Корейский клуб

Все вокруг замерли. Головорез расслабил хватку, и Чонгук упал наземь. Прожектор вертолёта залил всю крышу настолько ярким светом, что бандитам оставалось лишь отчаянно прикрываться. Избитый же айдол едва понимал, что вообще происходит. Ему, казалось, было абсолютно наплевать на всю эту суматоху. В ушах адски звенело, словно после контузии. Из-за сильной боли в голове мысли напоминали густую манную кашу с комочками из серого вещества. "... почему? я... не виноват... где... ты?" Ослеплённый главарь, крича во всю глотку от злости, пытался приказывать своим подручным: — Это блядская ловушка! Сука, стреляйте! — Но куда!? Ничего не видно! - растерялся бандит. — Насрать! Палите вверх во все стороны, изрешетите эту мразь! Это приказ! - скомандовал босс, срываясь на хриплый кашель. — Парни, огонь! Головорезы достали пистолеты и начали стрелять кто куда. На контрасте с лопастями вертолёта грохот от выстрелов казался лишь стуками капель дождя по стеклу. Воздух наполнил запах пороха. По металлическому лязгу было понятно, что несколько выстрелов попало в цель. Однако пальба прекратилась так же неожиданно, как и началась: все патроны закончились. Бандиты спускали курки раз за разом, но тщетно. С этого момента судьба негодяев была предрешена... По бокам вертолёта были прикреплены маленькие пулемёты, а лобовая часть оснащена дополнительным слоем прочной брони. Хоть он и не выглядел, как военный, но в вооружении и защите ни в чём ему не уступал. Поэтому те несколько попаданий оставили лишь вмятины. Встреча с этой парящей машиной смерти весом в шесть тонн — последнее, чего бы желал неприятель. Вскоре стволы пулёметов начали крутиться, и на похитителей обрушился шквальный огонь. Пули такого калибра без проблем пробивали бетон, поэтому укрыться было негде. Негодяи кинулись убегать, однако те, кто были ближе к краю крыши, погибли сразу же. Одному резко оторвало руку, оставив лишь кровоточащий обрубок кости на месте сустава. У другого же из-за прямого попадания ярким всплеском крови и ошмётков мозга взорвалась голова. Пока шестёрки отступали, босс в панике долбил по кнопке лифта. Тот сразу же раскрылся, и в него влетели главарь и ещё двое подручных. Затем дверь закрылась, а шайка выдохнула с облегчением. Однако оказалось, что зря: теперь вертолёт сосредоточил огонь по лифту. Пулемётная очередь пробила металлическую дверь и одного из подчинённых серьёзно ранило. Пули задели сердце и лёгкие, поэтому он, задыхаясь, держался за горло обеими руками и блевал кровью. Все остальные же резко пригнулись, что заставило кабину лифта сильно трястись. — Жми первый! Быстрее! - прокричал босс. Бандит быстро нажал на кнопку, и они, наконец, начали спускаться. — Ха-ха! Да, блять! Думал меня убить?! Хуй тебе, Дерден! - злорадствовал главный, заливаясь маниакальным смехом. Теперь выстрелы не попадали по гангстерам, так как кабина переместилась на другой этаж, но это даже было на руку стрелку. Целью стали тросы, удерживающие лифт: основной и страховочный. Следующая очередь полетела прямо в них, и лифт начал резко и стремительно падать. Под действием гравитации бандиты пригвоздились к потолку. Последний живой миньон из-за сильного удара головой потерял сознание, и теперь главарь остался совсем один. Лифт, словно пикирующий истребитель, летел вниз, и лишь несколько секунд отделяло головореза от столкновения. Он отчаянно зажмурился и крепко сжал кулаки, готовясь к неизбежному. Через мгновение жуткий грохот, как от взорвавшейся мины, пронёсся по коридору первого этажа. В воздухе витала пыль вперемешку с открошившейся штукатуркой. На шум тут же сбежались жильцы. Некоторые даже начали натурально паниковать, решив, что здесь замешаны террористы: — Ёбаный в рот, Света, звони ментам! Талибы уже и до Питера добрались. — Тьфу тебя, Василич! Не