Сбежавший Вороненок

– Что значит "его забрали"?! Дэй, ты же понимаешь, что тебе лучше сказать мне правду? Не думай, что сможешь легко отделаться. А теперь говори: где он? – Эндрю, я прошу, успокойся, – Миньярд усмехается, и этот звук больше похож на утробное животное рычание, нежели на что-то человеческого происхождения. Голкипер раздражен, и все вокруг будто электризуется. – Нил находится в безопасности. – И ты в это веришь? Скажи мне, Дэй, ты в это веришь? Кевин молча уставляется в пол и поджимает губы, словно провинившийся ребенок. Так он стоит достаточное время и не произносит и звука, безнадежно надеясь на то, что Миньярд все-таки успокоится. В какой-то момент Дэй вздрагивает от резкого удара кулака о стекло и рассеянно поднимает голову. Кевин испуганными глазами смотрит за окровавленные костяшки Эндрю, подрывается с места и бежит за аптечкой, решив никак не комментировать ситуацию. На звуки прибегают Ники и Аарон, остановившись в дверях комнаты. – Что происходит? Хэммик переводит взгляд с разбитого окна на Эндрю и обратно. Аарон, стоящий рядом, медленно движется к близнецу, опасливо оглядываясь. – Свалите отсюда. Резко произнесенная фраза заставляет Аарона замереть и смерить брата каким-то подозрительным взглядом. – Быстро. Ники слегка подпрыгивает на месте и быстрым шагом удаляется из комнаты, а "нормальный" близнец еще раз осматривает нечитаемое выражение лица Эндрю и тоже исчезает за дверью. Кевин приходит не сразу. Он ждал, пока Миньярд хоть немного придет в себя, насколько это вообще возможно, ведь попасть под горячую руку опасного коротышки явно не входило в планы лучшего игрока. Дэй ставит аптечку рядом с голкипером и отходит на пару шагов. – Эндрю... я правда не понимаю, зачем тебе нужна информация о Ниле, и чем он вообще смог тебя заинтересовать. Но кое-что сказать я могу. Там, где он находится сейчас, безопасно. Вернется он уже завтра, так что, я уверен, проблем не будет. – Что? – Миньярд ядовито хмыкает. – И ты веришь этому проблемному кролику? Да он ходячая неприятность. С чего ты вообще решил, что Джостен вернется живым? Эти слова производят сильное действие на Кевина, и он отшатывается, не веря своим ушам. Да, он сам думал об этом, но никогда не смог бы озвучить это. Главный страх – потерять то, что действительно дорого. А Нил — далеко не последний человек в жизни Кевина. – Не говори так! Ты увидишь, что все будет в порядке. – Говоришь так, как он. Не беси меня. Дэй проглатывает ответ и решает поскорее уйти из этой комнаты, этого общежития и успокоиться. И, конечно же, варианта лучше, чем одиночная тренировка, для Кевина не существует. Эндрю не моргая рассматривает разбитые костяшки, кровь на которых уже начала сворачиваться, и медленно перебирает пальцами. Боль даже не чувствуется. Миньярд закрывает глаза, постепенно пытаясь найти что-то в голове, раскапывая воспоминания. Действительно, какое ему дело до пташки? Эндрю прекрасно понимает, что это пустая трата времени, но, с другой стороны, хоть что-то может развлечь голкипера в этом ужасном окружении. Нил ведет себя так, будто знает все и вся. Многое скрывает, многое недоговаривает, о многом врет и частенько увиливает. Слишком странный, слишком подозрительный, слишком самоуверенный, слишком интересный. Слишком. Знаете, такие люди обычно появляются при неожиданных обстоятельствах, а потом исчезают, причем так, будто их никогда и не было. И Нил в открытую заявил, что так и случится в недалеком будущем. Для Эндрю это прозвучало как вызов. "Хочешь сбежать, как и всегда это делал, кролик? Я посмотрю на это из первого ряда". Миньярд никогда ничего не чувствовал. И не чувствует сейчас. Это лишь интерес, как принято говорить, спортивный. С какой стати он согласился на все эти сделки? Из любопытства. Хочет ли он действительно помочь? Ни за что. Моро. Что-то подсказывает, что Джостен отлучился именно из-за этого француза. Недаром ведь во время последнего нормального разговора Нил упоминал еще одного Вороненка. Рико. Заносчивый, жестокий мальчишка с высоким самомнением. Похлеще самого Кевина по характеру. Считает себя Королем только потому, что носит первый номер на форме и скуле. Не заслуживает ни малейшего внимания к своей высокомерной персоне, и это Эндрю понял еще тогда, когда увидел его впервые. Остальное совершенно не важно. Миньярд переводит взгляд на нетронутую аптечку, грубо усмехается и уходит на крышу. Самое время подумать еще.

