31 день до рая

Доброе утро. Честно говоря, спал я сегодня как убитый. Вчерашний недосып + стресс = сон как у младенца (честное слово, не понимаю, почему так говорят, дети ведь не очень спокойно спят?). Встав, сегодня, кстати, куда увереннее, я направился в ванную. Не мылся я уже довольно долгое время в связи сначала с болезнью, ну а потом уже было не до того, как я выгляжу и пахну. Поэтому, сейчас, когда все (надеюсь) сюрпризы судьбы миновали, нужно как-то стараться приводить себя в порядок. Войдя в ванную, я увидел уже отдалённо себя. Не идеально-модельного человека, каковым я никогда и не являлся, но уже себя. Тот, кого я видел сегодня, отличался от вчерашнего тем, что сегодняшний «я» уже знал про расчёску и как минимум сон. Сняв растянутую серую майку и чёрные треники, я увидел в зеркале высокого и ненормально худого для своего роста юношу. И затяжную, довольно глубокую, бордово-алого оттенка рану, которая, как ни крути, бросалась в глаза и привлекала внимание. Я позалипал ещё некоторое время на свой партак на ребре и отправился под тёплые струи воды. Стоило только попасть каплям на ребро, так боль оцепила тело. Я старался мужественно перетерпеть это, и через некоторое время пришлось смириться и привыкнуть к этой боли, ибо сам виноват. Голову я старался мыть крайне аккуратно, но получалось это не всегда, и пару-тройку раз шампунь всё же попал на порез, и я жалко скулил, но тут же закусывал губу почти до крови, будто боясь, что кто-то меня услышит и посмеется над моей слабостью. А её никто не должен видеть. Когда с душем было покончено, мой живот яро пытался дать о себе знать, мол вот, я так-то голодный. Сегодня я решил воздержаться от омлета, так как вчерашний противный вкус будто всё ещё был на языке. Поэтому на завтрак у меня были гренки. Очень разнообразно, я считаю. Заварив чай, я направился с тарелкой в комнату. Там я сел на кровать и, взяв телефон, начал просматривать уведомления за ночь. Конечно же, блог всё так же стабильно радовал меня изо дня в день. На сегодняшний день у меня уже 2796 подписчиков, чему я очень удивлён, но рад. Я никогда бы не подумал, что у меня может быть так много подписчиков, которые меня поддерживают, фактически выслушивают всё. И таких людей всё больше и больше! Уже после того, как прочёл некоторую (потому что их было невероятно много) часть комментариев под вчерашними посты. Там люди циклично жалели, желали всего хорошего. А потом я не мог не посетить чат с Арсением. user101347 00:24 -«я тоже <3» -«кстати, что у тебя с отцом? говоришь, он из Питера?)))»

автор

10:53

«да.»-

«доброе утро кстати :)»-

user101347 10:55 -«доброе, засоня)» *ответ* -«в таком случае, это круто))»

антон

10:56

«сам засоня! (я так-то уже давно проснулся.»-

*ответ*

«почему?»-

user101347 10:57 -«придёт время — узнаешь.»

антон

10:59

«почему? (((«-

«ааааа, дай-ка угадаю, ты из Питера?)))))»-

user101347 11:00 -«а вот и не угадал.»

автор

11:01

«блин ((«-

А вот сейчас реально блин. Кое-кто, видимо не совсем умный, помылся, отодрал корочку у пореза и не замотал обратно. И теперь моя чистая светло-голубая футболка вся в крови. А это реально обидно, да ещё и неприятно. Пришлось замачивать майку в тазике с водой и порошком. Так делала мама, когда на одежде появлялись пятна. Расправившись с этой несчастной футболкой, я принялся за свой порез. Достав аптечку, я нашел там перекись и ватный диск, намочил его и начал обрабатывать рану. Я успел проклясть весь мир, а по большей части себя, потому что какого блин хера, тогда мне стало интересно «а больно ли умирать?», а теперь должен мучаться. Но спустя некоторое время рана была забинтована, и я пошёл с чистой душой обратно в комнату, по пути думая, чем можно было бы заняться. Варианты были такие: почитать, посмотреть какой-нибудь фильм, послушать музыку, погулять. Остановился я на последнем варианте. Надев чёрное худи, джинсы того же цвета и зимнюю куртку, я вышел из дома, предварительно взяв 500 рублей с расчётом на то, что зайду в магазин для покупки ужина. Цели для прогулки как таковой не было, хотелось просто скоротать время и не просиживать последние дни в Воронеже дома. Нет, я не могу сказать, что люблю этот город, но чувство какой-то грусти от переезда меня не покидало уже сутки. Полностью погрузившись в свои мысли, я не заметил даже мокрых дорожек на щеках. От чего они были — не знаю. Но из мыслей меня вывел звонок телефона. —Здравствуй, Антон, это Вероника. —Здравствуйте, да, я понял, что-то случилось? —Твой отец связался с нами вчера вечером, а сегодня утром мы закончили расследование по смерти твоей матери. И пришли к выводу: убийство. «Кто?», «За что?», с этим мы разбираемся сейчас. Похороны запланированы на завтра. Папа всё уже оплатил, с этим проблем нет. —А… да, хорошо, спасибо, Вероника Юрьевна. —Было бы ещё, за что. Так, Антон, всё, давай. Думаю, ещё встретимся. —Хорошо, до свидания. Убийство. Здесь-то меня и прошиб настоящий страх, но уже за себя. Если решились на убийство, то значит, серьёзно настроены и было за что. Что помешает им добраться до меня и прижать меня так же как и мать в какой-то глуши?

