Нет шансов

«Перед глазами небо, темное, когда-то прекрасное, ночное небо. Раньше на нём ярко светила луна, освещая тебе путь, куда-то вдаль, чтобы направить тебя к своей мечте, но сейчас она вовсе не светит, лишь виден блеклый свет, не освещающий дорогу. То прекрасное поле, стало теперь абсолютно уродливым и пустым, здесь не было ничего прекрасного, оно просто есть, не представляя ценности. Ветра не было, но было очень холодно, по коже прошлись муражки. Встать не получалось, было ощущение, что тебя приковали к земле, она была сырой и холодной. В этом месте так пусто, безнадёжно и холодно, здесь нет надежды и смысла, это место просто есть, и всё. Глаза невольно закрылись, принимая эту мёртвую атмосферу, здесь не было ничего живого, не было чего-то идеального, тут просто пусто. Больше не было слышно чьи-то голоса, которые помогали найти путь, здесь жуткая тишина, не единого шороха, дыхания и вовсе не было, ощущение что ты уже мертв, и лежишь в сырой земле.» Очередное утро, хотя может вовсе не утро, может быть сейчас день, вечер, либо же ночь, но это не имеет значения. В этом месте, время совершенно не нужно, нет разницы в каком времени ты есть, ничего от этого не изменится. Клон лежал на кровати, чувствуя невидимую тяжесть, как будто она была глубоко в душе, ей было неспокойно и тяжело, от чего-то было тревожно, даже страшно, но от чего? Возможно от предвкушения, ведь скоро, предстоит стать помощником учёного, предстоит уйти из этой камеры, и тогда всё точно изменится. Должно изменится, по крайней мере, но никто не знает, что будет дальше, жизнь очень жестока и непредсказуема, никто не знает, какие трудности она предоставит. Шрам думал о дальнейшем сотрудничестве, не понимая, зачем экспериментатору это нужно, какая у него цель? Хотя, он хотя бы какую-то цель имеет, в отличии от думающего, в его жизни не смысла, не цели, она абсолютно пуста и бесполезна. Может быть, единственный смысл его жизни, приносить другим пользу? Возможно так и есть, но сказать точно тяжело. В голове жертвы было много мыслей, каждая была противоположна другой, но это мысли ничего не стоят, поздно уже рассуждать. Но самое противное, что кое-что, смогло зацепить клона, эти мысли не уходили, они крутились в голове, как будто пытаясь достучаться до жертвы, заставить его сделать выбор, но он не мог. Он не имеет право выбора, не имеет цели, не имеет будущего, оно кажется слишком размытым, неясным, в нём нет света, лишь густая тьма. В голове были мысли о смерти, они были настолько навязчивы, что не знаешь куда деваться, чтобы их не было, раньше они тоже были, но сейчас, всё по другому. Мысли твердили о одном и том же, «Убей себя!» «Ты же можешь это сделать, чего ты ждёшь?» «Ты лишь пустое тело, которое ждёт смерти» «Попытайся спасти себя, пока не стало слишком поздно» Не было возможности не думать об этом, после вчерашней новости, они заполняли всё сознание, не давая даже спокойно дышать, они как будто душили. От таких мыслей было тревожно, но одновременно, они заставляли задуматься. Что если, смерть действительно спасение? Что если, изначально нужно было это сделать, чтобы не стать пустым телом, которое лишь существует, но не живёт? Но если вдруг, всё это ложь, и нельзя подаваться желанию умереть, ведь есть ли какой-то шанс, что в невзрачной жизни, появится свет? Ответа на этот вопрос нет, правду никак не узнать, лучше постараться не думать. Шрам пытался снова заснуть, лишь бы не прибывать в настоящем мире, настоящее такое сложное, непонятное, совершено неизвестное, а