Весело, весело встретим Новый год...

Отмечать Новый год решено было холостяцкой компанией. Так как двое моих друзей, Славик и Лёня, недавно расстались со своими пассиями, мой парень слинял от меня ещё раньше, и теперь я довольствовался случайными связями, а жена единственного окольцованного в нашей компании Жорика уехала на какой-то там симпозиум. Идея пригласить девушек с облегчённой нравственной позицией даже не рассматривалась, мы же не малолетки сопливые и не пузатые стариканы. У нас в компании как-то сразу так сложилось, что мы с лёгким презрением и недоумением взирали на тех, кто спускал кучу бабла на шлюх. Ну а что? Мы все — парни симпатичные, неглупые, не калеки, так зачем бы нам прибегать к таким сомнительным удовольствиям, если девчонки и так висли на нас гроздьями? Мне, единственному в нашей четвёрке представителю секс-меньшинств, по жизни было, конечно, труднее всех, но что касается плотских удовольствий, тут проблем не возникало, благо не в каменном веке живём, сейчас тебе — и интернет, и клубы всякие по интересам… Словом, как бы там ни было, но мы решили отдыхать так, по-кентовски. По-пацански. Можно было, конечно, позвать с собой нашу общую подругу, сестру Славика — Машку, она б подружек с собой прихватила. Нет, не ради романтики, а просто для веселья, для общества, ну и по хозяйству там… посуду помыть, всё такое, но потом было решено вернуться, так сказать, в юность. Кто-то из парней припомнил наш первый совместно отмеченный Новый год, уже без родителей, но ещё без девчонок. Мы тогда забурились к Славику на дачу и гуляли аж три дня. Поэтому и сейчас наш путь лежал именно туда. Выехали довольно рано, часа в четыре вечера, но зимой в это время уже смеркается, и весь основной путь предстояло проделать по темноте. Но и это тоже было здорово. Город пестрил разноцветьем огней, а на загородном шоссе царили ночь и безмолвие. Развалившись на заднем сидении Жориного джипа, я прислонился к стеклу, совсем как тогда, давно в электричке, расплющив нос о стекло, и первый заметил падающие хлопья снега. Поддавшись какому-то дремучему инстинкту, я опустил стекло и проорал в темноту что-то вроде: — Йу-ху-хуууууу! — Так, Дрону больше не наливать, — вполне серьёзно заявил Жорик (меня Андреем зовут, «Дрон» прицепилось ещё в детстве, тогда ж никто не знал, что вскоре это слово будет означать жужжащую летающую хреновину). Парни переглянулись и по-жеребячьи заржали. Всем уже было весело, так как «отмечать» мы начали, едва забравшись в машину. Жорик, сидевший за рулём, разумеется, не пил, он матюкался на наше уже пьяненькое веселье, обвинял нас в отсутствии солидарности и клялся, что как только переступит порог дачи, тут же выпьет бутылку чего-нибудь градусного залпом и начнёт буянить. Но мы только сильнее расхохотались такому заявлению, зная его смирный нрав. Словом, отдых намечался прекрасный, настроение было отличное, и никому не могло прийти в голову, во что в итоге выльется эта новогодняя ночь… Но пока всё шло замечательно. Разве что на въезде в бывшую деревню Марихинку, ныне гордо именуемую городом Марихинском, мы удивлённо заозирались вокруг. Не сказать, что прошло очень много времени с нашего последнего сюда визита, но городок изменился сильно: вместо частных двориков на въезде высились десятиэтажки, чуть дальше, на месте старенького сельпо, сияла огнями гостиница. В общем, посёлок всеми силами старался оправдать присвоение звания «город». В принципе — неплохо, красиво, улицы нарядные, супермаркеты, стоянки. Только мне стало немного тоскливо, словно у меня отняли кусочек моей жизни. Впрочем, сильно я не расстроился, это ведь хорошо, когда что-то развивается. — Это ещё что, — хохотнул Славик, — вокруг наших дач забор нагородили, ворота здоровые и охрана в будке. Сейчас увидите. И действительно, на месте простого поворота направо теперь высилась каменная стена с воротами посередине. Славик вышел из машины, сунул в окошко «будки» какую-то бумагу, а потом долго что-то втолковывал охране. Я, честно признаться, больше всего ненавижу ожидание. Всякого рода пробуксовки бесят меня неимоверно, поэтому, недолго думая, я щёлкнул дверцей, продефилировал к окошку и, подвинув Славика, сунул туда свой любопытный нос. — …ну я же вам объясняю… — пытался Славик втолковать что-то толстому, глядящему на него, как солдат на вошь, охраннику. — Я так и не дозвонился до вашего отца, являющегося собственником, — невозмутимо отчеканил тот. Внутри сидели пятеро, я сперва удивился, зачем бы столько народу для закрытой территории