Поляна

      Вэнь Жохань бежал так быстро, что юноша в белых длинных одеждах едва поспевал за ним. Порой ноги запинались в полах ханьфу, а тяжёлый меч перевешивал Лань Цижэня, отчего удержать скорость и не упасть лицом в зелёную и влажную после дождя траву было воистину сложной задачей. Тем не менее он справлялся с этим, пачкая грязью белоснежную обувь. Отец обязательно отругает его за подобные выходки. Да и не только словесно, глава Лань обязательно придумает и физическое наказание для своего младшего, как он обязательно назовёт его, отпрыска. Пожалуй, Лань Цижэнь действительно достоин любого наказание от отца: его сегодняшнее поведение оставляет желать лучшего.       — Ну! Быстрее, пока они нас не спохватились. — Вэнь Жохань крепко держал юношу за запястье, не позволяя тому отстать на приличное расстояние. Он действительно думает, что на этой поляне можно заблудиться? Хотя его забота грела душу, заставляя счастливо — пусть и крайне глупо! — улыбаться сквозь прохладный ветер, бьющий прямо в лицо, играющий с концами налобной ленты и забегающий под халат, расшитый заклинаниями.       — Да бегу я, бегу!       Солнечный луч выглянул из-за деревьев, столпившихся вдалеке. Прошествовав по всей поляне, он остановился на двух юношах, бегущих в высокой траве. Лань Цижэнь, не ожидавший, что яркий свет блеснёт прямо в глаза, резко остановился, Вэнь Жохань, естественно, тоже, ведь ладонь его всё также сжималась на руке Лань Цижэня. По этой же причине оба юных заклинателя рухнули в траву с характерным шорохом: сначала молодой господин Вэнь, а сразу же после него и второй молодой господин Лань.       Вэнь Жохань заливался почти детским смехом, барахтаясь в густой зелени. Подол его красно-белого ханьфу залез под ботинок — вот и причина дружного падения. Лань Цижэнь же почти сиюминутно поднялся на ноги, стряхивая с пояса и рукавов невидимые пылинки. Он, в отличие от Вэнь Жоханя, был из клана с более строгими правилами и даже в такой ситуации не мог себе позволить ребяческого поведения, недостойного будущего именитого заклинателя.       — Поднимайся, скоро закончится Совет кланов, и отцы обязательно заметят наше отсутствие.       — Они не обращали на это внимания предыдущие пол дюжины часов, так с чего бы им заметить это сейчас? — радость с лица Вэнь Жоханя мигом слетела, сменившись на неподдельную серьёзность. Но в таком положении его серьёзность была довольно забавна: Лань Цижэнь смотрел на него сверху вниз, пока тот пытался поправить низ ханьфу.       — Они были заняты. — с трудом удерживая строгое выражение лица, Лань Цижэнь поспешил оправдать двух глав великих Орденов. — Им не было дела до двух мальчишек, всё равно не участвующих в Совете. У них своих дел полно.       — Глупости… Мы всё-таки обязаны присутствовать в зале как их прямые наследники. А нас там нет. И всем плевать, раз мы до сих пор спокойно гуляем по окрестностям Цишаня.       Логика Вэнь Жохань имела место быть, ведь его доводы вполне правильны. Но Лань Цижэнь продолжал усердно верить в то, что главы Вэнь и Лань действительно беспокоятся о своих сыновьях, просто не могут прервать Совет из-за их внезапной пропажи.       — Так или иначе тебе не стоит валяться на земле.       — И почему же?       — Тебе не шесть, да и статус твой не позволяет. Смотри, ты уже испачкал ханьфу.       Вэнь Жохань ещё недолго повозился с зацепившейся тканью одежд и, наконец, поднялся на ноги. Он наскоро смахнул прилипший к штанам кусок мокрой грязи рукой и направился в сторону деревьев, стоящих могучей плотной кучей в одной ли от юношей.       — Мы почти пришли.       Пробраться через небольшую группу высоких сосен не составило тяжёлого труда. Огромную помощь внёс меч Лань Цижэня, которым он умело прочищал путь от веток, норовящих ткнуть в лицо или открытые участки тела, царапая кожу. Вэнь Жохань шёл позади, указывая дорогу. У него всё равно не было возможности помочь Лань Цижэню: меч остался в покоях, дабы его хозяина не было так легко найти. Мало кто знает, но любого адепта, родившегося с фамилией Вэнь и получившего свой меч именно в этом клане, легко отыскать по специальному энергетическому следу, который оставляет этот самый меч. И чем сильнее души меча и его хозяина привязываются друг к другу, тем сильнее становился энергетический след. Энергии меча молодого господина Вэнь хватило бы лишь на часов пять, так что его сегодняшний путь найти не так просто, ибо начало уже давно развеялось, но перестраховаться всяко лучше, чем бояться, что их в любой момент могут вернуть обратно в Безночный город.       — Не понимаю, зачем нужно выбирать именно такие обстоятельства, чтобы сходить посмотреть на цветочки. Тебя не пугает перспектива получить выговор от родителей? Можно было сходить сюда завтра днём, пока я ещё не уехал обратно в Облачные глубины.       — Говоришь так, будто глава Лань позволит тебе уйти куда-либо со мной. Да он же всячески пытается отгородить тебя от меня!       — Это не причина в наглую сбегать.       Лань Цижэнь краем уха уловил короткое «тц!» за спиной. Н-да, характер Вэнь Жоханя действительно был сложным. Неудивительно, что отец запрещает им общаться.       — Ещё какая причина. Ты поймёшь, когда увидишь то место, куда я тебя веду.       Лань Цижэнь сделал ещё один резкий выпад вперёд, обрубая массивную ветку, и, скинув с плеч несколько хвоинок, вышел на новую поляну. Она многим отличалась от предыдущей: здесь и солнце светило куда ярче, и пахло не дождём и мокрой землёй, а приятным душисто-травянистым ароматом. Но главное отличие — вместо высокой зелёной травы под ногами распускались ярко-красные бутоны. Второй молодой господин Лань, не сдержав мимолётный порыв, сел на корточки и невесомо коснулся лепестков ближайшего цветка. Маки. Целая поляна из красных маков. Волшебно.       Вэнь Жохань быстро перепрыгнул через ветку, которую пару мгновений назад срубил его спутник, и взглянул в лицо Лань Цижэня, пытаясь распознать его эмоции. Взгляд его был, как всегда, серьёзен, но губы растянулись в довольной полуулыбке. Ещё бы, у них в Гусу наверняка таких полян нет и не будет никогда! Пускай наслаждается, пока есть возможность.       — Нравится? — рука Вэнь Жоханя вальяжно опустилась рядом с ладонью Лань Цижэня, хватая мак за стебелёк.       — Да. — выдохнул юноша в ответ. — Не срывай!       — Зачем? Их и без того здесь полно, так чего трястись над одним бутончиком. — тем не менее пальцы сами по себе соскользнули с тонкого стебля. Не хотелось расстраивать Лань Цижэня в такую минуту.       — Полно. — Лань Цижэнь поднялся, согласно кивая. — И пусть будет так. Зачем лишать жизни цветок ради минутного удовольствия? А так он будет расти и благоухать. Тебе же будет приятнее приходить сюда и видеть целое чудесное поле маков.       Вэнь Жохань не стал дослушивать речь Лань Цижэня, сел на бревно, без дела лежащее рядом, и хлопком пригласил второго юношу сесть туда же.       С десяток минут глядели на пейзаж молча, пока молодой господин Вэнь не прервал эту тишину:       — Знаешь, я прихожу сюда, когда мне одиноко. И всегда вспоминаю тебя. Не знаю почему. Со временем я пришёл к выводу, что это место схоже с тобой: окружено колючками, а внутри так тепло и уютно. Но пробраться внутрь — задача, посильная не каждому. — говоря это, Вэнь Жохань смотрел вперёд, нарочито избегая взгляда светлых глаз. Лань Цижэнь машинально скрестил их ладони, позволяя Вэнь Жоханю выговориться. — Мне всегда казалось, что красный — твой цвет, но ты всё в белом да белом. Никакого разнообразия, демон побери твой Орден! — последнее предложение было сказано в шутку, так что Лань Цижэнь даже и не думал обижаться. — В общем-то, у меня есть подарок для тебя.       Вэнь Жохань выудил из рукава красивую коробочку, обшитую серебристым шёлком, и протянул сидящему рядом. Лань Цижэнь повертел её в руке, открывая крышку. Внутри лежало красивое украшение для меча, переливающееся то бордовым, то кроваво-красным, то розоватым в лучах закатного солнца. В самом верху и низу находились рубиновые шарики по размеру не больше ногтевой пластины среднего пальца; чуть ближе к центру искусно вырезанные на кругах розового кварца облако и солнце; а в самой середине красовался засохший бутон мака в куске янтаря.       Лань Цижэнь, боясь как-то испортить украшение, достал его из упаковки. Навёл на яркие лучи.       — Красиво… — завороженно произнёс он.       — Маки — мои любимые цветы. Я подумал, что они хорошо будут смотреться на моём любимом человеке. — Лань Цижэнь зацепился боковым взглядом за в миг ставшими пунцовыми щёки Вэнь Жоханя. Ему действительно сложно давались такие слова, как и им обоим, честно говоря.       Стараясь развеять напряжённую обстановку, Лань Цижэнь наскоро прицепил подарок на рукоять меча.       — Отлично выглядит, спешу заметить.       Вэнь Жохань наконец осмелился повернуться в сторону юноши и гордо проговорить:       — Красный цвет подходит твоему лицу. Тебе стоит носить больше красной одежды.       Лань Цижэнь негромко рассмеялся, прикрыв рот ладонью.

