Статус: НЕИЗВЕСТНО

Изуку досадливо поморщился, сильнее закутываясь в плед. Он исподлобья посмотрел на Незу, который невозмутимо готовил ему чай. Мидория содрогнулся, когда жужжащее чувство, что за ним следят вернулось. У него опять случился приступ, но в этот раз просто из-за растущего напряжения: постоянные планерки учителей, куча работы, расследования и новые ученики. Все это жутко выматывало и вот во что вылилось. И сейчас Изуку мог только забиться в самый темный угол и ждать, пока ему станет хоть чуточку лучше. Незу сразу же отобрал у него таблетки, когда по камерам в Юэй увидел, как Мидория заглатывает целую горсть, чтобы хоть как-то притупить чувства. — Тебе не нужно этого делать, — тихо прохрипел Зеро, высовывая свою голову из импровизированного «форта». Незу оглянулся и на его лице появилась легкая улыбка, которую Изуку не видел со времен его третьего курса. — Нужно, — твердо заявил он, протягивая чашку с какой-то травяной настойкой. — Но сегодня среда — тебе нужно быть в Юэй. Да и мне не пять! Я сам могу прекрасно справиться со своим… состоянием, — через зубы выдавил Мидория. Незу невозмутимо приподнял бровь и, подойдя к окну, распахнул шторы. — ЗАКРОЙ! — крикнул Изуку, но сразу же себя одернул, панически оглядываясь. — Они нас заметят, — прошептал он, морщась от собственных слов. Разум понимал всю абсурдность ситуации, но что-то внутри прямо-таки кричало «БЕГИ». — Хааа, — устало вздохнул директор Юэй, выполнив просьбу мужчины. Он медленно подошел к сжавшемуся в комок Мидории и сел на расстоянии вытянутой руки. — Ты — мой ученик. Школа без меня не сгорит, а вот тебе сейчас явно нужна поддержка, — нежно, но со сталью в голосе сказал Незу. Он вытянул руку, предлагая Изуку сделать первый шаг. Глаза Мидории мелко задрожали, но тот одернул себя — нечего было боятся, это был Незу. Так что Изуку сжал лапу, сосредотачиваясь на тепле другого. Все было хорошо. Незу был хорошим. Незу помогал… Директор Юэй грустными глазами наблюдал, как его единственный ученик погрузился в беспокойный сон, до сих пор держась за его руку, как за спасательный круг. «Юэй не горел, но лучше бы это было так» — мрачно подумал Айзава, прорываясь сквозь толпы орущих и куда-то спешащих людей. Журналисты, ученики и даже гражданские смешались в одну хаотичную массу, которая сейчас лютовала по школе. Как так получилось, что именно в тот день, когда Незу отсутствовал случилось это? Журналисты как-то прорвались сквозь ворота, ученики начали паниковать из-за сигнала третьей степени, а гражданские прибежали на громкие новости «ПРЯМОЙ ЭФИР ПРЯМО ИЗ ЮЭЙ». И кому все это разбирать? Конечно же Айзаве. Шота активировал свою причуду, когда заметил особо прилипчивого журналюгу, бегающего за ученицами со второго курса. Мужчина вздрогнул, когда явно почувствовал отсутствие причуды, а в следующий момент он уже смотрел в сияющие красным глаза. Журналист крупно вздрогнул и сразу же сорвался с места, сбегая куда подальше. — Идите в свой класс и ждите дальнейших указаний. Все будет хорошо, — уверенным голосом заявил Айзава двум перепуганным ученицам. Те, кивнув, убежали куда-то по коридору. Шота проводил их взглядом и еще быстрее зашагал в сторону кабинета директора — ему нужна была панель управления. Когда он добрался до нужной двери, то с облегчением вздохнул. Пара нажатий кнопок и все готово: сообщение Незу отправлено, полиция вызвана, как и бригада героев, а камеры записывают лица всех нарушителей. Осталось только ждать. Шота откинулся на спинку кресла, довольно сощурив глаза. Теперь он мог поспать, а со всем остальным могут разобраться Хизаши и Немури. Но не успел он даже задремать, как телефон зазвонил. Айзава недовольно покосился на экран и устало вздохнул, увидев кто