Making Good (Swan Queen) Choices

Она открыла дверь и шагнула внутрь, но не успела далеко отойти, как услышала веселый голос Эммы. Блондинка была удивлена и рада ее видеть.       — Реджина, ты пришла! Вот, мы освободили для тебя место! Эмма встала и пододвинула соседний стул к кабинке, где сидели ее родители, Нил, Генри и Крюк. Она подошла к ним, но жестом попросила Эмму остановиться.       — Нет, нет, все в порядке. Я не останусь. Мне нужно тебе кое-что сказать, а потом я уйду.       — Все в порядке? Давай, мы можем поговорить в подсобке, — она повернулась, но Реджина поймала ее за локоть.       — Вообще-то, Эмма, то, что мне нужно сказать, я могу сказать перед всеми здесь. Генри уже знает, и тебе будет легче, если твои родители и Крюк услышат это от меня. Реджина встретила обеспокоенные взгляды Белоснежки и Чарминга, хмурый взгляд Крюка и ободряющий взгляд карих глаз Генри. Эмма попыталась игнорировать серьезность, исходящую от ее подруги.       — Реджина, что происходит? Реджина медленно выдохнула. Она нашла глаза Генри, и он кивнул, молча предлагая свое благословение и поддержку. Она любила его за это.       — Реджина, пожалуйста. В чем дело?       — Эмма, вчера вечером ты сказала мне, что у тебя не было выбора, и, честно говоря, во многом это моя заслуга. Большая часть твоей жизни была обусловлена моими поступками, и я очень сожалею об этом. Но сейчас это уже не так. Твоя жизнь — твоя собственная, и ты можешь решать, как ее прожить. И с кем. — Она посмотрела на Крюка и постаралась не усмехнуться. Ей это не удалось. — Теперь ты можешь написать свою собственную историю. И я хочу, чтобы ты была счастлива. Я хочу этого так же сильно, как и своего собственного счастья.       — Я знаю это, Реджина. Это то, чего мы хотим друг для друга. Это то, чего мы всегда хотели.       — Я знаю, Эмма, но чего ты не знаешь, так это того, что я хочу быть счастлива с тобой.       — Реджина, ты не можешь просто ворваться сюда и сказать такое Эмме! — Крюк сдвинулся с места и попытался встать.       — Я могу, и я только что это сделала, пират! — Реджина посмотрела ему в глаза.       — Королева она или нет, мне плевать, я…       — Киллиан, прекрати, — Эмма встала между ними, следя за тем, чтобы избежать их сближения.       — Реджина, что ты говоришь? Что это значит? Не раздумывая, Реджина продолжила. Это был ее момент, и она не собиралась упускать его.       — Эмма, я говорю, что влюблена в тебя. Я чувствую это уже давно. Может быть, с Неверленда, может быть, с проклятия Пэна, когда я отослала тебя и Генри. Может быть, даже с самого начала, но я была слишком напугана, чтобы что-то сделать или сказать. Сначала я боялась, что ты снимешь проклятие. Потом я боялась, что ты заберешь Генри. А потом я боялась потерять тебя — единственного человека, который понимал меня, защищал и видел во мне нечто большее, чем просто Злую Королеву. Эмма в недоумении покачала головой.       — А как же Робин? Это все была ложь?       — Нет, это не было ложью. Робин был хорошим человеком, и я искренне любила его. Мы должны были быть вместе в другое время и в другом месте, но я растратила это впустую. Время, которое мы провели вместе, было подарком, но он не был моей настоящей любовью. Я знала это, но ты была с Крюком, и я не собиралась усложнять тебе жизнь. Крюк снова заговорил.       — Так почему сейчас, Реджина? Нужно разрушить счастливый конец Эммы?       — Киллиан, пожалуйста, просто заткнись, — попросила Эмма. Реджина проигнорировала вспышку пирата и подошла ближе, взяв руки Эммы в свои.       — Эмма, ты знаешь, почему я делаю это сейчас. Я считаю, что у тебя есть выбор. Я хотела, чтобы ты это знала. Ты также должна знать, что я буду уважать твой выбор, потому что я действительно люблю тебя — больше, чем ты можешь себе представить. Бросив последний взгляд на Белоснежку, Чарминга и Генри, Реджина повернулась и пошла прочь. Эмма начала раскачиваться и терять равновесие, глядя вслед уходящей Реджине. Она оперлась на стоящий рядом стул, а Дэвид и Генри протянули руки, чтобы помочь ей устоять на ногах. Она встретила взгляд Генри.       — Ты знал? Ты знал, что она чувствовала? Генри кивнул.       — Да, ма. Я всегда знал, но мы заговорили об этом только сегодня утром. Она всегда боялась потерять тебя. Белоснежка подошла к Эмме и повернула к себе, чтобы встретиться с глазами дочери.       — Дорогая, это был не только Генри. Мы тоже всегда знали. Просто мы никогда не могли ничего сказать. Это всегда был выбор Реджины, и мы должны были уважать его. Крюк громко рассмеялся позади них.       — Ну, это чертовски плохой выбор Королевы. Возможно, теперь она потеряла Эмму навсегда. Эмма несколько секунд смотрела на мать, затем кивнула и криво улыбнулась.       — Тогда ты, наверное, знаешь, что я сейчас сделаю, верно?       — Я знаю, дорогая, — она притянула ее к себе и поцеловала в щеку. Затем Эмма повернулась лицом к Крюку.       — Вообще-то, Киллиан… это был совсем не плохой выбор. Реджина не одинока в своих чувствах. Просто она была смелее меня, признавшись в этом. Он потянулся к ней, но она с легкостью отстранилась.       — Свон, что ты несешь?       — Прости, Киллиан, но я больше не могу. Ты знаешь, что между нами не все гладко. Это одна из причин.       — Но она же Злая Королева!       — Нет, это не так, — Эмма быстро схватила свою куртку и крикнула, пробегая мимо них, — она всегда была для меня Реджиной, и я люблю ее.