Чудес не бывает

Ненависть укрепляет человека не хуже всего остального

Вейна спала мало и плохо. Она смертельно устала. Шла третья луна с тех пор, как она оказалась в Пепельном Крае. Сегодня, по её расчётам, должны были прибыть люди Робба. Но солнце уже клонилось к закату, а никого всё не было. Она надеялась, что присланные шахтёры помогут разобраться в шахтах. Старк проводила там всё своё свободное время — и всё больше боялась, что потраченное время не оправдает её ожиданий. Глаза щипало от недосыпа. Руки иногда подрагивали, но Старк игнорировала это. Девушка крепче сжала найденный самородок. Лазурный, почти живой, он притягивал взгляд. Она надеялась, что это что-то ценное. Что-то, что поможет заработать деньги на восстановление этих земель. Она вспомнила тот день. Под ногами скрипел влажный щебень. Фонарь мигал — слабый огонёк на грани угасания. Её сапог соскользнул, и она едва не упала, ухватившись за выступ скалы. И вдруг — резкий блеск под ногами. На фоне серых пород что-то сверкнуло, будто кусок неба упал в грязь. Она опустилась на колени и осторожно откопала находку. Камень был холодный, гладкий, и пульс в висках застучал так громко, что заглушил всё вокруг. Она посмотрела по сторонам. Никого. Только капли воды падали со сводов и эхом отзывались в пустоте. С тех пор она прятала самородок как сокровище. Не смела даже дышать на него лишний раз. Северянка держала находку в тайне. Даже Гвейн не знала. Тайна тяжела, как молот, и Вейна едва не поделилась ею с Клиганом — не от доверия, а от бессонной усталости, от жизни на грани. Остановилась в последний миг. Если это действительно то, о чём она думает — всё может измениться. Слишком многое. Старк усмехнулась. Когда накануне в шахтах раздался грохот, она инстинктивно спрятала самородок за пазуху, прижала к телу и обернулась — сердце колотилось, как у зверя в западне. Но это был всего лишь Фроди — старый шахтёр поскользнулся. Он даже не заметил, что она что-то прятала, лишь тихо пробормотал что-то себе под нос. С тех пор Вейна стала на шаг внимательнее. На два — подозрительнее. Мысли о Сандоре часто возвращались. Она неделями ждала ответа, но мужчина молчал. Это и злило, и будоражило. Почему-то хотелось, чтобы он знал. Чтобы посмотрел на неё так же, как в тот день у костра. Но что-то останавливало — страх? Или гордость? Или одиночество, которое поселилось в ее душе с тех самых пор как пришлось покинуть Винтерфелл? Иногда, темными ночами, когда глаза слипались от усталости, а мозг кипел от идей, Вейна откладывала все отчеты и смотрела в камин. Перед глазами неизменно было суровое, страшное и временами злое лицо Пса. Если бы мать или отец узнали о ее увлечении этим жестоким убийцей то срочно выдали б замуж за какого-то лорда и отправили подальше от себя, а Клигана б просто-напросто убили. Но они не знали, и это грело душу северянки сильнее чем любое вино. — Чёртов Пёс, — пробуя кличку на вкус, Вейна улыбнулась. Она отпила вина и поставила свою печать на письме. Завтра этот листок окажется в чужих руках, и ей оставалось лишь надеяться, что это не принесёт дополнительных проблем. Завтра всё может измениться. Она выдохнула, подняла бокал и одним глотком осушила его. Будь что будет.