во сне всё понятно, ты понимаешь что ты спишь, но всё равно веришь в то, что видишь, во снах нет боли, разочарования, эмоцией, это же просто прекрасно. Вот только, на удивление спать не хотелось, сон никак не приходил, не впускал в свои объятия, что разочаровало, но была сильная усталость, она взялась буквально из воздуха, сон вообще бодрости не прибавляет. Но большего, клону делать не хотелось, даже разговаривать нет сил, в горле был невидимый комок, не позволяющий говорить. На тело что-то давило, боль была тянущая, она не позволяла много ходить, да и смысл ходить по помещению отсутствует. Сбежать всё равно не выйдет, да и не хочется уже, если так подумать, то Красному вовсе ничего не хочется, лишь спать, чтобы заполнить пустоту внутри, ведь сны то место, которое способно отражать твою душу, твоё состояние, с каждым разом сны хоть и хуже, но они также, чем-то притягивают. -Много ты спишь, не замечаешь? В помещении раздался заинтересованный голос, или может только так кажется, и он спрашивает лишь ради приличия, а может ради того, чтобы не было тишины. Шрам всё хорошо услышал, но отвечать не желал, какой смысл вообще что-то говорить? Легче промолчать, чем думать над ответом, который вовсе не нужен, не нужно стараться ради чего-то, лучше просто плыть по течению, которое куда-то и приведет. Спустя несколько секунд молчания, послышался тяжёлый вздох, Диктор явно был недоволен, что «собеседник» просто молчит, он хоть и рад своей победе, но. Хотя ему на деле плевать, главное чтобы всё шло так, как он желает, но даже в таком случае, молчать неприемлемо. Клон просто желал, чтобы он больше не разговаривал, чтобы не приходилось заставлять себя, что-то отвечать, даже банальное «да» или же «нет» было чем-то трудным. -Выпей таблетки, пока что, больше ничего, — от тебя не требуется. Голос замолк, ему сказать было больше нечего, он прекрасно видел то, что жертва не шла на контакт, абсолютно никак. Никакого сопротивления, соглашения, максимум безразличный взгляд в камеру, и всё, от Первого услышать какие-то слова, это редкость, хотя раньше такого не было. Тома не сильно это заботило, но всё же, было непривычно от такого поведения, когда-то весьма сложного клона. Красный посмотрел на тумбочку, на которой лежали две таблетки в капсулах и вода, его до сих пор, заставляют их пить, чтобы он не чувствовал стресс, и не натворил каких-то дел, на нервной почве. Только вот, он уже мало что ощущает, и такие «обязанности» уже совсем не нужны, но спорить не хотелось, поэтому клон взял таблетки и стакан, быстро из запил, и лег обратно. Таблетки были немного противными, но чёрт с ним, главное чтобы не докапывались. Красный посмотрел на камеру, видя что она также работает, за ним также наблюдают, пытаются с ним контактировать, заставляют что-то делать, абсолютно ничего не поменялось. Комната такая же как раньше, тут также весьма неприятная атмосфера, и ощущение того, что тебе не хватает воздуха, тут почему-то дышать было труднее, хотя это скорее всего, уже кажется. Также проводятся эксперименты, где лишь одна цель, убить очередного клона, который кроме проекции ничего в жизни не видел, это уже рутина. Единственный, кто изменился, так это Шрам, а также его восприятие на окружающую атмосферу. Раньше, его бесило наблюдение, было чрезмерно не комфортно, ощущение что ты круглосуточно под прицелом, а когда с тобой ещё и говорит Диктор, так вообще хотелось задушить обладателя, ненавистного тебе голоса, клон всегда отвечал и сопротивлялся, заставить его что-то