Неожиданно... И что делать?

Наконец-то! Двухдневное заключение в медкрыле закончилось. Такое ощущение что за это время мне прочитали нотации все знакомые... Самое впечатлительной было от Майка, столько экспрессии чуть ли до рукоприкладства, хорошо что медиковедьма на него рявкнула и выгнала пока он меня не уложил на ещё пару дней в лазарет. Ещё пару дней времени не было даже для изучения запрещённых книг, одна домашка и пропущенный материал. По ночам я потихоньку укладывал свою память, но в этот раз лишь по паре книг за раз, чтоб снова не загреметь в аут. Что же касается амулета, он определённо работает, как бы я ещё смог сделать такой огромный шаг и не один в освоении ментальных искусств. Я пробовал без него проникнуть в своё подсознание и у меня ничего не получилось, словно в стену упираюсь, такую огроменную и толстую из цельного бетона. Я и не мог себе представить что создал такую мощную штуку, жаль только что она персональна и сделать такую же для кого-то другого не представляется возможным, если бы не это я бы разбогател. Но я смогу научить этому Майкла и сделать для него расчёты. Этим мы и занялись в выручайке... — Значит так, ты начинаешь изучение окклюменции, а я расчёты и через пару месяцев у тебя будет свой амулет. — Эххх... — Что за вздохи, Майк? Ты не хочешь чтоб этот мастер сделал для тебя супер крутой артефакт? — Да не в этом дело и какой из тебя мастер, так простой везунчик. — И это вся твоя благодарность, за такую самоотверженную дружбу? Моё время на вес золота, этот мастер в будущем будет нарасхват. — Перестань говорить о себе в третьем лице, попахивает дешёвым пафосом. Я благодарен, даже очень, но как только начинаю думать о предстоящей загруженности, хочется расплакаться... — Это называется взрослая жизнь, малыш. — Сказал мне одинадцатилетка. Ладно уж, что поделать если не хочется отстать от богатеньких снобов. — Да-да, тоже заметил как многие смотрят на нас? — Как это можно не заметить, каждый раз чувствую себя плебеем из трущоб, особенно когда прохожу рядом с змеями и некоторыми из остальных факультетов, даже у нас есть десяток таких. И не называй меня малышом, Ноа. Если не хочешь в следующий раз подхватить щекотку. — Молчу-молчу... Ишь какой злой стал в последнее время. Обучение у прекрасной репетиторши не очень гладко проходит? — ... — А... Эм-м-м... Майк, перестань так страшно улыбаться, пожалуйста. — Риктусемпра! Риктусемпра! — А-а-а-а, нет, только не это! Чему только тебя твоя распрекрасная учит! — Гр-р-р...Риктусемпра! Риктусемпра! Уклоняться от этих чар щекотки, нереально трудно, а от визуальных эффектов в виде молнии, волосы дыбом стоят. — Прости-и-и! Я больше так не буду! Слава Мерлину, что в комнате полно мебели, без них я бы сейчас рыдал и плакал, рыдал и плакал. — Выходи, я больше не буду. — Точно? — Да... — Майк такой злыдень. — Всё выхожу, не стреляй. — Риктусемпра! — как только я высунулся из-за кресла надо мной пролетела ослепительная молния. — Это бесчестно! Ты мне чуть лицо не прожёг! И вообще я больной, прояви сострадание! — Ничего бы с твоим лицом не произошло, максимум почувствовал пощёчину. Да и тебя уже четыре дня как выписали. — Ничего себе пощёчина! Недавно только от этих чар второкурсник отлетел на пару метров! — Ну и прилетело ему от пятикурсника, а не от меня. — Всё, ладно, я мужик и я приму удар с гордостью! Давай! Стреляй в спину своему другу, прямо между лопатками, где находится моё сердце! — хе-хе, осле такого никто не посмеет выстрелить. Уахахахаха... Узри мою тёмную психологию! — Ок... Риктусемпра! — Ахахахахахааха! Ахахахахаха! Да как... ты... Ахахахаха! Посмел! — мурыжил он меня с минуту, а потом, слава Госпо...