каркай, скорее всего просто слетел трос. — Боже, я надеюсь, что никого не было внутри. Тем временем по верёвочной лестнице Тайлер спустился на крышу. Он сразу же кинулся к мирно лежащему айдолу. Дерден перевернул Чонгука на спину и прильнул ухом к его груди: — Фух, всё ещё дышит, - с облегчением выдохнул спаситель. — Прости меня, Чонгук, я не должен был тебя впутывать в это. Заслышав до боли знакомый тембр, избитый кей-попер пришёл в чувства. Он дрожал, как пубертатная девочка при виде Влада А4, а речь была едва разборчива: — Т-тайлер... ты сук... Дерден мягко положил свой палец на губы корейца. — Тихо-тихо, выскажешь свои претензии позже. А пока тебя нужно подлатать. Не волнуйся, в моем проекте есть нужные люди... — Пр-проекте? - сказал Чонгук, устало потирая грязное, окровавленное лицо ладонью. — Скоро ты всё поймёшь. Идти можешь? - сухо спросил Тайлер и протянул руку. — Думаю, да. Дерден помог айдолу встать на ноги, и они вместе взобрались на борт вертолёта. За штурвалом сидел строгого вида мужчина в сером рабочем комбенизоне и с бритой головой. Похоже, он был кем-то вроде подчинённого, так как его речь буквально кричала о наличии субординации. — Лети на базу, и поскорее, у нас тут раненый. — Есть, сэр. Так точно, сэр. За всю дорогу никто, помимо лопастей вертолёта, не издал и звука. Хоть Чонгуку и хотелось столько всего спросить, он даже не знал, с чего начать. Из-за горы новой информации вперемешку с мигренью мозг был готов взорваться, словно неудачный проект вулкана на детском шоу талантов. А вся неудача заключалась в том, что в жерло засыпали нитроглицерин вместо пищевой соды... Пилот высадил парочку на крыше одной из пятиэтажек в соседнем районе. — Здесь твоя база? - искренне поинтересовался озадаченный кореец. — Конечно, нет, гений. Если бы я настолько не парился насчёт конспирации, то откинул бы копыта ещё до нашей встречи. — Тогда зачем мы здесь? — Обычная мера предосторожности. Вот, надень, - сказал Тайлер и протянул чёрную повязку. — Ты мне не доверяешь? — Я доверяю лишь своей организации, а ты не её часть, Чонгук. Без обид, таковы правила. — Хорошо, я понимаю. — И пожалуйста, никаких вопросов, пока мы будем идти. Ты же знаешь, что я все равно не отвечу. Айдол завязал себе глаза, и глава проекта повёл его за руку. Дерден крепко сжимал нежные пальцы певца и тянул его за собой также настырно, как ребёнок свою мать в отделе игрушек. Корейцу было сложно поспевать за темпом, однако он ниразу не сбавлял ход, показывая свою решимость. Примерно десять минут пришлось блуждать  вслепую, доверившись эксцентричному поводырю. Как только уличные шумы и прохладный ветер сменились запахом карамельного вейпа и антистресс-игрушек, стало ясно, что осталось всего ничего. Затем последовал скрип металлической двери, и воздух наполнился сыростью. — Где мы? Это погреб? - подумал Чонгук.  Вдруг зазвучали оживлённые мужские голоса, которые, однако, быстро перешли на едва ощутимый шёпот. Пытаясь прислушаться, Чонгук остановился. — Что встал, как истукан? Тебя не укусят, идём! - окликнул замявшегося корейца Тайлер. — Да, прости, - виновато ответил айдол. По мере продвижения всё больше нарастал смрад, совмещающий спирт, медикаменты и подвальную сырость. Было очевидно, что раненого ведут в лазарет. Коридор был длинным, словно тонкая кишка и, казалось, никогда не закончится. Чонгук уже начал думать, что умер, а коридор — это его наказание в аду, петля, в которой он будет идти до скончания времён. Благо эти пессемистичные мысли прервал хриплый, даже старческий голос с сильным русским акцентом: — Это наш пациент, да? — Всё верно, док. — Тащи его в палату, приложим подорожник, так сказать, - сказал доктор, хорошенько прокашлявшись. Оказавшись в медпункте, Тайлер надёжно закрыл дверь и сказал: — Можешь снять повязку...