сделать, можно было лишь через угрозы, или действия. А сейчас, ему уже нет до этого дела, какая разница, наблюдают или нет, говорят или нет, это совсем неважно, он не станет отвечать, лишь посмотрит в ответ, и сделает то, что от него требуется. Шрам раньше ненавидел эти стены, в которых его заперли, каждая секунда проведённая в этом месте, лишь усиливала желание сбежать, да подальше, чтобы никогда сюда не возвращаться, не видеть эти однотонные стены, не слышать ничего и никого, и стать снова свободным, перестать кому-то потакать, и сбежать туда, куда так просится твоё горящее сердце. Но сейчас, ему просто уже всё равно, это место уже даже стало родным, каждый раз когда клон просыпается, он видит тот же потолок, те же стены, такие же камеры и ту же дверь, это не вызывает никаких эмоцией, настало лишь смирение того, что это твое место, из которого ты не выйдешь. Раньше, Красный делал всё, чтобы подопытный выжил на эксперименте, так было всегда, ещё до попадания в эту камеру, до революции, у клона всегда было повышенное чувство справедливости и эмпатии, ему было тяжёло видеть то, как страдают другие, ему не было плевать, клон не боялся рисковать собой, чтобы спасти кого-то. Но сейчас, ему уже всё равно, он понимает, что подопытный всё равно не выживет, зачем стараться помочь ему? От судьбы не убежишь, она настигнет каждого, как бы ты не убегал. Эмоции эксперименты уже не вызывают, плевать на их исход, безразлично что там происходит, это неважно. От прошлой личности Первого, уже почти ничего не осталось, он изменился, и прежним никогда не будет, ничто не заставит, вернуть того клона, которого когда-то знали, жизнь сложилась именно так, значит так и должно быть. Неважно, правильно это или же нет, неважно, кто что думает, судьба распорядилась именно так. Возможно, скоро она закончит, эту весьма трудную жизнь Первого, возможно это далеко не конец, и его ждёт, множество трудностей, никто знать точно не может. От прошлой личности, остались лишь воспоминания, которые уже начинают исчезать, они всё меньше приходят в сознание, всё меньше, клон думает о своём прошлом, он начинает забывать тех, кем так сильно дорожил, тех, ради кого он делал всё, чтобы обрести ту долгожданную свободу, это можно назвать концом.

***

Том чувствовал этот прекрасный вкус победы, месть то блюдо, которое подают холодным, он наказал жертву за то, что он шёл против него. Впервые за эти многие недели работы, была исполнена какая-то долгожданная цель, это действительно победа, он сделал то, чего так добивался. Судьба решила, что должно быть так, что учёный должен был победить, и это уже точный факт. Но радость может быть не долгой, кто знает, что будет завтра? Всё может повернуться против Тома, а может снова пойти на пользу, не предугадать, но сейчас, он точно может ликовать, даже непривычно как-то, но к такому быстро привыкаешь. Экспериментатор записывал на радостях новую запись в своём дневнике, теперь появилась новая небольшая цель, это подготовить Шрама к сотрудничеству, ему нужно другое место пребывания, здесь совершенно не удобно, это должно быть ближе к учёному, ведь им придется видеться лично. Если бы это произошло раньше, ничего хорошего бы не вышло, но сейчас клон даже сопротивляться не будет, это немного бесило, но это дело привычки, скоро это станет нормальным поведением для Диктора. Уже с завтрашнего утра, всё точно изменится, нужно лишь быть подготовленным, чтобы в случае чего, принять какую-то неожиданность, неприятность. Надейся на лучшее, готовься к худшему.