Мерлину, отменил своё "проклятие"... — Всё я успокоился. — ... — Обиделся? — Почему жизнь так ужасна... Как только открываешь кому-то душу, он всаживает тебе в спину заклинание, прямо в сердце... — Закончил? — Что есть дружба? Что есть чувства? Когда предательство на каждом шагу... И как после всех испытаний судьбы снова взрастить доверие? — Закончил? Нам уже пора на ужин. — Но я не сдамся, никогда... Я буду открывать своё сердце снова и снова, пока не найду настоящую дружбу... — Риктусе... — Всё-всё-всё... Я понял, идём. И знаешь, друг, я тебя простил... — ... — Убери палочку! Вложи в ножны своё оружие пыток! — хе-хе, смотря на его физиономию, изображающую безнадёжность, чувствую что победил... Вахахахаха! Тебе не победить попаданца которому уже за двадцать пять... Сегодня в выручайке, Майк успел скопировать пару книг по окклюменции, а я поднять своё настроение, которое было не на очень хорошем уровне в последнее время. Только пока мы шли в столовую, когда ели прекрасный и плотный ужин Хогвартса, мой друг не сказал мне ни слова. Он игнорировал меня! И за всё это время с его лица не сходила выражение вселенской скуки... Сучка, заставляет меня чувствовать проигрыш. Пока я обдумывал во время пути в гостиную что мне с этим делать, ко мне с боку пристроился Эрни. — Пс-с, Ноа, вы что поссорились с Майком? Вы не сказали ни одного слова друг другу с того момента как пришли на ужин. — шёпотом спросил у меня Макмиллан. — Просто! Кому-то не нравятся мои шутки и он любит обижаться, хотя жертвой изначально был я... — Тс-с, ты чего так громко? Он же услышит. — Кто!? Тот кто поймал дзен и игнорирует своего друга? Он ничего не слышит, он уже одной ногой в нирване и скоро Будда его будет развлекать... — мдя, привлёк я внимание общественности, нет ни одного кто бы не обернулся посмотреть что происходит. — Э-э-э... Знаешь Ноа, иногда я чувствую в тебе какую-то придурковатость... Понимаю слова что ты говоришь, но при этом нифига не понимаю о чём ты. В эти моменты я начинаю жалеть Майка. — ... — Ты что, обиделся? — ... — да, я обиделся... И не знаю почему... В последнее время я реально придурковатый, как-будто беременный. Диапазон испытываемых чувств от чёрствой табуретки до подростка с месячными. — Вы такие странные, не могу, словно с кузиной разговариваю. — Да всё окей, Эрни. Я просто шучу... — Ну ладно тогда. Учитывая как припустил вперёд Макмиллан, он определённо сбежал от воцарившейся в воздухе неловкости. В комнате всё было как обычно. Театрально игнорирующие Захария и Джастин, пытающийся разрядить атмосферу Эрни и Майк типо читающий книгу, я то знаю что он её уже давно дочитал. Мой или всё же моя Карга высиживающая свои драгоценные яйца. Меня немного напрягает что я всё ещё не могу понять самец это или самка, ведь в анатомии птиц я абсолютно ничего не смыслю. В душе, я надеюсь, что это всё таки он, ведь в таком случае он точно не отложит парочку яиц. — Ну что как там с твоими детками, когда ждать прибавления? — Карр... (Скоро) — Прискорбно... То есть жду с нетерпением. — эта птица точно ненормальная, на секунду после моего высказывания, мне показалось, что сейчас мне выклюют глаза... — Хе-хе... Сиди, сиди, а я подожду когда ты ощутишь всю прелесть родительства... Сегодня я так же, как и обычно вошёл в медитации и попал в свой внутренний мир. Те же могилы, та же библиотека, та же гора книг. Но из-за скуки охватывающее меня в последнее время, я откопал величайшее произведение что развеет её и это Наруто. Столько эмоций я не испытывал давно, этого мне и не хватало, простого развлечения двадцать первого века. Я словно посмотрел его только вчера. И самое главное оно дало мне глоток свежей информации, новых идей, новую цель. Переиначить дзюцу под волшебство. Согласен, что именно в данный момент я не смогу это сделать, но вот именно стимула мне не хватало. Чем дольше учишься чему-то, тем больше это становиться обыденным и меньше хочется стараться. Я не очень-то старательный человек по своей натуре и без интереса, пропадает всякое желание. Утром я с большим энтузиазмом приступил к урокам. Сейчас у меня две идеи медицина и взрывные печати. Бомбы мне определённо понадобятся в будущем, а целителей меньше всего трогают, в магическом мире уж точно. По расписанию у нас сегодня были зельеварение и чары. ... — Мистер Бэлл, вы хотите взорвать свой котёл? Я вас уверяю, что если сейчас вы положите боярышник в таком виде так и случится. — неожиданное обращение ко мне профессора напугало