"Я влюбился в ангела..."

Позднее декабрьское утро, обещающее чрезвычайно насыщенный день. Вот уже послезавтра, наконец, наступит новый год. Люди с нетерпением ждут этот праздник, а некоторые готовятся уже как несколько дней, а то и недель. На улице суетливые прохожие в разноцветной одежде, как огоньки гирлянды, быстро мелькают перед глазами. Размеренный образ жизни снова сменился суетой в преддверии праздника. В воздухе витает запах ели, разбавленный лёгким ощущением тревоги, но более сильным ощущением приближающегося веселья. Некоторые в спешке боятся не успеть что-то купить, сделать или сказать, а другие просто мысленно наблюдают за этой нелепой для них ситуацией, но с другой стороны это выглядит даже мило. Однако, всё же несмотря на это ежегодное столпотворение и ненадолго абстрагировавшись, можно действительно почувствовать воодушевляющую новогоднюю атмосферу. Сухой, морозный воздух колет лёгкие изнутри. На улице снег пушистыми хлопьями падает на давно покрытую им же дорогу. Из соседних дворов доносятся радостные крики играющей детворы. Дворник в ярко-оранжевой куртке неторопливо, что-то напевая себе под нос, убирает сугробы большой лопатой. С деревьев и крыш большими шапками падает увесистый снег. Чей-то домашний кот с удивлением смотрит на непонятные белые пушинки из окна. Потрескивают ледяные узоры на окнах многоэтажек. Где-то кипит, с раздражающим свистом, чайник. Лучи холодного, зимнего солнца пробиваются в небольшую, но уютную комнату через полупрозрачные шторы. Парни сладко спят в постели, абсолютно ни о чём не заботясь. Дазай ещё вечером отключил все будильники, чтобы не разбудить своего парня слишком рано и побыть с ним в объятиях подольше. Осаму, как и предполагал, проснулся первым и посмотрел на любимого, который мирно сопел рядом. Он убрал рыжие пряди с лица Накахары, из-за чего яркий луч упал на лицо его парня. — Слишком красивый... — улыбаясь, подумал Дазай. Поморщась от света, сонный Чуя лишь сильнее уткнулся носом в грудь шатена и недовольно зевнул. — Ха-ха, милашка, — тихо шепнул Осаму, целуя рыжеволосого в макушку. Пару минут тихих комплиментов от шатена, который в это же время покрывал лицо Накахары нежными поцелуями, и тот всё таки проснулся. — Мгх... Который час? — приоткрывая глаза, спросил голубоглазый хриплым ото сна голосом. — Почти полдень. А зачем тебе знать? У нас же каникулы, — прижав к себе Накахару, ответил Дазай. — А... где мы? — У меня дома. Ты как себя чувствуешь? Ничего не болит? — Всё нормально... А... Когда ты успел принести меня сюда...? — размышляя вслух, спросил рыжеволосый. — Ха-ха, после вчерашнего вечера ты на ногах не мог стоять, поэтому я и отнёс тебя к себе, предупредив твоих родителей. — Понятно... Спасибо за это... А твои кстати где? — В гостях у родственников, приедут только через неделю. — Вот как... Накахара повернулся на спину и, вытянув руки как можно выше, потянулся, в попытках окончательно проснуться. Но в этот же момент Осаму, оставшийся без внимания, приподнялся и, переставив руку через парня, с улыбкой навис над ним. Чуя не успел опомниться, как губы шатена тут же накрыли его собственные, желая сильнее насладиться любовью. Однако длилось это недолго, Дазай медленно отстранился и, посмотрев в родные голубые глаза, произнёс: — А теперь самое главное, — парень резко поднялся и стал щекотать рыжеволосого, прекрасно зная эту его слабость. Чуя расхохотался как ребёнок, то ли от щекотки, то ли от ситуации, но сам мало что мог сделать. — Ха-ха-ха, ну всё, хватит, прекращай давай, — смех перехватывал дыхание парню, но он был искренне рад этому моменту. — Я слишком люблю поднимать тебе настроение, каким то ни было способом, — шатен сел на кровать с довольной улыбкой. Накахара восстановил дыхание и улыбнулся в ответ, смотря на своего парня. — Мы ведь побудем у тебя ещё чуть-чуть? — Конечно, ангел, — улыбнувшись, ответил шатен. — Сколько пожелаешь. Чуя хотел бы ещё побыть в постели, но проголодался, от чего его живот с явным недовольством проурчал, объявляя время для завтрака. — А не пора ли что-нибудь приготовить? Лежи здесь, спящая красавица, я всё сделаю, — сказал Осаму, поднимаясь с кровати. — Угу, — тихо прозвучало рядом. — Кстати, ты по-моему кое о чём забыл, — Дазай приоткрыл дверцу шкафа и начал что-то искать. — Вот, держи, надень это, — парень положил на край