Научить улыбаться

      Утром Витя и Ира не смогли подняться, они были очень слабы. Лия очень испугалась за них и решила сама позвать родителей. Почему-то малышка не стала кричать, а пошла сама, даже не вспомнив о кресле. Она была напугана, в ней еще жили отголоски того сна, несмотря на то, что прошла уже почти неделя. Поэтому малышка поднялась и, закусив губу, медленно пошла к лестнице. Ей было тяжело, но, держась за стенку, маленькая девочка упрямо шла по коридору. Едкий пот заливал глаза, ноги дрожали и подгибались, а сердце готово было выскочить из груди.       Девочка упала уже у самой лестницы. Она лежала лицом вниз, только чудом не разбив нос, и тяжело, с присвистом, дышала. Наконец она пересилила себя и медленно поползла. Так ее и нашла Вера, обеспокоенная отсутствием детей.       — Лия, доченька, что случилось? Почему ты не позвала? — всплеснула руками женщина, поднимая девочку с пола.       — Мама… — задыхаясь от усталости, прошептала малышка. — Там братик и мама, они не встают, мне страшно, мамочка.       — Сейчас все будет хорошо, малышка, — напряженно улыбнулась Вера, быстро направляясь в комнату детей.       Ира и Витя все так же лежали на кровати, в глазах их плескался страх. Не в состоянии даже пошевелиться, они тяжело дышали. Вера положила Лию рядом с ребятами и достала пузырьки, что выдал ей Слав, сказав, что подобное может случиться. Буквально пару дней назад он прибыл к детям, помахав над ними руками, протянул Вере два пузырька с чем-то прозрачно-розовым.       — Вера, может случиться так, что дар детей проснется, тогда важно не пугаться, они могут потерять сознание.       — Почему, отче?       — Их дар будет восстанавливаться, собирая силы, а силы у них только свои, не колдуны, чай. Тогда дашь им это.       — Благодарю, постараюсь не испугаться.       — Если дар не проснется, значит, судьба у них такая… Даже и не знаю, что лучше будет.       И вот этот момент настал. Откупорив пузырьки, Вера аккуратно напоила Иру, а затем и Витю содержимым, отмечая, как почти сразу порозовели щеки любимых детей. Лия смотрела на маму с такой надеждой, что слезы наворачивались на глаза.       — Все хорошо будет, — сказала Вера малышке, поцеловав ту во вспотевший лоб.       — Точно-преточно? — спросила девочка.       — Точно, — улыбнулась еще раз женщина и принялась обнимать всех троих. — Детоньки мои любимые.       — Мама, — прошептала Ира. — Как хорошо, что ты есть.

