Не говори с ней…

Я пил всё то утро, день, вечер. Еле отвечал на надоедающие звонки менеджера, который что-то лепетал мне про перенос съёмок этого чёрного «Голоса», пять раз умывался под струями ледяной воды, и опять наливалась себе выпить. Такими темпами и спиться не долго. А собственно, почему бы и нет. И, странно, мне казалось, я и не пьянел. Или с алкоголем было что-то не так, или организм отказывался подчиняться моим желаниям. Как же больно и противно от себя… В таком состоянии я провёл весь тот день, когда ты ушла. И будто прошёл не день, а вечность. Я сам удивляюсь и не понимаю, почему я вот так вот страдаю. Да, это странно, как-то нелепо, что ли. Я влюбился, но сам выпроводил её из квартиры. Какого чёрта?! В то грёбанное утро, когда эта вся дурацкая затея взбрела мне в голову, ты была со мной в одной постели. Была моей полностью и безоговорочно. Но, ещё тогда в машине, когда я резко притянул Тину к себе с признанием о том, что она мне нравится, мы не поцеловались, нет. Эта истеричка сразу же оттолкнула меня и зарядила мне куда-то в районе предплечья. -Замолчи!- огласила она машину своим голосом.- Замолчи и открой дверь! Я не хочу слушать весь этот бред. -Да почему?!- достаточно резко спросил я.- Почему ты называешь это бредом? И что я сделал, что ты общаешься со мной как с каким-то никчёмным идиотом? Глаза потихоньку наливались кровью, во мне нарастала злость. Я отвернулся от Тины и молча ждал ответа. Прошла минута, две, а может и больше. Не выдержав, я повернул голову. Тина плакала… Эта Госпожа плакала! Да ещё как! Прикрывая рот ладошкой, она просто тряслась от каких-то нечеловеческих переживаний. Глаза мутные, тушь потекла. Я не на шутку испугался. Мгновенно изгнав из себя всю злость и раздражение, я схватил эту малышку и прижал к себе, начиная целовать дрожащую ладошку. Она даже не дёрнулась. Вот это странности! Да, ещё десять минут назад, если бы я позволил себе дотронуться до неё, Кароль обрушила бы на меня весь запас ругательств, хранившийся в её голове и, кстати сказать, слишком часто использующийся. Спустя несколько секунд, будто бы осознав, что я сделал, она прекратила плакать и гневно сверкнула глазами. Я уже приготовился к этим вечным её возмущениям. Господи, да как можно было воспитать её такой взбалмошной?! И тут Тина меня удивила. Будто бы испугавшись своей негативной эмоции, она странно дёрнулась и вдруг неуклюже обняла меня. Крепко-крепко. Как дети обнимают родителей, возвращаясь из летних лагерей. Я отстранился и посмотрел ей в глаза. -Ты чего, Тин? Почему ты плачешь? -Дан. Извини меня. Пожалуйста.- пробормотала малышка. Как же сложно далось ей последнее слово. Не привыкла вежливо с людьми общаться. -Ты очень хороший, правда. -Спасибо…- ответил я. Собственно, а что мне было ещё сказать? -Я просто боюсь, понимаешь?- блондинка с надеждой и страхом взглянула мне в глаза. Я не ответил. Было всё понятно и без слов. Мои воспоминания прервал телефонный звонок. Он вернул меня в серую реальность. -Даааа…- убито пробормотал я в трубку.- Что тебе ещё нужно, Саша? -Протрезвел?- ответил менеджер.- Молодец! Времени мало, вообщем напоминаю- сегодня и завтра съёмок не будет. -Ты мне говорил эту уже 10 раз,- взбесился я.- Иди к чёрту! Я озлобленно швырнул свой телефон на диван и выругался. Минут 15 я сидел прожигая взглядом стену. Эмоции начали давить на меня вновь. Стало больно. Я ведь видел любовь в её глазах. В этих дьявольских глазах небесного цвета. Я. Видел. Любовь. Расскажи я об этом кому-нибудь, мне бы никто не поверил. Эта девочка, истеричная и дерзкая, была для всех олицетворением наглости. Как оказалось, в моём окружении нет человека, который бы относительно положительно о ней отзывался. Глупые, не замечают ту милую сущность, что надёжно скрывается за привлекательной, но в ту же секунду отталкивающей оболочкой. Да она сама, мне кажется, не осознаёт в себе наличия чуда. И, казалось бы, я ведь полюбил. Для меня это не удивительно. Конечно, девушек у меня было достаточно, в свой момент они все были чем-то самым лучшим в моей жизни. Но Тина! Она особенная. И чувство к ней невероятно особенное. Да, мне хочется видеть, слышать, обнимать её, но со всеми это было. Я хочу быть для неё самым главным, но и это мы с другими проходили. Но я никогда не хотел отдавать человеку всего себя, не получая взамен ни капли. Мне казалось это неправильным, каким-то рабством, если можно так сказать. А с Тиной хочется именно этого. Взять своё сердце в пуки и отдать ей. А там уж, бери- не бери, твоё дело, милая. Я полюбил. Мне кажется, за одну секунду. Мне стоили просто услышать одно слово из её уст, и я разорвался на части. Соберёшь меня в одно целое с тобой, Тин? Но самое главное, она влюбилась. Она не сказала мне об этом, но я знал, понимал, да что там, я был уверен. И вроде бы, что можно ещё хотеть от жизни? Я нашёл чудо, это чудо готово было стать моим, но я выгнал её… Когда в ту ночь, настоящая Тина спала у меня под боком, мою голову посетила одна ужасная мысль. Я осознал, что такие как она очень с трудом меняются или совсем не исправляются. Эта девочка слишком дерзкая и распутная, чтобы вот так вот за одну ночь превратиться в тихую скромницу, которая никогда больше не посетит какой-нибудь чёртов элитный клуб и не окончит весёлую ночь с очередным склизким мешком денег. Как бы сильно она ни любила, она сорвётся. Так что, если выбить из неё эту грязь? Мне будет больно, но я постараюсь сделать всё, чтобы ты изменилась. Ты вернёшься, я дам тебе счастье, и снова выгоню. Испытаешь боль, ненависть, обиду. Я снова притяну тебя к себе, ты доверишься, а я снова «предам». Зальёшь горе в баре, переспишь с кем-то, с кем ещё не спала, поймёшь, что всё равно любишь, несмотря ни на что. И точно вернёшься. Я приму тебя и снова исчезну. А ты? Куда ты пойдёшь на этот раз? Ведь идти тогда уже будет не к кому и некуда. И именно в этот момент та гадость, которая портит тебя, должна покинуть твою голову. Я начал воплощать этот страшный план в действие уже в то наше утро. Ты была в шоке, вылетела из квартиры, ушла. Не видела, как мне было плохо. Внезапно я прекратил в своей голове весь этот поток мыслей. -Отлично придумано.- сказал я в пустоту. В дверь позвонили. Я знал, это точно ты.