***

Утром Вейна вновь встала раньше остальных. Перед выходом из покоев она приоткрыла потайной шкафчик. Сердце бешено колотилось. Самородок был на месте. Она сглотнула, тяжело, будто пыталась подавить бурю внутри, и спрятала находку внутрь, прикрыв её своими перчатками. Торрен уже ждал ее на тренировочном поле. В последние недели именно он тренировал Старк. Тренировал жестко, сурово, так, как не осмеливался никто. Альберд злился, но не мог говорить что-то против, ведь Торрен был не простым северянином, он был Карстарком. Пусть и младшим. Остальные северяне старались не попадать под руку ни тому ни другому, поэтому перестали тренировать девушку несмотря на ее уговоры. — Вновь не спала? — мужчина недовольно цокнул, глянув на ее бледное лицо. Девушка взяла меч. Настоящий, не деревянный, которым ее обучали до этого. Мужчина не жалел ее, а девушка и не просила об этом. — Нет времени, — бросила, сжала рукоять. Схватка началась сразу. Торрен был силён. Могуч. Не раз бывавший в настоящих боях. А Вейна — ещё слабая. Но быстрая. Очень быстрая. Мужчина бил жёстко. Как в бою. Она — отбивалась, отвечала, скользила. Её движения стали точнее. Шаги — увереннее. Он чувствовал это — как кузнец чувствует, когда металл перестаёт быть рудой и становится клинком. — Ты злишься, — бросил он, парируя очередной удар. — Это хорошо. Но ты больше не дерёшься только из злости. Она ничего не ответила. Лишь едва заметно нахмурилась. А потом ударила снова — ниже, резче, и— Клинок полоснул по его бедру. Острая боль. Полоска крови. Он отшатнулся. На миг — просто смотрел. Не на рану. На неё. Дыхание резкое. Вейна сжимала рукоять, будто хотела сломать меч. Глаза горели. Она все смотрела на кровь наставника которая полилась по его ноге. Она нахмурилась. И тогда он улыбнулся. Нехотя. Уголками губ. Грубо, по-мужски. Но это была настоящая улыбка. — Уже не девчонка, — пробормотал он. — А ведь ещё пару месяцев назад едва держала меч. Он подошёл ближе. Взял её за плечо — крепко. Глянул в глаза. — Ты вбиваешь удары, как я бил в молодости. Не просто злишься — ищешь точку. Головой бьёшь, не только руками. — Вейна замерла, — Это хорошо. Голова поможет сохранить тело. Она едва заметно кивнула. Его хватка ослабла, но не исчезла. — Я горжусь тобой, — тихо сказал он. Так тихо, что она едва поверила, что это не ей показалось. — Ты чертовски упрямая, но ты — мой лучший ученик. Вейна отвела взгляд. В груди что-то дрогнуло. Она не знала, как на это реагировать. Девушка сжала руки до побеления костяшек. Сотни мыслей в голове заставили ее опустить голову, она не заметила задумчивый взгляд мужчины на себе. В голове звучал лишь один вопрос: «А гордился бы ее собственный отец ею так само, как Торрен Карстарк?» А Торрен — молчал и смотрел на притихшую Старк. Он уже знал. Это чувство пришло не сразу. Он потерял дочь много лет назад. Та была младше, светлее, и не держала меч так, как Вейна. Несчастный случай забрал у него разом и дочь, и жену. Но теперь, глядя на эту настырную, выносливую девчонку — он вдруг понял. Вейна стала его. Не по крови — но по духу. И он защищал бы её, как родную. Он замер. Это были опасные мысли. — Ещё круг, — бросил он, отворачиваясь, — пока ты не научишься дышать в бою, а не только сражаться. Вейна усмехнулась уголком губ. — Я дышу. Пока ещё жива. Торрен усмехнулся в ответ. И снова поднял меч. Они вновь сцепились. Солнце поднималось выше.