вы

12:37

«мама… её убили.»-

отец 12:40 -«да, я знаю, мне уже сообщили.»

вы

12:41

«пап, мне страшно.»-

отец 12:42 -«всё хорошо, Антош, успокойся, я с тобой.»

вы

12:43

«ты… завтра прилетишь?»-

отец 12:45 -«нет, у меня не получится. завтра мы устроим похороны, но без всех торжеств. на послезавтра есть билеты в Питер, брать? ты готов?»

вы

12:45

«да.»-

Пизда. И это не рифма. Это жизнь. Толстая, тяжёлая рука легла на моё плечо, и одним резким движением я был прижат к стене. Удар. Второй. Третий. Они слишком сильные. Я упал на колени и сжался как можно сильнее, трясясь ужасно сильно, я понимал, что это они. Они нашли меня.

Только не я снова, я ведь и так сломан.

Только не дай повод, снова предавать гордость.

Только не со мной, только не сейчас.

—Дохляк, мать и то больше продержалась. Оглушительная тишина накрыла меня, и наверное, я начинаю отключаться. «Дл свчзи, Птнон.»-сказал я сам себе и. ? :? Начиная что-то соображать, я попытался сфокусироваться на чём-то, а вернее, на ком-то, это была миловидная женщина лет сорока пяти. Как оказалось чуть позже, я был в больнице, это я понял по резким запахам, слишком яркому освещению и внешнему виду окружающих меня людей: белые халаты, такие же однотонные брюки, головные уборы, маски и перчатки. Это были медсёстры. Одна из них заметила, что я очнулся и обратила внимание ещё нескольких женщин на меня. —Молодой человек, вы как? —Всё… хорошо? —Вы помните ваше ФИО? —Шастун Антон Андреевич. —Помните номера телефонов родителей? Мы обязаны сообщить им о вашем состоянии, и они должны будут приехать сюда, оставлять вас здесь нет смысла, травмы неопасны для жизни, но сами вы до дома не доберётесь, и нужно рассказать им о дальнейшем вашем лечении. —Никто не приедет. Говорите мне, я запомню и сам—и, как бы подтверждая свои же слова, я принял сидячее положение на кушетке. Голова безумно кружилась, поэтому мне нужно было постараться хоть как-то сфокусироваться и вести себя нормально, чтобы домой отпустили, дальше сам разберусь. —Почему? —Отец в Питере, а мать пару дней назад умерла. Так что там по лечению? —Номер отца. Мне нужен номер отца. —+7-900-**5-98-*8. Андрей. —Здравствуйте, Шастун Андрей? Ваш сын в больнице, его избили на улице, это мы поняли по синякам, и он потерял сознание на месте. Да. Хорошо. Я вас поняла. Да, я передам ему. До свидания. Ну-с, Антон, остаёшься здесь, папа сказал, что завтра утром он возвращается из командировки, так что переночуешь здесь сегодня, пошли, я тебя в палату отведу.—кивок.—Есть хочешь? —ещё один кивок.—Хорошо, я попрошу для тебя ещё одну порцию, принесут в палату минут через 20. —Хорошо, спасибо—я обижен и благодарен ей одинаково. Потом мы молча дошли до моей палаты. Она была небольшой, двухместной, но свободной, а это значит, что я буду один, это уже хорошо. Стены были классического для больницы белого цвета, кровати стояли вдоль двух стен друг напротив друга, возле каждой стояла белая тумбочка. Одно большое окно, лучи солнца из которого притупляли бы, если бы на улице не было темно, светло-зелёные шторы. Недалеко от входа в палату располагалась ещё одна дверь, как оказалось позже, она была дверью в туалет. В сан-узле был стандартный набор: унитаз, раковина, зеркало, ванная, мусорка. Просто идеально для одного вечера. отец 19:13 -«что с тобой, блять, случилось?»

вы

19:21

«всё нормально, честно.»-

«медсестра сказала, что завтра ты меня заберёшь, кто приедет, чтобы я не удивлялся хотя бы?»-

отец 19:23 -«я и приеду.» -«я ужасно волновался, как ты доберёшься до Питера, а теперь волнуюсь в миллионы раз сильнее.» Пока я пребывал в лёгком шоке с происходящего, а именно от предстоящей встречи с отцом, мне принесли порцию еды. Она состояла из гречки и куриного филе. Это был шикарнейший ужин. В остальное время я тупо лежал и думал. Думал о папе, его семье. Думал о маме. Думал о себе, о том, что слишком много событий происходит в последнее время. Как будто всё то, что ждало меня на протяжении всей жизни происходит сейчас. Зарядки у меня нет, так как я вообще-то не планировал вот так валяться в больнице, так что сделаю пост и выключу телефон на ночь, чтобы совсем не сел. Арсу писать отдельно не буду. Захочет — прочитает в блоге.

День 6

Всем доброго времени суток. Отгадайте: откуда я вещаю вам свои новости? Барабанная дробь… и… из больничной палаты! «Каким образом?»-спросите вы. А я отвечу: всё началось утром, когда мне позвонили из полиции и сказали, что мать убили. Тогда мне стало очень страшно, ведь, вдруг я следующий? И примерно в этот же момент меня прижали к стене и избили. А потом я потерял сознание и очнулся уже здесь. Классно, правда? А ещё, уже завтра два события: похоронят мать и я встречу отца. Второму я ужасно рад, хоть и не меньше переживаю. Всем спокойной ночи, спасибо что вы остаётесь со мной, люблю.