Статус: НЕИЗВЕСТНО

Все тот же длинный стол. Все тот же кабинет с затемненными стеклами. Все те же хмурые лица и едкие слова. Все та же куча бумаг, которые даже под угрозой смерти нельзя выносить из комнаты. Все тот же Незу, который, поблескивая глазами, веселым голосом обсуждает пугающие до дрожи теории. Воспоминания двухлетней давности накладываются на картинку перед глазами, и Айзава моргает несколько раз, чтобы стряхнуть непрошенное воспоминание. И он начинает видеть отличия. Тошинори Яги, которого лишь единицы знают как Всемогущего, сидит сгорбившись над папкой. Костяшки на тощих руках побледнели от того, как сильно он сжимает злосчастные документы — его явно не радует содержание. Ночноглаз недовольно косится на Яги, но молча перебирает бумаги, хотя его взгляд не задерживается на листах, постоянно блуждая то к старому знакомому, то к Мидории. А Изуку… Он выглядит утомленным. Это не удивительно, если учитывать, что только вчера его выписали из больницы. Айзава так и не понял, почему Мидорию там так долго держали — раны позволяли уйти еще давно, но докторам что-то не понравилось в его крови, так что дополнительные проверки сильно удлинили заключение Изуку. Хизаши тоже был не в себе. Он вечно витал в облаках, задумчиво хмурил брови и странно косился то на Незу, то на Мидорию. Ямада вообще забыл про бумаги, хотя все остальные хотя бы делали вид, что сосредоточенны на работе, так что Шота, как хороший друг, пнул Заши под столом, отчего тот вздрогнул и резко повернулся в сторону Сотриголовы. Мужчина кивнул в сторону документов, которые они должны были просмотреть, и в глазах Ямады появилась паника — время на чтение истекало. — Итак, на сегодня закончим, — слишком высокий голос Незу неприятно разрезал тишину. Директор выглядел не слишком довольным — Шота заметил это только сейчас, приглядевшись. Он даже не притронулся к кружке своего чая, незаметно кидая взгляды в монитор компьютера. О, как же Айзава хотел вытряхнуть все секреты собравшихся здесь. Его, как бывалого подземного героя, нервировала неизвестность и неопределенность, а эта комната была буквально оплотом тайн. И каждый явно был не в своей тарелке от всего накатившегося, поэтому было ясно — скрывает что-то каждый в комнате. Даже лучший друг Шоты, который не кричал как обычно, а тихо сливался с фоном. Что-то не так. Айзава что-то пропустил и никто не собирается говорить ему что именно. Зуд гудит под кожей. Хочется залезть в головы всем этим лицемерам. Хочется выведать все их тайны, вытряхнуть грязное белье и пересчитать скелеты в шкафу. Неопределенность приравнивается к опасности. И Айзава реагирует на это как на опасность. Он готов ударить в любой момент. Как и каждый в этой чертовой комнате. — У вас будет неделя, чтобы обработать данную сегодня информацию. Следующая встреча пройдет в этом же месте в два часа дня. Прошу никого не опаздывать — вам не понравятся последствия, — нарочито весело чирикнул директор, театрально взмахивая рукой. Фарс. Напряжение в комнате спало на пару градусов. Ястреб даже не скрывал радости — он распушил перья и, резко встав со стула, унесся по коридору. Возможно, из-за животной мутации, атмосфера в кабинете ударила по нему сильнее всего. Не то чтобы Айзава его жалел — каждая причуда имеет минусы. Он, например, с самого первого дня в Юэй знал, что когда-нибудь ослепнет, если свяжет жизнь с героизмом. Конечно, если не умрет раньше. — Изуку, — окликнул ученика директор. Мидория даже не встал из-за стола, уже предвещая серьезный разговор. — Задержись. Шота снова подозрительно посмотрел на них. Незу часто говорил с Изуку наедине, но в последнее время что-то зачастил. Мидория лишь кивнул и устало