***

Сандор, не отрывая взгляда от тренировки Вейны и Карстарка, попивал вино в тени замка. Рядом мельтешил Том, что-то восхищенно шептал смотря на Старк, но Клиган молчал и не обращал на парня внимания. Всё его внимания было на атакующей девушке. С каждым ударом она будто ломалась и возрождалась заново. Даже ее взгляд менялся. Становился холоднее, суровее. Все более похожим на взгляд Неда Старка. Пес задумался, едва заметно нахмурил брови. Вейна пропустила удар — и снова очутилась на земле. Он прикрыл глаза и отвернулся. Руки сжались, но тело осталось неподвижным. — Она и вправду изо льда. — пробормотал Том. Слова прозвучали слишком тихо — но Сандор их услышал. Его брови сошлись ещё крепче. — Дура, — буркнул Клиган. — выжимает из себя все соки, и ради чего? Ради проклятой земли и бродяг? Том замер. Это был первый раз, когда Клиган первым заговорил хоть с кем-то, кроме Вейны. Парень поклялся бы, что в голосе мужчины прозвучала едва уловимая тревога — но промолчал. — Ради себя, — вдруг сказал он. Задумчиво покрутил в пальцах ремешок. Сандор застыл. Хотел что-то сказать — но крик снаружи прервал всё. Вейна уже бежала к недавно отстроенным воротам. Торрен быстро догонял её. Клиган пошёл за ними. Мужчины настороженно переглянулись. Сумрак уже сидел возле ног своей хозяйки и тихо рычал, его шерсть вздыбилась. Ворота открылись. Карстарк схватил Старк за рукав рубашки и резко оттащил её в сторону, заслонив собой. Вейна протестующе дёрнулась, но молчала. Сумрак лязгнул зубами возле ноги Торрена, тот чертыхнулся. Сандор встал рядом, его рука легла на ножны. Том был позади него. Когда ворота открылись полностью, Вейна увидела перед собой знамя Старков — серебряный лютоволк на белом, Торрен облегченно выдохнул. Позади Вейны северяне не шелохнулись. Никто не выкрикнул, не шагнул вперёд. Будто ждали. Её жеста, ее слова. Из седла спешился седовласый мужчина, закованный в старые, но тщательно очищенные доспехи. Его правая сторона лица была скрыта чёрной кожаной повязкой. Он шагал уверенно, без страха, будто всё вокруг принадлежало ему по праву. Вейна всмотрелась и выдохнула. — Воронья Кость. Легенда. Призрак прошлого. Ветеран всех войн, от Близнецов до Пайка. — Леди Вейна Старк, — сказал он, и от этого голоса в ней всё сжалось. Услышать своё имя в его устах было странно — будто чужое платье, которое вдруг оказалось впору. Где-то позади Том изумлённо выдохнул: — Это же он! На него тут же шикнули, но он, не унимаясь, продолжил уже шёпотом: — Воронья Кость. Тот, что вытащил троих раненых с Пики во льдах и метнул копьё через два забрала. Говорят, на Железных островах спас лорда Старка… и потерял глаз. Альберд подбежал ближе и застыл. — Берик Горнвуд. — С выдохом проговорил он. Одноглазый с прищуром осмотрел его и хмыкнул, словно увидел насекомое, не большее. Альберд промолчал, но в груди разлилось что-то мрачное, противное — задетое эго. — Леди Старк, Ваш братец шлёт «привет». — Его голос был хриплым, а глаза — колючими. Вейна не отвела взгляд и старик довольно кивнул. — А я — под Ваше командование. Берик приблизился и остановился напротив Вейны. Сначала молчал, будто рассматривая её. — Говорят, ты вошла в горящий дом, — сказал он наконец. Голос его был почти спокоен, но в нём чувствовалась сталь. — И выжила. — Она выдержала его взгляд. — Видимо, ты всё ещё не догорела, девочка? Уголки его губ чуть дёрнулись. И только тогда, за его спиной, начали спешиваться другие — воины с севера, кто-то ранен, кто-то с улыбкой, кто-то хмурый. Но все они были её людьми. И земля под ногами впервые показалась Вейне твёрдой. Шёпот прошёл по рядам северян, стоящих позади Вейны. Они переглянулись. Даже Сандор чуть приподнял бровь. Торрен молчал и смотрел на новоприбывших позади бывалого воина. На его удивление, большинство были бывалыми убийцами, которые участвовали вместе с ним во многих битвах. В этих трех сотнях было едва ли сотня из Винтерфелла, остальные — со всех окраин Севера. Это тревожило Карстарка. Почему они прибыли под командование Вейны? Из-за скуки? Или чего-то другого? Это нужно выяснить как можно скорее. — Добро пожаловать, Берик. — Тихий голос Старк заставил многих замолчать и прислушатся. — Вам, и вашему клинку, найдётся работа. Надеюсь, вы не надеялись на отдых. Он усмехнулся и посмотрел на лицо девушки внимательнее, будто только сейчас увидел что-то стоящее. Сандор нахмурился. Ему в последнее время не нравилось повышенное внимание к девице. — Если хотим мира, нам нужно сражаться. Старки всегда знали это. А вы… похоже, не забыли. Он подал ей конверт, запечатанный воском с волком Винтерфелла. Письмо от Робба. Вейна улыбнулась и кивнула. Протянула ему руку. Он удивленно моргнул единственным глазом, но протянул свою руку в ответ. Они пожали руки друг другу, просто, по-северному. Торрен усмехнулся когда заметил заминку Берика. Старк умеет удивлять, это уж точно.