Инверсия

Выйдя за порог кабинета, Сейшу слегка покачнулся, но все же поспешил скрыться из виду. Лишнее внимание ему сейчас точно ни к чему. Чувства и эмоции, которые он не так давно испытал, выбили его из колеи. Инуи до одури понравилось ощущать над собой чужое превосходство, но в то же время Сейшу не мог смириться с тем, что проиграл эту маленькую игру. И результат ее сейчас с особенной силой напоминал о себе приятной тяжестью внизу живота. Инуи хотел бы решить эту небольшую проблему у себя дома, отдавшись в объятия воспоминаний этого, полного на открытия, вечера, а не в ближайшем офисном туалете, наспех сняв напряжение. Поэтому уже спустя час лежал на своей огромной кровати, поддавшись соблазну. Его изящные ноги были широко раздвинуты и согнуты в коленях. Откинувшись на подушки, Сейшу очень медленно водил тонкими пальцами по члену, подогревая собственное возбуждение. Смотря на свое отражение в зеркале, Инуи представлял, как бы Коко выглядел, если бы увидел такое развратное зрелище, отчего непроизвольно застонал в предвкушении их следующей встречи. Движения ладони ускорились. Большим пальцем Сейшу проводил по головке, собирая выступившую смазку, задевал уздечку, чтобы добавить остроты ощущений. Другой же рукой пощипывал теперь чувствительный сосок, представляя на ее месте губы Коко. Коко. Коко. Коко. Ему так хотелось вновь увидеть это необузданное желание в чужих глазах, почувствовать его прикосновения, от которых Сейшу, в силу своего нововыявленного мазохизма, решил отказаться. Какое упущение, в самом деле. Доведя себя до разрядки, Инуи испытал облегчение, но все же, должного удовлетворения не почувствовал. Чего-то не хватало. Сейшу особо не интересовался вопросами, касающимися сексуальной сферы. Удивительно, но в свои 22, он так ни разу и не занимался сексом, никаким. Что в силу его характера казалось еще более странным. Но теперь, не получив особенного наслаждения от одной только мастурбации, Инуи решил ознакомиться с неизведанной областью сексуальных утех. *** Хаджимэ за последний месяц просто чертовски устал. Слишком много работы навалилось. В сочетании с не уходившими из головы мыслями о Сейшу усталость перерастала в раздражение. Отсутствие возможности встретиться даже на каких-то полчаса злило неимоверно. И это именно тогда, когда Коко настроился завоевать всеми доступными способами чужое внимание. Слава богам, что на днях у него должен быть выходной. Поэтому, не теряя ни минуты, Хаджимэ отправил внушительных размеров сообщение с просьбой о встрече. Благо, что номер узнал заранее. Снова и снова поддаваясь воспоминаниям того самого дня, Коконой понемногу сходил с ума от переполнявших его чувств. Даже несмотря на то, что его последняя встреча с Сейшу была полна интимных подробностей, его отношение к Инуи не стало иметь только сексуальный интерес. Наоборот, хотелось вновь ощутить на себе этот озорной взгляд голубых глаз, слушать этот игривый голос, исходящий из так полюбившихся Хаджимэ губ, стать объектом для поддразниваний, которые так нравятся Инуи. Желательно единственным. Чувство собственничества росло пропорционально щемяще-нежному, как и желание обладать. Несомненно, хоть тот самый сексуальный интерес был и не на первом месте, но он никуда не исчез. Отнюдь, только возрос. Вспоминая кажущийся наивным взгляд, полный похоти, и припухлые губы, украшенные каплями спермы, Коко часто прикусывал свои в предоргазменной дрожи. Было невыносимо. Ожидание медленно, но верно убивало. Хаджимэ сам не понимал, почему стал так зависим от другого человека. В такую чушь, как любовь с первого взгляда, он не верил. Но, видимо, Сейшу плевать на это хотел. *** Инуи умирал от скуки. Он уже не мог дождаться, когда ему закончат наносить макияж. Лишь вибрация лежавшего на столике