***

-Номер Один, удели немного внимания, — хотя и выбора у тебя нет, но всё же, обрати внимание. Диктор терпеливо ждал какой-то реакции, сейчас у него настроение лучше, чем в обычные дни, поэтому он такой спокойный, и готов даже подождать. Красный лежал в кровати, так и не заснув, у него не было сил даже встать, не было сил говорить, было очень тяжёло. Но услышав, снова голос надзирателя, ему пришлось как минимум, посмотреть на камеру, чтобы было видно, что он хотя бы слушает. На ответ надеяться глупо, он будет просто молчать, даже под дулом пистолета, лучше проигнорировать это, и принять как данность. Том видел, что в глазах клона, нет абсолютно ничего, его ничего не удивляло, он не подавал виду, что очень устал, чувствует какое-то опустошение, он лишь пустая оболочка, учёный сам не зная почему, но обращал на это большое внимание, это его настораживало. Он понял, что уже начинает отвлекаться от темы, решил всё же, начать недолгий, но разговор. -Уже завтра, ты уходишь отсюда, — и начинается наше сотрудничество, будь готов. Шрам распознал в голосе Диктора, некую радость, а также злорадство, он очень был рад его неудачи, и был рад своей победе. А вот клон ничего не почувствовал, было лишь небольшое предвкушение, ведь он не знал, что будет завтра, в любую секунду, всё может повернуться совсем не так, как ожидается. Но судя по всему, уже ничего не изменить, и его ждёт что-то новое, непривычное, может даже опасное. Но в целом без разницы, что там, что здесь, это не заставит что-то прочувствовать. Голос снова замолк, он сказал всё что хотел, возможно он и ждал, некого ответа, но прекрасно понимал, что его не поступит, Шрам также будет молчать, и максимум смотреть в камеру, как будто ища там что-то, какой-то ответ на вопрос, а какой, никто не поймет. На лице клона нет эмоцией, даже эта новость, особо ничего и не вызвала, но в его голове, начали складываться вновь, крайне назойливые и отвратительные мысли, они мешали, очень сильно мешали, нужно как-то отвлечься, пока ещё можно. Красный нашёл какие-то силы, чтобы встать с прохладной постели, в глазах немного потемнело, соображать особо не выходило, но нужно хотя бы что-то поделать, заснуть не выходит, может хоть так, захочется попасть в очередное сновидение? Нужно попытаться, попытка не пытка, как говорится. Хоть и каждый угол помещения, полностью был изучен, направление камер полностью понятно, и здесь уже всё исследованно, клон собирался сделать снова тоже самое, проверить всё ещё раз, но не ради того, чтобы сбежать. А ради того, чтобы отвлечься от неприятных мыслей, которые почему-то, очень сильно пугали, уже умершую безнадёжную душу, заставляли тревожиться. Шрам с огромной осторожностью, шёл по помещению, обращая внимания на каждую мелочь, у него темнело в глазах, голова очень болела из-за усталости, сил почти и не было, ужасное состояние, хоть чувства и пропали, но боль будет всегда, как бы не хотелось, её не отключить. Том не понимал, что он делает, его настораживало его состояние, оно итак до жути непонятое, но щас ещё больше, видно что клону больно, что он держится, чтобы не свалиться, но зачем ему изучать комнату? Он итак всё знает, итак много раз это делал, зачем ему это вообще нужно? Экспериментатор внимательно наблюдал, абсолютно за каждым движением Первого, чтобы картина стала яснее, чем есть сейчас, сейчас всё слишком мутно. Шрам придерживался за стены, была неимоверно сильная слабость, зрение чрезмерно размыто, попытка внимательно смотреть по сторонам, пытаясь найти что-то новое, совершенно незнакомое, что может как-то зацепить внимание, закончилась неудачей, не выходило, интереса не вызывало, можно было бы, побеседовать с учёным, но из горла не лезут слова, не выходит что-то сказать, слова отсутствуют. Похоже, мысли и нездоровое состояние клона, взяли вверх. «Почему ты ещё живой? Действуй!» «Посмотри на себя, это не ты.» «Покончи с собой, любым способом» «Тебя ждёт ещё больше проблем, у тебя время до завтра, почему ты вечно молчишь? Сопротивляйся, или закончи это всё» Эти проклятые мысли, они практически всегда рядом, мысли о том, что нужно убить себя, закончить весь этот бесконечный спектакль, у него нет конца, нужно завершить это всё, иначе настигнут проблемы крупнее, жизнь уже не изменится, смерть спасание, наказание жизнь, покой будет лишь когда, клон перестанет дышать, закроет свои глаза навеки, тогда он освободится. Попытка жить дальше, обернется в страшный ужас, это будет ещё хуже, чем то, что он пережил. Так ведь? Или не так? Послушать мысли или нет? Это выбор, или же факт? Красный уже не мог думать, весь этот отвратительный поток мыслей завершился, лишь благодаря тому, что сознание клона начало погашаться, держаться было уже невозможно, сил нет, над ним взяли вверх. Диктор отвернулся лишь на минуту, но услышав грохот, как будто что-то, упало на пол, он автоматически повернулся к экрану, увидев такую картину. Шрам лежал на полу без сознания, он упал в обморок, теперь понятно, почему он так странно себя вёл, всё теперь ясно, но от грохота учёный даже вздрогнул, это было неожиданно. Том уже хотел начать действовать, не ждать же, когда он проснётся, как вдруг Шрам уже пришёл в себя, обморок не был глубоким, длился он лишь пару секунд, что куда лучше, чем могло быть. Он еле как поднялся с пола, на удивление, сильный ушиб не получился, даже ссадины никакой нет, повезло же. Клон смог добраться до постели, как только он лёг, он сразу же заснул, всё-таки получилось себя вымотать. Учёный прекрасно понял, что сейчас ему лучше не мешать, пусть спокойно спит до утра, пока ещё есть некая возможность. Одна кнопка, и свет в комнате был выключен, сейчас освещение вовсе спящему не нужно, ему нужен покой, а то падение в обморок, не очень хорошая вещь.

