В твоих глазах океанские глубины

Казалось, что Робин не проснулся, а воскрес. Первым вернулся слух, мужчина услышал чужое дыхание возле уха. Следом он ощутил две вещи: что он полностью голый и что на его спине кто-то лежит. Память никак не помогала восстановить картину прошлого вечера, все воспоминания были кусочками пазла, который никак не хотел собираться в единое целое: вот он прощается с Гремом и идет домой; вот ссора с Реджиной; затем он заселяется в «полицейский» номер в гостинице. Потом...а что было потом? В голове смутно пробегает вспышка рыжих волос. Зелина? К нему приходила Зелина в номер? Тогда... Глаза мгновенно раскрываются и утренний свет бьет по чувствительным зрачкам. Но Робин даже не жмурится от дискомфорта, ибо страшная догадка пронизывает еле работающий мозг. Максимально осторожно, чтобы не разбудить свою «партнершу по преступлению» шериф поворачивает голову и взгляд упирается в женскую руку. В слишком знакомую женскую руку с длинными ухоженными пальцами, и тем самым кольцом, что он украл на приеме у австрийского посла, а потом 7 лет носил в кармане в качестве талисмана на удачу, чтобы надеть на руку любимой женщины в день свадьбы. Кольцо идеально село, будто было создано не для Императрицы Сиси, а для Реджины Милс.

