То самое Рождество

      Малфой тяжело вздохнул, не находя никаких подходящих слов. Он откинул газету на стол и засунул руки в карманы брюк, чуть покачиваясь на пятках.       — Почему ты так и не ответил ни на один мой вопрос? — делая ещё один шаг в сторону Драко, произнесла Гермиона.       Такими темпами, она легко могла бы загнать его в угол. Это томное молчание раздражало её.       — Грейнджер, не нуди, — отходя назад от девушки, произнёс он. — Будучи такой, ты мне напоминаешь ту самую гриффиндорку.       Гермиона усмехнулась, отводя взгляд и складывая руки на груди.       Этот день становился всё интереснее и интереснее.       — Игнорируешь мои слова? Ладно. Хорошо. Тогда я попрошу выйти тебя отсюда, — она указала на входную дверь.       Малфой нахмурился.       — Ага, — кивнула Гермиона. — Иди гуляй на своей помолвке и дальше.       — Послушай, Грейнджер…       — Слушать? — с ноткой злости переспросила Гермиона. — Ого, неужели я впервые за твоё пребывание здесь услышу хоть одно объяснение всему происходящему?       — Это сложно, и-и, я боюсь, как бы…       — Тик-так, — указывая на воображаемые наручные часы, произнесла Грейнджер. — Время идёт. Я слушаю.       — Я пришёл не с помолвки.       Гермиона подняла брови.       — Ясно, — отрезала она, возвращаясь к раскладыванию покупок. Добиваться чего-то от Малфоя было бесполезно. Вытягивать по одному слову слишком бесило Гермиону, поэтому она просто надеялась, что он сам исчезнет. — В таком случае, можешь, пожалуйста, идти туда, откуда пришёл. Я хочу приготовить ужин, а ты заявился сюда и теперь мешаешь мне.       — Я пришёл к тебе.       Девушка замерла, не решаясь посмотреть на молодого человека. Однако Грейнджер всё же набралась смелости поднять взгляд, полный совершенно разных эмоций: смущение, непонимание, страх, удивление, ирония.       — Ты что, пьян, Драко Малфой? Мы когда с тобой последний раз виделись, чтобы ты заглядывал ко мне?       — Я не пьян. С чего ты решила?       — Не глупи… — не успела Гермиона договорить, как Малфой медленно достал золотистую цепочку из кармана своего пальто. В руках оказался небольшой серебристо-золотой маховик времени, и дар речи тут же пропал. — Ч-что?       — Обещай, что не взбесишься, и я всё тебе расскажу.       Грейнджер развела руками, переводя взгляд то с маховика, то на Малфоя. Мыслей по этому поводу не было вообще никаких. Она просто молча уставилась на Драко, надеясь, что он объяснит хотя бы что-то, и ей не придётся вытаскивать с него по слову.       Что вообще всё это могло значить?       Гермиона ещё раз осмотрела Драко. Изменения в его внешнем виде можно обосновать только тем, что Малфой, стоящий перед ней, это не тот, который сейчас был у себя дома на помолвке с Асторией.       Разве это было в этом году?       И этот взгляд. Осознанный и проницательный.       — Ты…       — Спокойно, спокойно. Я всё сейчас объясню, — тут же начал он, схватив Гермиону за плечи.       Она попыталась дёрнуться, но Драко плавно усадил девушку на мягкий кухонный диван и сам встал напротив её. Он предвидел такую реакцию, однако сейчас полностью растерялся. Малфой знал, что Грейнджер будет негодовать, но убеждал себя, что был полностью готов к этому.       Интересно, а что бы сказала его Грейнджер на это?       — И? — склонив голову, протянула Гермиона. — Я жду. Может ты ещё что-то захочешь объяснить?       — Я из будущего.       В подтверждение своим словам Гермиона кивнула. Малфой не собирался ничего говорить дальше, давая Грейнджер какое-то время, чтобы осознать информацию.       — Информативно, — выдала она, однако Малфой всё также молчал.       Гермиона усмехнулась.       — Зачем? То есть, у тебя что, нет никаких других дел?       Драко пожал плечами и заметно расслабился. Он медленно присел за небольшой столик и вздохнул. Казалось, всё самое страшное было уже позади.       — Ты всегда говорила, что это было твоё худшее Рождество. Я решил, что нужно это исправить.       — Исправить?       Он кивнул.       — Постой, а почему я говорила это тебе? Это какой год должен наступить, чтобы я делилась с тобой своими душевными воспоминаниями?       