На удачу

      В небольшой гримёрной шумно, и Хан ненадолго теряется, выискивая среди людей знакомые силуэты. В воздухе повисла атмосфера волнения и тревоги, Чанбин сосредоточенно повторяет свою партию, сдвинув брови к переносице, Чонин распевается, пока стилисты делают ему причёску, Феликс ходит из стороны в сторону, нервно заламывая руки, а Хёнджин слишком уж громко и нетерпеливо барабанит пальцами по столу, пока визажист доделывает ему макияж. Только Минхо стоит совершенно спокойно, подшучивает над Чанбином, когда тот сбивается с ритма, и выглядит так, словно ничего не происходит.       Последние несколько недель они редко виделись. Минхо переехал обратно в общежитие и пропадал на тренировках, репетициях, фотосессиях и съёмках, а Хан был завален работой и часто оставался в офисе до поздней ночи. В редкое свободное время они старались встретиться, вместе пообедать или немного прогуляться, но всего этого им было недостаточно.       — Пойдём поговорим, — Хан подходит бесшумно, заставляя Минхо вздрогнуть.       — Тебе надо колокольчик на шею вешать, чтобы не пугал так, — недовольно бурчит Минхо. Джисон заводит его в небольшую комнату для стаффа, заваленную всевозможными куртками и чужими вещами, и закрывает за ними дверь.       В более-менее спокойном месте Джисон наконец-то может нормально его разглядеть. Для выступления Минхо выдали красный костюм, волосы перекрасили в рыжеватый оттенок, на шею повесили массивные цепи, верхнее веко подвели тонкой линией, придавая глазам ещё больше выразительности, а губы подкрасили красным тинтом. Минхо безумно идёт этот образ, стилисты поработали на славу, но для Джисона самым красивым он был в тот момент, когда просыпался в его кровати, в его футболке, с растрёпанными волосами и красным следом от подушки на заспанном лице.       — Выкладывай, — говорит Хан, требовательно глядя Минхо в глаза.       — Ты о чём? — Ли недоумённо моргает.       — Не прикидывайся, их ты можешь обманывать своими шутками и напускным спокойствием, но со мной такое не прокатит.       Ли несколько секунд смотрит в пол, что-то обдумывая, а затем сдаётся. Маска спокойствия и уверенности спадает, он смотрит загнанно, достаёт руки, которые до этого прятал в карманах, и Хан отмечает, как сильно они трясутся.       — Ты слишком хорошо меня знаешь, — хмыкает Минхо, отводя взгляд.       — Даже не знаю, радоваться этому или нет. С тобой иногда так сложно, ты в курсе?       — С тобой не легче.       — Я хотя бы не делаю вид, что всё в порядке, когда съедаю сам себя изнутри от тревоги.       Ли на это только невесело хмыкает. Хан аккуратно берёт его руки в свои, стараясь унять в них дрожь.       — Ты готов, Минхо, — говорит он твёрдо, сталкиваясь с ним взглядом, — Ты работал так много ради этого, у тебя всё получится, не может не получиться.       — А если я забуду партию или перепутаю движения?       Фраза звучит так по-детски наивно, что у Джисона от этого что-то ёкает в сердце.       — Даже если это случится, ты всё равно будешь самым талантливым человеком для меня, понял?       — Как фальшиво звучит.       — Но это и правда так.       Минхо слегка краснеет и отводит взгляд, а затем смущённо просит:       — Будь рядом, когда я буду выступать.       — Я буду стоять возле сцены. Если тебе станет страшно, просто посмотри на меня.       — Хорошо, — Ли кивает и выглядит чуть спокойнее, а затем поворачивается к двери. Кто-то громким голосом объявляет, что до их выхода остаётся 10 минут.       — Чуть не забыл.       Джисон останавливает Ли за руку, разворачивая к себе.       — На удачу, — шепчет он и целует, левой рукой притягивая чуть ближе. Ли охотно отвечает на поцелуй, прижимая Хана к стене и приобнимая за талию. На несколько секунд им обоим хочется потеряться в этой комнате, остаться тут ещё на какое-то время и никуда друг друга не отпускать.       — Ты умеешь успокаивать, — хмыкает Ли, заключая Хана в крепкие объятия.       — Я скучал, — тихо говорит Джисон, утыкаясь лбом в его ключицу.       — Я тоже.