6 часов назад

. Реджина была спокойна и уверена в себе и, как ни странно, в муже. Она ни секунды не сомневалась, что перед ней разыгрывается дешевый и очень пошлый спектакль с отвратительной актрисой в главной роли. - Что ты ему подмешала? - задала вопрос миссис Локсли-Милс, подходя к кровати и принюхиваясь к мужу. - Ох, Реджина, ты наверно, не осознала еще. Мы с Робином... Реджина закатила глаза и издала весьма неприличный звук, сродни лошадиному фырканью. - Милочка, избавь меня от своей лжи. - Да нет же, у нас с ним был секс! - зло воскликнула рыжая. Ее план летел в тартарары. Реджина должна была убежать в слезах едва увидев ее в рубашке мужа. - В таком состоянии? - супруга шерифа скептически махнула головой в сторону кровати. - Я его хорошенько вымотала, вот он и уснул. - надменно произнесла Зелина. - О чем рассказывал? - Что прости? - Ну, ты понимаешь. -Реджина понизила голос - Разговоры после секса. - О своем рабочем дне. Реджина скептически приподняла бровь. Зелина почувствовала, что провалила экзамен. - А в какой позе? - продолжила допрос Реджина. Чтобы найти себе занятие она стала собирать по номеру разбросанную одежду соперницы. - Что прости? - Зелина, это несложный вопрос. В какой позе совокуплялась с моим так крепко спящим мужем? - В разных, - гордо ответила рыжая медсестра. - Согласна, на этот вопрос можно дать несколько ответов. - Реджина доверительно наклонилась к собеседнице — Все зависит от настроения и от его спины. Понимаешь, ремонт у Крюка дается ему сложновато, хоть Робин и не сознается. Что за театр абсурда? Зелина окончательно потеряла контроль над ситуацией. - Но есть вопрос, на который можно дать только один правильный ответ. Куда кончил? - Прошу прощения? - рыжеволосая медсестра раскрыла глаза в неподдельном удивлении. - Если был секс, - терпеливо ответила Реджина, - то был и финал. Так куда он кончил, милочка? - В меня! Он кончил в меня, сказал, что надеется, что я подарю ему дочь, ведь ты рожаешь только мальчиков! - выкрикнула Зелина. На секунду лицо Реджины изменилось, маска спала и показалась давняя боль женщины. - Ответ неверный. - Зло прошептала миссис Локсли-Милс. - Робин человек привычки. После секса он обожает болтать про искусство, за годы брака я узнала про художников и скульпторов больше, чем на курсе по восточно-европейской культуре в университете. А кончать он предпочитает на женскую грудь, есть у него какая-то нездоровая одержимость ей. И если бы вы были с ним близки, то ты бы знала все это. Но, если хочешь продолжить играть эту комедию, то, пожалуй, мне стоит позвонить в больницу и сообщить доктору Вейлу, что ты украла из его запасов сильнодействующее снотворное. Опоить шерифа — это уже само по себе преступление, но украсть редкое лекарство. Тебя не посадят в тюрьму, нет, милочка, тебя изгонят из города. - Нет! Не звони Вейлу. - Зелина пыталась быстро придумать план. Сейчас женщина находилась в незавидном положении, с одной стороны на нее давил Голд, с другой стороны она не на шутку разозлила Реджину. Ту самую самодовольную Реджину Милс, которой все подается на золотом блюде. - Я просто хотела иметь тоже самое, что есть у тебя! - Робина? - Реджина со злостью кинула в соперницу собранные вещи. - Нет, защиту мужчины. Он один из немногих, кто не боится Голда. Ты ведь даже не понимаешь как отличается твоя идеальная жизнь от остальной женской половины, тебя обожают и боготворят. - Я пытаюсь построить такой мир для всех! - Ты такая лицемерка! Живешь в золотом дворце и говоришь простым смертным есть пирожные, если им не хватает денег на хлеб. - Нет, не правда. - Ты думаешь я от хорошей жизни решила соблазнить безумно влюбленного мужчину? Я не злодейка, просто я люблю своего сына, ты тоже мать и должна понимать, что ради ребенка можно пойти на что угодно. - Твоему сыну ничего не угрожает. - Кроме его отца. Я совершила страшное преступление — сбежала и украла ребенка, если меня изгонят из города, то я не проживу и суток. - Знаешь, что я не могу понять? В городе столько свободных мужчин, тот же Доктор Вейл, зачем было пытаться соблазнить моего мужа? - устало произнесла Реджина, присаживаясь на пол рядом с кроватью. - Ну, Вейла не привлекают женщины, - ответила Зелина, опускаясь рядом. - Да ты что? - Я их как-то застукала с Августом в процедурной за весьма сомнительной процедурой. - Хм, и зачем это скрывать? В текущей ситуации их никто не осудит. - У Вейла слишком большие амбиции, он до сих пор мечтает занять место старейшины. - Хорошо, если не Вейл, то почему все же Робин? -Все просто — Голд знает отца Оуэна и шантажирует меня этим. Ну, и ты очевидно забыла, что сказала мне в день знакомства. Миссис Локсли-Милс вопросительно взглянула на собеседницу. - Когда я рассказала твоему мужу, что за мной охотится отец Оуэна, ты прокомментировала это: «Только страшила покусится на такую как я». Уж прости, но после такого как-то не очень тянет искать помощи у шерифа с его супругой. - Ты тогда слишком близко села к Робину. - Реджина Милс, ты самая ревнивая женщина в Сторибруке. Мне так нравилось тебя бесить. - Реджина Локсли-Милс. И я совсем не ревнивая. Знаешь что? Забирая эту рубашку в качестве доказательства, что соблазнила Робина. - Ты хочешь, чтобы Голд думал, что я соблазнила твоего мужа или просто не хочешь чтобы Робин носил рубашку, которую я надевала? - И то и другое. - В голове Реджины родился коварный план. - Зелина, если ты пообещаешь быть двойным шпионом, то я буду изображать оскорбленную жену, какое-то время, и даже бонусом помогу найти тебе достойного мужчину. Рыжеволосая медсестра с прищуром посмотрела на собеседницу. Не без корысти, но Реджина предлагала мир, план по спасению от шантажа Голда и даже обещала наладить личную жизнь. А Зелина была рождена чтобы быть чьей-то женой, она обожала ухаживать за мужчиной, печь яблочные пироги, готовить калорийные ужины, а секс... Боже, как ей не хватало хорошего качественного регулярного секса. - Хорошо, и в качестве трубки мира, предостерегу тебя по поводу новенького Артура Пендорагона. Я краем уха слышала, что он в городе не просто так. Подозреваю, что он связан с Голдом.