***

Наступила ночь, темное небо всегда было чем-то прекрасным, притягивающим, возможно даже вдохновляющим, в это время суток ты готов творить, делать то, что так хочет твоя душа, но не в это время, эта ночь совершено другая, не такая как другие, более беспокойная и мрачная, нет того спокойствия. Луна обычно ярко светит, освещая тебе путь, туда куда требуется тебе, но сейчас, луна стала тусклее, её свет блеклый, незначительный, он ничего не освещает, оставляя дорогу во тьме. Земля сырая и холодная, после длительного дождя, в открытом мире нет такой свободы, которая может показаться на первый взгляд, тут тоже свои минусы, свои уродства, несовершенства, здесь ты тоже, можешь быть не счастлив. Но казалось, все жители завода либо спят, либо заняты чем-то важным, возможно это не важно для других, но важно для того, кто это делает, кто-то же видит очередное сновидение, в котором ты как в облаках, паришь в небе высоко, не проблемы, не тоска, ничего плохого. Но это относится не к всем, кое-кто, занимается совсем другим, не тем, чем другие. Красный проснулся после не длительного сна, долго поспать не получилось. Сил также нет, бодрость от сна не прибавляется, что разочаровывает, усталость очень сильно ощущается, но нужно лишь смириться с этим фактом, это не должно мешать, но мешает. Он не знал, сколько сейчас времени, утро ли сейчас, может ещё ночь, скорее всего ночь, ощущения почему-то о этом говорили, в любом случае, неважно какое время сейчас, нужно попытаться заснуть, нужно, пока ещё можно, ведь в любой момент, может что-то сильно помешать, клон принял сидячее положение, и почувствовал странный холод, по всему телу прошлись мурашки, хотя в комнате вроде не холодно, да и на душе было как-то спокойно, но одновременно, что-то тревожило. Шрам не понимал свои чувства, за время их отсутствия, он вовсе перестал ощущать, вроде что-то в душе колит, но неизвестно что, страх? Беспокойство? Умиротворение? Как будто, это перемешали в одну кучу, и теперь непонятно, что конкретно ты чувствуешь, такое состояние насторожило самого же клона, он не понимал себя, но больше всего, не понимал своё состояние. В его жизни слишком много вопросов, которые так и останутся без ответов. Шрам не понимал что с ним происходит, на душе было очень неспокойно, но и очень хорошо, но и одновременно страшно, это было так странно, описать свои эмоции он не мог, даже думать об этом, не было никаких сил. Клон от чего-то сильно дрожал, он ощущал неизвестный липкий страх, как будто он боится за себя, за своё будущее, которое совсем скоро, у него отберут, отбирая последний шанс, но на что? Не было ясно. Почему-то, ему начало казаться, что когда он уйдет из камеры, его жизнь станет хуже, чем есть сейчас, хотя до этого, клону было совершено всё равно, что с ним будет дальше, что для него приготовила судьба, он не предавал этому значению, до этого момента. На душе от таких мыслей, становилось ещё тревожнее, Красный начал чувствовать какие-то эмоции, но они такие блеклые, незаметные, совершенно незначительны, и скорее, чувствовал не он, а его душа, запутавшаяся в своей же судьбе. Было непривычно холодно, по коже прошлись мурашки, впервые за это время, стало так противно здесь находиться, холодно и тоскливо, и слишком неспокойно. В душе Шрама что-то екнуло, он не понимал, что с ним происходит, почему он так реагирует, на происходящее вокруг? Ведь ему же было плевать, было плевать на свою судьбу, на то что находится вокруг, было просто всё равно, что его будет ждать завтра. Но не сейчас, сейчас в его голове были различные мысли, как спасти себя же, от неприятной участи, которая ждёт уже скоро. Ведь сотрудничество с Диктором, точно ничего