Увидеть Гарри

Это была только первая неделя Гарри в Хогвартсе. Его поместили в Гриффиндор, он был рад этому, но у него также было тошнотворное чувство, что его должны были отправить в Слизерин, главным образом потому, что так сказала Шляпа. У него было скрытое подозрение на этого профессора с темными волосами до плеч, он не переставал смотреть на него. Гарри понятия не имел почему, и он не мог сказать, была ли это немедленная неприязнь, любопытство или что-то еще, его было трудно читать. Этим утром у него были зелья, а это означало, что его будет обучать никто иной, как профессор Снейп. Он решил пойти рано утром. Много вещей крутилось в его голове, он не был счастливее в своей жизни, но он беспокоился о Слизерине. Он был сбит с толку своими родителями, было трудно изменить его взгляд на них, и было трудно понять весь этот новый мир. Он просто надеялся, что странный профессор сможет помочь. Он полагал, что сможет помочь со Слизерином, в конце концов, он был главой Слизерина. Он осторожно постучал в дверь кабинета профессора и ждал ответа. У этого человека был низкий голос, он не чувствовал себя комфортно, и он произносил слова так точно, так строго, что в целом его первоначальная мысль была пугающей, с кем-то, с кем нельзя связываться. -Профессор? — - неуверенно спросил он. Он вошел, и там сидел мужчина, его голова была склонена над множеством бумаг, его темные блестящие волосы ниспадали ему на лицо, и он был одет в объемные темные одежды. — Чего вам, Поттер? — Профессор даже не взглянул, чтобы увидеть, кто это был. — Сэр, я хотел поговорить перед уроком, я …- он не знал, с чего начать, в своей голове он надеялся, что этот человек будет теплым и привлекательным, заставив его почувствовать себя непринужденно, когда он прочитает беспокойство на испуганном лице первокурсника. Однако он даже не взглянул. — Я думаю, что меня следовало отправить в Слизерин, но я умолял шляпу не делать этого. — запнулся он на словах. — Я боюсь идти в Слизерин… Я думал, вы могли бы помочь мне, сэр… потому что вы декан Слизерина… Сэр… — Гарри замолчал. Он не заметил, что профессор поднял глаза. Снейп ненавидел этого мальчика, он ожидал, что Поттер будет вести себя так же, как его отец, поскольку он был похож на него, но то, что он увидел, было далеко от высокомерия. Это был неуверенный, испуганный ребёнок. Его первоначальным инстинктом было предупредить мальчика, чтобы он не тратил его время, но когда он поднял глаза, чтобы сделать это, он увидел ее глаза. Северус знал как они выглядили, когда она рассказывала ему о своей сестре, о том, как она чувствовала себя отделенной от семьи. Когда она была обижена и расстроена, они выглядели именно так. — Почему ты должен быть в Слизерине? — его голос был спокойным и ровным, его глаза снова сосредоточились на бумагах перед ним. — Шляпа говорила, что у меня есть смелость, и не плохой ум, талант и жажда проявить себя. Она сказала, что Слизерин поможет мне на пути к величию. Но я не хотел быть на Слизерине, вот почему меня определили в Гриффиндор. -А почему ты не хотел быть в Слизерине? — Он сомневался, что сейчас мальчик покажет свое высокомерие, свои предубеждения. — … ну, это Хагрид, он рассказал мне, что случилось, когда я был младенцем, — он замолчал, глядя себе в ноги, не в силах встретиться глазами с мужчиной, боясь рассердить профессора. — Я никогда раньше не знал. Тётя Петуния лгала мне, а потом я узнал, что тёмный волшебник с Слизерина, тот, кто убил моих родителей, тот, кто оставил мне шрам. Я думал, что это будет значить, что я такой же, как он -, — он чувствовал себя неловко и глупо. — И все же вы подошли к декану этого факультета… Как вы думаете, я похож на Темного Лорда? — Его голос был все еще холоден, не совсем предвзято, но очень близко. -Нет, сэр, я пришел к вам, потому что я подумал, что вы сможете лучше показать мне Слизерин, я ничего не знаю об этом, потому что мои тетя и дядя ненавидят магию, они ненавидят мою маму и все такое. Если я связан с волшебным миром, это значит, что меня тоже ненавидят. — не хотел выставлять себя дураком перед суровым профессором, но его эмоции накапливались, и он чувствовал, что последнее, что он проявлял — это храбрость. Он наполовину ожидал, что этот человек скажет ему, чтобы он не волновался, Слизерин не исключает слабаков! Северус не мог не смотреть на ребенка перед ним. Он знал, что Петуния не будет любить мальчика. И мальчик сказал, что просто хотел понять. Слизерин — факультет, известный тем, что его обитатели хитры, сообразительны и готовы на все, чтобы получить то, что они хотят. Это не обязательно злые характеристики, хотя они есть у большинства Темных волшебников. — Учитывая твою историю, понятно, что ты не хотел бы оказаться на Слизерине. Однако храбрость и желание проявить себя — это тоже черты гриффиндорца, и я думаю, это хорошо, ведь оба твоих родителя были гриффиндорцами, — закончил он хладнокровно. -Вы знали моих родителей? — Гарри поднял глаза, почти с надеждой, может быть, он нашел кого-то, кто мог бы поговорить с ним, кого-то, кто мог бы помочь ему понять, кто они на самом деле? — Просто я ничего о них не знаю… -Что ты слышал о них? — Северус хотел услышать, что знал Гарри. — Дурсли сказали, что мой отец был безработным пьяницей, — он не мог сдержать печаль в своем голосе, — Единственное, что я слышал о своей маме, это то, что говорила моя тетя Мардж. Она объясняла моей тете Петунии, что, то что со мной что-то не так, это не ее вина: «Если что-то не так с сукой, значит, что-то не так со щенком». Слезы навернулись на его глаза. Гарри, наконец, посмотрел на профессора, в его глаза вспыхнул гнев, и он беспокоился, что это было из-за него. — Это наглая ложь! Твоя мать была самой доброй женщиной, которую я когда-либо встречал, — он не осознавал, что он сделал, пока слова не слетели с его рта. — Ты знал ее? Можешь рассказать мне о ней? — глаза мальчика впервые загорелись с тех пор, как он вошел в комнату, Северус почему-то не мог отказать ребенку, в нём было слишком много Лили, и, как он сказал Дамблдору, он сделает все для ребёнка Лили. — В другой раз, а твой отец… мы не ладили… вообще, — он попытался закончить разговор, хотя выражение лица ребенка теперь было более нетерпеливым, а также более уверенным. -Ты любил ее? — спросил он. Профессор Снейп, посмотрел на мальчика, зная ответ, но не зная, что сказать, была черта, которую он перешел бы, если бы сказал правду, если бы он впустил Гарри, он не смог бы удержать его на расстоянии, безразлично и защищая его просто ради Лили. Была опасность, что он увидит его больше и позаботится о мальчике гораздо больше, чем следовало бы, особенно учитывая отметину на внутренней стороне его предплечья, отметку, которая однажды сожжет его. Открытая забота разрушила бы все планы Дамблдора. Он должен был сделать выбор. — Всегда, — сказал он с грустной улыбкой.