***

      Когда ведущая выходит на сцену, объявляя группу и название песни, внутри Джисона всё замирает, а сердце начинает биться в два раза быстрее. Во рту пересыхает, а ладони потеют, затаив дыхание он ждёт их выхода. Луч прожектора выхватывает из темноты силуэты, и из громких колонок начинает играть знакомая мелодия. Внутри Хана всё переворачивается, но он старается держать себя в руках. Ради Минхо нужно сохранять уверенный вид, иначе его нервозность может передаться и ему.       Выступление проходит идеально. Танец, вокал, речитатив — всё на высшем уровне, и Хан с гордостью смотрит на пятерых парней, хлопая и громко поддерживая их вместе с толпой. Когда позиции танца меняются, и Минхо выходит на передний план, Хан чувствует, что волноваться не о чем. Голос звучит ровно, он с лёгкостью берёт все ноты, а танцевальные движения отточены до автоматизма. Он действительно стал главным танцором группы, как и мечтал. В конце песни они встречаются взглядами, и на долю секунды Хан замечает в них растерянность.       Когда музыка затихает, и парни уходят со сцены, Хан первым бежит за кулисы, чтобы поздравить их.       Они выглядят счастливыми и довольными, весело переговариваются и смеются, облегчённо выдыхая. Все, кроме Минхо, который застывает с какой-то натянутой улыбкой и напряжённым взглядом.       — Минхо, что случилось? Ты отлично выступил, от тебя взгляд было не отвести, — тихо говорит Хан, отводя его немного в сторону, чтобы другие их не слышали.       — Я увидел его в зале.       — Кого? — Хан недоумённо морщит лоб, не совсем понимая, кто смог вызвать у Минхо такую реакцию.       — Моего отца. Он стоял возле сцены, только с другой стороны. Я заметил его под конец выступления, но это точно был он.       Глаза Джисона расширяются, он смотрит недоверчиво.       — Бред какой-то, как он мог сюда попасть?       — Понятия не имею, но это точно был он, и он до сих пор стоит там, я уверен.       — И что ему нужно?       — Не знаю, может, вспомнил про свой родительский долг и решил ещё парочку раз меня побить, наверстать упущенное за последние годы? — Минхо недовольно вздыхает.       — Хочешь, я скажу охране, чтобы его вывели?       — Не надо, он мне ничего не сделает, надеюсь…       Громкий голос стаффа отвлекает их от разговора. Группу зовут на интервью, а затем на прямую трансляцию, поэтому они прощаются, но Хан обещает, что будет ждать его сколько нужно до самого вечера.       Когда все мероприятия заканчиваются, Минхо обессиленно подходит к Джисону.       — Наконец-то мы закончили, — говорит он уставшим голосом, — Я так жрать хочу, пойдём поедим где-нибудь? Я готов слона сейчас съесть, я серьёзно…       За спиной раздаются твёрдые шаги, и парни одновременно поворачивают голову. Мужчина средних лет, с мелкой проседью в волосах, острыми скулами и в белой рубашке, заправленной в идеально выглаженные брюки, стоит напротив, в глазах читается строгость и в то же время как будто неуверенность. Они с Минхо были удивительно похожи, поэтому понять, кто стоит перед ним, не составляет труда.       — Ну и зачем ты пришёл? — говорит Ли грубо.       — Кажется, я учил тебя тому, что родителей нужно уважать, — в низком голосе звучат ледяные нотки, — В любом случае, мы можем поговорить наедине?       Он с неприязнью смотрит на Джисона, на что Ли неожиданно берёт его за руку, плотно смыкая пальцы.       — Ты можешь говорить при нём.       Мужчина недовольно кривит губы, но не спорит. На несколько секунд повисает тяжёлая тишина. Джисон чувствует себя неловко, находясь в центре семейных разборок, но отпускать Минхо боится, тому сейчас явно нужна поддержка.       — Ты хорошо выступил, — вдруг заявляет господин Ли, пряча взгляд, — Не знал, что ты так хорошо танцуешь.       Минхо несколько раз удивлённо моргает.       — Мне стоит сказать на это спасибо?       Отец мнётся какое-то время, а затем протягивает сыну небольшую картонную карточку.       — Что это? — он смотрит недоумевающе.       — Наш домашний номер, на случай, если ты забыл. Мать переживает, Минхо, — многозначительно заканчивает мужчина и замолкает.       Минуту Минхо стоит и не двигается, рассматривая кусок картона в своей руке, а затем говорит тихо:       — Где были её переживания, когда меня избивали в школе? Когда я с трудом сводил концы с концами, работая на двух работах? Где они были, когда ты бил меня и унижал каждый день на протяжении всего моего детства? — на глазах выступают злые слёзы, и Минхо быстро смахивает их, не желая казаться слабым.       — Ты ведёшь себя как ребёнок. Возьми себя в руки и будь настоящим мужчиной.       — Ох, наконец-то моя любимая фраза от тебя, — Минхо саркастично выгибает бровь, — Она делит первое место с «Ты позор нашей семьи» и «Только попробуй сделать это и можешь больше не носить фамилию Ли». Как давно я всего этого не слышал и, знаешь, не хочу слышать больше никогда.       Отец смотрит на него, и в глубине его взгляда блестят недобрые огоньки, которые ему приходится сдерживать. Он одаривает Джисона ледяным взглядом, а затем разворачивается и уходит, на прощание кинув:       — Не выкидывай номер, Минхо, и научись, наконец, слушать то, что тебе говорят.       Когда они остаются одни, Хан поворачивает обеспокоенное лицо к парню.       — И что ты собираешься делать?       Минхо несколько секунд смотрит на маленькую карточку в своей руке, что-то обдумывая. Затем рвёт её на несколько частей и кидает в ближайшую мусорку.       — Некоторые люди никогда не меняются. Я мог бы многое простить, но то, что сделал он, не смогу простить никогда.       Джисон понимающе смотрит и кивает, плотнее переплетая их пальцы.       — Пойдём домой, — он бережно берёт его за руку и тянет за собой.       Что бы ни случилось теперь, он не отпустит его. Они нашли друг друга не для того, чтобы снова потерять.