—Ну и чего ты, Шастун, сидишь здесь один? Некому тебя пожалеть, да? Бедный, бедный мальчик. Ну так и спрыгни от сюда, недаром же ты на крышу пришел, правильно?—раздался голос из-за спины.
—Правильно.
Шаг.
Я передумал.
Арсений не последний человек в этом мире.
Болезнь лечится.
Все решимо, но уже поздно.
Глухой хлопок.
Я проснулся.
—Тох, ты чего?—спросила Ира, когда я буквально подпрыгнул на кровати в холодном поту.
—Все.. Нормально. Просто сон.
Поверх последних событий лег сон. Чтобы как-то прийти в себя, я отправился в ванную освежиться. Я стою, облокотившись на раковину смотря в зеркало. В мыслях у меня назойливо крутится: «Какой я уебок.»; «Зачем я это сказал.»; «Дибил.»; «Моя жизнь ничего не значит.»
Я смотрю на себя с ненавистью и желанием разъебать все на белом свете, но сдерживаю себя и иду в душ. Включаю горячую воду, практически до упора, садясь на пол.
Мысли не хотят улетучиваться. А лишь размножаются. «Я не достоин жить.»; «Я являюсь обузой для своего отца и новой семьи.»
Я сижу в душе и понимаю, что каким-то образом в руке он уже крутит лезвие. В голове-туман. В ушах шум. Руки трясутся. Когда я успел довести себя до такого состояния? Я повернул руку венами вверх и просто смотрел. Тонкая кожа еле как покрываемая вены, опоясывающие руку как тысячи браслетов так и просили того, чтобы бы их резанули. Я решил, что резать их просто поперек скучно. Поэтому, принял решение вырезать на руке главную причину моих эмоций в последнее время- «А»-Арсений. Банально? —Очень! Но актуально, кажется как никогда. Алыми струйками хлынула кровь, но произведение было готово. Зато я смог выпустить часть душевной боли вместе с кровью.
Придя в себя, я встал на ноги и вышел из душа. Порезы ныли, но теперь мои мысли занимали эти царапины, что не может не радовать. Кто знает, что было бы, не отвлекись я от предыдущих.
Почистив зубы, я надел чистую одежду, обработал перекисью руку и собрался выходить из ванной.
—Антон, что ты так долго делаешь в ванной?—постучавшись, Ира приоткрыла дверь, когда я стоял возле той, и мы чуть не стукнулись лбами.
—Отъебись!
Ира стояла вы полном недоумении, но понимала, что такое настроение бывает у каждого и у нее самой такие заскоки бывают частой вещью, поэтому решила сделать вид, что не заметила. Потом она точно поинтересуется, а сейчас проигнорирует.
- Тош, пойдем поедим, там мама... - Ира не успела договорить, как ее я
сразу оборвал.
—Тебе ещё раз повторить? ОТ-ЪЕ-БИСЬ!—Я начал повышать голос. Задев девушку плечом, пошел в комнату и громко хлопнул дверью. Но потом выглянул-совесть взяла верх.— Не хочу Ир, прости.
На это Ира никак не отреагировала, кажется, она так и осталась стоять в дверном проёме в ванную. Я облокотился на стену спиной, и, схватившись за голову съехал по ней, и сел на корточки.
—Какой же я мудак!—из глаз потекли слезы.—Я даже не могу себя сдерживать при человеке, который мне ничего плохого не сделал!—я «кричал» шепотом. Как будто каждая клетка тела кричала мне о том, я неадекватен. Все! Я, кажется, схожу с ума!
Все же успокоив себя я встал и начал собираться. Натянув на себя простые черные джинсы и того же цвета худи забив на форму я подошел к столу. Там меня ждал полностью пустой портфель. Кинув туда все что попалось под руку, я заметил коробочку с беспроводными наушниками. Взяв ее в руки и достав один из них, я подключил его к телефону и зашёл в музыку.
Я решил не завтракать, а взяв сумку и натянув на себя верхнюю одежду и кроссы, выйти и проветриться. Взвесив все «за» и «против» решил, что мне похуй на запрет врача. Я вспомнил, что в портфеле лежит старая пачка сигарет и зажигалка. Посмотрев что в пачке осталось семь сигарет, я понял, что на этот день этого еле как хватит, учитывая мое состояние. Поджигая сигарету, я понял, что это то, что меня сможет успокоить и отключить все эмоции снова. Поднеся сигарету ко рту, я вспомнил Воронеж. Там тоже от моральной боли меня «спасали» те же самые сигареты. Та же самая фирма. Бонд и кнопка, это все, чего просит организм в такие моменты.
Первая затяжка за неделю или две без сигарет.