с камерами, но потом заметил в углу столик с выпивкой и закуской. Понятно, значит, они отмечают… — Мои родители сейчас находятся в пансионате, у чёрта на куличках, и наверняка отмечают Новый год! Им не до вас! — Слава начал заводиться. А я уже прекрасно понял, что этот толстопузый сторож просто издевается. Я отпихнул Славика в сторону и с обаятельнейшей улыбочкой быстро закончил все прения, пригрозив вызвать их начальство полюбоваться на то, чем занимаются сотрудники во время дежурства. — Я сейчас вернусь и предоставлю вам документы, — подал голос Славик. — Они находятся в доме, но мне для начала надо туда попасть. Пока он говорил, я разглядывал парней в форме. Ну что тут поделаешь, нравится мне форма. Любая. И парни тоже нравятся. Ну вот кроме этого пузана, конечно. Особенно один, вон тот, с бородкой-эспаньолкой, я невольно задержал на нём взгляд, а он вдруг выпалил: — А может, ты вот, — кивок в мою сторону, — останешься с нами в качестве гарантии? — и он неожиданно мне подмигнул. Я никогда ни одеждой, ни поведением не подчёркиваю свою ориентацию, но также и не скрываю, поэтому те, кому надо, всё понимают. Но сейчас я фыркнул и, развернувшись, направился обратно к машине. Парниша был хорош, но не мог же я в самом деле остаться. В конце концов у нас холостяцкая вечеринка. Ворота наконец разъехались в стороны, и мы смогли проехать. — А ты плейбой, Андрюха! — расхохотался Славка, откидываясь на сиденье. Я только усмехнулся. Ещё минут десять уже по огороженной территории и мы были на месте. Славик открыл кодовый замок на воротах, Жора загнал машину и, выйдя, тут же, как и обещал, присосался к коньяку, заявив: — Всё. Сегодня я больше никуда не еду. — Э! — возмутился Слава. — Надо ж бумажки этим гаврикам отвезти. — Вези сам! Или вон пусть Лёнька съездит, — отмахнулся Жорик. Про меня парни не заикнулись, потому как, риск, конечно, благородное дело, но моими правами и моей машиной уже рискинул мой не в меру рисковый бойфренд. Бывший бойфренд. Он, видите ли, с моими правами ездил, мы внешне были довольно похожи. А расстались, когда я узнал куда он ездил, точнее - к кому. Словом, некрасивая история, выяснилось-то всё во время незначительной аварии, именно когда он ехал... В общем, парни знали, вот и не просили меня съездить. — На Лёню можете не рассчитывать, — хмыкнул я, заглядывая в салон джипа, где, распластавшись на заднем сидении, храпел наш четвёртый товарищ. — Что-то слабоват он стал на выпивку. — Да вы на себя посмотрите! — попытался пристыдить нас Жора. — Вам, конечно, кажется, что вы трезвые и умные, но поверьте мне, это не так. Потому и охрана доебалась. И потом, Лёнька после ночной смены. Ладно, давай, открывай дверь, хочу уже вытянуться на каком-нибудь диванчике. Но тут начался новый виток наших злоключений. Слава похлопал себя по карманам, ещё раз обыскал все, бормоча: «Ну я же помню… брал…» — Только не говори, что ты забыл ключи, — заржал я. — Ну точно, — обречённо выдохнул Славик, — забыл. Ладно, сейчас Машке позвоню, она привезёт. — Ага! Вот ей подарочек!.. — покачал головой Жора, вновь отхлёбывая из бутылки. — Ща она всё бросит и побежит к нам. — Если я хоть немного знаю свою сестру, то ещё как побежит! — уверенно сказал Славик. — Она ж за любой кипиш, лишь бы не сидеть на месте. Потом Славка вызвонил свою сестру, обо всём с ней договорился и обрадовал нас сообщением, что часа через два она будет. Ну а куда деваться? Мы поржали над дурацким положением и принялись выгружать из багажника выпивку и закусь, устраивая импровизированный стол а ля фуршет на капоте джипа. Не сидеть же просто так? Какая разница, где и как, но праздник надо отмечать! Через некоторое время выпитый алкоголь позволил нам прийти к тому, что всё — суета сует, проснувшийся Лёнька поддержал нас в этом мнении, потом потребовал музыку, Жорик завёл свою автомобильную квадро-систему… словом, было весело. Но спустя ещё минут пятнадцать мы вспомнили о шашлыках. И нам всем срочно приспичило их жарить. Только возникала проблема технического свойства — шёл снег, а какой костёр под снегом? Мы-то сами вместе с джипом находились под навесом, но здесь же костёр не разведёшь… Слава не сдался и принял мудрое решение — надо жарить шашлык на балконе, над которым тоже есть навес. Дом был двухэтажный и над крыльцом действительно красовался балкон. Оставались мелочи — войти в дом. Но Славик быстро решил и эту проблему — не долго думая, он высадил окно первого этажа только что вынутым из багажника мангалом и полез внутрь. Мы зачем-то полезли