люди говорят одно, а делают другое — это один из самых забавных спектаклей, которые предлагает нам жизнь.
Каширина подошла к мрачному небольшому зданию. Зайдя туда с заднего входа её встретила Горохова. Внутри помещение напоминало тёмную, допросную комнату. В центре стоял стол, за ним чёрное кожаное кресло, настольная лампа и какие-то бумаги. Вдоль стен стояли друг на друге вразброс большие запакованные коробки и ящики. — «Давай рассказывай, чё за новости у тебя?» — Горохова сняла со своей головы чёрный, широкий капюшон и по её плечам рассыпались рыжие, золотистые локоны. — «По поводу тех твоих трёх торчков.» — «Я слушаю.» — Горохова была настроена серьёзно. Она села в своё кожаное кресло. Следом на какой стола перед ней села Таня. — «Ань, напомни мне их работу?» — «Почти та же, что и у тебя. Только у тебя больше возможностей. У них работа развозить, разносить, раскидывать наркоту разным адресатам и не говорить лишнего, а если быть точнее вообще молчать. Я походу догадываюсь, что они сделали.» — «Что же?» — «Распиздели то, что никто не должен был знать?» — «Нет.» — Каширина ухмыльнулась, обойдя стол упёрлась в него руками и встала перед Гороховой. — «Позволь поинтересоваться, какого хуя, эти пидорасы, стали лазить по чужим квартирам, увозить кого-то, угрожать кому-то и пытаться трахнуть.» — Каширина ударила кулаком по столу и сорвалась на крик. Гора была в шоке от того каким тоном с ней заговорила Таня. Она встала со своего кресла, оглядела девушку сверху вниз и в строгом тоне сказала: — «Каширина, ты не забылась случайно у кого ты нахуй работаешь? Орать на меня ты не имеешь права, это раз. Два, говорить ты будешь со мной только в спокойном тоне. Три, ты никто чтобы повышать на меня голос, не доросла ещё.» — Аня посмотрела в глаза Кашириной. — «А теперь спокойно, чётко и по делу. Что? Кому? Когда? И где?!» — «Они шарились в моей хате, увезли куда-то за три пизды мою девушку и угрожали ей, пытались изнасиловать. Мне просто повезло, что я пришла вовремя и не одна. Да блять, я знаю, что моя вина тоже есть в этой ситуации, я не должна была трогать их. А с другой стороны ты бы это оставила просто так, если бы твоей девушке угражала опасность?» — «Ты поступила правильно. Я бы тоже разъебала их нахуй. Я щас их выдерну сюда и будем разбираться.» — «Я думаю хуйня идея, я опять сорвусь.» — «Их проблемы. Я бы вообще завалила за такое. Звони своей девушке пусть приезжает сюда.» — «Сюда?! Так нельзя же, тут же повсюду наркота.» — «Давай ещё скажи мне, что твоя девушка ничего не знает о твоих способах заработать.» — «Нет.» — «Хули ты мне щас пиздишь стоишь?! Звони и чтобы она тут была через полчаса.» — «Нахуя она здесь сейчас?! Чтобы не дай бог опять что-нибудь произошло?!» — «Нихуя не случиться. Они просто сейчас будут извиняться перед ней и получать от меня капитальных пиздов. А потом возможно и вылетят отсюда, повезёт если живыми. Да и на девушку твою посмотрю, вкус твой узнаю. " Таня достала свой телефон и набрав номер Тихой ожидала когда она возьмёт трубку. Заспанным голосом она ответила. «Тань, что? Я только уснула.»«Ты должна сейчас подъехать в одно место. Адрес я вышлю сообщением.»
«Ты же сама не хотела, чтобы я лезла в твои дела?»«Я и сейчас этого не хочу, тут без вариантов. Тебя Гора желает видеть.»
«Пиши адрес, через час буду.»«Через полчаса.»
Каширина отключилась и написала Тихой адрес. — «Ты сама то уверена, что ей можно доверять?» — Спросила Горохова. — «Я знаю, что этому человеку можно доверять многое. И я же понимаю, что если она что-то сольёт, отвечать мне за неё. » — «Это верно. А сколько лет твоей девушке?» — Аня подняла бровь ожидая ответа. — «17 ей.» — «Прости, что?» — «Моей девушке 17 лет.» — «Тоесть, тебе Каширина, 20 лет, вокруг тебя крутятся разные девушки твоего возраста, но ты прицепились к малолетке, Господи прости.» — «Мне похуй сколько ей лет, я люблю этого человека. С ней я чувствую себя комфортно, ей с первой встречи хотелось довериться, с ней как минимум интересно проводить время.» — «Если судить исходя из твоих прошлых отношений, из-за которых ты тут оказалась, то сейчас должна приехать какая-нибудь длинноволосая особа, с тонной косметики, шлюховатого вида с выёбистым характером.» — «Давай про Ларису не будем? Я всё-таки встречалась с этим человеком и любила её. И вообще откуда ты знаешь как она выглядит? Я тебе когда рассказывала о ней, я сказала только имя её и объяснила ситуацию, не больше. Откуда информация о ней?» — «Тань, мне и имени будет достаточно если я захочу кого-то найти и что-то узнать об этом человеке.» — «А нахуй ты вообще про неё что-то искала?» — «Да так, скучно было и интересно узнать как она выглядит. В итоге узнала чуть больше, даже где она живёт.» — «Так ладно, всё. Давай не будем? И Аня она не такая. Она абсолютно другая, в ней идеально всё. Она совсем-совсем другая. Я знаю что нельзя так говорить, но мне кажется случись такое с Ларисой, да, я бы разбила им ебало, но не стала бы даже к тебе обращаться.» — «Раз идёшь