Драко не смог скрыть улыбку. Ему правда нравилось всё это. Он как будто проживал снова проживал те их первые неловкие встречи. Малфой словно влюблялся в неё уже второй раз, всего лишь увидев, как девушка пыталась сложить паззл в своей голове.       Он отвёл взгляд, чтобы Гермиона не видела его эмоций. Молодой человек ощущал приятную ностальгию по такой Грейнджер. Некогда чересчур серьёзная Гермиона влюбила его в себя, а он научил её расслабляться.        Драко облокотился на столик, вынося на себе непонимающий и запутанный взгляд Гермионы.       — Две тысячи четвёртый.       — Постой мы что… Встречаемся? — после полуминуты выдала она.       Молодой человек довольно кивнул, откидываясь на спинку мягкого стула.       Что же, это была самая лучшая реакция из тех, что он предполагал.       Гермиона глухо усмехнулась и молча встала, не веря сказанному. Она продолжала что-то невнятно бубнить себе под нос, проходя туда-сюда по совмещённой с гостиной кухне.       — И-и что, — протянул он, — больше никаких вопросов? — растеряно спросил Малфой, оглядываясь на Грейнджер.       Открывая дверцу шкафа, она приложила максимальные усилия к тому, чтобы Драко не заметил, как сильно у неё тряслись руки. Для него она спокойно продолжала раскладывать продукты и посуду. Однако сама Гермиона не могла игнорировать волнение. Руки леденели, пока лицо обдавало жаром.       — А какие вопросы, Малфой? — не поворачиваясь, спросила она. — Ты можешь спокойно возвращаться на помолвку или откуда ты там вообще пришёл. Я оценила твою шутку, но мне нужно готовить.       Малфой тяжело вздохнул. Упорство Гермионы Грейнджер никого не оставляло равнодушным. Ей нужны были факты, иначе она ни за что на свете не поверила бы даже в какие-то очевидные вещи.       — Твой любимый цвет — пастельно-фиолетовый. Ты не любишь красные розы и приходишь в бешенство от того, что планы по работе часто срываются. И ты до сих пор ненавидишь Уизли за то, что он с тобой так поступил, — парировал Драко, а Гермиона на всё это время замерла.       — Откуда ты…       Придерживая стул, Драко встал с места.       — От кого, как не от тебя, мне это знать?       Повисла недолгая пауза. Грейнджер потупила взгляд, рассматривая простой узор столешницы, а Драко без лишних слов наблюдал за ней. Молодой человек снял тяжелые часы и с негромким стуком положил их на поверхность стола. Он медленно отошёл от мебели и направился к коробке с украшениями, которая стояла в углу небольшой гостиной. Здесь было темновато, но тепло. Малфой магией зажёг гирлянду, висевшую над окном, и она тускло и вяло замигала.       — Ты конечно говорила, что скучно провела этот вечер, но я даже не знал, насколько ты была права… Это вообще что? — доставая из коробки наполовину изорванные и запутанные бусы, произнёс он.       Гермиона цокнула языком и тут же подошла к Малфою. Она вырвала всё из его рук и кинула обратно, продолжая прожигать его сердитым взглядом.       — Какая тебе разница?! Малфой, пожалуйста, хватит всё трогать. Если ты хочешь сделать это Рождество лучше, то просто уйди!       — Ну и ну, — усмехнулся он, — да ты сама гостеприимность.       Она натянула улыбку, выдерживая долгий зрительный контакт.       — Пожалуйста, Драко. Сколько раз мне ещё надо повторить, чтобы ты ушёл?       Он улыбнулся, услышав своё имя. Гермиона не сразу поняла, чем именно вызвана такая его реакция. Её взгляд беспорядочно бегал по его лицу, каждый раз замечая изменения, которые пришли со временем.       — Я хочу помочь.       Выдох. Это бесполезно.       Грейнджер сложила руки на груди. Ничего не сказав, она вернулась на кухню, а Драко напыщенно улыбнулся ей в спину. Девушка достала из холодильника сыр, нашла нужную посуду, чтобы приготовить любимую запечённую картошку.       Она старалась оставаться спокойной, концентрировалась на готовке, но в голове каждый раз всплывала встреча с Малфоем. Он так внезапно появился в её жизни, что Грейнджер никак не могла осознать, что это было правдой — Драко Малфой в её собственном доме.       Доставая столовую ложку, она невзначай бросила взгляд на бывшего слизеринца, стоящего в гостиной с горой рождественских украшений. Он закатил рукава рубашки и склонился над коробкой. К его плечу прилип небольшой кусочек мишуры, и эта необычная картина позабавила Грейнджер.       