звонит. — Да, Иида? — немного раздраженно спросил Шота. — Сенсей! Все уже в классе. Вы же придете продолжить урок? — по мнению Айзавы этот ребенок был слишком ответственным. Ну, раз дети не ушли, то надо идти на урок. И почему занятия в школе стали адом для него — учителя, а не учеников? Что за несправедливость… Хитоши с самого утра чувствовал себя как не в своей тарелки. Изуку сегодня был довольно странным, дерганным, как будто постоянно вырывал себя из мыслей. Мидория пытался выдавить улыбку, но Хитоши видел… сегодня что-то было не так, но Изуку настоял на том, что пока Шинсо ходит в школу с ним ничего не случится. Так что подросток взял с него обещание не выходить из дома и с беспокойством отправился в Юэй. В школе тоже витала странная атмосфера. Хотя его одноклассники этого не замечали, но Хитоши чувствовал замешательство и некую растерянность среди учителей. Как будто в один миг небо стало красным, а трава — синей. Уроки продолжались как обычно до самого обеда. Именно тогда наконец-то невидимая нить напряжения порвалась, и сирена заорала, оповещая о проникновении. В Юэй проникли репортеры. В столовой в основном были первокурсники. Паника быстро распространилась среди людей и те начали ломиться в двери, пытаясь первыми убежать. Хитоши поморщился, смотря на них — как не по-геройски сбегать при первом признаке опасности. Сам он в окно увидел журналистов и не особо волновался, продолжая свой обед. Рядом с ним кто-то сел и Шинсо настороженно посмотрел на трех других студентов — двое парней и девушка. Это были третьегодки, если судить по форме. Парень с яркой улыбкой и светлыми волосами начал разговор первым. — Привет! — довольно громко сказал он, пытаясь перекричать орущих студентов, до сих пор ломившихся в двери. — Угу. Что-то надо? — не очень-то приветливо буркнул Хитоши, ковыряясь палочками в рисе. Что этой троице от него надо? — Почему ты не бежишь отсюда? Разве не слышал — кто-то проник в Юэй, пройдя сквозь систему безопасности. — Хм, — немного резкая улыбка появилась на лице Шинсо. — Я не глухой, но и глаза у меня работают. Это были репортеры, а с кучкой журналюг я смогу справиться. Блондин расхохотался, улыбаясь еще шире. — А ты занятный, — его глаза сощурились и в них мелькнуло что-то странное. — Как тебя зовут? — Шинсо Хитоши, — с небольшой заминкой представился подросток. Было немного непривычно снова называть себя Шинсо, но об их с Изуку родстве не должны узнать. — Я Мирио Тогата! — протянул руку третьекурсник. — Меня зовут Хадо Неджире! — улыбнулась голубоволосая, хватая Хитоши за руку и начиная неистово ее трясти. — А это — Амаджики Тамаки. Он у нас стесняшка, так что не обращай внимания на его недовольное лицо. После этих слов парень чуть сильнее нахмурился. Он дернулся в сторону, как будто пытался развернуться, но только слегка покачнулся на стуле. — Эмм, приятно познакомиться, — Шинсо был удивлен, если не сказать больше. Зачем этим троим знакомиться с ним? — О, задай наконец-то свой вопрос! Я по лицу вижу, что у тебя есть какие-то мысли, — хитро прищурилась Хадо. — Зачем вам это, — прямо спросил Хитоши. Мирио удивленно моргнул, а потом снова засмеялся. — У вас уже был урок Аналитики? — задал встречный вопрос блондин. — Нет. У нас его перенесли на пятницу, — пожал плечами Хитоши. — О, ясно, — как-то разочарованно кивнула Неджире. — Слишком похож, — послышался голос на грани шепота. Шинсо повернулся и с удивлением понял, что говорил Амаджики. — Похож на кого? — нахмурился он, но третьекурсник так и не ответил. — На кого я похож? — прошипел Хитоши. Он не позволит кому-то самоутверждаться за счет себя. Слишком уж долго он терпел насмешки. Ответа так и не последовало — троицу студентов прервало объявление по громкой