V
2 января 2022 г., 22:43
К наступлению месяца Середины Года, в который у Мирили намечена поездка на Солстхейм, последствия отравления горноцветом полностью проходят. Проблемы, основная из которых «где найти деньги на содержание Коллегии», разумеется, никуда не деваются. Проблемы текущие, проблемы, унаследованные от Савоса Арена, проблемы, возникшие после гибели Мирабеллы Эрвин, непонятно как справлявшейся с этим всем... их по-прежнему надо решать. Но Мирили больше не пытается «съесть» этот «пирог» в один заход, осознав, что проще и надежнее отщипывать по кусочку. Точнее, решать проблемы последовательно, сосредоточившись на требующих совсем уж срочных действий и на тех, что ей по силам. А по силам ей... увы, пока немногое. И переложить решение хотя бы части проблем не на кого.
А еще надо получить хотя бы одно мастерство, чтобы перестать позорить звание «архимаг». Конечно, мастерства в одной Школе недостаточно, но это лучше, чем ни одного вовсе. Мирили по-прежнему намерена начать с Зачарования. В конце концов сейчас это едва ли не основная статья доходов Коллегии.
Готовясь к поездке – Нелот соизволил-таки ответить на её письмо и выразил желание исследовать посох Магнуса – Мирили проводит много времени во владениях Сергия Турриана, освежая некогда полученные в Тель-Митрине знания и навыки. С пользой для Коллегии, разумеется. И соблюдая осторожность. Причина последнему, как и прежде, сопровождает её по всей Коллегии, пристально следя за тем, чтобы она, не приведи Предки, не перетрудилась.
Это было бы лестно или могло показаться милым, не знай Мирили, что забота Анкано проистекает из нежелания потерять квама, несущую золотые яйца. Ненависти в нем за минувший год вряд ли убавилось, но он явно научился лучше её скрывать. По крайней мере, рядом с ним у Мирили больше не возникает ощущения, будто её вот-вот затянет в смоляную бездну... хотя, возможно, это всего лишь привычка.
Впрочем, остальные преподаватели Коллегии на Анкано тоже больше не жалуются. Да, он все так же посещает проводимые в Зале Стихий занятия. Но не мешает, кроме как самим своим присутствием. Не перебивает лектора, как когда-то, не комментирует ответы учеников, не приближается... Просто молча наблюдает с ничего не выражающим лицом или, уткнувшись в принесенную с собой книгу, делает вид, что увлечен чтением.
Пару раз в Коллегии объявляется уже знакомый «громила» со сломанным носом – тот самый, из Лабиринтиана, который позднее выручил их с Брелиной. Логично – «невыездной» Анкано должен как-то переправлять свои отчеты руководству. В первый раз увидев его во дворе Коллегии, подпирающим плечом одну из колонн, Мирили не сразу понимает, кто этот смутно знакомый альтмер и что он здесь забыл – в стеклянной броне вместо черно-золотого талморского одеяния, лениво-расслабленный и провожающий заинтересованным взглядом смущающихся учениц, он похож на успешного наемника, а не на юстициара. Заметив Мирили, он наклоняет голову в приветствии... уважительно, если не заметить иронии, светящейся в его раскосых зеленых глазах. Мирили замечает... и небрежно кивает в ответ, словно говоря: «А, это ты...» Нет, ей совершенно не интересно пикироваться с ним даже взглядами, но и оставлять его выпад без внимания она не намерена. Впрочем, ему почти сразу становится не до нее – на пороге центральной башни возникает Анкано и талморец мгновенно подбирается. От образа наемника не остается и следа, перед Мирили солдат – один из тех, что воевали против Империи, когда она, только-только сбежавшая с Солстхейма и не знавшая, в общем-то, жизни за пределами телваннийских грибных башен, пыталась как-то обжиться сначала в виндхельмском Квартале Серых, потом в маркартском Муравейнике, где и осела, пока в город не нагрянули войска Ульфрика Буревестника... Подслушивать беседу его и Анкано Мирили не собирается, а потому уходит, успев напоследок услышать его имя – Эстормо.