следом, хотя можно было дождаться, пока он откроет нам входную дверь изнутри. Но… пути пьяных мозгов неисповедимы. Естественно, никому не пришло в голову позвонить Машке и сказать, что можно не суетиться, так же, как и отключить сигнализацию… Так что через некоторое время, когда мы уже перевязали ранения (все мы, естественно, поперерезались осколками), к нам явилась охрана во главе со своим пузаном. А спустя пару минут — менты с мигалкой. Нет, охранники полицию не вызывали, они догадались, что это чудят полупьяные гости, которых они на свою голову всё-таки пропустили. О полиции позаботилась соседка, бабуля — божий одуванчик. Она и её приятельница только было собрались сесть за стол — смотреть концерт и поджидать речь президента, как вдруг услышали, что на соседнем участке творится неладное, а выглянув в окошко, увидели, как «какие-то босяки выбивают окно и лезут унутрь!» Мы со Славиком в этот момент резали маринованное мясо на более мелкие кусочки, чтобы быстрее прожарились, Лёня снова спал, а Жорик устанавливал мангал на балконе и прямо там же рубил полешки на мелкие щепки, чтобы развести костёр. Поэтому перед бравыми полицейскими мы предстали чудной картиной: три богатыря — один с топором, двое с ножами, и все в окровавленных футболках. Втолковывать ментам, в чём тут суть дела, пришлось долго. А то, что мы все уже были пьяны в зюзю, только усугубляло положение. Но в конце концов понимание было достигнуто и полиция спроважена восвояси. Остались четверо охранников, которых мы в итоге затащили в дом на предмет заключения мирного договора, скрепив это распитием того, что у нас было (я сам первым схватил за рукав красавчика с эспаньолкой и потянул внутрь). Потом они вернулись на свой пост, все, кроме Романа (так звали моего красавца), он уже, оказывается, сдал смену и просто отмечал праздник с коллегами, которым не повезло дежурить в Новый год. А наш сложносочинённый праздник продолжился. Рома, к слову, оказался клёвым парнем, весёлым и без заёбов, так что он очень органично влился в нашу компашку. — Слышь, Слав, а Машка одна приедет или с подружками? — пьяно улыбнулся снова проснувшийся Лёня. — А я почём знаю, — пожал плечами Славик. — Тебе-то что? — Как это «что?» Мне, может, ласки захотелось… — Лёнька пьяно икнул и на укоризненный Славкин взгляд заявил, тыча в меня пальцем: — А чё? Ему можно, а мне нет? Я гордо ответил, что надо ещё до меня дорасти. Впрочем, всё это был обычный хмельной трёп, который добавляет веселья дружеским посиделкам. Хорошо, что Рома воспринимал всё адекватно, а то мало ли… Я вовсе не хотел, чтобы чьё-то неосторожное слово на корню загубило мой наклёвывающийся роман. Роман с Романом. Костёр в мангале мы всё-таки развели, правда, немного не рассчитали, так что огонь полыхал до самого навеса, который тут же стал угольно-чёрным. Хорошо хоть он был бетонным, а не пластиковым. Славик, оценив ущерб пьяным взглядом, рассудительно сказал, что последствия устранять всё равно придётся, так что не о чем тут и говорить, продолжаем отдыхать. И мы продолжили. Естественно мы не слышали и не видели, как подъехало такси, а вышедшие из него Машка с подругой, увидев огонь на балконе, совершенно логично решили — пожар и… вызвали пожарных. Потом Машка побежала в гараж, схватила огнетушитель и смело ринулась нас спасать. Славик, Жорик и я стояли в этот момент на балконе, в то время как Лёня опять уснул, а Рома отлучился в туалет. Машка, будучи тоже подшофе, не стала разбираться и сходу окатила нас троих вместе с мангалом пенной струёй из огнетушителя. На наши возмущённые крики прибежал Роман, на ходу застёгивая брюки. Машка, увидев, что на неё мчится незнакомый бородатый мужик, да ещё и за ширинку держится, не растерялась и двинула ему в челюсть огнетушителем. С громким «У-у-ух!» Роман отлетел на пол, а мы наконец скрутили Машку, отобрали огнетушитель и как могли объяснили происходящее. Позже приехали пожарные. Ни за что бы не подумал, сколько парней в форме я увижу за сегодняшний день. Но я объясняться с ними уже не пошёл, в конце концов, тут присутствуют аж двое хозяев дачи. Я остался ухаживать за Романом, у которого распухла челюсть, а под глазом наливался фингал. Правда, моя забота проявлялась в основном подливанием в его рюмку сорокоградусной анестезии и прикладыванием к его лицу маринованного мяса. А Рома, усмехаясь, напевал бессмертные слова Высоцкого: Там, где был я вчера, не найду днём с огнём, Только помню, что стены с обоями. Помню, было лицо и побои на нём, Ну куда теперь выйдешь с побоями?..