***

I've heard allegations 'bout your reputation I'll show you my shadows if you show yours Let's get it right dear, give a good fight dear We'll keep it all up behind closed doors (c) You Belong to Me Cat Pierce

Реджина проснулась в тот момент, когда Робин повернул голову. В первые она спала не в коконе из одеяла, а прижавшись к спине мужа. К горячей спине мужа, вдыхая ни с чем не сравнимый аромат его тела. - Реджина? - Послышался хриплый голос Робина. - А ты ожидал проснуться с кем-то другим в постели? - С поистине королевским достоинством спросила женщина. И отодвинулась, она чувствовала себя не в своей тарелке, вчерашний запал внутреннего гелия пропал и брюнетка не представляла как сейчас признаться мужу, а признаваться было в чем. - Нет, - Робин развернулся и посмотрел на жену, - не пойми меня превратно, но мы же поссорились вчера, а сегодня я просыпаюсь в обнимку с тобой, последний раз мы спали в обнимку...я не помню, если честно такого случая. - Робин, ты можешь замолчать? - Раздраженно произнесла супруга шерифа. - Хорошо, но почему я голый, а ты в этой плюшевой пижаме? - Пожалуй, с этого вопроса и надо было начать утро, но мозг шерифа Локсли продолжал работать с переменным успехом. - Да, Боже мой. - Режина всегда удивляла его своими поступками. И вот сейчас она перекинула ногу через туловище мужа и удобно устроилась на его бедрах, а затем небрежно стянула с себя кофту от пижамы. Робин завороженно уставился на голую грудь. Пальцами правой руки, он аккуратно погладил нежную кожу внизу мягкого полукруга. После рождения детей грудь Реджины стала слегка асимметрична, а на животе появились растяжки, но как же он любил эти отметки, они означали, что это тело подарило ему детей. Большими пальцами обеих рук шериф задел соски, а затем обхватил ладонями полушария. - Я так и знала, что это заставит тебя замолчать — раздался голос жены. - Проживи я тысячу жизней, это все равно будет лучшее зрелище в моей жизни. Но.. - Мужчина с трудом оторвал взгляд от груди и поднял глаза на лицо супруги — на тебе плюшевая пижама. - И что? - Плюшевая пижама означает, что тебе плохо и тебя не нужно трогать. - Боже, какой ты идиот! Плюшевая пижама всегда означала, что я нуждаюсь в твоих объятьях как никогда. Дальнейшие слова были лишними, Робин перевернулся и подмял под себя жену. Он столько лет кормил ее шоколадом, ложился на край кровати и старался как можно быстрее уснуть, чтобы не услышать: «Уходи». А все это время Реджина ждала от него утешения и объятий. Больше он не потеряет ни минуты. Большой палец левой руки опустился на ее щеку, а остальные нежно обхватили женскую шею, по привычке медленно Робин стал опускаться за поцелуем, но в этот момент Реджина рывком притянула его к себе, увлекая мужа в страстный поцелуй. За это время могли пройти столетия, разрушаться города и возвестить новые империи, а они продолжали ласкать друг друга языками. Одна рука шерифа вернулась к груди жены, обхватив сосок большим и указательным пальцами, а затем слегка потянув. Губы Робина проложили дорожку от угла рта Реджины к ключице. Несколько раз он с удовольствием всосал кожу на шее жены, а затем провел языком по местам, где начинали наливаться засосы. Раньше он никогда не ставил метки на Реджине, так как ожидал, что это ее разозлит, но если сегодня все правила катились к черту, то почему бы и не заявить всему миру права на эту женщину. После губы мужчины переместились на грудь, а руки пустилась в дальнейшее путешествие вдоль тела Реджины. Неожиданно пальцы коснулись мягкой ткани пижамных штанов. С громким причмокиванием оторвавшись от соска, Робин слегка отстранился от тела жены и взглянул ей в лицо: - Мы можем избавиться и от нижней части