меня, он словно черт из табакерки вылез откуда-то справа. — А? Ой... — действительно я слишком сильно отвлёкся и чуть было не кинул плоды не разрезав. — Будьте внимательней, сегодня у нас зелье локонов, а не жидкая бомбарда. Пять очков с пуффендуя. — опять? Из-за стольких потерянных балов я начинаю чувствовать себя Уизли. Такими темпами байкот моей персоне будет беспечен. — ... — Прошу вас задержаться после урока. — похоже мне хотят сделать втык и пока не понятно из-за чего. Может из-за глупости, которая отправила меня в медкрыло насколько дней назад, а может, и вправду, я был не слишком внимателен сегодня. — Эххх... — только вот он до этого ни разу не просил никого остаться после занятий, даже после грубейших ошибок, как например взрыв. Не смотря на многие возможные ошибки, я таки получил своё удовлетворительно. Многие посчитают что тройка это ужасная оценка, но только те кто когда-либо учился в универе будут радоваться ей как манне небесной. Самое главное что у меня получилось сварить эту бурду. ... — И так мистер Бэлл, вы не прекратили свои практики по окклюменции, хотя вам запретили. И не стоит даже пытаться увильнуть, на вас наложены специальные отслеживающие чары, которое передаёт состояние вашего ментального поля и они показывают что вы каждый день перед сном посещаете свой внутренний мир...— тон, мимика, интонация, будто провинившуюся кошку тычут мордой об обоссанный ковёр. Я спокойный человек по натуре, но всё это довольно сильно меня разозлило. — ... — что я такого сделал? Вот занимаюсь я окклюменцией, но это же не запрещено! Все дети аристократов с детства изучают её, но пристали почему то именно ко мне. Я просто стоял перед этим... Снейпом, и не мог унять своё возмущение. Попытка скрыть нахлынувшие чувства от профессора никак не удалась. Он сразу заметил перемену настроения. — И чем же вы так возмущены, Бэлл? Вам доступным языком было сказано, прекратить попытки освоить эту дисциплину. — Почему? — его унижающий, а по другому я его не могу описать, тон заставляет бесится не хуже чем Джоффри Баратеон из "Игры Престолов". — Вы можете выражаться яснее? Мистер Бэлл, общение между людьми требует хотя бы умения составлять простые предложения, также вам стоит больше уделить внимание своему воспитанию. Довольно невежливо отвечать вопросом на вопрос. — ...!? — что, бл*ть, тут происходит? Какого хрена он пристал ко мне? С утра у меня было просто отличное настроение, а этой с*ке прям обязательно было его портить? Ты что посрать нормально не сможешь если хотя бы раз кого-то не унизишь за день? Теперь эта ситуация меня не столько бесила сколько вызывала недоумение. Раздражение конечно же присутствует и не маленькое, но от всего этого веет чём-то неестественным, наигранным. — Может, мистер Бэлл, вам стоит подключить к разговору больше одной извилины, мне бы хотелось успеть сегодня к ужину. — вот паскуда, чего ты добиваешься? Я прекрасно знаю что ты грубиян, но в основном же на Поттера. Каким-то чудом взяв свои чувства в кулак, я решил понять чего же он от меня хочет. — И что же вы хотите услышать профессор Снейп? Чего вы добиваетесь? Я прекрасно знаю что окклюменция разрешённая в магическом мире дисциплина и не имеет строгого возрастного ограничения для изучения. Тем более что до совершеннолетия запрет стоит лишь на обучение легименции. А я её не изучаю. — Вам напомнить как вы пролежали в медицинском крыле несколько дней, и после этого вы утверждаете что можете изучать окклюменцию? — Это была разовая ситуация, больше такого не повторится. — Я абсолютно в вас не уверен, глупые люди склонны к глупым поступкам... — гр-р-р... — Ваша настойчивость застопорить моё развитие, толкает меня на определённые мысли. Всё таки я являюсь маглораждённым и пуффендуйцем. — Минус десять очков с пуффендуя за необоснованные домыслы к преподавателю школы. — вот тварь... — Ась!? Вы определённо предвзяты по отношению ко мне! Я определённо донесу об этом своему декану. — Ваше право, но перед этим оставьте свой амулет тут. — да что этот прилизаный урод возомнил о себе? Моё терпение в конец