Новый виток прошлого

Серьёзность ошибки зависит от её последствий.

Самое мерзкое, что существует в этом мире – ссоры. Даже если вы вовремя остановились, поговорив как взрослые люди, остаётся давящее гадкое чувство. Но если нет... Что же, поздравляю. Вас будут докучать разнообразные мысли, вскрывая заморочки на пару с комплексами. Именно так себя ощущала Шерил Марджори Блоссом, двадцати шестилетняя девушка, у которой началась, как ей казалось, белая полоса в жизни. Её безразличный взгляд цеплялся лишь за бесконечные отблески от старинной лампы, а количество выпитого алкоголя удваивало эти мерцания. Голова первое время приятно кружилась, но когда та прилегла в позе морской звезды на пол, то не смогла больше встать. Ей и не требовалось. Действие спиртного через какое-то время выжало все соки из себя и перестало опьяняюще влиять на центральную нервную систему. Блоссом это не устроило: зная, что в запасах предостаточно всего чего только пожелаешь, кое как натянула брошенную накидку на плечи для выезда в магазин. Мутно помня, как спустилась с крутой лестницы, пару раз чуть не получив сотрясение, наткнулась на мать. – Дитя кошмара, неужели тебе плохо? – с презрением заглядывая в туман таких же карих глаз, одно отличие всё-таки присутствовало: цвет Пенелопы с возрастом выцвел, стал смесью молочного и белого шоколада, а у дочери наоборот – собиралась поглощающая темнота, – так ты пьяна? – младшая рыжая держалась за стену, что было странным, ведь выпитое вроде как отпустило, а теперь будто с новой силой пустил корни влияния. – У-у-у, ведьма, – замахиваясь, выглядя смешно, – уйди с глаз долой. – А где подстилка твоя? – не унимаясь, – почему не проконтролировала мою любимую дочь? – явно иронизируя. – Ты... Змеюка, – отталкиваясь от опоры, стараясь как можно ближе подойти к матери. – Одна змейка, кстати, крутилась у тебя между ног, – ухмыляясь, – и где же она? Где Минерва, очередная новая потаскушка? Где они все, чёрт бы меня побрал?! – Ты... Отвратительный человек, – злобно напрягая мышцы лица, – и ты права в одном, – скалясь, – на том свете чёрт действительно поберёт тебя, – единственная шлюха в этом ужасном доме – ты, Пенелопа Блоссом. Думаешь, когда мы были совсем детьми с Джей-Джеем, не замечали исходящий чужой мужской шлейф духов?! Или как дворецкий быстро выпроводил кого-то с утра пораньше? – Да как ты смеешь... – Как я смею? О, мамочка, я слишком долго терпела издевательства. Все упрёки, издёвки, избиения, – едва сдерживая поток слёз, – а за что мне всё это? Просто скажи! – цепляясь за красное одеяние в истерике. – Отпусти меня, прокажённая, – брезгливо отталкивая дочь от себя, Шерил осталась сидеть на коленях, – знаешь за что? – девушка опустила голову, медленно кивая, – ты приравнивалась к слабому звену, – хмыкая, – Джейсон был надеждой на светлое будущее, ты даже его погубила... – Я не виновата в его смерти, не смей! – привставая, моментально опускаясь на то же место под напором «родного» человека. – Если бы не помогла ему сбежать из города, то возможно всё обернулось иначе! – переходя на невыносимый крик, – ты уничтожаешь всех, кто хоть как-то проявляет к тебе чувства, Шерил, а также не способна на любовь. Всегда будешь одинокой. Лучше бы ты умерла вместо Джейсона, – выплюнув последние слова как яд, вышла из дома с чемоданом, вероятно, улетает по делам бизнеса. Ну и славно. – Я тебя ненавижу... – поднимаясь с пола, на ходу вытирая солёные дорожки. Ноги слегка подрагивали, но ничего, она знает проверенный метод. Малькольм только что увёз старшую Блоссом, чёрт, Шерил сегодня за рулём. Захлопывая прекрасную дверцу своей Вишенки, заводя мотор, параллельно посматривая на панель с различными датчиками. – Заодно и на заправку заеду, – бросая телефон на соседнее сиденье экраном вниз. Доезжая к небольшому магазинчику на Южной стороне, где точно можно было купить выпивку после одиннадцати, заметила давнего приятеля. Дверь автомобиля легонько хлопнула. Мужчина в капюшоне боязливо обернулся, намереваясь убегать, однако заметил огненную девушку, в прямом смысле, с фирменной улыбкой, правда кривоватой. – Шерил...? – радостно подбегая. – Блоссом, – делая неудачный манёвр, – ой, понесло что-то... – Эй, тише! – хватая за руки, – ты чего? – принюхиваясь, – набралась? Какой повод? Как ты ехала, будучи в таком состоянии? – Хрен его знает, – поднимая плечи вверх, – а повод моё замечательное расставание, – парень усадил на скамейку, та положила голову на его плечо, – да и вообще, напиться просто так нельзя что ли?! – Прям вдребезги? Сомневаюсь, – закуривая. – Прям