***

Натаниэль молчит, угрюмо наблюдая на сменяющимися постройками за окном автомобиля, и, сам того не замечая, покусывает уже зажившую на губе относительно небольшую рану. Голова снова пустая, ни единой мысли, что только еще больше раздражает парня, и он периодически дергает напряженными плечами. Вид за окном немного отвлекает от навящевого чувства, и Нат даже не замечает на себе чужой обеспокоенный взгляд. Жан хмурится, пытаясь заглянуть в лицо друга и понять, что происходит с ним. Как он смог сдержать обещание, когда Моро уже успел несколько раз потерять надежду и смириться? От этого парня подтрясывает. Нат ненавидит, когда кто-то, а в особенности Жан, мирятся со своей участью. " – Нет никакой судьбы! Ты понимаешь? Мы сами решаем, как нам жить. А ты просто согласен быть чьей-то собакой, Жан, собакой Рико! Я терпеть не могу такое". Жан помнит разочарование одновременно со злостью в голосе Веснински. Помнит, как тот в порыве гнева разбил кафель в ванной, а потом, уже приходя в себя, пытался выдавить из себя извинения перед Моро. Жан понимает, что Нату еще тяжелее, и всегда старался оградить друга от лишних проблем. " – Какие еще твои проблемы? Да как ты не понимаешь, что они у нас общие? Жан, ты ведь самый дорогой человек для меня... Не скрывай от меня ничего, хорошо?" Он и не скрывал. Моро не мог скрывать, ведь он не Натаниэль. Веснински лгал, и его друг об этом прекрасно знал, но молчал, проглатывая недовольство. Жан знал всегда, что Нат врал ему даже про то, что он действительно ест. Моро ни разу не видел, чтобы Веснински нормально питался, а если такое и случалось, то всю ночь он даже не появлялся в комнате, прокрадываясь только под утро. Думал, что Жан спит. Моро медленно тонет в собственных воспоминаниях, но, когда машина останавливается, смаргивает наваждение и смотрит на Натаниэля. Тот будто резко пробуждается и, не сразу сообразив, что происходит, одобрительно кивает и выходит из машины. То же делает и Жан. – Где мы? – Там, где тебе помогут. Парни поднимаются по лифту на нужный этаж, и только сейчас Моро начинает подтрясывать из-за чего-то. Он и сам не понимает. Но, смотря на то, как Нат уверенно идет в направлении одной из квартир, Жан делает глубокий вдох, и внутренний тремор немного успокаивается. Веснински пару раз ударяет по двери, и не проходит даже десяти секунд, как она открывается, а на пороге появляется мужчина. Моро опасливо отходит на шаг, что не скрывается от внимания Ваймака. Тренер молча пропускает гостей в квартиру, мельком осматривая француза. Жан некоторое время мнется, но все-таки следует за другом, стараясь не отставать ни на шаг. – Как ты и просил, Нил, Эбби уже тут. – Спасибо, тренер. Они проходят в гостиную, где уже сидит женщина со своим чемоданчиком наготове. Эбби дружелюбно улыбается в знак приветствия, но что Жан недовольно косится на друга. – Нат? – Все в порядке. Ей доверять можно, – парень приближается к уху Моро и говорит совсем шепотом. – Она уже хранит кое-какие тайны. Мои. Становится как-то легче, и Жан покорно идет в соседнюю комнату за женщиной. – А теперь давай обсудим это, Нил. Ты не против? Джостен вздрагивает. Даже не от неожиданности, а от того, что у него спросили разрешение. Тренер садится на диван и приглашает Нила сделать то же самое. – Что ты мне предлагаешь делать? Я имею в виду, какова дальнейшая судьба Моро? В любом случае, он не сможет играть ближайшее время. – Да, так и есть. Рико увлекся, да Вы и сами видите. Можно ли пока что держать Жана рядом? Он не принесет проблем, в отличии от меня, – тренер хмыкает. – А после этого мы решим, куда он отправится. У меня есть кое-какие варианты. – Хорошо. Я понял тебя. – И еще, тренер. Вы же не сообщали никому о том, где я был? – Нет. Но это было сложно. Нил вопросительно выгибает бровь и непонятливо склоняет голову. – Эндрю. Джостен удивляется, но не показывает этого. Он только качает головой, мысленно с чем-то не соглашаясь, и после никто не произносит ни слова. Жан выходит из комнаты минут через тридцать под собственное недовольное мычание. На лице красуются несколько пластырей и бинт, закрывающий большой порез. На запястьях тоже видны повязки, и стоит только предполагать, что скрывается под одеждой. Нил только сейчас замечает, что Моро хромает, и, судя по всему, делает он это не просто из-за ушиба. – Что с ногой, Жан? – Ничего особенного, из-за чего следовало бы волноваться. Просто... вывих. – Эбби. – У него растянуто сухожилие, сломан палец, была выбита коленная чашечка, – произносит врач, вспоминая о том, что пообещала рассказать о травмах Ворона Нилу без утайки. Он ведь действительно переживает. Моро недовольно морщится, будто от зубной боли, и отводит взгляд. Нил напряженно молчит, сжимая челюсти. – Поедете в общежитие или останетесь здесь? – прерывает тишину тренер. – Общежитие. Так мне будет спокойнее. – Хорошо, я вас довезу.