кровати свою домашнюю футболку с шортами и, потягиваясь, ушёл на кухню. Через несколько секунд, наконец выпутавшись из оков сна, Накахара понял, что всю ночь спал без одежды. Осознание этого заставило его кончики ушей и носа покраснеть. Минуя эти мысли, парень вылез из-под одеяла и переоделся в одежду Осаму. Однако, вещи шатена были на пару размеров больше, чем нужно Чуе, поэтому немного спадали с него. — Он так обо мне заботится... Чёрт, такой милый... — пронеслось у рыжеволосого в голове. — Ха-ха, даже не вспомнил, что его одежда в рюкзаке, а ему и не нужно, побудет в моей, — довольный собой, подумал Осаму. Мимолётно бросив взгляд на снегопад за окном, Накахара, не торопясь, направился на кухню, откуда уже доносился приятный запах, перед которым невозможно было устоять. Дазай, включив спокойную, новогоднюю музыку и наслаждаясь атмосферой, стоял у плиты и с беззаботным видом готовил омлет. Чуя аккуратно подошёл сзади к шатену и обнял его, уткнувшись носом между лопаток. Тот улыбнулся и положил свободную ладонь на руки Накахары, поглаживая их большим пальцем. — Уже почти готово. Садись за стол, — говорит Осаму, поворачиваясь к любимому и целуя его в лоб. Дазай, со сковородкой в руках, подошёл к столу и аккуратно, но ловко выложил содержимое на тарелки. После, шатен вернулся к своему пространству для кулинарных шедевров и, поставив на место сковородку, достал из шкафчика две кружки. Взяв всё необходимое, парень заварил себе крепкий кофе, а рыжеволосому —чай с приятным ароматом апельсина. Закончив, он перенёс кружки на другой стол и сел напротив Накахары. — Неужели, он помнит, что я люблю чай и не пью кофе...? Я ведь почти не говорил ему об этом... — подумал Чуя, и осознание этого, заставило его улыбнулся, отчего внутри появилось приятное ощущение теплоты. — О чём задумался, Рыжик? Выглядишь загадочно. — Да так... Просто думаю о том, насколько же мне повезло с тобой... — сказал рыжеволосый, смотря на парня глазами, полными любви. — Вот оно что... — в ответ улыбнулся Дазай. — Приятного аппетита! — Спасибо... Тебе тоже. Голубоглазый приступил к трапезе, попробовал немного и, ощутив приятный вкус, продолжил есть, жмурясь от удовольствия. — Вкусно? — поинтересовался шатен. — Да, очень. Ты не думал стать поваром? — Ха-ха, только если твоим личным. Накахара приятно удивился и, немного покраснев, отвёл взгляд. — Что мы будем сегодня делать? — спросил Чуя. — Надо подумать... А ты что хочешь? — Не знаю... На самом деле мне без разницы, главное чтобы ты был рядом... — Ты знал, что ты безумно милый? И это варварство, так бесстыдно заставлять меня ещё больше в тебя влюбляться. Теперь Накахара действительно почувствовал себя неловко и искренне захотел сказать Осаму в ответ то же самое. — Кто бы говорил... — мысленно ухмыльнувшись, подумал парень. — Ха, а мне это даже нравится, Рыжик, — Дазай неосознанно улыбнулся. — Может, тогда пойдём погуляем? А когда вернёмся, можем отдохнуть и посмотреть что-нибудь? Как тебе идея? — Мне нравится. — Ну вот и отлично, тогда я отойду сейчас ненадолго в душ, и, если хочешь, потом сходишь ты. — Хорошо... Когда Осаму доел и вымыл всю посуду, он ушёл в ванную комнату, а Чуя приоткрыл занавески на кухне и, оперевшись руками на подоконник, посмотрел на улицу, покрытую пушистым снегом. Серое пушистое небо, казалось, стало ближе настолько, что до него вот-вот можно было дотронуться рукой. Появляясь из ниоткуда, на землю медленно падали лёгкие, белые хлопья. В своём хаотичном вальсе снежинки выглядели волшебно. Как будто дотронешься случайно до этой отдельно существующей вселенной, и она вдруг исчезнет. — Как красиво... Так хочется погулять с ним там... Витая в облаках, рыжеволосый потерял счёт времени и, обернувшись на звук, который вернул его в реальность, неожиданно увидел Дазая, вышедшего из ванной. С его мокрых волос падали маленькие переливающиеся капли, а по бледной коже стекала вода, оставляя за собой длинный извилистый след. — Теперь твоя очередь, ангел, — спокойным голосом произнёс шатен. — Д-да... Накахара хотел пройти мимо Осаму, но тот перегородил проход и притянул парня к себе, нежно целуя. Одна рука Дазая придерживала рыжеволосого за талию, наклоняя его назад, а вторая мягко сжимала его кисть. Пару мгновений, и шатен отстранился, а Чуя, отвернувшись, от неожиданности залился краской. — Ха-ха, всё