вдребезги, Фрэнк, – очарованно прикрывая глазки, принюхиваясь, – мои любимые, тонкие и с ментолом, – отстранившись, жестом требуя сигарету. Фрэнк, делая затяжку и давясь от неожиданного напорства давней подруги. – Не лучшая идея, – всё-таки протягивая табачное изделие. – Не лучшая идея продавать мне Джингл-Джангл прямо сейчас, – демонстративно ломая сигарету, – но я совершенно не против, если ты сделаешь это. – Я завязал, – отворачиваясь, пальцы с бордовым маникюром насильно повернули к себе взгляд. – Милый, если ты прекратил поставлять наркоту, то меня зовут не Шерил Блоссом, – улыбаясь, щёлкая по подбородку. – Я не продам тебе, – серьёзным тоном. – Я ни плядям тибе, – в который раз кривляя парня, – за тройную цену, м? – глубоко вздыхая, доставая из внутреннего кармана джинсовки упаковку экстаза, они выглядели как обычные трубочки для коктейлей. От части так и было: коктейли, приносящие невероятное удовольствие. – Так бы и сразу, – довольно поднимая уголки губ, – налички нет, прости. Деньги сейчас упадут на банковский счёт, – целуя в щёку, убегая в продуктовый, – не прощаюсь, Фрэнк, – махая ручкой. Блондин докурил папиросу, плюнул себе под ноги и не снимая головного убора, пошёл в сторону бара. Блоссом вернулась домой, она не знала как не убилась по дороге туда и обратно. Время около пяти утра, рыжая достала бутылку ликёра, хлестая с горла. Вязкая жидкость потекла по шее, спускаясь ниже. Наконец отставив сосуд, уверенным шагом направилась к себе в комнату.

***

– Я не понимаю Блоссом: просит вернуть расписание, а сама не является даже в школу! – агрессивно расхаживала по комнате отдыха мулатка, – что за безответственность?! – Тони, – отпивая спасительную минералку, – лично я еле как встала с постели, – закрывая пластик, – плюсом Шерил поссорилась с Минервой... – Да, я понимаю... – грустно кивая, – но хотя бы позвонить или написать можно было! – Можно, конечно, – открывая мессенджер, – она в сети была как раз перед вечеринкой и больше не появлялась. Ну тут одно из двух: либо всё плохо, либо, – пошло лыбясь, – всё очень даже хорошо. Тони ревниво настороженно хмыкнула. – Ладно, как она объявится – сообщи, – удаляясь в класс после звонка. На протяжении дня от Шерил ни одного сообщения. Девушки упустили этот момент, надеясь на то, что они с Марбл. На следующее утро тоже нет весточки, даже почта непрочитанная. Минерва также не поднимала телефон. Это уже стало настораживать. Топаз с Лодж решили действовать, приехав к Торнхиллу, те обнаружили открытые ворота, красный кабриолет расположился впритык к дереву, на идеально подстриженном зелёном газоне. – Шер всегда аккуратно водила, – приближаясь к автомобилю, дабы рассмотреть поближе, – мда-а-а, – протянула беременная, – тут нужен капитальный ремонт. – Бог ты мой, – прикрывая рот рукой, – двор полностью изувечен, – некультурно тыкая пальцем по повалившимся предметам. Приближаясь к приоткрытой двери, на входе запнулись, переглядываясь между собой. На это ушло не менее тридцати секунд, и друзья ворвались внутрь. – Что за запах?! – увиденное привело в шок: везде валялись пустые или полупустые бутылки из-под алкоголя, мелкий декор сброшен, картины вообще порваны, а их части тлели в камине. Тут и там находились окурки, их пепел окутал особняк едким дымом, который испарится ещё не скоро. – Шерил! – слонялась Тони, переступая мусор, открывая все возможные двери, – Шер, отзовись! – Эй, тише! – подначивая, – слышишь? – Что? – сожмурив брови. – Пошли наверх, живо, – ринулась по лестнице к комнате кленовой королевы. Обстановка там оказалась куда хуже, чем во всём доме. – Блоссом! – прозвучало в один глас. Девушка сидела в углу, поджав колени, бесцельно смотря, не моргая. Граммофон без конца воспроизводил французскую классику. Одна из пришедших стремительно прекратила терзания ушей. – Шери… – осторожно дёргая за плечо, вмиг взор стал слегка осознанным, бледные руки потянулись к тёмным щекам. – Ти-Ти, милая, – поглаживая, Ви глядела с полным недоумением, – прости меня… Я… Я очень виновата перед тобой, – слёзы нещадно катились. – За что ты извиняешься? – не отводя глаз, стараясь уловить каждую деталь. – Я… Я ненавижу себя за всю боль, которую причинила тебе, дорогая, – притягивая Топаз ближе, – ты простишь меня, да? – Шер, что с тобой? – неуверенно начала Лодж, но Блоссом не среагировала на посторонний голос. – Правда простишь? Всё будет как раньше? – до боли стиснув зубы. Тони посмотрела на Веронику, брюнетка заострила взор на разноцветные обёртки, ранее знакомые ей. Она одними губами прошептала «Джингл-Джангл», беспокойно