Статус: НЕИЗВЕСТНО

— Ты будешь стоять впереди и атаковать своим хвостом по моей команде, — Хитоши проинструктировал последнего невольного члена своей команды. Им был какой-то парень из 1-А, но имени вспомнить он не мог, да и не волновало это его. Шинсо еще раз пробежал взглядом по трибунам, надеясь увидеть там блик зеленых волос, но толпа все также оставалась безликой. Хитоши злился на себя, ведь прекрасно знал, что Изуку сейчас занят и не сможет присутствовать на его выступлении. Хотя что-то внутри него не переставало эгоистично желать, чтобы Мидория был здесь и мог смотреть на него, гордиться им. Эти мечты так и остались мечтами. Полночь ударила своим хлыстом, объявляя начало второго тура Спортивного фестиваля. Хитоши глубоко вздохнул, сосредотачиваясь на своем окружении. Это был бой, и он обязан был выйти из него не меньше, чем победителем. Это покажет всем, что он не хуже других. Это покажет Изуку, что он ничуть не уступает тем придуркам из А-класса. Хитоши смотрел на будку ведущего. Сущий Мик распинался в описаниях прошедшего боя, подготавливая публику к новому зрелищу. Шинсо не мог не усмехнуться от такой прерогативы — стать не лучше цирковой обезьянки. Весь Спортивный фестиваль изначально работал не на его причуду. Промывка мозгов становится практически бесполезной, когда о ней узнает противник. После первого боя один на один Хитоши стоит перейти на рукопашный бой. Хотя в следующий раунд выйдут люди с сильными причудами, которые навряд ли даже дадут ему шанс подойти. Итог вырисовывался не радужный — первый бой станет для него последним. Это значит только одно — это должно быть незабываемо, чтобы его заявление о переводе хотя бы рассмотрели. Да, после этого Шинсо долго не сможет проявлять себя на стажировке, ведь его причуда потеряет изюминку. Но о нем рано или поздно забудут. А Изуку может помочь чуть ускорить это дело, и тогда Хитоши нужно будет только залечь на дно, что само собой случится, как только он станет героем. Шинсо достал из кармана телефон, чтобы положить его в ячейку хранения, но его отвлекло выскочившее уведомление. Он быстро пробежался по нему глазами, и на его лице расползлась улыбка. Мидория все же нашел время, чтобы поддержать его, пусть и не лично. «Удачи тебе в предстоящем бою! Уверен, что ты дошел до третьего тура, хотя пока что не могу посмотреть на твои успехи. У тебя все получится — главное это верь в себя. А если что-то пойдет не так, то у тебя всегда будет еще куча возможностей для перехода. Если что я могу устроить тебе такой шанс ;)» Хитоши тихо фыркнул от пожелания Изуку. Но, на удивление, воодушевляющая речь сработала, и неуверенность чуть отступила. — И ВСТРЕЧАЙТЕ НАШИХ СЛЕДУЮЩИХ УЧАСТНИКОВ: АСУИ ЦУУУУУЮ И ХИТОШИ ШИИИИНСО! — объявил Сущий Мик. Толпа взорвалась криками и аплодисментами. Шинсо сжал кулаки, выходя на середину стадиона под рев трибун. Напротив него шагала та самая Асуи Цую. Хитоши быстро вспомнил всю информацию, что смог о ней собрать за те недели учебы. Спокойный характер, причуда: мутация лягушки. Не самый лучший противник для него, но выбирать не из чего. Конечно, можно было помечтать о каком-нибудь Бакуго Катсуки, которого вывести из себя, как нечего делать. — И… НАЧИНАЙТЕ БО- Не успел герой договорить, как на весь стадион прогремел взрыв. Хитоши мог видеть только огромное облако дыма, застелившее половину стадиона. Нельзя было сказать пострадал ли кто-то, да и точное место взрыва тоже не было видно. Фестиваль сразу стал похож на разворошенный муравейник: люди кричали, толкались, пытались убежать. Шинсо быстро рванул с середины «сцены» в тень, где он чуть ранее ожидал своего боя — оставаться на открытой местности было слишком опасно. Хитоши успел краем глаза заметить, что трибуны начали рушиться, а одна из стен обвалилась. Чуть погодя до него дошло, что взрывов было несколько, но все они слились в один большой. Не было сомнений, что это нападение злодеев, причем довольно серьезное, раз они смогли пробраться в Юэй с бомбой. Шинсо не мог долго оставаться на месте, но и бездумно уносить ноги было бы верхом глупости — злодеи вполне могли поджидать у выходов. Хитоши решил доверить решение единственному человеку, в котором он не