Океан лжи

Утреннее солнце уже во всю светило на горизонте, проникая в квартиры озорными лучами, тревожа ими хозяев. По светлой кухне разносился аромат свежих тостов с маслом и клубничным вареньем и шарканье яичницы, которую Хёнджин старательно жарил, следя за тем, чтобы не дай бог не подгорела. Переложив завтрак на тарелки и поставив их на преждевременно протёртый кухонный стол, парень двинулся к холодильнику, беря оттуда прохладный апельсиновый сок, и разливая его по бокалам. Идеальный завтрак готов. Идеальное утро - ну, не совсем. Но и это легко можно исправить. Пока Хёнджин любовался чуть ли не первым за всю свою жизнь удачным и не подгоревшим блюдом, за спиной послышался топот босых ног по прохладному паркету, а через секунду его уже обнимали худые руки. Холодный носик уткнулся в сгиб шеи из-за чего беспорядочная копна волос щекотала носик Хвана. - Я приготовил нам завтрак, малыш. - лепетал Хёнджин разворачивая к себе Сынмина и целуя того в кончик носа. В последнее время он стал слишком романтичен и это наблюдается по его глазам, в которых скопилось всё обожание мира, и что сейчас представляют собой два озера искренних чувств. Хорошо, что младший никак не меняется: - Я чую, думал, ты тут пол кухни спалил. - Ты настолько во мне сомневаешься? - наигранно обиделся парень, отстраняясь, уходя к кухонным шкафчикам и доставая оттуда вилки. - Садись, пока не остыло. - Ты не боишься опоздать на выпускной? - Без нас не начнут, а я хочу, чтобы ты хорошо позавтракал. Давай, кушай. Тем более по времени мы ещё на последний урок успеваем. Парни принимаются завтракать и Хёнджин может вполне собой гордится, когда слышит довольное мычания и причмокивания Кима. И несмотря на это, Сынмин всё равно вредничает и строит гримасу недовольства. - Неужели настолько несъедобно? - Ем только из уважения к тебе, мой дорогой. – Хёнджин, до этого с восторгом смотрящий на парня в миг поникает, думая о многом в данный момент. Но в большей степени о том, что даже завтраком не может накормить своего парня и на что он тогда вообще способен? Это очень разочаровывает, ведь Сынмина хочется радовать, а не расстраивать. - Я шучу, дурачок, только не делай такую моську. Это очень вкусно, любимый, спасибо! - Спасибо.. - парень невесело улыбается, дублируя реплику, и встает со стула, чтобы собрать тарелки и убрать их в раковину. - Ну что такое, почему ты такой грустный? Ты до сих пор винишь себя из-за той ситуации? - Хёнджин не отвечает, да это и не требуется. И так видно – переживает, думает(постоянно). - Я же говорил тебе перестать. Я правда простил тебя. Ты думаешь, я не понял, что ты раскаивался, когда месяц обивал порог чанбиновой квартиры? Да и после этого, ты прекратил ко мне прикасаться без моего разрешения, пылинки с меня сдуваешь, даже с Минхо и Джи поговорил, чтобы приняли меня нормально. А не как всегда. Прошу, милый, отпусти это. Сейчас ты только хуже делаешь. Ведь я начинаю винить себя, а это не так должно работать, понимаешь? Я ведь чувствую твои эмоции, давай любить, а не винить себя направо-налево. Сынмин подходит к старшему, заглядывая в глаза: такие измученные, до сих пор хранят в себе боль того месяца, когда он наблюдал как мучится Ким, когда не ел днями и тенью ходил за ним. Прошло уже 5 месяцев, а тот кошмар никак не уйдет из головы, постоянно напоминая о себе, всплывая, словно призрачные картинки в сознании. - Прости, малыш.. Я правда пытаюсь, но каждый раз... это просто не дает мне покоя. Я смотрю на тебя и просто понимаю, что в жизни не позволю себе обидеть тебя, но одна мысль о такой возможности, о том, что я уже так поступил - и я просто не могу прекратить корить себя в этом. - Все хорошо, любимый, я понимаю, правда понимаю. Но говорю уже который раз - давай оставим это в том месяце, в том страшном, никому не нужном месяце и просто забудем. Прошу тебя. - Хорошо.. Сынмин подымается на носочки и тычется губами в хёнджиновы уже влажные и солёные, потому что предательские слёзы вновь потекли, вновь показали свою слабость. Но такова правда. Хёнджин слабый, но лишь с одним парнем может это показать, только с Сынмином слёзы не будут высмеяны и унижены, а обретут поддержку, его выслушают и успокоят. Поэтому Мин крепко обнимает старшего, скрепляя свои руки на шее, путаясь пальчиками в волосах, целует в лоб, прикрывая глаза, и успокаивает, забирает боль, не всю, но по максимуму, которую может. И Хёнджину правда становиться лучше, он вновь ощущает в себе силы идти дальше, глубоко вздыхает, наполняя легкие воздухом, и обнимает в ответ, крепко держа парня в своих руках. - Хорошо, малыш, а теперь собирайся. Короли идут за дипломами, и мы сможем смело сказать, что идём строить свое королевство. Сынмин ярко улыбается и следует в комнату за своим королем, чтобы тот не напортачил с костюмом и правильно завязал галстук. Да, возможно это дело будет чередоваться поцелуями, стонами и несдержанными руками под рубашкой… И именно поэтому они опоздали на последний урок, но никто из них не против. Потому что, во-первых, попробуй им запрети, а во-вторых, кто вообще придумал уроки в выпускной? *** Выпускная речь сказана каждым учеником, а дипломы получены, парни и девушки готовы двинуться во взрослую жизнь, взяться за изучение будущих профессий и понять на что строить свои семьи, если они этого захотят. Напутственная речь директора также заканчивается, женщина из последних сил держится, чтобы ненароком не расстаться раньше времени и не пустить слезу: - Я очень рада, что именно вы были нашими учениками, мы навсегда вас запомним. Как смышлёных, так и не очень. – она на секунду кидает неоднозначный взгляд на Минхо с Джисоном и ещё пару ребят, обучение и выпуск которых всегда стоял под вопросом. – Надеюсь, в будущем вы сможете добиться всех своих целей и мечт и обязательно найдете того, с кем пройдете тяжелый путь. Спасибо вам!!! Удачи на вашем жизненном пути! Хёнджин крепко держит руку Сынмина, не отпуская ни на секунду, ожидая торжественного завершения линейки. Он уже нашел свой смысл жизни, осталось добиться успеха. И он добьётся, ведь они вместе с Сынмином будут бороться с трудностями, чтобы в конце обрести истинное счастье. Салют взрывается, давая понять об окончании школьных дней и мучений и начале взрослой жизни, звенит последний звонок, который навсегда засядет в головах подростков, а все ученики отпускают в воздух символичные воздушные шарики. Возгласы взрывают толпу, а среди них непринужденно целуются два, нашедших друг в друге смысл жить, ученика. Поглощая чувства, что рвутся из их душ, заражая энергией всех вокруг. И плевать им на всё и вся. Главное – держаться рука об руку, не отпуская. До конца.