Come Together

He roller coaster,

He got early warning,

He got Muddy Water,

He one Mojo filter,

He say one and one and one is three.

Got to be good looking,

'Cause he so hard to see.

Слишком яркий свет люстр, многократно отражающийся от драгоценных камней и лоснящихся тканей, бил в лицо. Отчаянно стараясь не морщиться, Гарри проталкивался сквозь чрезмерное обилие пышных кринолиновых платьев, вальсируя, чтобы не наступить на мантии волшебников. Какая-то неспешная мелодия только раздражала. Хотя все вокруг, похоже, были в восторге. Гарри привык. Проскальзывая мимо зеркала, мимолетно проверил замазанный шрам — держится еще консилер. Какое-то время он одалживал его у Гермионы или Джинни, а в последний раз, когда к нему подскочил очередной волшебник с восклицанием "Не вы ли тот самый Гарри Поттер!", оный герой развернулся, зашел в ближайший магазин косметики и закупился консилером, линзами всех цветов и смываемой краской для волос. Когда он вышел, тот поклонник все еще караулил его. Хорошо, что волшебники с маггловскими приспособлениями знакомы слабо, и в полюбившемся Гарри образе кареглазого шатена никто не узнавал знаменитого героя. Ощущая себя плывущим по течению карасиком, он скользил между танцующими парочками, методично напивался и поглядывал из-под курчавой длинной челки на гостей, надеясь встретить хоть одно приятное лицо. Проклятая вечеринка в честь победы. Слияние маггловского и магического миров, милота. Знал бы Гарри, сказал бы в 11 лет Дамблдору: "Нет, дядь, ваш местный маньяк — не моя личная проблема. И если он охотится за мной, то тем более именно я должен держаться подальше ото всей этой истории. Дайте ему какой-то ордер на неприближение, магическую защиту там, ну хоть документы и лицо мне поменяйте, вы же умеете. Нет, не буду я с ним драться, я подросток в конце концов! Мне тут с прыщами надо разбираться, а не с террористами мирового масштаба. Сами, дядь, сами." С другой стороны, Гарри ведь прекрасно понимал, что иначе бы не поступил... — Скучаете, молодой человек? — раздался вкрадчивый голос будто у самого уха. Гарри едва не отпрыгнул от маленького человечка, с чуть-чуть кровожадной улыбочкой взирающего на него с надеждой опытного продавца. — Ищете компанию на вечер? Мы готовы предложить вам... — Спасибо. — буркнул Гарри с выпученными глазами, выдрал свой рукав из его лапок и унесся из того угла со скоростью пули. Остановившись лишь в другом конце огромного зала, он оперся о стену, чтобы перевести дыхание. На него, потного и запыхавшегося, косились. Гарри нашел взглядом туалет и смылся туда. Ополоснув лицо, он с сожалением посмотрел на оставшуюся на руках светло-коричневую краску с границы лба, разводами смешивающуюся с бежевым консилером. Возможно, стоило использовать нечто более стойкое, но Гарри ненавидел потом тереть лицо едко пахнущими средствами, как и ходить неделями с неродным цветом волос. К тому же, привыкнут его таким видеть знакомые — вдруг и потом узнают, когда ему это не нужно будет? Он выудил из кармана маленький тюбик. Пригляделся сквозь стекающие по лицу капли воды — не тот. Достал другой, с консилером. Но раньше, чем Гарри успел дождаться сухой кожи и нанести его, дверь распахнулась и вошел уже расстегивающий ремень парень. Гарри замер, застыл и Симус Финниган с руками на ширинке. "Хоть бы не узнал" — едва мелькнула мысль, и тут же бывший однокурсник широко распахнул руки для объятий: — Гарри, дружище! "Блять" — подумал Гарри, но улыбнулся в ответ и осторожно обнял школьного товарища. — Что ты здесь делаешь? — спросил Симус так, будто не видел по влажному лицу и рукам. Его расстегнутый ремень упирался Гарри в живот и нервировал. — Скучно. — ответил он. — О-о-о! — протянул Симус довольно, и Гарри заранее понял, что ему не понравится его предложение. — Так тут, знаешь, такие девчонки есть... — Мне...мне не надо. — слабо возразил Гарри, а Симус уставился на него так, будто его лучший друг только что вонзил ему нож в спину. — Я...понимаешь...