сомневался. Телефонные гудки растянулись в вечность, но Изуку все-таки взял трубку. — На нас совершили нападение. Стадион взорвали, я нахожусь в западной зоне ожидания. Не знаю сколько тут злодеев и где они, — протараторил он, не давая Мидории вставить и слова. На мгновение все затихло и раздался голос Зеро. — Стадион снабжен служебными выходами. Тебе недалеко до них идти, так что беги в сторону кафетерия, но перед ним поверни на право. Там будет помещение для персонала. Внутри есть дверь, через которую тебе нужно пройти. Ты окажешься за пределами стадиона и тогда беги подальше от Юэй через лес. — А как насчет экстренных выходов? До туда ближе. — Делай, что я тебе сказал, — холодный и приказной тон совсем не походил на Изуку, которого знал Шинсо, но он не мог возразить. Мидория сбросил трубку с тихим щелчком, а Шинсо рванул вглубь здания. Он тренировался с Изуку, а сейчас это могло спасти ему жизнь — чем быстрее он бежит, тем выше его шансы выжить. Хитоши знал, что это не его битва, но что-то внутри него разочарованно сжалось, осознавая, что сбегает он один, бросая остальных на произвол судьбы, но он зажмурился, пытаясь подавить эти мысли — найти хоть кого-то будет сложно из-за разрухи после взрывов. Люди разбежались в разные стороны, спасая свои жизни и Шинсо должен был сделать то же самое. Где-то раздался резкий, но приглушенный крик. Хитоши напрягся, но не повернул. Он пробежал еще пару метров, прежде чем резко повернул обратно, в сторону крика. Его глаза были широко открыты от страха, сердце бешено стучало в груди, а сжатые в кулаки руки дрожали, но Шинсо бежал. Он — будущий герой, а как герой может пройти мимо того, кто нуждается в спасении? Если он убежит, то будет не лучше Старателя. Перед тем, как выбежать на стадион Хитоши притормозил: страх не должен был победить разум. Он присел, спрятавшись в тени, и выглянул наружу. По полю стелилась серая завеса, образованная явно не дымом. Либо дымовые шашки, либо причуда. Если последнее, то где-то рядом должен быть злодей. Шинсо раздраженно фыркнул, поняв, что никакого снаряжения у него при себе нет из-за правил Фестиваля. Он осмотрелся, найдя недопитую бутылку с водой и, смочив ворот футболки, натянул его на нос. Только после этого Хитоши аккуратно, постоянно оглядываясь, начал продвигаться вглубь стадиона. Бомбы были заложены под трибуны, поэтому те обвалились прямо на арену для сражений. Это было на руку Шинсо, ведь так было гораздо легче спрятаться, хотя он надеялся, что крикнувшего человека не придавило. Продвигаясь по арене, Хитоши пытался найти человека, но это было практически невозможно. Шинсо в душе проклял себя за поспешность действий, но не стал сворачивать с намеченного пути. Еще была надежда. Хитоши заходил все дальше, но и намека на кого-то живого не встретил. Его лицо было напряжено, а тело сковал страх, но ноги упрямо шли. В какой-то момент Шинсо замер от раздавшегося хлюпанья. Он медленно опустил взгляд под ноги. Дым до сих пор не рассеялся, так что Хитоши не сразу сумел разглядеть то, во что он наступил. Но спустя мгновение его глаза уловили омерзительный красный цвет. Шинсо сразу же отдернулся назад, падая на землю. Холодный пот струился по спине, а дыхание участилось. Он не хотел думать о том, что только что увидел. Хитоши осторожно поднялся, пытаясь не наступить на что-то еще. Его падение и так нарушило эту мертвую тишину. Но когда снова был готов продолжить свои бесцельные поиски, снова послышался голос. Это уже был не крик — кто-то ударил по железной балке. Шинсо испытал мгновенное облегчение, что здесь был кто-то живой. Он повернул в сторону звука, но теперь постоянно опускал взгляд на землю, и каждый раз его сердце на мгновение замирало. Но он наконец-то приблизился к звуку. Хитоши подобрал кусок бетона, когда-то бывший ареной, и бросил его вглубь стадиона. Раздался характерный стук и спустя несколько секунд кто-то очень близко снова ударил по железу. Шинсо повернул влево, разглядев обломки трибун, свалившиеся друг на друга. Это было плохо. Хитоши подошел как можно ближе и тихо спросил: — Здесь кто-то есть? Ответа не последовало. — Здесь кто-то есть? — повторил он вопрос, но чуть громче. На этот раз из-под завала раздался