Обменявшись знаниями в Зачаровании – оказывается, что их с Сергием Туррианом знания почти равны – Мирили в очередной раз убеждается, что надо двигаться дальше. Но единственный известный ей мастер-зачарователь – Нелот Телванни. Тот, от кого она сбежала более двадцати лет назад, спасая свои жизнь и рассудок. И несмотря на давно принятое решение, несмотря на необходимость проконсультироваться по поводу посоха Магнуса... Мирили тянет время, хоть и понимает, что деваться ей некуда. Слишком страшно вновь встретиться с бывшим наставником – мерзкий характер мастера Нелота ей хорошо известен. И несмотря на то, что ей есть чем его умаслить – тем самым посохом Магнуса – Мирили боится этой встречи. Но все же, скрепя сердце, собирается в эту поездку – других мастеров Зачарования она не знает.
Анкано вновь недоволен. И не скрывает. Но покинуть стены Коллегии он не может – в отсутствие архимага именно на нем лежит задача взаимодействия с представителями других магических организаций, вроде Коллегии Шепчущих и Синода. Под присмотром Толфдира и Фаральды, разумеется. Кроме того, Мирили беседует с Энтиром – он единственный, помимо Фаральды, кто что-то из себя представляет, как боец. Недаром же еще Савос Арен назначил его на должность тьютора, способного в случае чего, справиться с оравой взбесившихся недоучек. Конечно, взбесившийся Анкано – противник посерьезнее... но Мирили уверена, что ничего не случится. А разговор с Энтиром – просто мера предосторожности.
Как и в прошлом путешествии, её сопровождает Брелина Марион. Мирили понимает, что такой выбор отдает кумовством и фаворитизмом: обе данмерки, обе Телванни, к тому же дальние родственницы. Тот же Онмунд в пепельных пустошах южного Солстхейма был бы намного полезнее, с его талантами в магии Разрушения и полученными от Колетты Маренс умениями... но Нелота лучше не раздражать, являясь к нему в компании неданмера. Он и без этого найдет повод для недовольства.
Мирили успевает порадоваться очередному – временному, увы, – избавлению от общества советника: несмотря на то, что она вроде бы успела привыкнуть к его постоянному присутствию, оно её все же тяготит, а его забота о её здоровье раздражает. Хотя она и благодарна Анкано за то, что он не лицемерит: он по-прежнему ненавидит её и презирает всех остальных. Мирили об этом помнит и потому держится настороже. Но постоянная готовность выматывает... поэтому, несмотря на крепнущую любовь к Коллегии, постепенно становящейся ей домом, Мирили радуется каждому дню, проведенному за её стенами... пока в виндхельмском порту не встречает дожидающегося их Эстормо.
С талморцем, вновь вместо узнаваемого одеяния юстициара экипированным в не менее узнаваемую стеклянную броню, Мирили сталкивается едва не нос к носу. Задумка Эстормо поражает простотой и наглостью – ненавидящим талморцев Братьям Бури даже в страшном сне не приснится, что один из этих самых талморцев может спокойно разгуливать по Виндхельму. Сама мысль об этом кажется абсурдной, а потому альтмер в стеклянных доспехах не вызывает ни у кого особого удивления, разве что редкие неприязненные или завистливые взгляды. Ну, альтмер, ну, броня... с талморца же, наверное, и снял – она на них, альтмеров и кована... Что? Талморец, здесь? Невозможно!
И Мирили имела все шансы попасть в ту же логическую ловушку, если бы не знала именно этого альтмера в лицо. И по имени.
Эстормо оказывается в Виндхельме не случайно – по его словам, его заданием является охрана архимага.
– И слежка, – тихонько бурчит из-за спины Мирили Брелина.
А потом тихонько – чтобы Эстормо точно не расслышал – добавляет, что в последнее время просто шагнуть некуда, чтобы не споткнуться об очередного талморца.
Мирили только иронично усмехается – разумеется, Эстормо будет за ней шпионить. Но и защищать её в случае нужды он тоже будет – и видно, что это ему не очень-то по нраву. И только потом, закрывшись в своей комнате в «Очаге и Свече», позволяет себе беззвучно – чтобы не привлечь чужого внимания – завыть от переполняющего её бессильного гнева...
Анкано её все-таки переиграл. Не имея возможности покинуть стены Коллегии лично, он приставил к ней соглядатая. И ей остается только надеяться, что присутствие Эстормо будет таким же молчаливым и не слишком навязчивым. И, разумеется, гораздо менее утомительным. Впрочем, учитывая их знакомство – Мирили тогда, в Лабиринтиане, просто снесла его молниями с дороги – на последнее рассчитывать глупо. Вряд ли Эстормо питает к ней симпатию, за то, что она тогда не стала его добивать...