телефона смогла немного заинтриговать. Его номер был известен ограниченному числу людей, а именно двоим — Такемичи и сестренке. Первый был в шаговой доступности, менеджер как никак. Аканэ же никогда не связывалась с Сейшу в его рабочее время. Теперь жутко хотелось узнать, кто же это. Хотя определенные подозрения уже были. Инуи очень хотел, чтобы они подтвердились. Молодые люди не виделись примерно месяц. За это время Сейшу измучился в ожидании встречи, которая даже не была назначена. Поразительно. Почему Коко медлит? Инуи же прекрасно видел, какие чувства в нем бушевали тогда. Сложно представить, что они угасли. Наконец-то, взяв в руки манивший Сейшу долгие пять минут телефон, он с предвкушением открыл поступившее сообщение. Увиденное его не разочаровало. Коко просил о встрече, сопровождая вопрос милыми фразочками, на которые непроизвольно закатывались глаза и закрадывалась легкая улыбка. Инуи ощутил, как нечто теплое растеклось по его грудной клетке, заставляя сердце биться намного чаще, чем бы ему хотелось. Иррационально. По мнению Сейшу, происходило что-то странное. Он, конечно, грезил об этой встрече, но реакция собственного тела была ему непонятна. Что еще за приступ тахикардии, дополненный легкой дрожью рук, когда Инуи дочитал до конца. Что еще за «Инупи»? Сейшу внезапно рассмеялся, так громко и заливисто, что рядом стоящие люди, кто испуганно, кто удивленно, уставились на него. Не обращая на них никакого внимания, он стал печатать ответ. *** Инупи встретил его с распростертыми объятиями. Его запах, нежная кожа, теплые руки, сцепленные за спиной Коко. Хаджимэ только сейчас в полной мере осознал, как этого ждал. И, видимо, не он один. Этот факт приятно осел где-то там, в сердце, ненарочно вызвав его сладкое замирание. Коко обнял его в ответ, пытаясь вложить в них всю скопившуюся нежность и одновременно сдерживаясь, чтобы не повалить Сейшу на ближайшую поверхность и не зацеловать это наивное личико, украшенное хитрой ухмылкой. Он так скучал. — Коко~, мы так и будем здесь стоять? — Инуи отстранился первым и пригласил дорогого гостя пройти дальше порога. Хаджимэ оставалось только повиноваться. — Просто люблю исполнять свои желания. — улыбается, но, видя в ответ откровенную ухмылку, немного теряется. — Подождешь меня здесь? Хочу показать тебе кое-что. — и уходит из комнаты. Расположившись на мягком диване, Коко заинтересованно осматривался. Квартира Сейшу, на первый взгляд, производила впечатление уютного местечка. Если же обращать внимание на определенные детали, созданный мираж быстро расплывался. Хотелось это исправить. Хаджимэ был удивлён, когда в ответ на свое небольшое сочинение получил ответное приглашение в святая святых — дом Сейшу. Он не рассчитывал на такое стремительное развитие событий. Хотя какое такое? Сам придумал себе невесть что и теперь мучился в ожидании. Стоило ему услышать звонкие медленные шаги, как он увидел самого Сейшу. Во рту резко пересохло, а пальцы сжались в кулаки. Инуи был в нижнем белье. В нижнем белье! Белый кружевной топ бра с небольшим бантиком практически ничего не скрывал. Темные сосочки так и хотелось приласкать. Хаджимэ судорожно вздохнул и перевел взгляд ниже, чувствуя нарастающий жар внизу живота. Такая тонкая талия с плавными изгибами. Коко до боли прикусил губу. Стоило взору задержаться на таких же белых кружевных трусиках, скрывавших немного возбужденный член, как Хаджимэ тихо простонал. В сочетании с золотистыми лодочками этот образ источал ауру невинности, но это все напускное. Коко желал сорвать эту маску. Ведь он знал, каким Сейшу мог быть, когда добивался своего. Хаджимэ протягивает руку, приглашая. Инупи подходит довольно аккуратно, чуть прикрыв глаза, тем самым пряча свой похотливый взгляд. И в какой-то момент