истощилось и раздражение достигло своего пика. Вокруг меня начали выступать явные завихрения магии. Мои довольно сильно отросшие волосы начали развиваться словно я нахожусь в центре вихря. Задребежали котлы на полках, а смесители у раковин около стен начали раскручиваться выпуская струи воды. Из раковин повалил пар, а капли влаги собрались водные шары. За каких-то двадцать секунд класс зельеварения потонул в хаосе. — Успокойтесь мистер Бэлл, если не хотите снова слечь с магическим истощением. — на лице профессора не отразилось ни одной эмоции. Он был спокоен словно удав, как будто каждый день встречается со стихийным выбросом учеников. — Вы! Вы изначально нацелились на мой амулет! Для чего он вам!? Десяток водных шаров начали поочерёдно лопасться и снова собираться. Я всей своей душой ощущал что стоит мне допустить хоть одну мысль о нападении на профессора и всё это полетит на его наглую физиономию. — Сомнус... Я даже не успел заметить как в руках Снейпа оказалась волшебная палочка. Меня просто вырубило. ... Очнулся я в кабинете на кресле, напротив меня сидел эта мразь и просто попивала чай. — Минус десять очков у пуффендуя за затопление класса. — Гр-р-р... — я реально зарычал, вся эта ситуация походила на какое-то издевательство! — Успокойтесь мистер Бэлл, вы не настолько сильны чтоб без последствий пережить второй магический выброс за день. — Это всё из-за вас! — Не исключаю, но основная вина лежит на вас. Я не просто так запрещал вам посещать своё подсознание. — Смысле? — Самостоятельное изучение окклюменции всегда проходят по одному и тому же сценарию. До определённого момента у самоучек всё идёт как описано в учебниках, но после этапа, которого вы достигли слишком уж стремительно, появляются определённые проблемы. — Какие? — Не перебивайте. В магическом мире не зря существует система ученичества. Ни один автор пособий по магии не напишет о важных нюансах в своих произведениях. Вы сейчас благодаря своему амулету резко вырвались на уровень подмастерья, хотя без него вам ещё далеко до этого. — чаво? Что он вообще пытается сказать? — Ладно, не стоит объяснять такие сложные для вас моменты. Вы заметили что ваше психологическое состояние стало довольно непредсказуемым? — О чём вы? Я же одной ногой в мире гормонов подросткового возраста. Есть некая нестабильность, но в пределах нормы. — Значит для вас попытка утопления профессора школы является нормой? — выгнутая бровь зельевара очень красноречиво говорило о его мыслях насчёт моего высказывания. Я реально почувствовал себя идиотом... Вроде уже достаточно взрослый, а повёл себя как истеричка... Идиот. — А... э-э-э... Прошу прощения я был не прав. Значит всё что вы говорили мне прежде являлось провокацией? — Вы правы, мне было необходимо понять насколько вы нестабильны. — Так значит вы не собираетесь отбирать мой амулет? — Безделушку можете оставить при себе, но с этого момента каждую неделю по четвергам в семь вечера вам необходимо приходить сюда для консультаций и для получения вот этого зелья. — профессор указал на стоящий у столика флакон с мутно синей жидкостью внутри. — Что это? — Стабилизатор ментального поля. — Успокоительное что-ли? — Специальное успокоительное для изучения окклюменции, его хватит на неделю. Принимать каждый вечер перед сном, по четыре капли на стакан воды. — п-ф-ф валерьянка магического разлива... — Так как я уверен что вы не прекратите свою практику, а взимание таких амулетов чревато как для вас, так и для меня, мне придётся взалить на себя ваше просвещение. А теперь можете идти. — Э-э... Спасибо вам и извините, я могу прибраться в классе. — Не стоит, не добавляйте мне головной боли. Можете пропустить следующие занятия, я предупредил профессора Флитвика. — До свидания профессор... — я быстро собрал свои вещи, не забыв зелье и ушёл. Рядом с уже чистым кабинетом зельеварения уже собралась толпа перваков львов и змей, незаметно прошмыгнутьсквозь них мне не удалось и поэтому мою персону провожало куча недоуменных взглядов. Прийдя в комнату я просто уснул устав от всей непонятной херни что произошла.