The Darkened Underpass

Почему-то Нейт думал, что в конце молчания между ними раздастся звук. Но это не так. Когда это происходит, это происходит в ресторане быстрого питания, где они празднуют последнюю победу Троянцев. По его лицу стекает немного кетчупа, и он не вздрагивает, когда палец Ичиро подходит, чтобы потереть его. Он поворачивает голову, губы касаются его пальца, и дыхание Ичиро не столько замирает, сколько перехватывает. Их глаза встречаются, и Нейт наблюдает, ожидая, что произойдет, Ичиро проводит кончиками пальцев по его губам, и Нейт открывает рот, закрывая глаза. Это откровенное проявление доверия, глаза закрыты, руки позволяют бумажной салфетке упасть на пустую тарелку, и Ичиро знает это. Нейт знает это, и Ичиро знает это, и они в ресторане, сидят так близко. Нейт вырос в условиях, когда прикосновение было одним из многих языков, на которых он говорит, и вот здесь его муж говорит тысячу слов, нарушая тишину прикосновением. Ичиро подвигается ближе, и Нейт открывает глаза, чтобы увидеть, как Ичиро чмокает его в уголок рта. Для супружеской пары это, вероятно, самое интимное, что у них было, и это почему-то не пугает. Нейт не пугается, когда чмоканье перерастает в поцелуй. Это не первый его поцелуй, и он более целомудренный, чем его первый поцелуй, но Ичиро прижимает зубы к нижней губе Нейта, прежде чем отстраниться, и от этого легкого толчка он чувствует тепло во всем теле. В комнате снова раздается грохот, и Натаниэль поднимает руку к губам, все еще пытаясь осознать происходящее. На лице Ичиро появляется легкий румянец, и он вопросительно поднимает голову. Нейт кусает губы в том месте, где зубы Ичиро касались, и лицо Ичиро мрачнеет. Он всегда тщательно подбирает слова, но то, что он так долго их подбирает, говорит о том, насколько он взволнован. — Натаниэль, ты этого хочешь? Его рука убирается с бедер Нейта, куда она попала, когда они целовались. Давая ему пространство, давая уверенность и одновременно подтверждая, что их отношения все больше размываются. — Я... да. Это то, чего я хочу, — уверенность в его голосе не скрывается в том, как звучат его слова. Вместе с нетерпением и трепетом. На этот раз Нейт перекрывает расстояние между ними, беря поцелуй под свой контроль. Его руки обхватывают шею Ичиро, а руки мужа касаются его щеки, груди. Они расходятся, чтобы отдышаться, и в обрывочных фразах, которые мозг Нейта может сейчас собрать воедино, он думает о том, что это его подростковый момент, и плотина прорывается, когда он смеется. Это его чертов подростковый момент; он выиграл игру, у него первый поцелуй с тем, кто ему дорог, и у них свидание. Все идет не по плану, но это так. А Нейт был ребенком, который в шестнадцать лет считал себя незначительным. Ичиро не смеется вместе с ним, но Нейт знает, что он видит юмор в ситуации. Их глаза сверкают друг на друга. И только отчетливый кашель официантки, принесшей счет, удерживает Нейта от того, чтобы снова не наброситься на него. Процесс оплаты и короткая прогулка до машины никогда еще не казались такими долгими, как и дорога до квартиры. Нейт благодарен за то, что не он ведет машину, он не думает, что смог бы, когда все в нем перепуталось, хотя и счастливо. Есть и тревога, он все еще не знает, что чувствует по поводу того, как далеко они зайдут, когда вернутся домой, но Нейт подавляет ее. За все время их брака Ичиро никогда не настаивал ни на чем физическом. Нейт думает о доверии, которое они выстроили со временем. И решает оставить все как есть и в этом аспекте. Они возвращаются домой, и рука Ичиро обхватывает его талию, пока они едут в лифте к своей квартире, его язык оставляет полосы на шее Нейта. Он слегка дует на мокрое место, заставляя Нейта дрожать. Ему это нравится, он хочет этого. Это не такое уж большое откровение, как могло бы быть. Они доходят до своей спальни, кивая охраннику, стоящему у входа в квартиру. Нейт не замечает, что он дрогнул от близости, которую демонстрирует его босс. — Ты все еще не против? — спрашивает Ичиро, несмотря на то, что они оба работают над снятием одежды. — Я хочу увидеть тебя голым и продолжить то, что мы делали, но пока не заниматься сексом. Нейт говорил с большей уверенностью, чем чувствовал: — Ичиро? Мы ведь можем это сделать? — Да, конечно. Если ты захочешь остановиться, дай мне знать. Нейт смотрел, как Ичиро раздевается до трусов. Обычно он складывал свою одежду с поразительным вниманием, но сегодня это была скорее привычка, порожденная спешкой. Сам Нейт положил свою одежду в корзину для белья. И сел на край кровати. Ичиро придвинулся к нему, и они улеглись вместе. — Этой ночью Нейт заснул, обняв Ичиро. Они и раньше спали в одной постели, и Ичиро замерз, ведь это было не первое его родео. Распутавшись от путаницы конечностей, они отправились на утреннюю пробежку. Ичиро просыпался за некоторое время до возвращения Нейта домой, готовил кофе и резал фрукты для них обоих. Это был устоявшийся распорядок, но Нейт не учел того факта, что они засыпали, завернувшись друг в друга, не только в поисках тепла. И что было практически невозможно отстраниться, не разбудив мужа. Ну и ладно. Утреннюю пробежку можно пропустить. Нейт снова заснул в объятиях мужа, и если он случайно пропустил утреннее занятие, то решил, что заслужил это.