Неожиданно... И что делать?

Умирать было не страшно. Если честно, я толком и не понял как это случилось. Вот я стою на улице перед магазином, думая, что взять на ужин, а вот уже всём телом лечу вперёд, чувствуя ужасную боль в районе поясницы. Что это было? Как это было? Успел лишь заметить ступеньки прямо перед лицом, а после тьма. Не самая глупая смерть по-моему, всяко лучше чем сосулька упавшая на голову или же алкогольное отравление, в моей ситуации хотя бы можно кого обвинить. Хотя, итог всё равно один и тот же, смерть и есть смерть. Мне было на тот момент двадцать три года, обычный парень из обычного российского региона, про этот регион есть даже очень известная песня "А в ... вода сорок градусов она", хэх. Всё у меня было как у всех, мама труженица семьи, отец периодический алкоголик, два надоедливых брата, притянутая золотая медаль, поступление в столичный ВУЗ, отчисление с четвертого курса, откос от армии по состоянию здоровья, работа. Да-да всё почти как у всех. Жизнь была довольно стабильной и приятной, только решился купить швейную машинку и гитару, начать ходить на танцы, этак заняться саморазвитием, но видно не судьба. Что было после падения не помню, да и помнить нечего раз помер. Ангелы или демоны похоже вообще х...й клали на мою очаровательную, милую, самую лучшую, созданную самим Господом Богом душу, раз никого не послали её забрать в какой либо из чертогов. Так же не пришлось лететь в тоннель освещённый лишь с одного конца или переплывать реку из призраков, полный ноль, зеро, пробел в памяти, пуффф и будто отрубился после ночной смены в клубе. Даже после смерти не дают узнать есть ли что там, на той стороне. Обидно и смешно... А я ведь всегда всем отвечал на вопрос о том к какой религии принадлежу или верю ли я в потусторонюю жизнь, что после смерти узнаю, но не узнал. И вот очнувшись не осознавая что тогда умер, первое что я ощутил, это тупую ноющую боль в области головы, ощущение было будто мне вынули мозг и постучали им по стенке, второе — огромную ломоту и усталость во всём теле. Я Медленно раскрываю глаза и осматриваюсь, пытаясь понять где оказался. Сверху белый потолок освещённый тусклым светом уличного фонаря, повсюду чувствуется стерильный запах после кварцевания с примесью стирального порошка, всё незнакомое, но сразу становится понятно что я прибываю в больнице и, похоже, сейчас ночь. Сил двигать головой немного и те что были уже тают, держать глаза открытыми становится всё труднее и труднее... Как же мне хреново... Вторая пробудка оказалась не лучше первой, только сил побольше. Палата в этот раз была более освещённой чем в прошлый, с левой стороны слышны шаги и голоса людей, повернув голову туда увидел обычную деревянную дверь покрашенную белой краской и с прозрачным стеклом. С другой стороны было окно... большое такое, добротное и такое же деревянное. Нда... вроде был в Москве, а сейчас непонятно где. В какую же больницу меня закинули, что даже нормальных пластиковых окон нет? По ощущениям я как будто не питался несколько дней, уж очень сильно хочется есть и пить. Думается мне, что пора бы кого-то позвать, а то с голоду помру. Пока искал кнопку вызова медсестры, рядом с собой не заметил каких-либо приборов или капельниц, это с одной стороны хорошо, значит не всё так плохо, но с другой учитывая состояние палаты надеюсь что на меня просто не махнули рукой... Лёжа обдумывая и рассматривая всё вокруг ко мне пришло осознание всего произошедшего. Перед глазами замелькали флешбеки: магазин, удар, спина, ступеньки... Спина! Уверен что если бы я сейчас был подключён к этой штуке с пи-пи-пи-пи, сюда бы слетелась вся больница, ибо сердце застучало как загнанная лошадь, у меня чуть паническая атака не началась, от осознания что я могу стать калекой. Я осторожно приподнялся на локтях и уставился на выпирающие части своего одеяла. Тааак вот ноги... а теперь двигаем, двигаем, двигаем. Фуууух... есть движение. Я не инвалид!! Такс... Что-то со зрением, тело слишком короткое, а остальное слишком огромное. Проблемы с восприятием? Ступеньки! Я же головой *бнулся. Ложусь обратно, начинаю по-тихоньку вытаскивать руки, чтоб потрогать голову на предмет ранения. Руки вроде не сломаны, двигаются и при этом не чувствуется какая