Я гей. — соврал Гарри раньше, чем успел подумать. Симус разулыбался, и все это стало совсем жутко. — Так не беда, приятель, там и парни есть. — "Там" — это где? — настороженно спросил Гарри, осторожно отодвигаясь от него. — Пойдешь — покажу. Давай, не трусь, там недорого. Хлопнув чуть оторопевшего Гарри по плечу, он, наконец, отлепился, обошел его кругом и направился к писсуарам, не переставая говорить: — Ты чет больно разволновался, а я тебе говорю — брось, чувак! Вообще не трагедия, что гей. Знаешь, мы с Дином тоже как-то раз говорили и... — Да, я пойду! — почти вскричал Гарри. Ему было совершенно не интересно, что там у них с Дином. Он только хотел знать, о чем Симус сказал "недорого"? Про выпивку? Про угощения? Про морожное? Гарри бы не отказался от морожного прямо сейчас, но, судя по довольному насвистыванию Симуса над своим писсуаром, речь шла не только о нем. Или вообще не о нем. Гарри не хотел знать. Он только хотел, чтобы от него отстали все, и немного повеселиться. Раз уж он пришел и вытерпел все это, заслужил он немного простого человеческого веселья? — Сейчас закончу, и пойдем. — радостно оповестил его Симус. Гарри подавил неприятные спазмы горла и отвернулся к зеркалу. Пока есть минутка, как попало намазал консилер на шрам, растрепал завитые кудри, чтобы скрыть тонкую полоску черных корней у лба. Проверил, не видна ли ярко-зеленая каемка за линзами оттенка "Молочный шоколад". Гарри бы назвал этот цвет "Тедди сходил на горшок после молочной кашки", но у создателей линз были свои причуды. — Не прихорашивайся ты так, там пофиг всем. — заверил его Симус с той же пугающе широкой улыбкой, подхватил за локоть и поволок на выход. Гарри из этой фразы понял только то, что трахать его никто не собирается. Кажется. Оно уже хорошо. Не то, чтобы он так уж против, просто...Симус. Они протиснулись через весь зал к одной паре из многочисленных дверей. Тяжелые, резные, они распахнулись с подозрительной легкостью. Шум вечеринки остался позади, но, как быстро понял Гарри, веселье здесь только начиналось. В чуть приглушенном свете пламени свечей с канделябров небольшой по сравнению с первым зал показался Гарри загадочным, таинственным, манящим... Запах чего-то неизведанного, но невероятно приятного дразняще пощекотал ноздри. Пряная сладость разливалась в воздухе... Гарри резко раскрыл глаза, так и не поняв, когда успел их закрыть. Симус рядом блаженно жмурился и даже чуть раскачивался. Но Гарри был научен жизнью. Так хорошо не может быть так просто. Он забегал взглядом по помещению, выискивая подвох. Красный бархат кресел. Странно. Открытые платья женщин. Вызывающе. Группка мужчин в костюмах на маггловский лад, полукругом рассевшаяся перед почти обнаженной девушкой, крутящейся на каком-то шесте для квиддичных колец. Только без колец. И без квиддича. Просто шест. Гарри невольно отступил. Он не был знаком с таким, хотя слышал, конечно, в мальчишеской спальне шесть лет... Но видел только в фильмах. — Чего застыл, ну? — Симус, кажется, отмер. Его блуждающая улыбка отражала неровный свет пламени на клыках. Гарри дрогнул и предпринял слабенькую попытку к дизертации. — А, понял. — Симус ухватил его за отворот мантии, поудобнее перехватил за локоть, и снова потащил. — Сейчас покажу тебе, где тут парни имеются. Гарри чуть трепыхался, как полудохлая рыбешка, но все же следовал за проводником, то невольно скользя взглядом по полуобнаженным женским телам, то стыдливо опуская глаза. Симус перешел на почти бег, и они быстро миновали этот зал, входя в узкий коридор, прошли мимо приоткрытой двери, где мельком увидели другой зал: темный и пропахший табаком, где, кажется, играли в казино, а позади, на диванчиках, сидели фигуры совсем голых людей; но они проскочили мимо так быстро, что Гарри едва ли об этом задумался. Он подумал только о том, куда они так торопятся, тем более, что ноги после благовоний того зала все еще остались ватными. — Симус, почему бежим? — А, извини, — он виновато покосился через плечо, — Просто те девочки... — его масляный взгляд метнулся к оставшейся приоткрытой двери в тот красно-бархатный зал, — Не подходили совсем ко мне, как в тот раз. Наверное, видят по тебе, что ты...