Кленовый лист и тёмная бабочка

Темнота. Пустота. Лишь вдали виднеется слабый огонёк, а за ним светящийся силуэт двери. Вокруг эхом отдаётся такой до боли родной и знакомый голос: — Кадзуха, это ты во всём виноват, — всё громче и громче, казалось, он заполнял парня полностью, не оставляя и грамма рассудка, — это всё из-за тебя. Если бы ты увидел, как мне плохо, ничего бы этого не случилось. Если бы ты больше времени уделял мне, ничего бы не произошло. Ты ничтожен! Тьма поглощала его целиком. В уши заливалась тёмная густая жидкость, но даже это не заглушало голос, когда-то любимый, но сейчас ставший самым худшим кошмаром. Дышать было нечем, воздуха становилось всё меньше и меньше… Зазвонил будильник, и Кадзуха резко сел в постели, стараясь отдышаться. Он быстро схватил с тумбочки стакан воды и выпил его залпом, половину вылив на себя. Опять этот кошмар. Он снился парню практически каждый день уже третий месяц, не давая нормально выспаться. Он выключил будильник и потупил взгляд на время на экране телефона; 7:03. Пора было собираться. Первый день в новой школе, нельзя было опоздать. — Кадзушка, милый, ты проснулся, — зайдя на кухню Каэдэхара увидел одну из своих матерей, Нин Гуан. Она стояла у плиты в своём рабочем бело-золотистом платье и туфлях на шпильках, а её золотой пиджак аккуратно висел на спинке стула.- Кушать будешь? Кадзуха кивнул и направился в ванную, чтобы умыться. Посмотрев в зеркало на своё бледное, слега измождённое лицо, он плеснул на него ледяной воды, почистил зубы, а потом заплёл свой обычный небрежный хвостик из светлых волос на правую сторону с несколькими торчащими прядями и вышел из ванной. — Кадзуха, у тебя что-то случилось? — Обеспокоенно спросила Нин Гуан, поворачиваясь к сыну, когда тот, как показалось ему, тихо вошёл на кухню снова. — Да нет, всё в порядке.- В какой-то степени это было правдой. У него действительно ничего не случилось. Кроме всех его проблем. — Ну я же вижу, — женщина подошла к сыну и ласково половила руку на плечо.- Что-то не так. Волнуешься из-за новой школы, да? Ничего, всё будет хорошо. — Доброе утро милая, малыш Кадзушка, — вторая мать парня, Бэй Доу, подошла к ним в своих фиолетовых спортивных штанах и чёрной футболке и поцеловала Нин Гуан.- У вас что-то случилось? — Кадзуха волнуется из-за новой школы. — Да я не волнуюсь! — Не волнуйся, малыш, — Бэй Доу лучезарно улыбнулась.- Всё будет хорошо. — Кадзушка, прошу, найди себе друзей, ладно? Мы с мамой не хотим, чтобы всё было так же, как в прошлой школе, — Бэй Доу кивнула, — прошу, ради нас. Хорошо? — Она взяла парня за плечи и посмотрела своими золотистыми глазами в глаза. Тому ничего не оставалось, как кивнуть. Он не хотел расстраивать своих матерей раньше времени, но прекрасно понимал, что этому, скорее всего, ни бывать. В старой школе у него не было друзей. Один его единственный друг учился в другой школе — как раз таки в той, в которую он перевёлся. Это вышло совершенно случайно, он узнал о том, что Томо учился в этой школу уже после того, как туда перевёлся. Съев завтрак, он собрал портфель и, попрощавшись с мамами, которые пожелали ему удачи и на давали кучу наставлений и поцелуев, отправился в школу. Благо, идти до неё было минут пятнадцать от силы. По сравнению со старой школой Кадзухи, эта школа была яркой и просто огромной; пять этажей с высокими потолками, спортивный стадион, диаметром метров пятьсот как минимум, задний двор с роскошной спортивной площадкой и тренажёрами… а внутри она оказалась ещё больше: на каждом этаже кабинетов по пятьдесят и куча непонятных переходов и закаулков. Найдя свой кабинет на четвёртом этаже, он выдохнул и собрался было уже входить, как сзади его окликнул смутно знакомый голос: — Кадзуха? Ты ли это? — Каэдэхара в шоке обернулся, увидев перед собой парня своего возраста с зелёными глазами и светло-русыми волосами, одетого в красную футболку и чёрные штаны. — Тома? — Так его вроде звали. Они с Кадзухой учились вместе в начальных классах, если он не ошибался, тот ли перед ним человек. Судя по тому, что тот его, Кадзуху, вспомнил, это был именно он. — Сколько лет сколько зим, дружище! — Тома добродушно улыбнулся и крепко обнял паня, от чего тот чуть не задохнулся.