либо боль... Ээээээ.... Даже если бы были проблемы с восприятием, я бы узнал свои руки. На этих нет волос, они маленькие, очень маленькие, я бы даже сказал — детские. Это оно? Оно самое? Я попал? В принципе я ничего не исключаю в мире, это может быть кома, загробная жизнь, попаданчество, но меня жизнь к такому не готовила и что мне делать, как быть абсолютно без понятия. Очевидно — я ребёнок, с такими то маленькими ручками, а теперь проверяем пол этого тела... Пусть будет мальчик, пусть будет мальчик... Да, мальчик! Что-то нащупал! Теперь я абсолютно уверен, что в теле ребёнка... не сказал бы что у меня до этого был хоботище, у меня всего было достаточно, но сейчас не об этом, есть и хорошо. Мыслей плавает в голове много, просто дохренище, но всё они никак не хотели укладываются во что-то цензурное. Так я и лежал лапая себя и смотря в потолок. Жутко от всего этого. Никогда не думал что такое может быть в моей жизни... Я снова ребёнок... Меня выкинуло из раздумий от хлопка двери, в палату зашла медсестра или доктор, её одежда не была похоже на что-то стандарное и привычное, при этом у неё было довольно странное выражение на лице, приоткрытый рот с потерянными где-то словами, раскрытые от удивления глаза, как-будто она увидела что-то необычное, выбивающее из колеи. Я же не превратился из взрослого в мальчика прямо тут, а попал? Почему тогда она так смотрит? Её взгляд направлен прямо на...а ой... я оказывается всё это время теребил от волнения руки под одеялом прямо над своим мужским органом, достоинством я это пока никак не могу назвать. Да, должен согласиться выглядит довольно странно. Меня бы на её месте тоже удивило такое представление от ребёнка. Я как человек в шоковом состоянии не жалел амплитуды для движений. Позорище... первый день в этом теле и уже облажался. — Доброе утро, мистер Бэлл. Как ваше самочувствие? Английский? Эм, я знаю английский и это не проблема, но когда будут воспоминания моего нового тела? Фамилия абсолютно не русская, значит будет не так уж то и легко. Было бы круто если бы я переместился в своё детское тело, а не попал. Хэх... — Мистер, Бэлл? Вы меня слышите? Вы находитесь в больнице Клейтона, сейчас я позову вашего лечащего врача, и сообщу вашей маме, что вы очнулись. — надо что-то ей ответить. — Доброе утро. Можно воды? —прохрипел я. Пока происходила вся эта кутерьма с моим пробуждением, при котором я успел поговорить о своём удовлетворительном состоянии с доктором и признаться что ничего не помню, прибыла мать этого тела. Черт! А я так и не разобрался как себя вести. Определённо стоит гнуть линию про амнезию и поменьше болтать, лучше отвечать односложно, ведь акцент чудесным образом не исчез. — Милый как ты? С тобой всё в порядке? Как себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Ты долго не просыпался, я места себе не находила — посыпались вопросы со стороны женщины лет тридцати — моей новой "мамы". — Вы моя мама? Извините, но я ничего не помню, э, ну, совсем ничего. — смотреть на ошарашенное лицо женщины было очень трудно, её глаза наполнились слезами, а губы поджались, я же ощутил стыд. Её сына нет, я тут один, никого не чувствую, никакой двойственности, голоса в голове или чего-нибудь подобного. В голове начали крутиться мысли про то, что тут должен быть не я, что это не моё место. Стало очень обидно за судьбу этой женщины, сегодня она потеряла сына, а в его теле живёт хер знает кто. Я не смог и дальше смотреть в её глаза, поэтому отвернулся и уставился на свои новые руки. Такие маленькие и бледные, ногти красивые, кожа белая, вижу синие вены, пальцы тонкие, хотя, я же ребёнок, так и должны выглядеть детские руки. "Мама" всё ещё смотрит на меня пытаясь увидеть узнавание в моих глазах. — Простите. — мне необходимо было сказать это, чтоб хоть чуточку притушить чувство вины. Родитель будто очнулась и принялась гладить меня, обнимать. Похоже заметила что мне плохо и неприятно от этой ситуации, решила утешить "своё" дитя. — Всё хорошо, всё нормально, я люблю тебя, всё в порядке, это не надолго, ты сможешь вспомнить, — начала она утешать меня. Запах, она пахнет чём-то родным, приятным, не как... прежняя мама, но уютно. — Не плачь, всё хорошо. Что такое? Что-то болит? — А? Слёзы? Успокойся, ты взрослый парень, не ребёнок же... В этот момент ко мне пришло осознание. Я больше никого не увижу...