на крайние меры, значит пиздец любишь свою нынешнюю девушку?» — «Так и есть. Я за неё действительно убить готова и сделать всё для неё.» — «Каширина, спустись с небес на землю, не расслабляйся, а то выйдет так же как и с той.» — «Не выйдет. Это совершенно другой человек.» — «У вас всё ещё только начинается, откуда ты знаешь, что она может исполнить потом?» — «Я ещё раз говорю, я доверяю ей, я её люблю, я уверена в этом человеке. Всё.» Через час все были в сборе. Те самые трое парней буквально сразу же потеряли всю свою смелость и дерзость рядом с Гороховой. — «Вы чё Алёши, вы думаете вообще нахуй своей тупой бошкой, чё исполняете?!» — От криков Гороховой один из них подскочил. Двое других опустили глаза в пол. Каширина стояла приобняв одной рукой Тихую. Её убийственный, гневный взгляд был устремлён на одного из них. Тот, что стоял по центру. Тёмноволосый, среднего роста, худощавого телосложения, голубоглазый. Если заглянуть в глаза Тани, могло показаться, что она вот-вот кинется на него. — «Ань, но мы не думали, что ты о чём-то узнаешь.» — «Не Аня, а Анна Сергеевна сука, вы вообще нахуй думать приспособлены? Животные ебаные. А если бы она на вас заяву написала, вас бы нашли и выебли, а если бы вышли и на меня, я бы вас нахуй заебашила мрази. Вы в этой жизни вообще что-нибудь отображаете?!» — Горохова дала подзатыльник одному из них. Кивнув в сторону Тихомировой она, в приказном тоне сказала: — «На колени сука перед ней, извиняйтесь.» «Но, Анна…» Рыжеволосая не хотела ничего слушать. — «Быстро нахуй!» Трое, встали на колени перед Тихой. — «Извини нас пожалуйста за содеянное.» Тихомирова ухмыльнулась и ответила: — «В очко себе свои извинения засунь, Мразь.» — «Хочешь я ему по ебалу запну?» — Посмотрев на Тихомирову спросила Каширина с лёгкой, злорадной ухмылкой. — «Можно я сама?» — «Нужно.» — Насмехаясь сказала Горохова. Недолго думая девушка задрала ногу и со всего размаху пнула по лицу, тому самому парню, который изначально больше всех взбесил Каширину. Именно он лез к ней больше чем те двое. Тихая одним пинком не обошлась, она вошла во вкус и начала без капли какого-либо сожаления запинывать его. Он пытался что-то кричать, просить о прощении, но это было бесполезно. Каширина и Горохова с удовольствием наблюдали за происходящим. — «Слушай, а вот она мне нравится.» — Отрезала Горохова. — «Я говорила, что она абсолютно другая.»У Желточенко и Лебедевой.
Крис сидела пьяная с бутылкой вина и телефоном в руках возле дивана в большой комнате. Лебедева тихо зашла в квартиру, посмотрелась в зеркало в прихожей и прошла в спальню. Там она увидела полный погром, развернулась и пошла в другую комнату. Войдя в неё она увидела Крис. Штрэфонд обернулась и встала, она подошла к девушке и начала извиняться. — «Маш, я всё поняла, прости прошу. Такого больше не повторится.» — «Крис, от тебя несёт алкоголем, не подходи ко мне.» — «Какого хуя ты не отвечала на звонки? Я же переживаю за тебя.» — «Не переживай за меня. Я давно уже не маленькая.» — «Маш, я люблю тебя.» — «Угу.» — «Заебала, что опять не так? Я пытаюсь пойти на применение, а тебе поебать.» — «Отдай сюда бутылку и иди пожалуйста спать. Ты перебрала с алкоголем. Завтра с тобой всё обговорим.» — Маша выхватила из рук Желточенко бутылку с вином. — «Отдай сюда.» — Крис потянула её обратно на себя. В итоге они пролили красное вино на светлый ковёр. — «Молодец нахуй. Я сука сказала спать иди, по-хорошему.» — «Да пошла ты вообще.» Желточенко ушла в спальню. Маша застирала пятно. Через пару часов она легла спать, но легла отдельно от Крис в другой комнате.***
Тихомирова и Каширина приехали обратно домой к Ане. У себя в комнате Тихая переоделась и взяла в руки полотенце. — «Я в ванну пошла, вернусь и спать ляжем наконец-то.» — «Пошла без меня в ванну?» — «Ёбу дала что-ли? Мать дома. Если проснётся?» — «А мы с тобой громко мыться и не будем.» — В глазах Кашириной вновь загорелся похотливый огонёк. — «Ну уж нет. Тихо у нас никогда не получается.» Не продолжая этот диалог Тихомирова ушла в ванную комнату. Аня залезла в ванну, включила воду погорячей и, несмотря на саднящие ранки на теле, которые остались воспоминанием после той ужасной ночи, она с наслаждением в неё опустилась. Примерно через двадцать минут она вернулась обратно. Тихая легла рядом с Таней и девушка обняла её. Каширина уткнулась своим носом в шею Тихомировой. Обе девушки хотели наконец-то нормально выспаться. Но несмотря на то, что они безумно хотели спать у них не получалось уснуть. — «Кстати, зато теперь я знаю с кем и где ты работаешь.» — Спокойно говорила Тихая. — «Это не единственное место, а Горохова не единственный влиятельный человек.» — «Есть кто-то ещё?» — «Есть.» — «Расскажешь?» — «Придёт время, может и расскажу, но не сейчас. Давай спать, хорошо?» — «Почему не сейчас?..» — «Потому что так нужно. Всё спи.» — Таня с нежностью оставила поцелуй на губах Ани, поправила одеяло, прижала её ближе к себе и прикрыла глаза. Обе девушки через несколько минут уснули.