ну, не готов за них заплатить. — Заплатить? За кого? За людей? — ошалело пробормотал Гарри. Симус покосился на него, как на идиота. Гарри так себя и чувствовал. — Знаешь, тебе не обязательно со мной возиться, как с маленьким. Можешь оставить меня тут, я разберусь сам дальше. — решительно сказал Гарри. Он не хотел быть в месте, где покупают секс. Это не было правильно. Симус с надеждой обернулся на него и остановился. — Да? — Конечно. — заверил его Гарри, вытерпел еще одно прощальное объятие, и оглянулся. Он остался посреди узкого коридора между залами. В одном его конце только что исчезла спина Симуса. Возвращаться туда было бы очень глупо. В одной из боковых дверей было казино, куда Гарри пойти точно не хотел. Так что он пошел вперед. Из-за одной из дверей доносилась размеренная музыка. Гарри подумал, что это не должно сулить ничего ужасного. Он не ошибся. Там, на таком же шесте крутился, складываясь в невероятные фигуры, парень со светлой блестящей кожей и длинными золотистыми кудрями. Гарри растерянно замер. Это не было ужасно, скорее даже наоборот, и этим и пугало. Он не хотел бы, чтобы на его почти голую, затянутую только в стринги задницу палился десяток мужиков. Но этот парень танцевал так, словно хотел этого... Он повернулся вдруг, сделав оборот вокруг шеста, и заметил так и застывшего Гарри. Его голубые глаза, слишком яркие, чтобы быть настоящими, игриво блеснули в искусственном свете. По пухлым малиновым губам прошелся призывно язык. Он пошло изогнулся у своего шеста, и Гарри решил там его и оставить. Он закрыл дверь, оказываясь снова в темном коридоре наедине с собой. Тянущее чувство неправильности всего происходящего разрослось, начиная стягивать в груди и отдавать горчинкой во рту. Этот парень...просто кукла. Латексный, фальшивый объект. Красивый? Да. Сексуальный? Пожалуй. Но оттого было лишь противнее. Гарри не мог сформулировать в своей голове точную мысль, почему эта неискренняя призывность так отталкивала его. Он просто знал, что это неправильно. Чувствовал, точнее. Он направился дальше, чуть покачиваясь. Это место хотелось поскорее покинуть. Весь этот треклятый особняк со всеми его миллионами коридоров, сотнями залов и непонятными переходами. Гарри просто надеялся, что из всей этой связки маленьких комнат должен быть другой выход, помимо того, откуда он зашел. Так подсказывало ему чутье, воспитанное в детстве, когда Дадли играл на приставке в видеоигры, где персонажа всегда вели из начала в конец, а не какими-то кренделями, как всегда получалось в жизни. Гарри затаил дыхание, открывая следующую дверь, привлекшую его внимание. Кажется, это было не самым ужасным выбором. На миг ему показалось, будто он выбрался, наконец, из того жутковатого места развратных людей и тел на продажу. Но нет. Здесь, окруженные группой изысканно одетых мужчин и реже женщин, косяком испуганных рыбешек жались друг к другу юные девушки и парни, облаченные в белую ткань. Кажется, под ней ничего не было. Гарри прошелся взглядом по нескольким парам босых ног, мелькающих между расхаживающих туфель и брюк, и отвернулся. На это не хотелось смотреть. Он не был уверен, что это вообще законно. Выход в ту же дверь ему перегородил дородный мужчина, неприятно напомнивший Вернона на секунду своей сигарой, торчащей из-под усов, и едва застегивающимся сюртуком. Гарри сглотнул и отпрянул скорее машинально. Сигаретный толстяк подмигнул ему, и Гарри вздрогнул, а затем его подхватил и закружил поток людей. Мордред, это действительно было популярно здесь. Гарри с трудом вырвался и остановился с краю, в углу зала. Он прошелся взглядом по всему помещению, ища выход. Выбраться отсюда и затем рассказать всем, что тут творится... Его глаза остановились на знакомом лице. Немолодой мужчина со своей дамой неспешно ходил вокруг трех предложенных девушек, выбирая. Покупателя обхаживал недавно знакомый старичок. Гарри захотелось раствориться в стене. Он знал этого мужчину...