змея

«а если я не прав, тогда скажи – на что же

мне тишина травы, и дружба рощ моих

и стрелы птичьих крыл, и плеск ручьев, похожий

на объяснение в любви глухонемых?»

у меня такое чувство, что его Гуревич забыл. он тут, и при этом – сам по себе. словно я его на улице подобрал. он может молчать целыми вечерами. ретроспектива немого кино. а может начать говорить ни с того, ни с сего. только это быстро заканчивается. как будто ему наскучивает звук собственного голоса. он никогда при мне не играет. но первое, что здесь прописалось – это его скрипка. он что-то такое таинственное делает со смычком. натирает канифолью, обжигает спичкой. движения четкие, даже резкие, как у хирурга, который в один взвизг скальпеля рассекает от макушки до пяток. я смотрю на это, как змея, завороженная дудочкой. у него мятная зубная паста жуткого синего цвета. оттенок такой холодный, что лишь глядя на щетку – у меня зубы сводит. у него есть гель для умывания в рассветно-розовом тюбике, какой-то крем в баночке, и что-то совершенно непонятное с китайскими надписями, есть даже скраб для губ. и эта хрень всё время прибывает. у него три флакона духов. мне особенно нравятся голубые. у него есть пижама. трусы с черепашками. какой-то блядский халат, который он не успевает носить. книги. «Иуда Искариот», рассказы Платонова, стихи Тарковского. вряд ли ему зайдет моя рукопись. он такой серьезный. как иеромонах. хоть иногда иеромонахи поют. иногда и он, как ребенок. и всё чаще. как будто он привык ко мне. но он всё еще одергивает себя. призывает к порядку. как будто он забылся, и вот пора вспомнить. мне нравится, когда он забывается. его запах, голос. его постоянство. трусы с черепашками. когда он говорит: тебя так долго не было. хорошо, что не: слишком. не нравится мне только, если он просыпается по ночам, вздрагивая так, как будто его током ударило. он будит меня, как кабель. встает и уходит в ванную. шуршит вода. потом стихает. он возвращается, но в коридоре шаги стихают. и вот он уже под одеялом. – прости просит он, когда я, не проснувшись и не уснув, прижимаю его к себе. – мне не нравится эта комната шепчет он. и через пару дней мы переезжаем.