Почему он всё ещё тут? Гермиона просто не могла игнорировать весь этот абсурд.       Почему она не заставила его уйти? Грейнджер правда хотела, чтобы он ушёл, но, что самое странное, она почти не прилагала к этому усилий.       Тем временем Драко перевесил любимую гирлянду девушки на другую стену. Гермиона оторвалась от нарезки овощей и присмотрелась к гостиной. Малфой развёл руками, демонстрируя своё достижение. Она слегка кивнула и натянула уголки губ. Девушка была вынуждена признаться самой себе, что теперь гирлянда смотрелась куда лучше.       — И как там? В будущем? — неожиданно спросила она, пытаясь унять дрожь в голосе.       Малфой обернулся на Грейнджер и пожал плечами.       — Так же, как и тут, но лучше.       Она усмехнулась и кивнула.       — Я всё ещё живу здесь?       — Нет, мы давно переехали, — ответил он, доставая ещё какие-то украшения. — Ты продала этот дом через год после того, как мы начали встречаться.       Мы.       Гермиона издала тихое «угу», надевая фартук. Она хотела быстро завязать тоненькие ленточки за спиной, но они, как назло, не хотели поддаваться. Грейнджер шумно вздохнула, откидывая мокрые прядки чёлки.       — Что ты готовишь?       — Запечённую картошку.       — О, позволь это сделать мне, — сказал он, откладывая коробку в сторону.       Малфой зашёл на кухню, заставляя Грейнджер подвинуться. Она кинула на него недовольный взгляд, толкая его в сторону от продуктов.       — Ты даже фартук не можешь завязать, — усмехнулся Драко.       — То, что я по каким-то неопределенным обстоятельствам разрешила тебе остаться, совсем не значит, что ты можешь хозяйничать в моём доме.       Драко посмотрел на Гермиону и улыбнулся. Она уже устала считать, сколько раз за этот день он самодовольно ухмылялся и улыбался, и, наверное, вряд ли Грейнджер когда-то смогла бы привыкнуть к такому.       — Доверься мне.       — Как я могу довериться тебе, если ты для меня почти чужой человек?       — Доверять незнакомцу легче. С родными ты вынужден делать то, что от тебя ждут, а со случайными людьми ты можешь быть собой.       Малфой посмотрел на девушку. Она осознала, что забыла, как дышать, и после этого сделала глубокий вздох, отводя взгляд в сторону.       Гермиона почему-то то даже не подумала, что такое внезапное появление Малфоя может привести к неизбежным последствиям в будущем. Пользоваться маховиком времени, отматывая время на целых четыре года — настоящее сумасшествие. Мало ли, как эта небольшая встреча отразиться на будущем, если Драко сделал что-то не так. Однако, сейчас она совсем не хотела думать ни о чём таком.       Они так и стояли лицом друг к другу, пока Малфой не завёл свою руку за спину Грейнджер, чтобы забрать фартук. Когда его пальцы коснулись её костяшек, Гермиона резко отняла руку, но поняла, что это вышло случайно. Драко и сам оттянул свою, позволяя ей самой снять передник. Она виновато улыбнулась и передала ему вещь.       — Почему ты это делаешь? — спросила девушка. — Разве та Гермиона ничего тебе не сказала?       Он ухмыльнулся, заигрывая с ней бровями. Она вскинула брови на его молчание, удивлённая такой реакцией.       — Она не знает.       — Ах вот значит как, — ахнула Гермиона.       Драко немного расчистил рабочую поверхность, начиная готовить что-то другое. Девушка нахмурилась, сомневаясь, правильно ли она поступила, доверившись ему. Однако потом Гермиона отдёрнула себя, вспоминая, что если та Грейнджер сделала это, то и она, наверное, сможет.       Гермиона встала в центре гостиной, оглядывая всё, что успел украсить молодой человек. Декораций было немного, но они прекрасно вписывались во всю обстановку. В коробке ещё оставались две длинные гирлянды, которые Грейнджер решила развесить на кухне. Она украшала любимый мебельный островок, параллельно наблюдая за Малфоем. Его светлые волосы ровными прядками спадали на лоб. Белая рубашка красиво светилась на фоне желтоватого света кухонных ламп. Гермиона задержала взгляд на его руках, но Драко это заметил, не скрывая лёгкого смущения.       — Почему ты не поставила ёлку? — невзначай спросил он и повернулся к плите.       Теперь Малфой стоял спиной к ней, перемешивая что-то в сковородке. Божественный запах специй донёсся и до Гермионы. Она прикрыла глаза, наслаждаясь им.       — И у тебя нет индейки.       — Зачем она мне? — словно проснувшись ото сна, спросила Грейнджер. — Ты думаешь, я бы съела её одна?       Малфой обернулся и пару секунд смотрел на Гермиону, после чего просто согласился.       — А ёлка?       Гермиона пожала плечами.       — Я была слишком занята работой, чтобы подумать об этом.       — Может включишь музыку? — чуть позже предложил Драко, стараясь хоть как-то продолжить диалог.       — Нет, — немного резко отрезала Грейнджер.       За сегодняшнее бездельное утро она уже наслушалась весёлых песенок, от которых её теперь воротило. Малфой нахмурился, но никак не прокомментировал, продолжая нарезать овощи. Тихо жарилось какое-то блюдо в сковородке, и стучал по деревянной доске ножик. Гермиона почувствовала лёгкую неловкость от того, что теперь они оба так резко замолчали, но ей казалось, что так и должно быть. Хотя, с другой стороны, он её знал, а она его нет, и эта мысль не давала ей покоя.       — Как долго мы вместе?       — Четыре года.       Гермиона удивилась. Она подставила руку под голову, стараясь показать проявленный интерес.       Неужели Гермиона Грейнджер в каком-то из многочисленных вариантов будущего действительно способна полюбить Драко Малфоя?       — Серьёзно, — негромко произнесла она, и её щечки чуть покраснели.       Он смущенно кивнул, словно разговаривал с мамой о первом поцелуе.       — Как мы начали общаться?       — Ты очень любопытная, — усмехнулся Драко, поднимая нежный взгляд на девушку.       Она почувствовала, как её вновь бросило в краску, и, встав со стула, подошла к плите.       — Ты должен был привыкнуть, — тихо произнесла Гермиона, опасаясь, что уже через секунду пожалеет о своих словах.       И этого следовало ожидать, однако Малфой игриво вскинул одну бровь, не поднимая взгляда на девушку.       — Действительно, — также прошептал он.       И страшно было признать, что ей нравилось это. Нравилось, потому что впервые за несколько месяцев Гермиона не плакала и не чувствовала себя максимально уставшей. Нравилось ощущение совсем другого, своего маленького мира на небольшой кухне. Нравилось, потому что Драко вызывал в ней давно забытые чувства.       Он настолько отвлёк её от внешнего мира, что она уже несколько часов не вспоминала Уизли. И это правда было неким достижением для Гермионы.       — Чем я могу помочь? — Грейнджер сбоку подошла к Малфою.       — Ничем. Я хочу сам приготовить.       — Но я всё равно ничего не делаю.       Драко посмотрел на Гермиону, прекрасно зная, что она ни за что не отстанет от него. Он вручил ей деревянную лопатку и широко улыбнулся.       — Тогда просто перемешивай томаты.       Грейнджер чуть приоткрыла рот, собираясь возмутиться, и подняла бровь.       — Вау, — протянула она, — какая ответственная работа. Ты что, не доверяешь мне?       — Конечно ответственная, — подбадривающим голосом согласился он. — Это же нужно пристально наблюдать, чтобы томаты не подгорели.       Гермиона усмехнулась и тяжело вздохнула.       Этот Малфой значительно отличался от того, которого она видела последний раз на дне рождения Теодора в прошлом году. Они даже не разговаривали тогда и никак не контактировали, кроме краткого приветствия в самом начале праздника. Малфой разговаривал только с узким кругом людей и почти всегда находился в компании Тео. Даже Астория, которая тогда пришла с Дафной, была отдельно от него. А в этом году у них уже помолвка.       — Мы начали общаться в командировке, — сказал Драко, открывая духовку.       Гермиона выдержала недолгую паузу, чтобы не казаться слишком назойливой, хотя кажется, Драко точно должен был к такому привыкнуть, раз они вместе уже четыре года.       Они вместе. Вместе уже четыре года.       Почему-то этот факт никак не укладывался у неё в голове. Сама эта мысль казалась Гермионе слишком сюрреалистичной. Однако, она вдруг подумала, что такой Драко вполне мог понравиться ей.       — В какой командировке? Ты тоже работаешь в Министерстве?       Он кивнул, подходя к девушке со спины, смотря на томат. Малфой взял из её рук лопатку и поднёс немного ко рту, пробуя на вкус. Грейнджер инстинктивно проследила за ним.       — Думаю, уже хватит, — нежно произнёс он.       