связи. — …Всем ученикам пройти в назначенные кабинеты и дождаться классного руководителя. Последующие инструкции вы получите через них, — раздался усталый голос Айзавы-сенсея. — Ну, нам пора, — неловко улыбнулся Мирио, чувствуя раздражение Шинсо. — Может, еще встретимся. Хитоши сверлил взглядом спины трех старшекурсников. Он так и не понял чего они от него хотели, но лучше перестраховаться и пару дней следить за своей спиной. Мало ли… Изуку научил его, что лишняя осторожность никогда не бывает лишней. Так что Шинсо идет в свой класс, сжимая в кармане перочинный ножик, а его причуда вертится на языке, готовая к применению. Никто не видит его острого взгляда и напряженных плеч. Никто, кроме камер в коридоре, записывающих каждый шаг подростка. Айзава устало вздыхает, смотря в окно автобуса. Вчерашнее происшествие не прошло бесследно и журналисты вгрызлись в новость как голодные собаки в кость. Из-за этого никто из учителей почти не спал: кто-то мониторил новости, кто-то отвечал на звонки, кто-то чинил ворота. Все были заняты до самой ночи, и Айзава в том числе. Так что сегодняшний урок в USJ должен был стать для него адом, после ночи, проведенной один на один с чертовыми стервятниками. — Все выходим, — недовольно крикнул он, прерывая восторженные разглагольствования своих учеников. От шума болела голова, а глаза не переставало щипать. Этот год на удивление был талантливым. Конечно, был один индивидуум, которого Шота исключил в первый же день, но остальные имели задатки хороших героев. Но они все равно оставались шумными, гормонально нестабильными подростками. Айзава был счастлив, когда Тринадцатая взяла на себя его адских детей, начав свою вступительную лекцию. Эта тренировка по спасению, а Сотриголова был героем немного другой направленности, так что он мог спокойно проспать все это занятие. — Эээ… А тот фиолетовый портал часть тренировки? — неуверенно спросил Киришима, указывая на фонтан. Эта фраза сразу же разбудила Айзаву. — Всем назад! Это не часть тренировки — сюда проникли настоящие злодеи, — сказал он, не отрывая взгляда от портала, из которого начали вываливаться злодеи. — Тринадцатая, защити детей! Сотриголова спрыгнул вниз, не слыша испуганных криков позади. Он натянул очки и активировал причуду, сразу же почувствовав жжение в глазах. Это было плохо. Пусть эти злодеи и были третьесортными отбросами, но они давили числом, а у Шоты не было физической причуды. Блять. Примерно за двадцать минут все превратилось в полный хаос. Иида смог сбежать за помощью, но неизвестно сколько времени понадобиться героям, чтобы прийти на помощь. Дети были разбросаны по всему USJ, и, наверняка, они тоже сражались с злодеями. Это был полный провал. Шота был на грани сил, он чувствовал как кровь вытекает из него литрами, но не мог ничего с этим поделать — огромный монстр (Айзава не мог назвать это человеком) прижал его к полу, вбив его голову в землю. — ААААААА! — истошный крик Минеты разрезал напряженную тишину. Шота дернулся под рукой монстра, но не смог сдвинуться. Его воображение уже рисовало мертвые тела учеников, но затем последовал еще один крик. — С этими злодеями пришел Зеро! — крикнула Мина. Ее голос был на грани истерики, но она хотя бы была жива. Стоп. Зеро? Что он здесь забыл? Айзава с трудом открыл один глаз, смотря на фигуру в темной одежде и узнаваемой маске Зеро. Это был он. Мидория пришел сюда… Он узнал о инциденте… Но как? Он сейчас должен быть на больничном, так почему он стоит здесь, посреди USJ? — Я видел много ублюдков, но такие как ты — отвратительны, — выплюнул Мидория. Его голос был роботизирован из-за маски, но в нем явно слышалась ярость. — Я прикончу тебя. После этих слов Мидория рванул вперед. Шота был слишком