***

– Не может быть... Кевин округляет глаза, как только замечает знакомую фигуру за спиной Нила, и даже закрывает ладонями часть лица. Дэй первым встретил прибывших, и это произвело на него такое большое впечатление, что он забыл, для чего выходил из комнаты. Кевин растерянно моргает и слегка приоткрывает рот. Джостен, усмехнувшись, протягивает руку и с характерным щелчком приподнимает чужую челюсть. Жан на это только беззвучно хмыкает и заключает старого друга в объятия. – Я скучал. Только сейчас вернув дар речи и будто очнувшись, Кевин начинает что-то нашептывать Жану, от чего у того появляются влажные дорожки на щеках. Нил слышит только тихие всхлипы, и, как ему кажется, не только Моро. – Какое воссоединение. Я сейчас расплачусь. Неожиданно в дверях появляется Эндрю и скрещивает руки на груди, показушно умиляясь. От этой забавной наигранности Нилу хочется рассмеяться в голос, но он сдерживается, прикусывая язык. Миньярд незаинтересованно осматривает Моро на протяжении нескольких секунд и сразу же переводит взгляд на Джостена. – Пошли. Он показывает одними только глазами на дверь, приказным тоном предлагая пойти на крышу. Нил, даже не колебаясь, соглашается, кивнув перед этим Кевину и Жану, которые удивленно переглядываются. Нил и Эндрю уходят, оставляя парней одних. Дэй неуверенно мнется рядом с французом, мельком пробегая глазами по забинтованным частям тела. Моро пытается выдавить что-то похожее на улыбку, но получается криво, от чего он только еще больше корчится. Кевин сочувствующе закусывает губу и с огромными усилиями решает начать разговор. – Как так вышло, что Нил тебя вытащил? – Знаешь, Кевин, мне иногда кажется, что ты совершенно не умеешь заводить разговоры. Ты не рад увидеть старого друга, которого ты бросил в Эверморе? – Что? Конечно же я рад, Жан. О чем ты вообще говоришь? И... Ты же знаешь, что случилось. Я... – Нет, не надо. Я помню и не держу зла. Просто... Ты ничего не сказал нам, понимаешь? Я узнал последним об этом, только когда мне сообщил Нат. Могу предположить, что ты знаешь, каким образом он добыл информацию. И что было потом. Скажу честно, мне было обидно. – Прости. Но ты же знаешь, что вы мне очень дороги. Вы же мне как братья... – Рико, – неожиданно обрывает Кевина Жан. – Что? – Он тебе как брат. Парни замолкают. Дэй облакачивается локтями на собственные колени, зарываясь ладонями в волосы. Хочется сбежать куда подальше от прошлого. – Он мне никто, – глухо рычит Кевин, с остервенение оттягивая волосы, будто это способно заглушить чувства. – Я стал забывать о нем. И тебе тоже следовало бы так следать, Жан. Забыть, как страшный сон. "– Ты не представляешь, насколько страшный", – думает про себя Моро, но не произносит этого вслух и снова подается в объятия друга, утыкаясь носом куда-то в шею Дэя.