Горечь сразу ударила по корню языка. Дым прогревал бронхи и лёгкие, наполняя каждую клетку дымом. Глубокая затяжка. Выдох. Вот
этого дыма и не хватало мне. Всегда шел и представлял, что вместо пара изо рта идёт сигаретный дым, это успокаивало организм и мысли вставали на место. Самообман.
Питер с утра все таки прекрасное зрелище. Первые лучи солнца пробиваются в окна и освещают улицу. Люди только просыпаются и начинают собираться на работу. Родители отводят детей в детские сады, кто-то с ними идёт в поликлинику, а я выкуриваю уже вторую сигарету, пытаясь отвлечься музыкой от мыслей об Арсении. Затяжки становились все глубже, а взгляд более затуманенным. Я просто шагал в такт музыке. Слова и люди вокруг. Школа уже была за углом, но до первого урока еще сорок минут. Я решил просто посидеть на лестнице, ведущей к входу в здание.
В школу начали подходить сонные дети из начальной школы. Кто были в первых классах были более менее, что ли счастливы? А вот остальные уже частично познали горечь буллинга, травли и скандалов из-за оценок дома, а они ведь всего лишь дети. Чуть позже начали подтягиваться ребята примерно пятых-восьмых классов. Кто-то тушил первую в своей жизни сигарету, некоторые шли так же с наушником и не наблюдая за окружающими. Кто-то шел со старшеклассниками в обнимку. Как говорится «поматросит и бросит», а у кого-то есть друзья, использующие их, и не замечая этого, ведутся на поводу. Девятые и одиннадцатые классы я даже брать не буду. Нагрузка перед экзаменами, зависимости от алкоголя и сигарет, у некоторых уже есть опыт с наркотой. Хмурые люди, но есть и счастливые. Вторые делают большинство людей счастливыми. Я тоже пытался сделать это. Добиться. Осчастливить хотя бы чем-то человека. Но я-это я, и тем более человек старше меня и моего же пола. Глупо было на что-то надеяться. Но эти черты лица и глаза. Господи, эти глаза. Они сводят с ума.
Уже поджимало время и я решил войти в здание школы. Мое состояние замечали и учителя и ученики. Таким подавленным я не был давно, а если учитывать то, что в школу я хожу через раз, то можно сказать-никогда. Еле как дойдя в кабинет, я упал на стул, где уже лежали Димкины вещи.
—О, Антоха, привет! Оу, что у тебя с лицом? Ты же как труп на ножках, блять!—он был в шоке от моего внешнего вида.
—Ну считай, что он самый. Просто не выспался, забей—просто ответил я шаблонным методом, который практиковался всю жизнь в Воронеже.
Прозвенел звонок, а я вставил наушники и устроил голову на руки. Первым уроком была музыка, поэтому слушать необязательно. Минут через пять включилась лирическая мелодия, а я «выключился». Дима растолкал меня на перемене, и мы отправились на литературу.
***
—Антох, что с тобой сегодня? Причина явно не в недосыпе. Я более чем уверен.—спросил Дима, когда мы выходили из здания школы.
—Я.. Тебе как-нибудь расскажу. Обязательно, обещаю.—ответил я, выискивая машину отца, который должен увезти меня на работу.
—В чем проблема рассказать сейчас, я не понимаю!?
—О, нашел! Поз, мне на работу надо, прости. Я пошел. Пока.—и, обняв друга на прощание, удалился в сторону автомобиля.
—Сынок, привет! Как день?—поинтересовался отец, когда я приземлился на переднее сиденье.—Оу, Тош, ты себя хорошо чувствуешь?
—Да, пап, все хорошо, не переживай. Поехали.
По пути в офис, который находится минутах 15 езды на машине, я успел понять, что на работу ой как не хочу. Во первых, я не выспался, так как ночью спал я не очень хорошо, а в школе не поспишь по-человечески, и сейчас я ужасно хочу спать. Во вторых, там
он.
Войдя в здание, отец сказал, что некая Алена Юрьевна ведет меня в курс дела, а сам ушел в свой кабинет. Я направился на свое рабочее место, по пути выглядывая тот самый силуэт. Но так и не найдя его, я разложил вещи и сел за стол.
Я не знаю, хочу ли я видеть его или нет. Что мне сказать, или что скажет он?
—Здравствуй, Антон Андреевич же?—спросила девушка с ярко-красной помадой, светлым каре и глубоко-синими глазами. Она держала в руках небольшую папку, которую положила передо мной буквально через мгновение, пока я тонул в ее глазах. В этот офис отбирают по красивым глазам?
—Здравствуйте, да.—заторможенно ответил я.
—Вот это тебе нужно будет перепроверить, все тоже самое, что ты обычно делаешь. Здесь немного.—я кивнул, и она собралась уходить.—А, кстати, отец просил передать, чтобы ты его подождал, он тоже недолго сегодня.