слаб, чтобы проследить взглядом за его фигурой, но через несколько мгновений он услышал звук выстрелов и хриплый крик боли. Злодей… Тот руколицый урод кричал. Что-то темное внутри Айзавы почувствовало ни с чем не сравнимое удовлетворение. Ужасное чувство, но одновременно с этим абсолютно потрясающее. — Ному, убей этого читера! — истеричный голос злодея отдал приказ, и Шота застыл. Нет. Нетнетнетнетнет… Этот монстр слишком силен — Зеро с ним не сможет справиться. — Шигараки Томура, мы не можем больше задерживаться, — безэмоциональный голос варпа начал уговаривать злодея отступить. — Нет! Я не уйду пока этот читер не будет корчиться от боли, — злобно зашипел мужчина. Айзава, несмотря на боль, поднял глаза. Зеро уклонялся от ному, но в движениях линчевателях уже прослеживались следы усталости. — Мы не можем больше оставаться здесь — Всемогущий и другие учителя будут здесь через минуту. — Я сказал НЕТ! — рявкнул мужчина, нервно сжимая руки. — Мы не можем уйти ни с чем. — Шигараки, все приведенные злодеи обезврежены, вы ранены и истекаете кровью, а ному не сможет справиться с десятком про-героев, — спокойно заявил варп. — Вот поэтому мне не нужна смерть гребанного Всемогущего. Я хочу увидеть труп Зеро, даже если мне придется умереть от потери крови! — выплюнул Шигараки, впиваясь взглядом в Мидорию, который все чаще и чаще спотыкался, избегая ударов ному. — Я понял, — кивнул бестелесный злодей. — Отлично, — прорычал мужчина, не отрывая взгляда от наступающего ному. — Я должен извиниться, но Сенсей приказал мне защитить вас. — Чт- В следующий момент под Шигараки и ному появились фиолетовые порталы, засасывая их внутрь. — Мы еще вернемся, — с мрачным предостережением варп зашел в портал, который тут же захлопнулся. Но тишина не длилась долго. Стена здания внезапно рухнула и в дыре показались учителя, пылающие яростью. — Все хорошо! Почему? Потому что… — неожиданно Всемогущий замолк, хмуро оглядывая USJ. Разрушенные полигоны, раненые ученики, Айзава на грани обморока и Зеро, стоящий посреди всего этого пепелища. — ТЫ! — пророкотал герой №1, бросаясь к замершему и обессиленному линчевателю. Он уже занес кулак над Зеро, который даже не пошевелился, чтобы уклониться от удара, но громкий крик прервал его. — СТОЙ! — Сущий Мик выглядел растерянным, напуганным и злым, но он уверено встретил взгляд Всемогущего. — Я уверен, что Зеро не виновен. Нашей первостепенной задачей является эвакуация учеников. — Ты не понимаешь, он — злодей! — крикнул герой, указывая на Зеро, который за все это время не проронил и слова. — Нет, это ты не понимаешь! — отчаянно возразил Ямада, с болью смотря на Айзаву и раненых детей. — Мы — герои. Наша задача — спасать людей. Даже если Зеро и виноват в нападении, то он уж точно не сделал это в одиночку. Причем он не сможет сбежать, когда все мы здесь. Так что успокойся. Сейчас тебе нужно сохранить силы для тяжело раненных — только ты сможешь достаточно быстро перенести их в больницу. Пожалуйста, разве ты не видишь в каком мы все состоянии?! — с нервным смешком Мик раскинул руки, указывая на всех вокруг. Герои уже суетились над учениками, Полночь и Цементос пыталась аккуратно перенести Айзаву ко входу. Никто из них не обращал внимания на Зеро. — Почему? — ошеломленно спросил Всемогущий. Они — герои, а Зеро — злодей, так почему никто не обеспокоен его прибыванием здесь? — Просто оставь это. Полиция уже на подходе и детектив Наомаса проведет для него полноценный допрос. Зеро, если он как-то причастен к этому, будет наказан со всей строгостью. Но! Если он не виновен, то его отпустят, — устало закончил Сущий Мик. — Отличная речь, Ямада, — неожиданно сказал высокий голос за спинами героев. Те моментально обернулись, напрягшись. Незу