Момент перелома

День прошел без чудес Без наигранных скукой фокусов Не пытался взлететь до небес Не стоял, качаясь, над пропастью Как мне жаль, но это такая реальность (БИ-2 «Над пропастью во ржи»)

Через два месяца после возвращения Джона на Бейкер-стрит

— У тебя жар, — заметил Шерлок, когда Джон поставил перед ним стакан воды и блюдце с таблетками. — В чем дело? Джону стало плохо еще вчера утром, но ему некогда было позаботиться о себе. Накануне он сопровождал Шерлока в Лилль, и даже с учетом того, что туда и обратно их доставил водитель Майкрофта, Джон ужасно устал. У него ломило все тело, голова раскалывалась от боли, в глаза словно песка насыпали. Он только сейчас вспомнил, что не ел почти сутки, ограничившись бисквитом и чашкой чая. Шерлок брюзжал целый день, придирался к каждой мелочи, жаловался на боль, на тошноту, на погоду, на все подряд, умудряясь обвинять в этом Джона. Он сумел довести до ручки невозмутимого шофера, который несколько раз бросал укоризненный взгляд в зеркало заднего вида. Потому Джон не рискнул сообщить о своем недомогании, чтобы не спровоцировать у Шерлока очередной взрыв негодования. Утром легче не стало, Джон усиленно игнорировал тот факт, что у него, скорее всего, грипп. Он представил, как Шерлок отреагирует на новость, что его личный помощник окажется недееспособным на несколько дней: Взбесится. Он просто взбесится, а потом подумал: Я настоящий идиот. С чего бы мне бояться признаться, что подхватил обычный грипп? — Заболел. Схожу в аптеку, потом отлежусь в своей комнате. Надо было еще вчера об этом сказать. — Вот именно, надо было, а не заражать всех вокруг. — Шерлок с брезгливостью глянул на стакан и указательным пальцем отодвинул от себя. — Убирайся куда подальше, желательно, вообще из квартиры. — А как же ты? — Что я? — Шерлок одну за другой закидывал таблетки и капсулы в рот, глотая без малейших проблем. — Кто будет тебе помогать? — Ты второй день заразу распространяешь, если на себя наплевать, то обо мне подумай, какой ты после этого врач? — Ни в какую гостиницу я не пойду, — зло ответил Джон. — Сначала в аптеку, потом в свою спальню. Здесь же установили лампы для кварцевания, включи, посиди у себя с полчаса. Взгляд Шерлока стал жестким, неприятным. — Ты мне больной не нужен. Проваливай. — Даже так? — разозлился Джон. У него пересохло в горле, голова кружилась, хотелось лечь прямо тут и никогда не вставать. — Я верчусь вокруг тебя сутки напролет, а ты не можешь хотя бы для приличия изобразить сочувствие? — Мы только что познакомились? — Шерлок снова отодвинул стакан. — Здравствуйте, меня зовут Шерлок Холмс, я не умею сопереживать и тем более сочувствовать. — Лжешь, все ты умеешь. — С чего бы мне проявлять по отношению к тебе какие-то чувства? — С того, что я не подписывался на такое! Должна быть хоть какая-то отдача! — До чего же ты забавный. — Шерлок толкнул злосчастный стакан, который упал на пол, расплескивая воду и разлетаясь тонкими осколками. — Не смей выставлять счета. Тебя здесь вообще не должно быть. Скажи спасибо, что я отказался подать в суд за то, что ты натворил. — Спасибо! — Джон не стал убирать битое стекло. — А теперь я иду в аптеку. — Ты идешь в гостиницу. Или я лично вышвырну твое отвратительное тело, нашпигованное вирусами, из окна. — Сил не хватит. — В пылу ссоры Джон забыл о своих недомоганиях. — Ну же, давай, вышвырни, я посмотрю на это. Шерлок поднялся, пошатываясь, но явно не собираясь пользоваться костылями. — Вон из моего дома, — прошипел он. — Прояви терпение, я выздоровею через пару-тройку дней. И ты сможешь с прежним вдохновением вытирать об меня ноги. — Терпение? — фыркнул Шерлок, уродливо ухмыляясь. — И это ты будешь мне о терпении рассказывать? Я терпел твою невесту, подготовку к свадьбе, всю эту возню, изматывающую и абсолютно бессмысленную. И что получил в ответ? Почти выбитую челюсть и сломанную спину! — Сколько лет я буду извиняться? И что должен сделать, чтобы окончательно загладить свою вину? — Никаких твоих стараний не хватит для искупления. Ты отнял у меня жизнь! — Боже, какой пафос! — Я всегда был проблемой, для своей семьи, для окружающих. У меня нарциссическое расстройство личности (1), я нетерпим к людям, никогда ничего не прощаю, и, как оказалось, способен на убийства и пытки. Но, Джон, я бы никогда не искалечил тебя. Я был почти здоров, так, небольшие проблемы, а теперь не могу нормально спуститься с лестницы. Улучшения не будет, а если и случится, то недостаточно, чтобы я вернулся хотя бы к половине привычного образа жизни. За что ты так со мной поступил? Джон немного отошел назад, когда Шерлок начал надвигаться на него. Несмотря на напряженную ситуацию, Джон все же отметил, что Холмс довольно уверенно держится на ногах, словно забыв, что еще утром вовсю хромал. Да он же симулирует! — Джон мгновенно вскипел от ярости: — Поэтому ты столько времени изображаешь немощного? Якобы терапия не приносит никакой пользы. Ты лжец, Шерлок, наглый лжец. Пользуешься мной как рабом, но хорошие хозяева заботятся о своих рабах, не то что ты! — Проваливай, если что-то не устраивает. — Ты и дня без меня не протянешь. — Какой самоуверенный. Ты слишком мало значишь, чтобы я без тебя «и дня не протянул». Убирайся. Или мне вызвать полицию? — Позвони братцу, чтобы он прислал своих псов, пусть меня отсюда выставят. — А это идея. — Маленький мальчик побежит к старшему брату? Шерлок схватил Джона за грудки и поволок к выходу. Он спотыкался на каждом шагу, подволакивая левую ногу. По тому, как вздулись вены на шее Шерлока, Джон со странным удовлетворением понял, что тот слишком перенапрягается. — Вон отсюда! — прорычал Шерлок, выталкивая Джона из квартиры. Он сдернул с вешалки куртку, выбросил на лестничную площадку. Туда же полетел телефон, дверь захлопнулась. — Ублюдок! — крикнул Джон, подбирая вещи. Перебесится, пока я в аптеку схожу и вернусь.