Впрочем, во время плавания до Солстхейма Эстормо ей действительно не докучает своим обществом. Да и в Вороньей Скале тоже.
В Тель Митрин Мирили Эстормо не берет. Тот, разумеется, пытается возражать, приводя в качестве аргумента полученный приказ... но она лишь спокойно интересуется, готов ли он в таком случае стать участником очередного эксперимента? Им-то с Брелиной ничего не грозит, в силу принадлежности к Дому Телванни... а вот залетному нваху может не повезти. И гневом Талмора Нелота не испугать. Эстормо, видимо, все же осведомленный об отношении морровиндских Великих Домов к правительству Альдмерского Доминиона, неохотно сдается, оставшись в «Пьяном нетче», где они сняли комнаты.
А вот с Брелиной разговор другой. По пути к Тель Митрину, пользуясь тем, что, кроме пепельных отродий, подслушать их некому, Мирили предупреждает её, что показываться советнику Дома Телванни на глаза лишний раз не стоит. Даже ради уроков Колдовства и Зачарования. Как и о том, что принадлежность к одному из не последних семейств Дома Телванни не остановила Нелота в прошлом от попыток заставить её, Мирили, участвовать в эксперименте на грани с некромантией. Настолько не остановила, что единственным шансом на спасение для нее стало бегство, причем не только из Тель Митрина, но и с Солстхейма вообще. Брелина, не понаслышке знакомая с замашками некоторых старых советников Телванни, серьезно кивает и обещает держаться от советника Нелота подальше. И когда они добираются, наконец, до Тель Митрина, остается снаружи, в обществе нового, незнакомого Мирили ученика мастера Нелота. Тем более, тот сам оказывается мастером Школы Колддовства и с удовольствием соглашается ответить на имеющиеся у Брелины вопросы.
Встреча же Мирили с бывшим наставником проходит едва ли не хуже, чем она ожидала. За двадцать лет свободы она отвыкла от его манер и отношения к ученикам... и искренне рада тому, что свидетелей её унижения нет: Нелот долго, изобретательно и с явным наслаждением отыгрывается на ней и за побег, и за прочие, по большей части мнимые, прегрешения. К счастью, исключительно словесно. Но он все же соглашается закончить её обучение Зачарованию. И, к огромному облегчению Мирили, ничего, кроме денег, пусть и немалых, за это не требует.
Все дело в посохе Магнуса – он приводит Нелота в такой восторг, что выторговать пару дополнительных условий, прежде чем тот приходит в себя, ей не составляет труда. Правда, Мирили приходится за посох буквально сражаться – Нелот желает забрать его себе в коллекцию. Но тут она стоит насмерть: изучать – сколько угодно, забрать – нет. Потому что это единственный артефакт, который способен помочь ликвидировать последствия выплеска магической энергии из Ока Магнуса. Упоминание еще одного легендарного артефакта вызывает у Нелота живейший интерес... пока Мирили не сообщает, что его забрали на Артейум.
На волне предвкушения Нелотом всестороннего исследования посоха, Мирили удается выторговать для себя участие в оном и ознакомление с записями. А вот делать списки спохватившийся Нелот уже не разрешает. Но Мирили, понимая, что и так выторговала весьма немало, не настаивает.
Обучение у Нелота длится в этот раз немногим более месяца, но каждый день становится для Мирили серьезной проверкой на прочность и стойкость. Она отвыкла... она забыла. А вот Нелот не забыл ничего. И ничего не простил бывшей ученице: ни побега, ни отказа подарить – на худой конец, продать – посох Магнуса. Его объяснения кратки и отрывочны, его записи о посохе предельно скудны и почти нечитаемы. Не участвуй Мирили в исследованиях сама, она не поняла бы и десятой части заметок, неохотно врученных ей после настойчивых напоминаний. Зато он щедр на оскорбления и разносы, пользуясь любым удобным случаем. Уже с второй недели обучения Мирили Брелина, оставшаяся в Вороньей Скале, покупает у Милоры Йент успокоительные зелья в просто неприличном количестве. К счастью, той хватает объяснения «учеба у мастера Нелота», чтобы больше не задавать вопросов – что из себя представляет Нелот Телванни, в Вороньей Скале давно уяснили. А к концу месяца, когда Мирили от желания убить дорогого наставника почти не спасают даже зелья, Нелот неожиданно заявляет, что дальше ей придется постигать Зачарование самостоятельно. Не потому что ему нечему больше её научить – нет, он открыто говорит, что ему не нужны конкуренты. Отойдя от удивления, Мирили искренне радуется – терпеть его скверный нрав у неё уже нет никаких сил. Да и уже полученных знаний и навыков для подтверждения мастерства хватает с избытком.