***

      — Лия, доченька, — сказала за завтраком Вера. — Ты очень сильно напряглась, когда испугалась за ребят, поэтому мы сегодня поедем, посмотрим на твое сердечко, хорошо? Заодно Иру и Витю проверят, как у них аппараты работают.       — Да, мамочка, — ответила все еще тяжело дышащая малышка.       Она сегодня плохо кушала, и область вокруг ее рта явственно посинела, что заставило Веру волноваться за малышку. Ну а пока что женщина медленно кормила Лию с ложечки, делая длинные паузы. Испугавшись за родных, малышка перенапряглась, и Вера надеялась, что ничего непоправимого не случилось. Витя и Ира уже пришли в себя и кушали сами, хоть и были немного бледны.       В столовую, где они завтракали, вошел Саша. Взяв все дела на себя, он сумел высвободить время Веры, которая могла сейчас сосредоточиться на детях. Работая за двоих, Саша сильно уставал, но не роптал, потому что дети же. Итак, Саша вошел на кухню, обнял Лию, Иру и Витю, на мгновение прижав к себе, отчего дети даже зажмурились, и сел рядом с Верой. Дети очень любили папу, он был надежным, никогда не отказывался помочь или ответить на вопрос. А еще — он не наказывал. Даже когда Лия делала что-то, что нельзя, или Ира немножко шалила, за этим не следовало наказания. Поначалу Лия пугалась возможного наказания, но папа просто брал ее на руки и вполголоса объяснял, что не так и почему так делать не надо. Ну а Витя не шалил, он просто не понимал, зачем это делать, но вот то, что папа не понимал, зачем нужно наказывать, если можно объяснить — это подкупало.       — Машина ждет внизу, Лию я отнесу. Ира, Витя, сами идти сможете?       — Да, папочка, — улыбнулась Ира, а Витя просто кивнул.       — Вот и молодцы, вы как себя чувствуете?       — Хорошо, папочка, не волнуйся, — обняла папу девочка.       — Тогда доедайте и поехали, — улыбнулся Саша.       — Одеться еще неплохо бы, а то кто-то к завтраку в халате вышел, — сказал Витя, пощекотав ту, которая вышла в халате.       Ира взвизгнула и унеслась одеваться, а мама в это время докармливала Лию. Витя настороженно посмотрел на младшую, поднял руку, будто собираясь что-то сделать. Но ничего не случилось, и мальчик сжал губы.       — Не отвечает дар? — спросил Саша.       — Нет… — потерянно ответил Витя.       — Не спеши, сынок, — тихо сказал мужчина, понявший, что пытался сделать Витя. — Восстановится со временем.       — А хочется-то сейчас… Страшно за Лию, — признался мальчик.       — Сейчас поедем и починим Лию, да?       — Да, папочка, — слабо улыбнулась девочка.

***

      Лимузин представительского класса припарковался у Института сердечно-сосудистой хирургии АМН СССР имени Бакулева, который в простонародье назывался просто «Бакулевкой». Этот центр был часто последней надеждой советских мальчиков и девочек. Уникальные специалисты, приборы, артефакты, работавшие на стыке кардиологии и магии, творили чудеса. И вот именно сюда привезли Лию, которая к этому моменту даже говорила с трудом.       Профессор Янкевич, только взглянув на девочку, сразу же вызвал коллегу, даже не вступая в разговоры. Когда пришел еще один врач, они вместе визуально осмотрели девочку.       — Разденьте ребенка, пожалуйста, оголите грудную клетку, — попросил профессор, и Вера достаточно быстро выполнила его просьбу.       — Алексей, посмотри, видишь? — показал профессор что-то коллеге.       — Одну минуту, Яков Саныч, я все-таки послушаю.       — Ну слушай, слушай, — профессор повернулся к Вере и Саше. — Когда это началось и с чего?       — У девочки была операция достаточно давно и не здесь, дефект межжелудочковой перегородки, а потом она не ходила, — начала объяснять Вера. — А сегодня за старших испугалась…       — Вы, молодые люди, тоже?       — Да, у нас корректоры стоят, — напряженно ответил Витя, не спуская глаз с Лии.       — Значит, испугалась, и что?       — Пошла за мамой, — прошептала Ира, бледнея с каждой минутой. — Перенапряглась.       — Ира, родная, успокойся, все хорошо будет, — обнял девочку мальчик, заметив ее состояние. — Не надо нервничать, тебе вредно, милая…       — Алексей, ну что?       — Не очень понятно, но надо класть.       — Значит, Лия останется тут, кто с ней?       — Я останусь, — одновременно сказали Вера и Ира.       — Ирочка, доченька, с Лией останусь я, и это не обсуждается, — твердо сказала мама.       — Да, мамочка, — опустила глаза девочка.       — Послушные они у вас, — улыбнулся профессор. — И друг ради друга на все готовы, ведь так?       — Да, профессор, — от совершенно недетского взгляда Вити профессор вздрогнул.       Дверь открылась, показалась больничная каталка. Вера осторожно переложила Лию на каталку и обняла детей. Ира поцеловала малышку в лоб.       — Все будет хорошо, малышка, — сказала девочка, стараясь не заплакать.       — В ОРиТ, цито, — непонятно ответил доктор Алексей на вопросительный взгляд санитара.