ещё стесняешься, Рыжик? — сказал Осаму, улыбнувшись. Накахара в своей манере смутился и прикрыл лицо ладонью, но на этот раз решил дать отпор своему возлюбленному. Парень резко повернулся и, оперевшись руками на плечи Дазая, приподнялся на мысочки и поцеловал его. Осаму сильно удивился, но поддался. Рыжеволосый провёл языком по нижней губе шатена, а когда тот приоткрыл рот, он стал водить им по небам и языку Дазая. Парень был немного шокирован, но ответил на действия рыжеволосого. Их языки сплелись, и когда воздух стал заканчиваться, Чуя тихо выдохнул в поцелуй и отстранился. Осаму, тяжело дыша, произнёс: — Вау, а я и не знал, что ты так умеешь, ангел. — Я ещё и не такое умею, — похвастался рыжеволосый, проходя в ванную комнату. — Ха-ха, стой, подожди. — Чего? Дазай прошёл в коридор и, взяв рюкзак, понёс его голубоглазому. — Вот твои вещи. — А... Точно... Я и забыл про них. А почему ты мне сразу их не отдал? — в недопонимании спросил Чуя. Осаму подошёл вплотную к парню и, наклонившись, прошептал ему на ухо: — Я подумал, что в домашней одежде тебе будет удобнее, но и хотел посмотреть, как на тебе будут смотреться мои вещи. И знаешь, мне нравится. — Мгх, дурак, — усмехнувшись, толкнул шатена в плечо Чуя. Дазай посмеялся и ушёл одеваться в гостиную, а рыжеволосый наконец направился в душ. Через некоторое время парни оделись и вышли на улицу. Тускло светило холодное, зимнее солнце. Вокруг было много снега, который переливался на свету. Холод неприятно пощипывал кожу. Подул прохладный ветер, и Дазай, повернувшись к Чуе, получше укутал его в шарф: — Заболеешь ведь... Вот так, теперь хорошо. — Да не заболею. — Точно? — Да точно. — Тогда... – Осаму, немного пройдя вперёд, отвернулся. Накахара вопросительно, но в то же время с интересом посмотрел на парня. — Лови! — шатен, развернувшись, бросил снежок в рыжеволосого и стал убегать, чтобы не получить в ответ. — Ах так, сейчас ты у меня получишь, — с азартом в глазах сказал Чуя и стал лепить снежок. Накахара побежал вслед за Дазаем и, прицелившись, попал прямо по заметной на фоне белого снега коричневой макушке, от чего тот не удержал равновесие и упал в сугроб. — Прости, прости, прости, — подбежав к шатену, рыжеволосый взял Осаму за руку, чтобы тот вставал. Но парень лишь громко расхохотался и видимо совсем не собирался подниматься. В этот же момент Дазай хитро улыбнулся и потянул Накахару на себя, после чего парни уже вместе оказались в снегу. — Э-эй, ха-ха, — Чуя, рассмеявшись, попал в крепкие объятия Осаму. — Я ведь хотел тебя вытащить, а в итоге мы оба в сугробе. Не ты ли мне утверждал, что я от ветерка заболею? — Ха-ха, не помню такого, — сказал Дазай и чмокнул рыжеволосого в лоб. Выбравшись из снежного плена, парни стали отряхивать одежду. Накахара всё таки меньше пострадал, поэтому после того, как привёл себя в порядок, подошёл к шатену и стал убирать снег с его волос. Тот наклонился, всё время смотря в глаза Чуи, дождался пока он закончит и притянул его в поцелуй, полный любви и благодарности за заботу. Накахара ответил, взяв шатена за руку и переплетая их пальцы. Когда воздух стал кончаться, он отстранился и сказал: — Ты холодный... Сам то не заболеешь? Надень быстро перчатки. — Ха-ха, хорошо, ангел. — Сходим погулять по торговому центру? — Конечно, пойдём. Держась за руки, парни отправились за покупками. Несмотря на низкую температуру, погода была прекрасной. Хруст снега под ногами, завывание ветра, запах горячего шоколада из кофейни, праздничные венки на дверях магазинов — всё это создавало чудесную атмосферу, проникаясь которой, становилось хорошо на душе. Прогуливаясь по улицам города, Чуя засматривался на медленно падающие снежинки. Казалось, что парень видит это зрелище в первый раз. В его тёплом взгляде отражалась вся совершенно противоположная холодная зима, а на рыжих волосах и ресницах оставались её следы. Дазай в это время смотрел на парня безнадёжно влюблёнными глазами. — Ты чего? — спросил Накахара. — А... да так, — опомнился Осаму. —Смотрю и думаю, какой у меня всё таки красивый парень, — шатен немного сжал руку Чуи. — Т-ты тоже, — покраснев, отвернулся и тихо произнёс рыжеволосый. Наконец, парни подошли к ярко освещённому торговому центру, который так и манил зайти внутрь. Вокруг были шум и суета. Чувствовалась стоящая на пороге близость праздника.