Второй шанц на любовь

Мори уехал в командировку во Францию, оставив всё на своего заместителя и исполнительный комитет портовой мафии. Чуя вздохнул, убирая папку в ящик стола. Физической работы нет, приходится заниматься бумажной, а он такое ненавидит. Радовало лишь то, что страдает не он один. В напротив их с Осаму кабинете сидел временный босс. — Скумбрия, — позвал член исполнительного комитета мафии. — Да? — не отрываясь от работы, отозвался шатен. — Мори-сана нет уже более недели, у него ведь всё хорошо? — Чиби, успокойся. От прозвища Чуя прикусил губу: Дазай придумал его в самом начале их отношений. После измены они перестали общаться, но это продлилось недолго — Осаму вернулся в мафию. Двойной чёрный вернулся в криминальный мир, их отчуждённость мешала работе. Мори придумал план, чтобы помирить их, и, естественно, Дазай понял это, но мешать не стал. Наоборот, он всячески поддерживал эту идею, чем заставил Огая немного поревновать. — Уже поздно, — закончив с последним документом, вынес вердикт рыжик. — Иди домой, — откладывая бумагу в кучу справа и беря следующую, бросил в ответ шатен. — Может, я всё-таки помогу тебе? Накахара встал со стула и вышел из-за стола, пойдя к бывшему мужу. Рыжик обошёл сзади, заглядывая через плечо напарника. Тот читал отчёт об операции, написанный красивым, чуть наклонным, почерком, в котором Чуя сразу же узнал Рюноске. — С мужем или детьми поссорились? — без церемоний спросил мафиози. — Детьми, — вздохнув, он сел на диван у окна. Второй брак вышел более удачным, он длится уже пять лет. Только у мужа было двое близнецов по десять лет от прошлого брака. Дети без радости приняли Накахару, соответственно, как и он. — Возьми, — оторвался от бумаг шатен, открывая ящик и беря оттуда книгу и красиво упакованную коробку, протягивая Чуе. Накахара оторвался от ночного города за окном и принялся рассматривать то, что протягивал ему Дазай. На лице появилась улыбка. — Всё-таки ты хорошо ладишь с детьми, — рыжик никак не мог сделать подарок для близнецов, чтобы он им понравился, но стоило спросить у Дазая, и тот доставал из ящика подарок. Член исполнительного комитета мафии подозревал, что в ящике намного больше пространства, ведь в нём всегда есть подарки. Позже он обязательно выпытает у шатена, что у него за ящик волшебный и не чья ли это способность. — Пока, Чуечка, — шатен взял ручку, начиная что-то писать на бумаге и давая понять, что разговор окончен. Накахара взял плащ и шляпу, оставляя Осаму одного. На часах полночь, последняя папка отправляется в шкаф. В помещении раздаётся звонок, что порадовало шатена: эта мелодия стоит на одном любимом контакте. Начались поиски телефона, пропажа нашлась за диваном. — Да, Мори-семпай, — отвечает на звонок временный босс. — Привет, — ответил хриплый голос. — Ты в порядке? — спросил Осаму, останавливаясь перед дверью и прислушиваясь. — Только проснулся, — прокашлявшись, ответил Огай. — У тебя разве не день? — закончив с дверью, он пошёл к лифту по длинному коридору. — Я только с самолёта. — Сейчас занесу документы и приеду, — цокнул языком Дазай, разворачиваясь и идя к кабинету. — Не стоит, я сам приеду, — садясь в такси, ответил брюнет. — Я всё ещё в командировке для всех. — Иногда я думаю, как жаль, что ты ещё жив, — останавливаясь перед дверью кабинета и идя обратно, буркнул мафиози. — Ты скоро приедешь? — нажимая на кнопку лифта, спросил он. — Через несколько часов, хочу кое-куда ещё съездить и домой, — ожидая, пока таксист уберёт чемодан в багаж, оставив при себе только сумку, сказал Мори. — Ясно, — сухо ответил Дазай. Повисла тишина: спокойная и приятная, им нравится вслушиваться в дыхание друг друга и звуки по ту сторону. Звонок оповестил о прибытии лифта, Осаму зашёл в него, двери закрылись, на панели высветился первый этаж. Слышно проезжающие машины, сирену скорой помощи, светофор, гул людей и другие звуки города. Со стороны мафиози послышался звонок остановившегося лифта, двери раскрылись. В холле стояли вооружённые сотрудники мафии в фирменных чёрных костюмах и очках. Каждый из них вздрогнул, увидев Осаму, проходящего мимо. Уже пять лет как он вернулся и вновь криминальный мир содрогнулся, раньше новые сотрудники считали дьявольского гения легендой, придуманной кем-то, но, увидев его, поверили в это. Шатен покинул здание портовой мафии, садясь в чёрный Мерседес. Машина тронулась с места. Мори вернулся домой поздно, даже не питая надежд увидеть Дазая, ведь он, скорее всего, уже спит. Чёрная сумка слетела с плеча, отправляясь на вешалку, куда после был повешан плащ. Квартира была полностью в темноте, кроме несильного света из-под двери ванной. Брюнет подошёл к ней, медленно открывая и наблюдая интересную картину: Осаму в коротком халате ниже бедра (слово, которое должно было описать очень короткий халат, умерло) сидел на стиральной машине, болтая ногами. Ванна наполнена тёплой водой с ароматной нежно-розовой пеной, украшенной лепестками роз; на бортиках у стены стояли свечи, вино и с двух сторон два бокала. — Мори, — заметил его Дазай, собираясь встать. Огай прикрыл дверь, подошёл к любовнику, останавливая и усаживая обратно. — Я скучал, — честно признался брюнет, развязывая пояс халата. Осаму не ответил, обнимая одной рукой, а второй стал расстёгивать рубашку любимого. Мори стал раздеваться сам, после снова приблизился, жадно целуя. Огай отстраняется, уходит к ванне, тянет шатена за собой. Опускает ногу в ванну, разгоняя пенку, вторая нога опускается рядом. Дазай в расстёгнутом халате стоит, поставив руки на бортик. Мори сел в ванну погружаясь под пену, он наблюдал за шатеном и не долгая думая поднял руку и положил по верх руки мафиози. Дазай посмотрел вниз на любовника и тепло улыбнулся. Одним медленным движением плеча он сбросил халат на пол и залез в ванну. Теперь они сидели вместе напротив друг друга. Осаму взял бутылку с вином, наливая в бокал себе и брюнету. — С возвращением — улыбнувшись и приподняв бокал, сказал Дазай. Мори улыбнулся, поднимая бокал, стукнул о бокал любовника. «Я дома» — подумал брюнет, нежно улыбнувшись Осаму и выпивая вино.