—Хорошо, до свидания!—кинул я напоследок и принялся за работу.
Через сорок минут все было готово, а мне оставалось только ждать папу, как мне и велели.
Я сидел, листая ленту «Вк», когда наливать кофе пошел
он. Он выглядит.. Необычно? Укладка неидеальная, под глазами мешки, одежда не как обычно «с иголочки». Что-то явно не так. В голову вольно или невольно приходит мысль о том, что это из-за меня. Но я тут же выгнал ее. Он сам меня оттолкнул.
—Антон, я..
—Я тебя понял вчера.—я встал и ушел в туалет. Разговаривать нет никакого желания.
—Да нет же!
—Да, Арс, да!
—Я не это имел ввиду!—схватив меня за руку, Арсений начал оправдываться.
—Смотришь мне в глаза. Сколько можно врать?!
—Я не вру, Антон, услышь меня!—но с какой целью он это все говорит?
—Я тебе не верю! Ты сон вчерашний, который мне пророчит слезы.
—Ну же, Тош.. Пожалуйста.
—Нет. Нам не о чем говорить.—освободив свое запястье, я все таки уже в уборную.
Все же я мудак. Он хотел поговорить, а я сам его оттолкнул. Да, больно, ну и что? Он показал себя настоящего единожды, покажет и потом. Я искал подвох-вот он.
Ты знаешь, что мы тонем, но тебе нужно еще.
Оу, я очень близко к сердцу принимаю все дерьмо.
Меня злят пустые мысли, но их поменять нельзя.
На тебя.
отец
17:52
-«через двадцать минут поедем домой, собирайся)»
***
По пути домой мы заехали в магазин, так как Лена попросила отца купить грудку куриную. Уже дома, я помыл руки, и, войдя в комнату, застал Иру на кровати с телефоном в руках. Она подняла глаза на меня и одним взглядом спросила «Расскажешь мне все?»
—Расскажу.
—Садись.—девушка, улыбаясь, немного отодвинулась, как бы показывая, чтобы я сел возле нее.
—В общем. Я вчера признался Арсению.—перебирая многочисленные кольца на пальцах, произнес на выдохе я.
—И.. Как?
—Как ты могла заметить, не радужно.
—Ну да.. А почему? Он объяснился хоть?
—Не особо.. Просто отшил меня, скажем так. Попытался со мной сегодня поговорить, но я не пошел на контакт.
—Почему? Может поговорили бы, и все нормально стало бы.
—Я и так все понял.
—Не переживай, Тош, нормально все. Сколько еще таких мудаков ты встретишь? Поболит и перестанет. Ты ого-го какой у меня!—обнимая меня, сказала Ира.
—Я тебя так люблю. Ты бы только знала. Спасибо за все.—отвечая тем же, произнес я.
С кухни раздался голос-отец позвал ужинать. Я сегодня ничего так и не поел, поэтому голод чувствовался нереально сильно. Лена приготовила сегодня картошку пюре и наггетсы.
Поужинав, я сел делать уроки на завтра. На телефон приходили уведомления. Я не знаю, он кого они, но отвлекали они очень сильно, поэтому, я выключил телефон.
Арсений Попов
21:31
-«почему. ты, блядь такая, не можешь меня даже послушать?!»
Антон Шастун
21:52
«тебе красота все прощает.»-
«твои все слова и дурные поступки.»-
«а я лучше приму это как должное, но не буду мучаться и мучать тебя нашим общением.»-
Арсений Попов
22:01
-«вот так?!»
Антон Шастун
22:05
«да.»-
Арсений Попов
22:07
-«сука, ты меня еще вспомнишь.»
Антон Шастун
22:10
«мне все равно, что ты будешь делать дальше, среди денег и вранья.»-
«оставайся в этом мире.»-
«где. нет. меня.»-
*вы заблокировали*
—Опять он?—спросила Ира, заметив мои дрожащие руки.
—Да.
День 22.
Здравствуйте! И так, утром я проснулся из-за страшного сна. Потом я нагрубил сестре (мы помирились, но мне все таки ужасно стыдно.) А после чего я шел в школу, выкуривая сигареты, из-за которых я провалялся в больнице с ужасными симптомами, и врач мне их запретил, и выписал таблетки (таблетки, я, кстати пью). Да и похуй. Опять в больницу слягу, зато в школу можно будет не ходить. Так вот.. В школе я вообще ничего не делал. А потом поехал на работу, после нее домой. Дома я вкусно поужинал, поговорил с сестрой и сделал уроки. Сейчас лежу в кровати, собираюсь спать. Как у вас прошел день? У меня, как вы могли заметить, скучно :(
(Отдельное спасибо за слова поддержки в комментариях к прошлому посту, я вам очень благодарен! <3)