осматривая неадекватную рыжую. – Всё будет как раньше, Шери, – прижимая тёплое тельце к себе, – обещаю. – Поцелуй меня… – глаза округлились. Разум не знал, что делать, сердце предательски забилось чаще. – Давай на кроватку приляжем, хорошо? – поднимая. – Ты же не оставишь меня, mon amour? – не контролируя свои телодвижения, – обещай, Ти-Ти! – прося, словно наивный ребёнок. – Обещаю, Шери, – крепко обнимая, рыжеволосая утонула в этих жестах. – Ти-Ти, ты бы знала, как я тебя люблю, – казалось бы, куда ещё больше удивляться. Глаза увеличились, главный кровеносный орган стучал со скоростью света. Вероника в ступоре, Топаз тем более. Шерил тешилась, ведь действие наркотика не прекратилось, ощущаясь как счастливый сон спустя долгое время мучающих кошмаров. Спустя время, когда та хоть немного задремала, попав в царство Морфея, мулатка встала с мягкой постели, а воспоминания стали бить ручьём. Розоволосая сонно потягивалась на своей половине кровати, вскользь поглядывая на спящую девушку, начиная покрывать её тело лёгкими поцелуями. В ответ послышалось неразборчивое бурчание, после которого источник недовольства повернулся, встречаясь со счастливой Тони. – Доброе утро, Шери... – Доброе, mon chéri, – только-только открывая глаза полностью. – Я люблю, когда ты разговариваешь на французском и твои пухлые губы по утрам, – ёрзая на бёдрах. – А я люблю твои волосы с запахом лаванды, которые мирно покоятся на мне во время сна, – поглаживая поясницу. – Но ещё больше люблю, знаешь что? – собираясь с мыслями, – вернее, кого? – хитро приблизившись ко светлому лицу, наблюдая за последующей реакцией. – Даже не догадываюсь, – вычурно состраивая гримасу. – Некую Шерил Марджори Блоссом, слышала о такой? – с сияющей улыбкой проговаривая. – Отнюдь, – сильнее сжимая подкаченные бёдра, – изменяете мне, Антуанетта Топаз? – с наигранной злобой. – Я должна быть полной идиоткой, чтобы променять шикарную рыжевласую красотку на кого-то иного, – вовлекая в страстный поцелуй с обязательным продолжением. – Славные были времена… – уходя в ванную вдогонку за Ронни, она же нервно обхаживала комнату, держа в руках злосчастный свёрток. – Тони! Наконец-то, – поднося к глазам, – ты видела это?! Шер подсела! – Неужели и правда… – растерянно беря в своих руки бумажку, – думаешь…? – Ну а как ещё это оправдать?! – переходя на крик, – ей нужна помощь! – Ей требовалась помощь ещё лет десять назад, – скользя вниз по кафелю, закрывая руками лицо, – сука! – переворачивая корзину для белья, – какие мы друзья, что не замечали раньше?! Я не замечала! – неожиданно для себя ляпнув в порыве злости. – Тони… – садясь на колени, – нам нужно её оберегать после такого, – глядя на упаковку, – не исключено, что… – Что это не первый срыв, да? – ревя, – не первый однозначно, – она сама не понимала, почему плакала как умалишённая. Однозначно беспокоила произошедшая ситуация. – Шерил не принимала, когда вы… – боясь слов, но дреды на голове закивали отрицательно. – Вроде нет, хотя… – сомневаюсь, – никогда не заставала в таком трипе. Ви, Шер даже тебя не заметила! Сколько же приняла, моя девочка, – вновь осеклась сказанного. – Мы поможем, – в успокаивающем жесте, – будем рядом с ней. Они помиряться с Минервой и… – не успевая сказать собственную мысль. – Минерва! Точно, – доставая мобильный, набирая номер, голосовая почта радостно поприветствовала абонента, – да что ж такое, – яростно откидывая устройство, ровно, как и вышеупомянутая. – Не отвечает? – Угу... – Марбл займёмся позже, а пока, – оглядываясь, – нужно привести в порядок Блоссом. Тащи сюда. – Как оклемается, ей влетит по самые не хочу… – выходя из комнаты. Контрастный холодный душ с утра – отличный способ взбодриться перед учёбой или работой, в особенности, если тяжело просыпаться. Владелицу успешного бизнеса пытались «оживить» именно так. – Блоссом, твою мать, – рыжеволосая упиралась, говоря что-то невнятное себе под нос, – угомонись, – рявкнула мулатка, – принимать конечно же лучше! – Оставьте мою грешную душу, черти, – дёргаясь от очередного морозного потока воды. – Гляди, ещё язвить успевает, – засовывая рыжую голову под струю, – не рыпайся, – строгий тон немного успокоил. Блоссом, мол котёнок, вылизывала волосы, кидая злые взгляды на подруг. – И зачем такие кардинальные меры? – Зачем гробить своё здоровье? – принимая позицию «атаки». – Не ваше дело, юные люди, – отворачиваясь к зеркалу, нанося бальзам, дабы защитить волосяной покров. – Нет, с этого момента ты рассказываешь всё, что привело тебя к употреблению, – сложив руки, решительно настроилась Топаз.