- Со скольки лет мы с тобой не виделись? С десяти? — Н-наверное, — неуверенно произнёс Каэдэхара. Не то, чтобы он был не рад встрече, просто, это всё слегка его напрягало. — Почему ты ушёл из нашей школы? Точно. Он совсем забыл, что в начальных классах учился в младшем корпусе именно этой школы. Хотя как он мог забыть, ведь именно там, собственно, и познакомился с Томо. — Были причины.- Вот так коротко и просто, не уточняя ничего. За эти несколько лет, Тома, видимо сильно изменился, потому что раньше он бы стал приставать с расспросами, по каким именно причинам, а сейчас он лишь кивнул головой и просто сказал: — Ну, тогда ладно. Идём, я познакомлю тебя с классом. Тут, кстати, есть несколько ребят из нашего старого класса: Аяка, Ёимия, Кокоми, Горо… помнишь их всех? — Э-э-э…- Кадзуха почесал затылок, стараясь вспомнить.- Смутно. — Ну ничего, — Тома добродушно улыбнулся.- Познакомишься со всеми заново. Пошли! Зеленоглазый открыл дверь, и взору Каэдэхары предстало просторное светлое помещение с высокими окнами и мятным стенами. Вокруг стоял шум и гам, ученики беседовали друг с другом. — Тома, милашка, ты чего в проходе встал? О, а ты…? — Кадзуха увидел в проходе молодую женщину. Её русые волосы были перевязаны ленточкой, изумрудно-зелёные глаза с интересом смотрели прямо в душу беловолосого. На ней было элегантное сиреневое платье и чёрные туфли на каблуках. — Я Каэдэхара Кадзуха… — А, новенький, — женщина улыбнулась.- Какой же ты милашка. Я Лиза, учитель русского и литературы, и по совместительству ваш классный руководитель. Тома, иди скорее садись на своё место, я представлю Кадзуху классу. Тома кивнул, улыбнулся, и поспешил сесть на своё место в конце класса, рядом с рыжим парнем с голубыми глазами, который улыбнулся Томе и, после какой-то его реплики, звонко рассмеялся. — Милашки мои, прошу минуточку внимания, — Лиза говорила не особо громко, но, тем не менее, смогла привлечь внимание класса за считаные секунды: все перестали разговаривать друг с другом, уселись на свои места и перевели взгляды на женщину.- К нам в класс перевёлся новенький ученик. Его зовут Каэдэхара Кадзуха, прошу, отнеситесь с нему хорошо. — Будет сделано, мисс Лиза! — Вскочил с места и отдал честь тот самый рыжий, сидевший рядом с Томой, который, в свою очередь, пихнул его в ногу. — Садись вон туда, на последнюю парту, рядом со Скарамуччей.- Лиза указала рукой на свободное место. — А, хорошо…- Парень сглотнул и под пристально-изучающие взоры новых одноклассником направился к своему месту.- Ты же не против, если я тут сяду? — Вежливо спросил Кадзуха, обращаясь к парню, которого, как понял из слов Лизы, звали Скарамуччей. — У меня есть выбор? — Его голос был слегка хрипловат и довольно высок, да и в общем красив, но весь облик парня выглядел угрожающе: красивое бледное лицо обрамляли коротко стриженные синие волосы, тёмно-сапфировые глаза были подведены красной подводкой, что делало его взгляд ещё более загадочным, но в то же время устрашающим. Он был низкого роста со стройной и довольно хрупкой фигурой, одетый в синий костюм и фиолетовую рубашку. «А он красив», подумал Кадзуха. Вопрос был риторическим, поэтому парень поспешил сесть, дабы на бесить Скарамуччу ещё больше. Но любопытство взяло верх, поэтому Каэдэхара повернулся к нему и протянул руку, доброжелательно произнеся: — Привет, я Кадзуха. А ты, верно, Скарамучча? Ха-ха, очень приятно. Примерно секунд десять парень сидел и с презрением испепелял Кадзуху взглядом — в этот момент, тот искренне пожалел, что вообще начал разговор — после чего с брезгливым видом пожал ему руку со словами: — Знаешь, а ты меня бесишь и ущемляешь не так сильно, как другие. — О, ну…- Кадзуха даже и не знал, что ответить. Это был а-ля комплимент или что? — Спасибо, наверное? — Нихуя, — девушка с мертвенно-бледной кожей и глазами светло-бежевого цвета, один из которых скрывала чёлка бордового цвета, повернулась к ним.- Кто-то ущемляет нашего Скарика не так сильно, как другие. Он тебе понравился, что ли? — Завались, Розария, — Скарамучча закатил глаза и, сложив руки на груди, откинулся на стуле прикрыв глаза. — Боже, Розария, это было не очень культурно, — обратилась к девушке её соседка с пепельно-русыми волосами, собранными в два хвостика, и голубыми глазами. — Я атеистка, милая, — просто ответила Розария и послала девушке воздушный поцелуй (та слегка покраснела), а затем обратила к Кадзухе.