внезапно стонет. Коконой удивленно смотрит на лицо Сейшу, и, видя в нем откровенное желание, ухмыляется так по-блядски, что Инуи замирает в предвкушении предстоящего удовольствия. Еще большего. Коко резко встает, чтобы ловким движением рук сжать мягкие ягодицы и слегка раздвинуть их в стороны, пальцами нащупывая под трусиками гладкую поверхность анальной пробки. Ловит губами томный вздох, языком проводя по чужим, углубляет поцелуй, продолжая надавливать на игрушку. Переносит одну руку на член Сейшу, прикасаясь к уже влажной от смазки ткани, и невесомо поглаживает. — Ты такой грязный, Сейшу~ — проходится по головке. — Особенно вот здесь. — Инуи чувствует себя так хорошо, наконец-то он ощущает эти руки на себе. — Коко, тебе нравится то, каким грязным я могу быть? — снова показывает озорную улыбку. Он толкается в горячую руку. Хаджимэ в ответ тихо стонет и сжимает влажный член, чтобы услышать полный удовольствия голос. Тянется к собственному члену, но руки Сейшу останавливают его. — Я хочу услышать ответ, Коко. — толкает его обратно на диван. — Чертовски нравится видеть тебя таким, Инупи. — видит, как после этих слов, Сейшу вздрагивает. — Ты так постарался только для меня. Это так возбуждает. — смотрит прямо в глаза и протягивает руку к талии, чтобы, приблизив Инуи, оставить влажный след на головке члена и усадить на колени, заключая себя в плен чужих бёдер. В сочетании с такой лаской пробка, проехавшаяся по простате, заставляет Сейшу протяжно простонать. — Ты потрясающий. — вдавливает чужое тело в себя в попытке облегчить собственное возбуждение. Слышится громкий выдох обоих. — Знаешь, чего я хочу? — Инуи прикусывает мочку уха, гладит крепкую грудь Коко, спускаясь ниже. — Расскажешь? — Хаджимэ отодвигает уже мешающие трусики и резким движением вытаскивает пробку. Слышит недовольный стон. — Ты слишком плохо себя ведёшь. — всхлипывает, когда чувствует чужие пальцы в себе. По ним обильно стекает смазка. Коко ощутимо растягивает стеночки, уже теряя терпение. Собственное возбуждение чертовски болезненно. — Прощу на первый раз. — Сейшу сам уже на пределе, поэтому отстраняет руку Коко, стараясь как можно скорее стянуть хотя бы немного чужие брюки и трусы, Хаджимэ же быстро снимает рубашку. Почувствовав прикосновение кожи к коже, оба блаженно выдохнули. Коко разрывает уже и так испорченное белье и направляет головку члена к любовно растянутому Инупи отверстию. Сейшу опережает и с силой насаживается сам, гортанно простонав в унисон с Хаджимэ. Тот постепенно наращивает темп, выбивая из Инуи все возможные стоны и всхлипы, когда проходится по простате. Сейшу так хорошо, он чувствует себя лучше, чем когда бы то ни было, особенно слыша голос, зовущий его тем дурацким прозвищем. Целует губы, влажно сплетаясь языками, блуждает ладонями по разгоряченной коже, наслаждаясь ее гладкостью. Чувствует чужие на своём члене и взрывается фейерверком, кончая и еще сильнее сжимая Хаджимэ, который срывается на бешеный темп и спустя пару толчков судорожно вынимает член, кончая тоже. Игра в гляделки начинается. Сейшу пристально смотрит в чужие глаза, находя там то самое поклонение, которого хотел добиться с самого начала их непродолжительного знакомства. Но теперь он понимает, что в них есть кое-что более любопытное — уже испытанное ранее им самим чувство, растекающееся по венам волной трепета. Осознание, что Сейшу смотрит на Коко абсолютно также, приходит после тягуче медленного поцелуя и, казавшихся всего лишь месяц назад чепухой, слов, сказанных с игривой улыбкой: — Твое трепещущее сердце теперь принадлежит мне, Инупи, я чувствую, просто смотря на тебя. — неожиданно для себя Сейшу очень смущается, отводя взгляд, и дует губы, услаждая чужой взор и теперь спрашивая вслух: — Что еще за Инупи?