Эстормо, увидев её в «Пьяном нетче», давится шейном, а Гелдис Садри сначала долго разглядывает её, а потом со вздохом наливает здоровенную кружку своей фирменной суджаммы «за счет заведения» и поздравляет с завершением мучения. И позже, увидев себя в зеркале, Мирили понимает причину – она выглядит немногим лучше несвежего мертвеца. Фирменная суджамма Гелдиса вкупе с нервным истощением действуют поистине сокрушительно и целые сутки после возвращения в Воронью Скалу Мирили беспробудно спит. К её пробуждению Эстормо уже собран и готов к возвращению – ему уже известно, что их дела на Солстхейме закончены.
Однако его чаяниям не суждено сбыться: «Северной Девы» в порту нет. К тому же Красная Гора выбрасывает очередной клуб пепла, который ветром уносит в сторону Солстхейма. Сам остров пепельное облако почти не задевает, но вот пролив между ним и материком оказывается полностью перекрыт.
Впрочем, страдает только Эстормо: в отличие от Мирили, занятой учебой, и Брелины, нашедшей себе компаньона в лице Талваса Фатриона, того самого ученика Нелота, он компанию, достойную себя, отыскать в Вороньей Скале так и не сумел: на величие Талмора плевали не только Телванни, но и Редоран. К тому же между альтмерами и данмерами взаимная неприязнь тянется как бы не с Эры Рассвета. Поэтому Эстормо пришлось весь месяц почти безвылазно просидеть в «Пьяном нетче». И приходится сидеть дальше: своих вынужденных спутниц достойной компанией он тоже явно не считает.
Впрочем, их обеих это ничуть не задевает. Брелина, пользуясь возможностью, каждый день сбегает в Тель Митрин, к Талвасу, общение с которым явно успело выйти далеко за пределы обсуждения Колдовства. А Мирили находит себе компанию в лице уже не очень молодого, но весьма привлекательного наемника-редоранца, коротающего время в общем зале клуба.
Собственно, заскучавший наемник окликает её сам, предлагая услуги мечника. И его меч Мирили, безусловно заинтересовывает – тот, который у него в штанах. Но на смену мыслям фривольным приходят мысли практичные: Солстхейм просто кладезь экзотических для Скайрима ингредиентов... которые можно выгодно продать. Через того же Энтира. Ушлый полукровка наверняка поимеет с того свою выгоду... но и Коллегию не обидит. Вот только эти экзотические ингредиенты надо для начала добыть... И Мирили решительно нанимает редоранца, намереваясь совместить полезное для Коллегии с приятным для себя лично.
Телдрин – так зовут наемника – оказывается именно так хорош, как о себе говорил. Даже лучше. И обоими своими мечами владеет, на взгляд Мирили, поистине виртуозно – как во время вылазок за ингредиентами, так и в часы отдыха, которые они проводят в занимаемой им комнате в «Пьяном нетче». Единственным его недостатком оказывается его непомерное самомнение, но Мирили, изголодавшейся по мужской ласке, на это плевать. После общения с Анкано и Нелотом она этого почти не замечает. Так что, когда спустя две недели ветер меняет направление, унося пепел в сторону Блэклайта, и в Воронью Скалу наконец прибывает «Северная Дева», Мирили расстается с Телдрином с толикой сожаления.
Возвращение из Виндхельма в Винтерхолд не затягивается. Сидя в нанятой повозке, Мирили предвкушает, как сдаст добытое Энтиру, Брелина – встречу с однокашниками. И обе тайком вздыхают по оставшимся на Солстхейме мужчинам. На физиономии же Эстормо кислое выражение наконец сменяется каким-то умиротворением, переходящим в нескрываемое облегчение, когда впереди показывается окраина Винтерхолда. Мирили это забавляет, но она старается не подавать вида.
А перед входом в Коллегию её, как и в прошлый раз встречает Анкано. Стоит, сложив на груди руки и почти перегородив дорогу к Залу Стихий. Внимательно изучает нечитаемым взглядом её лицо, пока она идет по двору Коллегии. Но стоит ей оказаться рядом, как он отступает в сторону. И, как и в прошлый раз, негромко говорит:
– С возвращением, архимаг.