мама...папа...братья...племянник...друзья...родственники... вся моя жизнь исчезла в двадцать три пух и всё. Как же стыдно, что так просто умер, что близким пришлось испытать это, что родителям пришлось меня хоронить... Как же обидно... — Аааааааааа,— меня охватили рыдания, истерика, всё поплыло перед глазами, воздуха не хватало, в горле застрял ком, плохо, плохо, больно, душе больно. В какой-то момент силы просто покинули меня, я полулежал прижатый к маме вдыхая такой чуждый, но одновременно родной запах. Рядом суетились доктор и медсестра о чём-то разговаривая, но мне уже было всё безразлично. Лёжа и наблюдая за этим я даже не заметил как меня вырубило. ------------------------------ Медсестра: Сегодняшний день начался очень хорошо, все мои опекаемые в порядке. Даже мистер Нилз, мужчина с отравлением, в отличном состоянии. Так, осталось две палаты, мальчик после аварии, бедняжка, и женщина с острой аллергией, не стоило ей есть эту заморскую дрянь, всё равно ничего нормального в таких странах не сделают, не удивительно что такое случилось. Палата 68... Тут мальчик Бэлл, Ноа Бэлл, красивое имя, но по-моему оно больше женское. Сразу же как зашла застала странную картину, плохое воспитание, мальчик игрался со своим членом, это было видно по движениям под одеялом, а ему ведь лишь 8 лет. О, вроде заметил меня и перестал, не всё так плохо, хоть понимает что это неподобающее поведение. — Доброе утро, мистер Бэлл. Как ваше самочувствие? — обычный вопрос, мальчик очнулся после трёх дней комы. Пол минуты молчания, ответа так и не услышала, это может быть плохо. — Мистер, Бэлл? Вы находитесь в больнице Клейтона, сейчас я позову вашего лечащего врача, и сообщу вашей маме, что вы очнулись. — глаза мальчика начали проясняться, вот осознание моих слов. — Доброе утро. Можно воды? — прохрипел мальчик. Всё в порядке, он слышит и соображает. Доктор Шард смог прийти лишь через 10 минут, всё же у него есть ещё пациенты, звонок матери мальчика был сделан, а у следующей моей пациентки всё хорошо, отёк спал, всё идёт к поправке. А, вот и миссис Бэлл, доктор уже в палате. Захотелось посмотреть эту душещипательную сцену мать и ребёнок, поэтому я тоже зашла в палату. Похоже доктор уже успел задать основные вопросы, о состоянии мальчика. Хмм, доктор Шард озадачен? — Милый как ты? С тобой всё в порядке? Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Ты долго не просыпался. — посыпались вопросы со стороны женщины. — Вы моя мама? Извините, но я ничего не помню, ээээ нууу, совсем ничего. — Оу, неприятный поворот событий, у мальчика амнезия. — Простите. — он весь сжался и уставился на свои руки, не стой, мать, обними, успокой, видно же, что ему плохо и неуютно. — Всё хорошо, всё нормально, я люблю тебя, всё в порядке, это не надолго ты сможешь вспомнить, —молодец, прямо драма по ТВ. Хотя не факт что мальчик всё вспомнит. Жаль. Но об этом не мне им говорить, — Не плач всё хорошо. Что такое? Что-то болит? — мальчик заплакал, мать пытается успокоить, душещипательно. — Аааааааааа, — началась истерика, и какая, это плохо, слишком сильная, он еле нормально вдыхает. — Успокоительные, быстро, у него истерика! — а вот и приказ, я быстро принесла нужную инъекцию, так, вроде всё правильно рассчитала на такой вес. Доктор Шард быстро сделал укол, и мальчика вырубило прямо в объятиях матери. — Миссис Бэлл, всё хорошо, нам пришлось дать успокоительное из-за слишком сильной истерики, такое бывает. С вашим сыном всё хорошо, внешних травм нет, как стало ясно, удар головой при аварии привёл к сотрясению и амнезии. С амнезией не всё понятно, это может быть как временным эффектом, так и навсегда. Выписать сможем ещё через дня три. Мальчик проспит от четырёх до семи часов. Доброго дня — как всегда доктор всё вылил, не дав даже вопроса сформулировать и ушёл. Нужно остаться и, хотя бы, сказать ей, что с сыном всё в порядке, не хотелось бы тут вторую истерику останавливать. — Миссис Бэлл, всё хорошо, ваш сын в порядке и будет здоров, не беспокойтесь. — Успокоила медсестра. — Спасибо, — тихо сказала женщина. Обход сделан, можно и устроить себе чайный перерывчик, заодно рассказать новости Синти.