напугать ещё больше. У них ещё будет время обо всём поговорить. — Я уже подъезжаю, Чимин~а, — говорит он, видя на навигаторе, что до клуба осталось 200 метров. Спустя минуты возле входа в клуб останавливается чёрный внедорожник. Из него, даже не заглушив мотор, выбегает красивый молодой мужчина, панически оглядываясь вокруг. — Чимин~а, — зовёт он негромко. Это же то место, верно? Тот адрес? Чимин заметил звук приближающейся машины, голос старшего в телефоне затих, а после Пак услышал собственное имя. «Это Юнги» — понял он. Приложив немало усилий, чтобы подняться и не меньше, чтобы начать двигаться туда, откуда раздавался голос, Чимин медленно побрёл к выходу. Он аккуратно выглянул из своего укрытия, всё ещё боязливо смотря на Юнги, но тот даже опомниться не дал, резко подбегая и сгребая в крепкие объятия. — Живой… — только и слышит Чимин, слова теряются, когда старший утыкается ему в шею. Он обнимал так крепко, что у Пака резко заболели ребра, он поморщился. Так же внезапно, как и начались, объятия прекратились, а Юнги стал осматривать младшего с ног до головы. — Это твоя кровь? — спрашивает он, дойдя взглядом до рук: аккуратные ладошки все покрыты кровью, и её следы явно уходят под одежду. Одет Чимин не по погоде: грязные джинсы с потертыми коленками и кофта, открывающая вид на ключицы. Он похудел, Юнги сразу это заметил, кожа стала бледнее обычного, а губы искусаны до крови. — Я н-не знаю, — такое внимание должно бы пугать, ведь старший его разглядывает пристально, но Чимин почему-то слишком доверяет этому, казалось бы, незнакомцу. — Ладно, вот приедем в больницу, и тебя там хорошенько осмотрят. — Юнги снимает с себя куртку и накидывает её Паку на плечи, аккуратно, чтобы не навредить, если тот ранен. — Но Юнги, ты обещал домой! Давай не поедем в больницу? Я хочу домой. Ты же обещал! — тараторит младший, хватаясь за плечи Мина руками. — Хорошо, домой, — сдаётся Юнги, — но я всё равно вызову доктора. А потом, если будет необходимо, мы сразу поедем в больницу, — Юнги приобнимает его, пытаясь придать голосу уверенности. Чимин здесь, рядом, живой и относительно здоровый. Они справятся. Он тянет Чимина за руку, затем усаживая в машину, стараясь мягко отцепить младшего от себя. Сам он обходит машину, садясь за руль, проверяет Чимина ещё раз и уезжает. Подальше от этого места. Какое-то время они едут в тишине, каждый в своих мыслях. — Кто я? — прерывает молчание Чимин. — Кто я, Юнги? — он смотрит на хёна глазами, полными слёз. — Я-я не помню… — уже плача произносит он сквозь всхлипы, — Ничего не помню, Юнги, — плач стремительно превращается в рыдания. А у Юнги в который раз сжимается сердце. Господи, во что превратили его Малыша, что сделали?! Мин готов уничтожить всех причастных, ведь видеть Чимина, их ангела, их цыплёнка, таким… Это так больно. Его Чимин~и напуган… Так чертовски напуган. —Ты Пак Чимин, ты айдол и мировая звезда… И ты… Пропал 3 года назад.