Вне камер

      

***

             The Neighbourhood - Compass       Чонвон тянется из стороны в сторону, зевая и потирая заспанные глаза. Он приехал в зал первым, так и не добудившись до ребят, но готов был прямо посреди паркета завалиться и уснуть, пока не приехали хотя бы старшие. Но лидерская ответственность и приближающийся концерт за шкирку отдирали от нагретого им же пола, заставляя пробежаться пару кругов по залу. Просто разогреть ещё немного мышцы. Просто встряхнуться и проснуться. Стакан прохладной воды, хлёсткие удары по щекам, бодрая музыка. К середине уже второго трека Чонвон выдыхается. И не потому, что устал или ленится. А потому, что пол сегодня какой-то слишком манящий, сообщения его в чате всё ещё без ответа, а менеджер, обещавший заглядывать для проверки каждые десять минут, не появлялся уже сорок. Чонвон садится перед зеркалом, раскидывая ноги в стороны, делает показательных для собственной совести пару наклонов к каждому мысу кроссовка. И, упираясь локтями в паркет, кладёт на ладони голову. Так и засыпая в странном раскоряченном положении, от которого наверняка всё потом затечёт и будет болеть. Но веки такие тяжёлые, а музыка такая спокойная... Щелчок двери встряхивает его, заставляя поднять голову. Улыбка ползёт по лицу, очерчивая очаровательные ямочки, когда Чонвон видит в отражении такое же сонное и недовольное лицо Сонхуна. Он ищет его глазами по залу, слегка пошатываясь у входа, а, едва замечает, бросает сумку на пол и движется уверенно и решительно. Чонвон хихикает.       - "Хёны, вставайте, нам надо репетировать", - гундит Сонхун своим ворчливым ноющим голосом. - А сам значит дрыхнешь тут, да?       - Нет, хён, я растягиваюсь, - ещё шире улыбается Чонвон, но охает от резко навалившейся со спины туши. - Хён!       - Что? - хмыкает Сонхун, упавший позади него коленями на паркет и опрокинувший своё огромное тело на сгорбленную спину. - Я помогаю тебе растягиваться. Клонись давай.       - Ты сломаешь меня! - кряхтит Чонвон, но послушно протягивает руки по полу вперёд, позволяя Сонхуну распластаться на себе. Горячее дыхание на его шее выравнивается, а длинные руки оплетают торс, пряча прохладные с улицы пальцы в слитом кармане худи.       - Всё, - мямлит Сонхун, устраивая голову на плече Чонвона и утыкаясь холодным носом в шею. - Ты растягиваешься, мне тоже не особо удобно в таком положении и я чувствую, как умирают мои спящие мышцы. Считаю, что тренировка началась.       - Я задохнусь так.       - Ночью ты не особо жалуешься.       - Ну, хён! Сонхун ещё раз хмыкает в его кожу, но даже не думает сдвигаться.       - Пять минуточек, ладно? - просит он. - Можешь даже засечь. Вздыхая, Чонвон с трудом отрывает одну руку от паркета, чтобы взъерошить пальцами каштановые прядки на макушке старшего и хотя бы постараться ненадолго расслабиться. Спустя оговорённых пять минуточек, пол нагревается от двух тел, свернувшихся в клубок крепких объятий.