- Ты Кадзуха, верно? Я Розария, а это Барбара. — Привет, — голубоглазая мило ему улыбнулась и пожала руку. — Очень приятно, — ответил Каэдэхара. — Почему ты решил перевестись в нашу школу? — С любопытством поинтересовалась Барбара. — Ну. Просто эта школа ближе к моему дому, вот и решил перевестись. — Вы переехали? — Спросила Розария. — А? Да нет. — Неплохо, — усмехнулась девушка.- Ну, я думаю, ты найдёшь себе друзей. Наш класс довольно общительный. — Надеюсь на это. Как только прозвенел звонок, к Кадзухе подошли трое парней, пихая друг друга: Тома, рыжий, и ещё один высокий парень со смуглой кожей, тёмно-синими волосами, собранными в хвост с несколькими свисающими прядями, и сине-сиреневыми глазами. — Привет, — сказал рыжий парень, лучезарно улыбнувшись.- Ты Кадзуха, верно? Я Чайлд Аякс Тарталья, но ты можешь называть меня, как твоей душе угодно. А это Кэйя, — он указал на синеволосого парня радом с собой, — ну, или же, проще говоря, негр-гей. — Завались, Чайлд, — Кэйя сильно пихнул друга в руку.- Я Кэйя, как ты уже понял, с Томой, ты вроде, уже знаком. — А это Скарик, — Тарталья подскочил к синеволосому и обнял его, прижимаясь щекой к щеке.- С ним, ты думаю, уже тоже знаком. — Отвали, рыжий, — Скарамучча с силой отпихнул от себя Аякса. — Они не то, что знакомы, — к ним повернулась Розария.- Они скоро женятся. — Что-о-о-о?! — Чайлд аж подпрыгнул.- Серьёзно? — Да схуяли вы все это взяли? — Заорал Скарамучча.- Мы с ним блять… знакомы один урок нахуй! Кадзуха сидел, не понимая, что проиходит. Он тупо наблюдал за теперь уже спорящими Тартальей и Скарамуччей — последний орал матом, а Аякс в основном ржал, получая удары один за одним. — Не волнуйся, я тоже не понимаю, что тут происходит, — улыбнулась Барбара. — Я вам объясню, — усмехнулась Розария.- В общем, Скарик у нас супер-токсичная персона. Его ущемляют и бесят абсолютно все и вся, а тебе он сказал, что ты его бесишь не так, как остальные… это уже что-то, да значит. — Серьё-о-о-о-зно?! — Чайлд увернулся от очередного удара Скарамуччи и, схватив ближайший стул из-за соседней парты, со стуком поставил его подле парты Розарии и Барбары и плюхнулся на него.- Ох, Скарик… мой братик вырос… влюбился… — Да завали ты ебальник! — Скарамучча со всей силы дал Тарталье в живот, от чего тут согнулся пополам.- Прости их, они долбоёбы, — обратился он к Кадзухе, закатывая глаза. — О. мой. бог.- Кэйя прикрыл руками рот.- Скарик перед кем-то извинился… это любовь. — Да вы заебали! — Скарамучча хотел было ударить и Кэйю, но тут в класс зашёл мужчина с тёмными волосами, сзади забранными в низкий хвост, его острые медово-жёлтые глаза впились прямо в их компашку, и парню просто пришлось остановиться. — МЩПЛЗОИЩШО, — Чайлд закусил губу и понёсся в начало класса.- Мистер Чжун Ли, здравствуйте… — Долбоёб, — усмехнулся Тома. — Согласен, — выдохнул Кэйя.- Это наш историк.- Пояснил он Кадзухе.- Ну и, географию с обществом по совместительству ведёт. Чайлд по уши в него влюблён, просто без ума. Ну ладно, я пошёл, скоро урок, до встречи. Кэйя подмигнул ему, а потом направился на своё место рядом с красноволосым парнем, которого приобнял на плечи, и тот резво скинул его руки. — Скажите, — обратился Каэдэхара к оставшимся Томе, Розарии, Барбаре и Скарамучче.- У вас в классе есть хотя бы один человек, у которого любовь взаимна? — Конечно, — Розария улыбнулась и посмотрел на Барбару. — Ну, — Тома задумался.- Даже не знаю. Как посмотреть. — Лично мне похуй, кто в кого влюблён, и взаимно ли это, — фыркнул Скарамучча, — не верю я в любовь. — Ну да, ну да, — проворковала себе под нос Розария. — Да ты… — Дети, рассаживаемся по местам! — Громко сказал Чжун Ли. — Ну, я пошёл, — поспешил удалиться Тома. — Вам всем пизда! — Крикнул ему вслед Скарамучча. Кадзуха невольно улыбнулся. Этот парень был реально красив, а его голос… даже когда он ругался матом, он умудрялся выглядеть прекрасно. Его глаза волосы были похожи на самые чистейшие драгоценные сапфиры, а руки, эти прекрасные тонкие бледные пальцы… Нет. Резко оборвал свои мысли Каэдэхара. Нельзя влюбляться. Нельзя. Ведь он, как никто иной не по наслышке знал, как больно и плохо это всё может закончиться.