приглушенный ответ: — Да. Мне придавило балкой ногу и, кажется, у меня сломаны ребра, — голос был еле слышен, но говорящий был спокоен, не смотря на ситуацию. Хитоши оглядел кучу, заметив единственную торчащую балку. Он нахмурился, смотря на ее расположение — она подпирала несколько бетонных блоков, которые могли обвалиться, если опора пропадет. — Я не смогу ее переместить, даже если захочу, — с сожалением ответил Шинсо, покачав головой. Он и правда испытывал вину за то, что не мог помочь. Если бы здесь был кто-то другой, кто-то с яркой геройской причудой, то он наверняка смог бы что-то сделать. — Я и не надеялся, — ответил голос, звуча все так же апатично. — В любом случае, если бы ты попытался, то скорее убил бы меня. Так что я рад, что ты хотя бы умеешь думать. — Ха, вижу, что даже сломанные ребра не заставили тебя молчать, — хмыкнул Хитоши. Он снова осмотрелся, убедившись, что они до сих пор одни. Но нельзя было расслабляться. Мидория уже знает о нападении, так что скоро герои начнут штурм, а в ходе битвы вполне может пострадать и он, и человек под завалами. — Какая у тебя причуда? — почти не надеясь, спросил Шинсо. — …Лед, — пришел короткий ответ. Хитоши на мгновение задумался, прежде чем его осенило. — Ты Тодороки Шото? — сын ненавистного ему героя был прямо здесь, под завалами. Тот самый заносчивый мальчишка, член отвратительного ему класса А. — Какая разница? — раздраженно ответил голос. Шинсо вздохнул. И правда, какая разница? Он хочет стать героем, а значит будет спасать всех. Личный фактор должен отсутствовать в этой работе. — Никакой. Просто уточнил, — бесцветным голосом ответил он. В голове Хитоши начали формироваться многочисленные планы с учетом такой сильной причуды. — Ты же еще владеешь и огнем? — Я не буду использовать причуду отца, — злобно процедил Тодороки. — Мне все равно на хочу-не хочу! — так же недовольно ответил Шинсо. Он был зол на все: на ситуацию, злодеев, Тодороки и его отца, но в особенности на себя. — Если не хочешь сдохнуть, когда герои начнут захват, то делай то, что я тебе скажу. Молчание было ответом для Хитоши. Тот сжал кулаки, а в его глазах мелькнул яростный огонек — за весь день он наконец дошел до своего предела. — Если так желаешь умереть, то можешь просто лежать здесь. Твой папочка наверняка решит сжечь здесь все, полностью игнорируя любую возможность спасения пострадавших. И ты будешь одним из тех, чей обгоревший труп вытащат из-под обломков несколько дней спустя, — закончил Шинсо. Он тяжело дышал, глядя ошалелыми глазами в никуда. — … — Шото молчал, и Хитоши уже успел начать судорожно думать не умер ли он. — Что мне нужно делать? — посерьезнел Тодороки. Хитоши мысленно вздохнул, радуясь, что смог вправить мозги одному геройчику. — Тебе нужно точечно нагревать и одновременно охлаждать балки там, где я скажу. Они под наклоном, так что я смогу их оттолкнуть от тебя, но… — Они слишком тяжелые, чтобы после этого бесшумно их уложить, — продолжил за Шинсо Шото. Он кивнул на его слова. — Я могу это сделать, но мой контроль не так уж хорош. Это несет слишком много рисков для нас обоих. Хитоши понимал, что это было практически самоубийством: их могли услышать из-за падения бетона, Тодороки мог не справится с причудой и тогда спасать его было бы уже бесполезно, а еще и сам Хитоши мог не рассчитать какую именно из балок стоит первой убрать, чтобы вся конструкция не схлопнулась. Но… Шинсо опасливо огляделся. Вокруг были злодеи, и раз они смогли организовать такой взрыв в самой крупной геройской школе, то людей было у них достаточно. Когда прибудут герои, то развяжется масштабная битва, они определенно заденут людей, погребенных под обломками. И здесь был Старатель… Он бы точно не стал осторожничать. — Будем действовать быстро. Оставаться здесь небезопасно, — решительно заявил Шинсо, пытаясь передать свою решимость собеседнику. — Командуй, — Хитоши почувствовал прилив радости, но и беспокойства. На него вмиг легла ответственность за чужую жизнь, но мешкать не было времени. Шинсо присел и со всех сторон осмотрел конструкцию завала. Одна ошибка — и конец. — Вторая наклонная балка с моей стороны. Из щелей между сваленными обломками показался свет от огня. Спустя