***

Болезнь навалилась на Джона в двойном объеме на половине пути в аптеку. Голову словно сжали в тисках, Джон пожалел, что психанул. Купив лекарства, он поплелся обратно. Дома его ждал неприятный сюрприз — сумка с вещами стояла на лестнице, к тому же, в кои-то веки Шерлок запер дверь квартиры на замок. Выругавшись, Джон позвонил Шерлоку, конечно же, тот не ответил. И на сообщения не отреагировал, и на возмущенные крики Джона, и на удары в дверь. — Что у вас творится? Почему такой шум? — Миссис Хадсон поднялась к Джону. — Дорогой, вы неважно выглядите. Заболели? — Есть такое. Хотел пойти и отлежаться, но Шерлок заперся. — Джон, вы можете воспользоваться дверью в кухню, — с легкой улыбкой сказала миссис Хадсон. Оказалось, что Шерлок не забыл об этом проходе. — Ну что за несносный мальчишка! — возмутилась миссис Хадсон. — У меня есть запасные ключи, подождите немного. Спустя пять минут — у Джона подкашивались ноги от слабости, и он уселся на пол, — она принесла связку ключей. В квартире сильно пахло озоном, в кухне и гостиной были включены кварцевые лампы — их установили по приказу Майкрофта пока Шерлок находился в клинике. — Вам что-то нужно? — Миссис Хадсон обеспокоенно посмотрела на Джона, который залпом выпил два стакана воды. — Может, бульон приготовить? — Спасибо, не надо. — Он принял лекарства. — Я сам в состоянии о себе позаботиться. — Ну как скажете. Если что, не стесняйтесь Шерлока о чем-то попросить. Джон только хмыкнул: Как же! Поможет он! Он выключил лампы, открыл в гостиной окно для проветривания. Ему снова стало плохо, Джон опустился на диван, дожидаясь, пока пройдет приступ головной боли. Он так меня и не простил, — Джон улегся, обхватив себя руками, его сотрясал озноб, — что бы я ни делал, как бы ни старался… Все без толку. Хотя… подло с его стороны притворяться страдающим, чтобы привязать меня к себе. Он мог попросить… Да о чем это я? Он и так совершил подвиг, попросив о помощи. Или это была очередная манипуляция? Если бы не следы от операции, можно было предположить… Джон открыл глаза, услышав шаркающие шаги. Шерлок приблизился к дивану, пользуясь костылями. Плед был переброшен через плечо. — Здесь устроишься? — устало спросил Шерлок. — Тогда укройся, а то замерзнешь.