Гермиона не могла оторвать от него глаз, потому что он стоял слишком близко к ней. Малфой усмехнулся и выключил плиту, не прерывая зрительный контакт.       — Да, я тоже работаю в Министерстве. В том же отделе, что и ты.       Девушка улыбнулась. Он выкладывал картошку на противень, а она делала вид, что помогает ему, но Малфой упорно этого не хотел. За совместной готовой их разговор пошёл намного легче. Напряжённость спала, и они говорили, как старые друзья. Когда-то Гермиона представляла, что после выпуска из школы она, Рон и Гарри будут так разговаривать. Но Грейнджер никогда не могла себе представить, что на месте её старых друзей будет Драко Малфой.       Время было около четырёх вечера. Гермиона убрала бардак на кухонном столе, мусор от поломанных рождественских украшений и включила музыкальный канал. Гирлянда спокойно мигала тёплыми огоньками, а в камине тихо потрескивал огонь.       Драко ушёл полчаса назад, но оставил часы на столе, которые снял. Она аккуратно взяла их в руки. Мягкий свет падал на дорогой циферблат, внутри которого красиво переливались стрелки. В тот же момент, как Гермиона пригляделась к часам, домой вернулся Малфой. Он затащил в прихожую небольшую, но очень пушистую и ровную ёлочку.       — И всё же у тебя должна стоять ёлка, — произнёс Драко.       Грейнджер замерла. Сказать, что она была удивлена, ничего не сказать.       Этот день вызвал в ней столько противоречий. Как человек, который был для неё неприятелем столько лет, в один вечер смог кардинально поменять о себе представление? Он сделал то, что было сильнее и важнее любых слов. Малфой просто был рядом с ней в этот день. И не это ли тот самый показатель истинной любви?       Музыка играла, идеально заполняя тишину, которая уже стала привычной и даже расслабляющей. Гермиона принесла коробку с игрушками, и они вдвоём начали украшать ель. Каждый шарик, каждая звёздочка и бантик вешались с особой аккуратностью и заботой, потому что этот вечер стал значимым для них двоих.       Через час почти вся ёлка была украшена. Грейнджер гордилась их совместной работой. В этом году решено было подобрать игрушки в золото-серебряном стиле. Не хватало только одной вещи — шпиля на макушке. Гермиона долго мялась, ходя вокруг да около, и всё же направилась на кухню.       — Ты куда?       — За волшебной палочкой. Хочу шпиль надеть.       — Не-е-ет, — с незлой насмешкой протянул Малфой, и Грейнджер замерла на середине пути к коридору, где оставила своё древко. — У нас есть традиция.       Девушка вскинула бровь. Драко упёр руки в бока, продолжая наблюдать за Гермионой.       — Иди сюда, — начал он, когда понял, что она не догадается.       Грейнджер без лишних вопросов послушала Малфоя. Гермиона подошла к Драко, в непонимании чуть разведя руки. Он вручил ей золотистый красивый шпиль и в тот же момент подхватил на руки. Девушка чуть пискнула, придерживаясь за плечи молодого человека.       — Какая ещё традиция?       Драко рассмеялся.       — Мы всегда так наряжаем макушку.       Гермиона подняла обе брови, не понимая, шутит он или говорит правду. Она быстро нацепила шпиль, надеясь, что её так же быстро опустят, но Драко чуть задержал Грейнджер.       — Пожалуйста, влюбись в меня ещё раз на это Рождество, — прошептал он, медленно опуская девушку.       У неё перехватило дыхание. Она в сотый раз за вечер не знала, что ему ответить. В его глазах виднелась надежда, а внутри неё метались чувства.       Духовка коротко щёлкнула, говоря о том, что блюдо готово.       Гермиона тихо прокашлялась.       — Пойду накрою стол, — тихо произнесла она, уводя взгляд куда-то в пол.       Малфой кивнул, сказав, что он наведёт порядок в гостиной и подойдёт к ней.       Прошлое Рождество Гермионы не было каким-то особенным или выдающимся. Всё было тихо, по-домашнему и с некогда любимым человеком. Что ещё она могла пожелать? Однако она почти не помнила тот вечер. А теперь, смотря на свой дом и на Малфоя, который возился недалеко от неё, Грейнджер понимала, что этот день ещё надолго останется в её памяти.       За ужином они особо не говорили, только слушали музыку. Рождественские песни, тихо потрескивающий камин, запах ели и домашней еды — всё это создавало такую родную и уютную атмосферу, что глаза сами собой начинали слезиться.       