мучительные две минуты бетон дал трещину. Но прежде чем оттолкнуть кусок балки, Шинсо сказал: — Теперь третья с моей стороны, — Хитоши нужно было оставить как можно больше времени для их побега, а шум мгновенно соберет здесь злодеев. Шинсо придерживал осколок, пока вторая балка не треснула. В этот момент он ухватился и за нее, напрягаясь от веса, но продолжая терпеть. — Теперь первую, но скажи мне незадолго до того, как она треснет, — сдавленным голосом указал он. Тодороки молча подчинился. По ощущениям Хитоши, каждая секунда ощущалась как час. — Скоро, — сигнал был дан и Шинсо дернул на себя две балки, которые поддерживал все это время. Они наклонились и упали с оглушительным грохотом. В этот момент Хитоши подскочил к третьей балке и ухватился за нее, как будто это могло ускорить процесс. Сзади послышались отдаленные крики — злодеи не пропустили этот шум. Балка треснула и Шинсо оттолкнул ее в сторону, одновременно кивая в сторону оставшегося осколка трибун — того, что придавил самого Тодороки. Он поморщился, немного колеблясь, но применил свою причуду. Балка была в опасной близости от его тела. Голоса стремительно приближались, казалось, что их окружили и бежать некуда. Хитоши услышал практически за своей спиной разговор злодеев. Он поджал губы, нырнув к Тодороки, чтобы всем телом поддержать балку. — Эх, дети в наше время такие тупые, — мерзко посмеиваясь, сказал хриплый голос. — Героев учат как надевать латекс, а не работать головой, — флегматично ответили ему. — Это где-то рядом, так что разделимся. — Ла-а-адно. Шинсо посмотрел в глаза Шото, увидев отражение своей паники. Но он твердо остался стоять здесь. Невидимый обратный отсчет будто бы висел над их головами. Шаг. Шаг. Шаг. Каждый звук раздавался в опасной близости. Тодороки бросил на него панический взгляд, и только сейчас Хитоши обратил внимание на его состояние — он весь запыхался, но одновременно дрожал от холода, его пламя периодически вспыхивало. Было ясно, что он устал, причем это накладывалось на то, что еще до этого Шото устал на Фестивале, а после был ранен обломками. — Скоро, — предупредил его Тодороки, сосредоточенно хмурясь в попытке не потерять контроль над причудой. Шинсо начал мысленно перебирать свои варианты побега, но незаметно уйти было невозможно. В этот момент за их спинами послышался леденящий душу голос: — Нашел вас, — с ухмылкой сказал злодей. Сердце Шинсо пропустило удар, когда он резко повернул голову. — Зачем вы пришли сюда? — с отчаянием в голосе спросил он, пытаясь вынудить человека ответить ему. Злодей хмыкнул, его глаза сощурились в улыбке, когда он поправил монокль. Он уже было хотел что-то сказать, когда театрально прижал указательный палец к закрытому рту. В этот момент Хитоши лишился всякой надежды на побег — о его причуде знали! Злодей начал медленно, но уверенно подходить к ним. Хитоши был безоружен и беспомощен без своей причуды, а Тодороки лежал придавленный и из последних сил поддерживал огонь и лед. Но когда между ними и злодеем оставалось всего пара шагов, балка треснула. Шинсо тут же ее толкнул в сторону приближающегося человека в монокле, подхватив Шото и, поддерживая его, побежал прочь. Тодороки еле перебирал ногами, он был полностью обессилен и его причуда тоже не могла помочь им в побеге. Казалось, это лишь отсрочка перед неизбежным. В этот момент сзади послышался шум. Хитоши не оглядывался, продолжая тащить на себе Шото. Когда они оказались около той двери, о которой говорил Изуку, Шинсо понял, что их никто не преследовал. Это почему-то заставило его вздрогнуть, но он отмахнулся от гложущих его мыслей, продолжая побег. Злодей в монокле смотрел как два подростка мучительно медленно отдаляются от него. Два выстрела и они были бы мертвы, но… Он повернул голову, смотря прямо в центр поля, где сурово стояла одинокая фигура в маске. Зеро прибыл мгновенно, что только подтвердило то, что он работает в Юэй, ведь его не было среди зрителей Фестиваля и этот район не входил в его область патрулирования. Так что можно было смело заявить, что это не случайность. Улыбка расползлась на лице злодея, когда он, поправив свой монокль, наконец получил всю нужную ему информацию. Миссия прошла успешно.