хорошего не принесёт, как клон мог даже подумать, что всё может измениться? Нет! Всё будет также, он будет просто пешкой в его игре, самой настоящей марионеткой, у которой не чувств, не личности, не мнения. Он специально всё это делал, добивался того, чтобы Шрам стал никем, потерял себя до конца, и он смог этого добиться. Он сделал его своей пешкой, он смог. Уже нет шансов на победу, они окончательно уничтожены, неважно что предпримет клон, это уже не поможет, или всё же, что-то может ему помочь? Клон взялся за голову, пытаясь как будто отдышаться, было ощущение, что ему не хватало воздуха, и его душат, оставляя болезненные синяки, но не на теле, а в его умирающем сердце. Он всё осознал, осознал своё положение, понял кем он стал, ему стало всё предельно ясно. Он закрыл глаза на всё, став просто пустой оболочкой, у которой ничего нет, абсолютно ничего. Остатки здравого рассудка, боролись внутри него, пытаясь достучаться до прошлого Первого, пытаясь сделать всё, чтобы он что-то предпринял, а не просто принял то, что он теперь никто, лишь тело. Нужно срочно что-то делать, нельзя стоять слажа руки, нельзя! Неважно, какие решения в этой ситуации, хоть что-то, но нужно сделать. Шрам закрыл глаза на то, что у него практически нет сил, и он может свалиться в любую секунду, сейчас ему было плевать на это, он снова почувствовал тот прилив сил, какой-то огонёк, это конечно не то, что было раньше, надежды также нет, он также не понимает, зачем это делать? Но разум велит попытаться, сопротивляться своим мыслям невозможно, именно поэтому, он и пытается, сделать хоть что-то. Цели у Шрама не было, но сейчас, это не имело значения. Он подошёл к двери, он прекрасно помнил слова учёного, там стоит кукла, даже если каким-то чудом, он и откроет эту дверь, его сразу же вернут сюда. Это не вариант! Оружия у него нет, был пистолет, но его конечно же забрали, по другому и быть не могло, вентиляция слишком высоко, тоже не вариант. Немного играло на руку, что сейчас, наблюдения за клоном нет, но вот что света нет, это сильно мешало, глаза еле как привыкли к тьме. Красный резко пошатнулся, чувствуя сильный упадок сил, всё же, усталось сыграла свою роль, он чудом удержался. Было уже точно ясно, это тупик, зря он попытался, он ведь прекрасно понимал, что выхода отсюда нет! Диктор больше не совершит таких ошибок, он действительно победил, клон убеждается в этом, уже не один раз. Клон начал думать, что вариантов правда нет, и лучше действительно смириться с тем, что ему не выбраться, что он станет пешкой, лучше просто смириться. Может быть, ему ещё повезет, и всё будет не так плохо, кто знает? Жизнь непредсказуемая. Шрам сел обратно на кровать, бросив взгляд на дверь, а потом на камеру, наблюдения также нет, это немного даже радовало, удивительно, что хоть что-то радует, неужели не всё потеряно? Может быть, но навряд-ли, это имеет сильный смысл. Он хотел лечь спать, но вдруг, появилось ощущение, как будто он что-то забыл, забыл про ещё один вариант, который может ему помочь, но он самый радикальный, не похожий на другие варианты, но что это? Шрам пытался вспомнить, что ещё он может предпринять, здесь же кроме двери, нет никаких вариантов, что ещё может быть? Проекция? Окно маленькое, да и тем более, стекло уже гораздо крепче, чем тогда. Он вообще ничего не понимал, клон отчаянно рылся в памяти, чтобы вспомнить, что ещё ему может помочь, но так ничего и не вспомнил, или же вспомнил, но не предает этому воспоминанию, какое-то значение? Красный невольно вздрогнул, вспомнив, что он брал какое-то оружие, кроме пистолета, но всё никак не получалось понять, что же за оружие. Невольно, он потянулся к карману, который