***

      Вэнь Жохань, замерев, словно статуя, удивлённо раз за разом перечитывал письмо, лежавшее в подарке к дню рождения его сына. Сердце гулко билось в груди, отдаваясь громким звоном в ушах.       «Я давно не писал тебе, Жохань. Уже несколько десятков лет прошло с нашей последней встречи не как старейшины клана Лань и главы Ордена Вэнь, а как двух влюблённых мальчишек. Должны ли мы извиниться друг перед другом? Или в том, что наши статусы не дают возможности на нормальное общение, совсем нет нашей вины? Я не знаю. Ты, наверное, тоже. Я не смог почтить тебя, твою супругу и сына своим присутствием на празднование его сотого дня от роду. Сам понимаешь, у меня достаточно дел в Облачных глубинах. Но, как видишь, отправил подарок вместе со своим старшим племянником. Ты разочарован, что не удалось достойно поговорить со мной, верно? Мы обсудим всё, как только у меня появится возможность выбраться из дома. Нельзя оставлять всё в таком положении, в котором оно есть сейчас. До встречи, Жохань.»       К углу бумаги был приклеен цветок, частично закрывающий имя отправителя.       Вэнь Жохань, словно загипнотизированный, убрал бутон с письма и прочитал вслух:       — Лань Цижэнь. Надеюсь, всё по-прежнему, и до сих пор маки — твои любимые цветы.