Это был один из министерских советников. Если он здесь, значит... Это законно? Нет. Скорее, это поощрается властью. Как, например, Амбридж при Фадже. Были ли ее "методы обучения" законны? Нет. Было ли кому-то до этого дело? Тоже нет. Захотелось блевать, но нужно было выбираться. Он явно заполз в нору, о существовании которой под своими ногами даже не подозревал. Здесь должна быть еще дверь. Гарри зашарил взглядом по стенам, более не останавливаясь на смутно знакомых лицах из газетных разворотов. На кучку почти обнаженных людей в центре он вовсе старался не смотреть. Зато Гарри заметил, что смотрят на него. Два массивных человека в костюмах с двух разных концов зала. Должно быть, он действительно привлекает слишком много внимания своим перепуганным лицом и странным поведением. Нужно быть естесственнее. Как будто он тут за тем же, за чем и все остальные. Мало ли, что эти люди могут сделать с простым парнем, что таращится на все вокруг круглыми глазами и пытается сбежать. Отлепившись от стены, Гарри, как мог, неспешно двинулся к центру зала. Он старался идти так же немного вразвалочку, как и остальные. Все вокруг давило на него. Гарри ощущал себя невольным шпионом в логове мафии, закинутым с вертолета без предупреждения и инструктажа. Все же, оказавшись практически в центре зала, он больше не мог игнорировать их. Глаза будто невольно возвращались к босым ногам, всем, как на подбор — стройным и безволосым. Как цыплята-бройлеры, на фабрике выращенные. — Подсказать, молодой человек? — подскочил к нему все тот же старикашка, — О-о-о, а вы, я гляжу, передумали-таки! Правильно, юноша, правильно. У нас тут для любого кошелька найдется хорошенькая девочка, а если вы любитель, то и мальчик. Гарри, сморщившись, отчаянно пытался сбежать от него. Кружась между людьми, он выискивал сторону, из которой пришел, чтобы выйти с противоположной. Дорогие костюмы, лоснящиеся мантии, блестящие платья, пышные прически, белые простыни, лайкровые перчатки, босые ступни... Все это смешалось на какое-то мгновение, а затем Гарри увидел его. Тонкий, сливающийся тоном кожи с тканью на себе, он стоял среди этого безумия, устремив взгляд в потолок. Гарри застыл, вглядываясь сквозь толпу в худое лицо за завесью белых волос. Он узнал его. У него не было шанса не узнать Малфоя. Слишком много его было в этой жизни. Бледный, еще более истощавший, чем обычно, в одной только простыне, почти как домовик, но даже в таком положении все еще невыносимо гордый, он задрал подбородок, чтобы свет люстр отражался в стеклянных глазах, сводя Гарри с ума. Он чертовски не знал, что происходит, но был чертовски уверен, что Малфоя надо спасать. — Присмотрелись, я смотрю? — снова вылез этот урод. Гарри вздрогнул и машинально отшагнул, но потом резко сказал: — Да. Да, вот этот. — и указал на Малфоя. — О-о, этот наш экземпляр не каждому по карману. Сами видите, такая фигура, такая грация, такие черты лица, а какие волосы! Гарри стало практически физически плохо. "Экземпляр". Он, черт возьми, живой человек, а не их вещь. — Сколько? — спросил он вместо этого, сжав кулаки. На чужом поле нужно играть по их правилам. Старикашка довольно улыбнулся, и Гарри передернуло. Через секунду в его ладони материализовалась бумажка. Он вгляделся. Чек. — Я подпишу. — сказал Гарри, стараясь не задумываться над тем, что он делает. Магический контракт вспыхнул, перед тем как исчезнуть незримым пеплом. Гарри отстраненно смотрел на пламя на своей ладони, пока продавец что-то там сопоставлял, не переставая нахваливать его выбор. — Эй, этого, веди! — распорядился он каркающим голосом. Широкоплечий мужчина шагнул к Малфою, схватил его за край простыни и поволок. Хорек шипел и извивался, как ему и положено, но шел следом, пока не оказался перед Гарри. Они замерли. Как и в первый раз, в малфоевских глазах моментально зажглась привычная ненависть, только теперь она была многократно помножена на отчаяние и боль унижения, что была там до. Гарри видел, в сиянии люстр. Его уже нельзя было обмануть. — На эту ночь он полностью ваш. Комната наверху номер 506 в вашем распоряжении. Доставим его туда вечером накануне. — откомандовал мужчина и поволок Малфоя куда-то еще. Наверное, готовить. Господи, как мерзко. — Так, значит, это была цена за одну ночь. — констатировал Гарри в воздух. Старикандель улыбнулся, кивнув. — Раз уж так, может, проводите меня до выхода в основной зал праздневства? — О, это я с радостью. — услужливо кивнул продавец и направился к скрытой чарами двери. Умно. А Гарри тупой. И все-таки, он намеревался вытащить отсюда Малфоя. Что бы тут ни произошло, он знал, Малфой не мог согласиться на это добровольно. Гарри собирался его освободить.