находился внутри жилетки, и там он нашёл то, про что и вовсе забыл. Это был кухонный нож, его почему-то не забрали, причина ясна не была, скорее всего, просто не заметили. Он нашёл его ещё на старой базе, просто зачем-то, взяв его, с мыслями «вдруг пригодится» и вот, похоже момент, где он может пригодится настал. Но вот только, в чем он может помочь? Он же абсолютно бесполезен, для чего он вообще нужен, ясно не было. Шрам крутил этот нож в руках, рассматривая его, он был хорошо наточеннный, довольно острый, порезаться было легко. Он не был большим, поэтому легко поместился в кармане, он как-то должен помочь, если верить своим ощущениям, но как? Почему-то именно сейчас, стало ещё неспокойнее, как будто совсем скоро, произойдет что-то нехорошее, но от этого чувства, было одновременно приятно, какое-то неясное умиротворение, это так странно, хотя чему удивляться, если вся жизнь заключённого, сплошная странность. -И что мне делать? Клон проговорил это шёпотом, чтобы его не было слышно, он правда не понимал, как ему действовать дальше, в голове мысли вдруг замолчали, как будто это было затишьем перед бурей, как будто, что-то должно случится, эта ночь была самой странной, из всех возможных, Красный иногда смотрел на камеру, надеясь, что она не включится в ближайшее время, удивительно, но эмоции у него начинали проявляться, но так блекло и тухло, что даже разницы никакой нет. Он смотрел на нож, практически не отводя взгляда, думая, что с ним нужно делать. Что-то сломать? Атаковать? Чем он полезен? Да вообще неясно, снова очередной тупик, вечно всё идёт к одному. Сил на размышления почти и не было, усталось начинала брать вверх, очень сильно хотелось спать, но Шрам заставлял себя не засыпать, сейчас не время, нужно ещё подумать. «Убей себя» «Чего ты ждёшь? Сделай это, закончи свои страдания» «У тебя нет выхода, это единственное, что тебе поможет» «Прекрати мучиться, закончи это сейчас!» «Твоя команда тебя ждёт» Снова эти мысли, они как неожиданный удар, появляются в самый неожиданный момент, сильно ударяя по сознанию, оставляя сильную рану, которую ты не сможешь залечить, она всегда будет болеть, напоминая о себе. Клон замер, его как будто парализовало, снова прошёлся холод по коже, такой противный и липкий, сейчас усталось вообще не была важна, всё отошло на второй план, сейчас самое главное, это этот нож, который жертва, держала ещё крепче, сжимая его в своих руках, боясь что-то либо сделать. В глазах как будто потемнело, соображать особо не получалось, всю голову забили мысли, которые вели к тому, что нужно убить себя, с помощью этого ножа. Особенно болезненно было то, что Красный вынуждено вспомнил, про свою команду, которая уже давно обрела долгожданный покой, их больше ничего не волнует, никаких проблем и боли, лишь вечное пребывание во сне. Он хотел того же, было желание обрести свободу, сейчас у него есть шанс, шанс закончить этот кошмар, от которого нет возможности проснуться, нужно сделать лишь пару движений. Да, будет больно, но разве, до этого не было больно? Вся жизнь клона, сплошная боль, которая не знает своего конца, а здесь, лишь немного потерпеть, и всё, это конец всех мучений. Перед глазами Шрама, показалась вся его жизнь, невольно он поддался этому, начав вспоминать каждый момент своей жизни. Как он впервые попал на эксперимент, на котором чудом выжил, как получил шрам на глазу, как получил свои ожоги, спасая клона, он вспомнил все смерти, которые он только видел, как у Бобов, буквально отбирали жизнь, а он ничего не мог сделать, не было возможности помочь, и предостеречь их от жестокой судьбы, тогда он не смог, был лишь наблюдателем их смерти. Вспомнились все слёзы, вся