этого плюшевого безобразия? - Я уж думала ты никогда не доберешься до них, - насмешливо ответила брюнетка. Повторять дважды Робину было не нужно, мужчина медленно стянул пижамные штаны с женского тела вместе с нижним бельем. Реджина протянула руку и запустила пальцы в густые волосы мужа: - Вернись ко мне, без тебя холодно. Уголок губ мужчины насмешливо пополз вверх: - Надо было чаще ругаться, ты после ссоры такая страстная, мое всезлейшество. - Еще раз меня так назовешь и останешься вдвоем со своим страждущим другом без моей ласки! - Ты так не поступишь, - Реджина кожей почувствовала его улыбку, а Робин вернулся к изучению губами женской груди, словно за годы брака уже не знал каждый ее миллиметр. Внутренней стороной бедра Реджина ощутила твердый член мужа, не смотря на сорокашестилетний возраст Робин всегда очень быстро приходил в «боевую готовность». Обхватив рукой и пару раз нежно пройдя по всей длине, Реджина направила член супруга к своему входу. Робин обожал первый толчок внутрь жены, словно после столетнего путешествия, он наконец-то оказывался дома. С их первого раза Робин решил, что если и существует идеальная женщина для него, то это однозначно Реджина Милс, каждый ее изгиб, будто пазл подходил его телу. Во время секса Реджина почти не издавала звуков, поэтому он никогда не сводил взгляда с ее лица, стараясь угадать так же ли ей хорошо, как и ему. И сейчас, полностью погруженный в нее, Робин ожидал, когда разгладится легкая морщинка на лбу жены, означающая, что супруга больше не испытывает дискомфорта и можно продолжать. Сам Робин был очень шумный в постели, он не сдерживал себя, шептал милые глупости, стонал и целовался, как же он любил целоваться. Реджина раскрыла глаза и заглянула в бездонные океаны глаз мужа. Зрачок настолько расширился, что радужка была почти незаметна. Слово на букву Л появилось где-то на подкорке ее мозга, но вместо него она произнесла: -Сильнее. -Все что пожелает моя королева, - ответил Робин, набирая темп. По комнате разносились только шлепки кожи о кожу да тяжелое дыхание любовников. Реджина, слегка раскрыла бедра и приподняла таз, после чего изменился угол проникновения, Робин с удвоенной силой продолжил вколачивать жену в кровать. Этажом ниже Бабушка Лукас с подозрением взглянула на потолок. Разве могло такое быть, что кто-то самозабвенно занимается страстным сексом в номере, отданном полицейскому участку? Реджина была изыскана. Робину чертовски нравилось слышать как она кончает, ловить ее удовлетворенные всхлипы и ощущать, как оргазм овладевает ее телом, находиться в этот момент внутри жены было единственным местом на Земле, где он хотел быть, пока ее дрожащие бедра прижимаются к его бедрам, а остальное тело выгибается в струну. Обычно, после этого он со стоном вынимал член из гостеприимного жара женского тела и доводил себя до финала с помощью руки. Но не в этот раз. -Не выходи, - прошептала Реджина, крепче обхватывая супруга ногами. Если женщина считает вас реинкорнацией Теда Банди и Чальза Менсона в одном лице и при этом просит кончить внутри нее, вполне осознавая последствия такого выбора, то разве это не высшее проявление любви? Оргазм накрыл Робина с головой, и Реджина ощутила как с каждой фрикцией в ней разливается теплое мужское семя. Робин позволил себе почувствовать, как плавятся кости и по жилам вместо крови течет жидкий огонь, затем с глубоким выдохом выскользнул из жены и перевернулся на бок лицом к ней. -Расскажи мне сегодня про Модильяни, - Реджина повернулась к мужу, настраиваясь на долгий рассказ об итальянском художнике и его возлюбленной. -Нет, я очень давно хотел рассказать тебе про Роберта Лендона и как он стал Робином Локсли.

Продолжение следует...