Драко не сводил с неё глаз, а Гермиона терялась в догадках о собственном будущем.       — Почему ты так и не сошёлся с Асторией?       Малфой пожал плечами, складывая салфетку на коленях.       — Я не любил её никогда.       — Знаешь, это всё так интересно, — мечтательно произнесла она, откусывая кусочек картошки, которая тут же таяла во рту.       — Ты о чём?       — Обо всём. О том, как ты сегодня появился здесь, о том, что мы вообще с тобой сошлись. Это так интересно, что ты меня знаешь, а я тебя нет.       Он усмехнулся и кивнул.       — Но, знаешь, Драко, я правда хочу сказать тебе спасибо. Ты ведь на самом деле исправил это Рождество.       Молодой человек долго смотрел на девушку. Её легкая полуулыбка, растрёпанные волосы и красивые глаза заставляли его любоваться ею на протяжении всего дня. Он встал со своего места, подавая руку.       — Пойдём потанцуем.       Гермиона неуверенно посмотрела на Драко, но ответила на его предложение согласием. Малфой за руку привёл её в гостиную, где почти не было света. На телевизоре играла «Every breath you take». Грейнджер любила эту песню за её плавную и лёгкую мелодию.       Молодой человек нежно притянул девушку к себе, но между ними всё ещё оставалось немалое расстояние.       — Ты же понимаешь, что между нами поместятся ещё два человека?       Гермиона смущённо улыбнулась и подвинулась ближе, кладя свою руку ему на плечо. Она тихо подпевала любимому мотиву. Драко прикрыл глаза, наслаждаясь родным теплом.       — Спасибо. Правда, Драко, — она положила голову на его плечо, наслаждаясь моментом.       Когда она в последний раз ощущала подобное душевное спокойствие?       — Теперь ты доверяешь мне? — на ухо прошептал молодой человек.       Она подняла голову с его плеча, встречаясь с его пленительным взглядом. Удивительно, как тот Драко, который смотрел на неё сегодня с первой полосы «Ежедневного Пророка» отличался от этого. У того были холодные и острые черты лица, будто он заведомо говорил о том, что ничего хорошего от общения с ним ждать не стоит. А Малфой, стоявший перед ней, казался ей совсем другим человеком.        — Отчасти да, — растерянно ответила она. — За что ты любишь ту Гермиону?       Драко слегка нахмурился. Они продолжали тихо танцевать, покачиваясь из стороны в сторону. Он сильнее сжал её руку, а другой прошёлся по талии. От этого жеста у Гермионы пошли мурашки по коже, и она только сильнее прижалась к молодому человеку.       Он вдруг рассмеялся.       — Знаешь, она недавно тоже меня спросила об этом.       — В таком случае, ответь мне так же, как ты ответил ей.       Малфой игриво ухмыльнулся, посмотрев в тёплые глаза Гермионы.       — За силу, заботу и красоту, — размеренно ответил он. — Ты воплощение всего, что я искал.       Грейнджер резко выдохнула, стараясь сохранить спокойствие и не поддаваться лёгкой тревоге. Ей так не хватало этих слов даже тогда, когда она была вместе с Уизли.       Она поднялась на носочки, закрыла глаза и поцеловала его.       Он улыбался ей в губы, и она почувствовала его лёгкую насмешку. Драко медленно провел рукой от талии до затылка, запуская пальцы в её мягкие кудри. Малфой обнимал Гермиону за плечи, и она только сильнее прижалась к нему. Он отстранился от неё на секунду, не отнимая руки от её лица. Драко изучающе оглядывал Гермиону. Она знала, что он читал её, как открытую книгу, но ей самой это нравилось.       Музыка закончилась, и началась надоедливая реклама, которая сильно портила всю атмосферу, но они продолжали стоять в обнимку.       Драко мельком глянул на настенные часы. Время было около двенадцати. И, как бы прекрасен не был этот момент, ему было пора.       Он с трудом выпустил Гермиону из своих объятий.       — Я хочу пить. Тебе надо что-нибудь?       Она легко махнула головой, сказав, что ничего не хочет, и села на диван, переключая каналы. Драко зашёл ей за спину, доставая палочку из брюк. Рука легонько тряслась, а чувства внутри него сопротивлялись его дальнейшим действиям. Он так не хотел этого делать, но это было необходимо.       Прости.       Малфой направил на неё палочку и совсем тихо произнёс:       — Обливиэйт.