откинулся на спинку, смотря в потолок туманным взглядом. Айзава вышел из комнаты, чувствуя расползающуюся по венам паранойю. Он мотнул головой, отгоняя мерзкое чувство — подслушивать разговор своего босса и друга ниже его достоинства. Шота ценит дружбу. Но почему-то это не мешает ему подозревать всех вокруг. Что с ним не так? Это он параноик или все вокруг сговорились? Та битва в USJ не прошла без следа. И Айзава говорит вовсе не о шраме под глазом. Изуку старается не вынимать рук из карманов пальто, которое так нелепо смотрится на нем в летнее время. Но лучше так, чем светить раздражающим тиком рук. А он все прогрессирует и даже не думает замедляться. Хотя чего удивляться: сразу после USJ на Мидорию нахлынула лавина новой, не самой приятной, информации. Изуку устало посмотрел на Незу, который молча подозвал его к себе. Кости протестующе затрещали лишь от того, что он встал. Мидория презрительно скривился, осознавая, что слишком уж он ослаб. Жалкий. Так не должно быть. Это странно. — Показывай, — стальной голос Учителя вырвал Изуку из его пучины самокопания. Мидория удивленно поднял брови, всем видом пытаясь строить дурачка. Взгляд Незу все так же остро смотрел ему в душу. Со вздохом Изуку вынул руки, вытягивая их перед собой и принимая самый незаинтересованный вид. Он полностью игнорировал ускорившуюся дрожь и неприятное дерганье мышц под кожей. — Почему ты не сказал докторам? — в голосе Незу не звучало обвинения, только смирение и горечь. — Ты же знаешь, что меня убивало прибывание там, — едко усмехнулся Изуку. — Не могу. Со всех сторон, каждый в этой чертовой больнице, каждый смотрит на меня, — произнес он уже более тихим голосом. — Ты должен обратиться к специалисту. Я могу порекомендовать тебе частного- — Потом, — резко прервал Незу Мидория. Он снова засунул руки в карманы и угрюмо ссутулился. — Сейчас важнее Неизвестный. Если мы его упустим и в этот раз, то следующий, может, и не переживем. — …Отлично, — стальным голосом согласился директор. Он отлично скрывал свое недовольство, но Изуку слишком хорошо его знал. — Пока ты был в больнице я проанализировал данные с видеокамер в тот день. Оказалось, что прервалась лишь связь между камерами и основной школьной сетью, но видеозапись продолжилась благодаря резервным аккумуляторам. В итоге, после просмотра, я пришел к не самым радужным выводам, — вздохнул Незу, начиная что-то искать на своем компьютере. — И? — нетерпеливо спросил Мидория. — Подойди и посмотри сам. Я хочу убедиться, что вижу это не только я. Изуку обошел стол, встав рядом с директором. Видеозапись того злосчастного дня появилась на экране. Высокая школа. Огромные стены, закрывающие Юэй ото всех проблем. Все погрузилось во тьму. Учителя и ученики разошлись по домам. Лишь одинокое окно на самом верхнем этаже до сих пор освещается бледно-желтым светом. Там мелькают тени, которые растворяются в ночи. Никто не узнает, что происходит за дверьми директорского кабинета. — Это Неизвестный. Точно он. Этот «ному» идеально подходит по параметрам для всех тех преступлений, совершенных два года назад. То была подготовка, а сейчас разминка перед главным блюдом. — Да. Нам стоит ожидать худшего. В его «репетиции» мелькали миссии, где были задействованы сразу несколько из этих мутантов. Уверен, где-то в Японии сейчас находятся несколько десятков, если не сотен, ному. — Что нам делать? Как бы герои не старались, но незаметно обшарить подозрительные территории не получится. Я не верю, что Неизвестный не имеет шпионов в рядах Комиссии. — Думаю, тебе придется подергать за ниточки. Как Зеро. — Ты прав. Это единственный выход в данной ситуации. Сейчас информация нужна нам даже больше