с непроницаемым лицом зашел внутрь, подходя к Сущему Мику. — Я ручаюсь за Зеро, — спокойно сказал директор. Герой №1 уже хотел возразить, как его снова прервали. — Он все равно пройдет стандартную процедуру допроса, но до этого момента он будет считаться невиновным, — сталь в голосе Незу не дала Тошинори и шанса на возражения. Он сжал зубы, но отошел от линчевателя. Как только Всемогущий оказался на расстоянии трех метров, Мидория упал на землю. Все его тело мелко дрожало от адреналина, кипящего в крови. Перед глазами плясали черные точки, а в голову била кровь. — Мид- Зеро! — крикнул Ямада, подбегая к своему другу и наклоняясь, чтобы поднять его, но Мидория резко отпрянул от него, встав в оборонительную позу. — Зеро? — непонимающе прошептал Мик. — Отойди, Ямада, — голос Незу был пропитан болью. — Он сейчас не в лучшем состоянии. Попытки помочь только усугубят его положение. — Что… Что случилось? — герой посмотрел на директора пытливым взглядом. — Обострение паранойи, — с невеселым смешком оскалился Незу. — И что делать? — растерянно спросил Хизаши, переводя затравленный взгляд с Шоты, которого фельдшеры на носилках загружали в машину, на Мидорию, который то ли пытался сжаться в комок, то ли угрожающе нависнуть над ними. — Ждать, — вздохнул Незу, отрешенно смотря на ковыляющих наружу студентов. — Он успокоится, а пока займемся остальным. Журналисты скорее всего прибудут сюда вместе с полицией, а это значит, что нам понадобится весь твой ораторский талант. — Но Шота и И- Зеро… Мне нужно знать в порядке ли они, — практически умоляюще закончил Ямада. Незу похлопал мужчину лапой по колену. — Будь уверен, ты первым узнаешь об изменениях в их состоянии, но сейчас тебе нужно делать свою работу. Не волнуйся, они будут в порядке, — успокоил его Незу. Когда Сущий Мик вышел из здания, то директор повернулся к своему ученику, садясь на землю. Он вытянул лапы вперед, ладонями вверх, и открыто посмотрел Изуку в глаза. — Это я. Все хорошо, — успокаивающим голосом начал он. Руки Мидории на мгновение дрогнули в порыве ударить, но потом безвольно обвисли по бокам. Глаза чуть прояснились, и теперь в них плескалась еле сдерживаемая боль. — Боль…но… — прошептал Мидория, смотря в пол. — Все хорошо, — Незу медленно погладил своего ученика по плечу, чувствуя его дрожь. — Можешь показать мне? Изуку замялся, но потом, поморщившись, повернулся чуть боком и отодвинул руку, открывая вид на отвратительную рану. — Не успел… уклониться… ному задел меня, — выдавил он, ухмыляясь, несмотря на боль. — Зато руколицый урод получил по пуле в свои ручёнки. — Это хорошо, — Незу повернулся к героям спиной и в его глазах мелькнула искра садистской радости. — Очень хорошо. — Да… — глаза Мидории начинали медленно закрываться. — Ты… скажи Хитоши… что я в… порядке… — устало выдохнул он. — Не беспокойся, я позабочусь о нем. А теперь отдохни, ты хорошо постарался, — в следующее мгновение тело Изуку обмякло. Директор подозвал терпеливо ожидающего фельдшера, который тут же перенес Зеро на носилки. Незу встал с земли, отряхнув свой костюм от пыли и крови, которая уже успела въесться в ткань. Он повернул голову, увидев бегущих в его сторону Ямаду и Каяму. — Что с ним? — тяжело дыша, спросила Полночь. — Он будет в порядке. По крайней мере после того, как его подлатают с помощью исцеляющей причуды, — ответил директор, поправляя манжеты, и упорно не смотря на дует героев. — Что… что мы будем делать? — Хизаши сжал кулаки, мрачно стреляя глазами в сторону галдящих снаружи журналистов. — Все в Юэй под моей защитой, — Незу поднял голову. — Они ответят за это, — прошипел он. В его глазах была холодная, всепоглощающая ярость, которая заставила содрогнуться всех, кто видел директора таким.