боль, которую ему пришлось испытать, каждый день его жизни, был наполнен чем-то ужасным, и вся его ненависть к своему создателю, который всё это и творит, была просто безграничной. Диктор вина всего плохого, он вина всех несчастий, из-за него столько клонов, пережило много боли, из-за него Флэш предал команду, и поэтому революция была неудачной, он убил всю команду, оставив лишь Первого, чтобы отомстить ему за всё, заставив страдать ещё больше, сделав своей марионеткой. Неужели, Красный позволит ему выиграть? Нет, никогда, он не добьётся своего, нельзя ему позволить совершить свои планы, которые точно, далеко нехорошие. Пусть никто не выиграет в этой борьбе, пусть клон не обретёт той свободы, которой хотел добиться, но он обретёт покой, пусть и через столь ужасный способ. Выбор сделан. Красный воткнул нож в грудь, попав в сердце, он сделал свой выбор. Через мгновение, его пронзила сильнейшая боль, она начала распространяться по всему телу, от её некуда было деться, рана сильно кровоточила. Клон стиснул зубы, лишь бы не закричать, но это было невыносимо, из горла вырвался хрип, Первый чувствовал боль, которую нельзя сравнить, он никогда этого не ощущал. Он обессиленно упал на пол, сил подняться уже не было, кровь шла не останавливаясь. Из рта также текла кровь, сказать что-то, было сложно. В глазах начало стремительно темнеть, всё перед глазами размыто, было тяжёло дышать, это было практически невозможно, вдох давался с трудом. Наступала его смерть, которую он так ждал, наконец-то он освободится, хоть для этого, и нужно сильно помучиться, но это недолго, совсем скоро, он закроет глаза навечно, и больше ничего не почувствует. Глаза медленно закрывались, и вот, сейчас всё должно закончиться, и наступит вечный сон, от которого невозможно проснуться, долгожданный покой. Но перед глазами, показался белый свет, он был непривычно ярким, что даже глаза немного резало, но это мелочи. Боль пропала вовсе, её как будто и не было, в этом месте было так хорошо и спокойно. Перед глазами, он увидел множество фигур, которые стояли чуть поодаль. Кто это? Что это вообще за место? Так много вопросов, даже сейчас, сплошные вопросы, Шрам слышал голоса, много голосов, но разобрать слова не получалось, слух как будто вовсе отсутствовал, но глаза начали привыкать к такому свету, и фигуры становились чётче, более виднее, и уже можно было разобрать, кто же это. Они быстро подходили к клону, что-то говоря ему, но разобрать также не получалось, и вот зрение полностью восстановилось, Шрам увидел всю свою команду, которые с огромной радостью, помогали ему встать, что-то радостно ему говоря. Красный не верил тому, что он видел, он не понимал, что происходит, но увидев своих братьев, которыми он так дорожил, он искренне улыбнулся, а из глаз начали течь слёзы, их невозможно было контролировать. Наступило полное умиротворение, таким счастливым, клон себя давно не чувствовал, уже было неважно, что происходило когда-то, было плевать, что это лишь предсмертная галлюцинация, и этого не было на самом деле, плевать. Самое главное, что Первый смог обрести покой и даже счастье, увидев своих братьев «живыми» и счастливыми, это и есть настоящее счастье. Так и закончилась жизнь Шрама, он умер с улыбкой на лице, увидев предсмертную галлюцинацию, где были его братья, он умер счастливыми, больше не чувствуя боли, больше никаких мучений, для него всё закончилось именно так, он не позволил Диктору выиграть, заплатив своей жизнью. Но судя по всему, это было лучшим решением, ведь нормально жить дальше, клон бы не смог, не смог бы улыбаться, смеяться, и был бы лишь пустой оболочкой. Его душа получила освобождение, это лучшее, что могло быть.