воздуха. — Будь осторожен. Твои перемещения всегда вызывали интерес. — Пф, за кого ты меня принимаешь? Не в первый раз все-таки. — Мне нужно идти. У меня не было и минуты покоя, так что я даже не успел поговорить с Хитоши. Надеюсь он ничего не натворил, — ласково вздохнул Изуку, потягивая затекшие плечи. — Успокойся, он в полном порядке. По крайней мере физически. Думаю, по нему сильно ударила твоя безрассудная деятельность, — с укором взглянул на него Незу. — Но что в этом такого? Он же хочет стать героем, так что и понимать должен — опасность будет на каждом шагу, — покачал головой Мидория, крепче сжимая руки в карманах. — В нашем дуете именно я должен не понимать человеческие эмоции. Так что переставай быть таким идиотом и просто поговори с Хитоши. И я жду когда ты нас представишь. Официально, — с нажимом произнес директор, хотя на его лице играла легкая улыбка. — Я знаю, знаю. Не сейчас. Ты же должен понимать — времена тяжелые. Сначала мне нужно просто с ним поговорить. Мы не виделись уже несколько дней… Я скучаю, — с удивлением даже для себя самого сказал Мидория. — Это странно — чувствовать, что тебя кто-то ждет и беспокоится о тебе. — Да, Изуку. И тебе нужно принимать во внимания чувства Хитоши. Бедняга так волновался о тебе, а ты даже не подумал о том, что он искренне боится за тебя. — Но я же герой- — И что?! Это не значит, что ему будет все равно, если тебя ранят. Причем тебя ввели в искусственную кому, а мальчик даже не знает почему. Конечно, он будет думать о худших вариантах! — недовольно воскликнул Незу. — Да что ты так разгорячился?! — широко распахнув глаза, крикнул Мидория, отступая на шаг. — Я понял, что был не прав. Но тебя-то чем это задело? Все нормально же! Я жив, с Тоши поговорю и все станет нормально. Все счастливы и живы. КОНЕЦ! — Ты правда не понимаешь? — нахмурился Незу. — Да что я должен понимать? Ты со своими играми уже надоел! Нет, чтобы сказать по-человечески — ты все загадками талдычишь, — Изуку скрестил руки на груди, его пальцы мелко подрагивали от стресса. Директор устало прикрыл глаза. — Ты правда не понимаешь… — с мрачной усмешкой в голосе сказал он, поднимая глаза на ученика. — Не один Хитоши о тебе беспокоится, знаешь ли. Есть еще, например, я, который спать не мог — все время мониторил твое состояние через больничные камеры. Или Ямада с Немури, которые все пороги твоей палаты обили, проверяя тебя. Айзава, как только проснулся, сразу же набросился на медсестер с расспросами о твоем здоровье. Ты не один, Изуку, о тебе беспокоятся и тебя любят. Просто ты этого не хочешь видеть, — жестко припечатал Незу, пристально смотря на Мидорию. Тот попятился назад. Его руки уже сотрясала сильная дрожь, а зрачки метались в разные углы комнаты, лишь бы не наткнуться на Незу. Изуку сильнее сжал и так обескровленные губы, как будто боялся издать лишний звук. — Ты не один, — с нажимом произнес Незу. — У тебя есть друзья — И не спорь! — они тоже считают тебя своим другом. Есть куча людей, которые видят в тебе Изуку Мидорию, а не Зеро. Так что хватит бегать от каждого проявления доброты, как от проказы. Просто посмотри своим чувствам в глаза! — Я… Я позвоню тебе позже! — резко сказал Мидория слишком высоким голосом, выбегая за дверь. Его сердце бешено билось, а капля пота скатилась с виска. Он правда бежит от привязанности? Но он же не убегает от Хитоши… и от Незу… и от других. Так что все с ним хорошо. Ему просто нужно успокоится и все тщательно обдумать, а позже он примет решение. А еще нужно заняться делом о Неизвестном и подготовить план к следующему уроку в Юэй. Да. Именно этим он и займется. А покопаться в себе всегда успеет. Осталось только поговорить с Хитоши…